Отступление: глава-1. Страж Свеч - Мяулет.

Цитадель Смерти. Темная сторона луны. Аллея Свеч.              Черная небо, закрученными в водоворот тучами образовывали круг в небо, открывая вид в просторы космоса, из который вниз свисали звезды. Их мягкая сияние, желтым цветом окутывал аллею. С виду звезды были похожие на стеклянную витражную шкатулку внутри которого горели свечи издававшие мелодичный трель, они бросали пятна своего света на закругленную лестницу идущий верх к облакам. С уверенностью можно было сказать, что аллея Свеч одна из самых красивых и чарующих мест в небесном канцелярии, хранителем и смотрителем которого был Мяулет трехголовый кошачий цербер. Вытянутая тело больше двенадцати фунтов, черный окрас и серые глаза, белые вытянутые зрачки и средняя морда в окраске черепа. Он был образцовым цербером, устрашающим и серьезный к своей работе.       Прогуливаясь среди звезд, он с своими помощниками Нивами, с тщательностью осматривал каждую свечу на признак утихание или на появление спор. Удостоверившись в том, что все в порядке, Мяулет остановился перед звездой названой «Айбарша» от увиденного он скривился, основание свечи находивший внутри звезды, начала прорастать спорами, но это не было самым худшим, ибо долгожители куда входит и спасительница могли самостоятельно излечится от них. Нет, худшее было в том, что в имени образовались трещины, доходя до самой звезды. Это указывала на то, что судьба начала забывать имя и срезать те корни что дан срастил при жизни. Это было очень плохо, если судьба забудет ее, то для Теи она потеряет любую значимость, что разбудит со сна очистителей, которые в своем очереди удалят спасительницу при следующем появление в землях Теи. Это было бы даже хуже, чем упасть в забвение!       От беспокойства за спасительницу, все же она в свое время многим им помогла и даже сейчас она не переставала им помогать, выполняя любую их просьбу по мере своих сил, Мяулет быстрым шагом дошел до своего рабочего стола и вытащил из сред документов для встречи с начальством, отчет о последнем прохождения спасительницы. Он и до этого их пересматривал, но каждый раз увидев трещину заново брал его в руки.       

      «… Х056 г. Месяц Эклип – первый сын. 13 день от рождения.

Перед кануном прихода «Тумана Грез» Спасительница Теи – Айбарша, была замечена в подножие горы – Кораки, рядом с ней была неизвестная девушка с розовыми волосами (исследуется ведьмаком Олен.) и черная собака (порода не определена. Исследуется ведьмаком Олен.).

В период к конца 13 дня о.р. и восхода 14 дня о.р. Спасительница Теи – Айбарша, была потеряна из виду. Дальнейшее ее место нахождение – неизвестно.

Поиски продолжаются. Разведчик – ведьмак Олен Раач.»

      Пробегая глазами по уже вычитанным не раз строкам, цербер раздраженно закрыл отчет бросив его к остальным документам, которых уже сортировали Ниви. Время до встречи с начальством уже подходил, но Мяулет не ощущал в себе ни капли энергии чтоб выслушивать нотации и бубнеж начальника. Он без того уже был взвешен от наваливших проблем с появления в границах небес неизвестных для судьбы душ и появление щелей ведущие в совершенно неизведанный мир, который нарушил один из самых главных наказов судьбы: «запрет на перемещение за пределы Теи»       И конечно им джубам (ну, ладно, по большей части это были – колдуны и ведьмаки) пришлось на свой страх и риск (очистителей потревожить хотелось – никому) спустится в эти щели, ибо неизвестные души были оттуда, а им нужно было понять, что с ними им вообще теперь делать. Скажу наперед: они до сих пор не знают куда их деть, а прошло уже двадцать лет! (было так же тревожно то, что мир в трещине шел в ногу с временем в небесах, что было неправильно по законам разделение миров)       Оглушающий свист вытащил его из размышление о том может ли он повесится на ветвях засохшего дерево, который сферой укрывал аллею от чистилища и будет ли это веской причиной не идти на собрание? Застыв на мгновение, Мяулет покачал головой. Не будет. Да и дозволить себе такое халатное отношение к работе он не мог.       Выхватив в лапы ранее приготовленную папку, цербер, идя к выходу промурлыкал Нивам их обязанности во время его отсутствие и чтоб они в критичной ситуации обратились к Эстель. А то мало ли что придет в голову начальству? Взбредет же ему и его сослать в поиски спасительницы, не взирая на то, что у него нет нужных для этого качеств. А что? Это в его стиле.       Получив от Нив щебетание согласие цербер стремительно покинул аллею. После освещенной звездами и теплым от дыма свеч аллеи, чистилище казалось слишком мрачной. Небо было затянута темными тучами, влажный реголит прилипал к подушечкам лап, заставляя Мяулета жалеть о том, что он опять забыл помазать лапки раствором для отвода от прилипания. Он не мог понять как первые боги могли жить тут до них? Они что мазохистами были?       Выругавшись себе под нос, он шел вперед игнорирую пролетающих рядом Найви. Настроение у него было поганым, к улучшению которого не с подвигал вид реки Скитс, только, проплыв которого можно было дойти до бесполезного трона начальство. Не поймите Мяулета неправильно, он уважает Ерлика, все же он его начальник, но то, что он решил расположить свой офис (от трона там только трон.) в месте куда никто не может попасть, не переплыв эту злосчастную реку, упав которому любой из джуб (не только они, но и все. Буквально. Даже ведьмы дохнут там) откинет конки (на минуточку они все бессмертные) – это тупа. Зачем только спрашивается? Защита ему не требуется, он тут самый сильный, не зря выполняет роль смерти. Ради пафоса? Они блять в луне. Тут все пафосно. Так нахуя?       Дойдя поближе к реке Мяулет, заметил пришвартованную к берегу деревянную лодку. С виду он выглядел так словно повидал жизнь и получше. Бортовая обшивка была заколочена металлическими пластинами, где-то краска потрескалась, а где-то уже дерево гнила, но он не дал себя этим обмануть. Эту проклятую лодку любой из жителей небес опознает с первого взгляда, причина этому его хозяин – колдун Орган Хрон. Единственный в своем роде колдун некромант, страх всех здешних Нив и Найв, ибо он единственный (даже начальник не может такого) кто может их стереть без дозволение судьбы.       Вытянутая худощавая тело с жилистыми мышцами, рыжие волосы с седыми локонами собранный в низкий хвост каскадам падали к его спине. Острые брови и чарующие зеленые глаза. Мяулет часто слышал от других колдуньей восхищение и воздыхание к нему, но он считал, что они слишком предвзяты и не видят уродство колдуна через маску улыбок и взглядов из-под опущенных ресниц. Может это говорить его собственная неприязнь к мужчине, но цербер не хотел себе признавать, что действие этого уродца хоть как-то повлияли на его чувство.       В это время упомянутый колдун, свистя веселую песенку, прыгая с одного края лодки к другому вышибал своим веслом Хитков пытающихся прибраться к лодке. Хитка – это та причина почему это река так опасна для всех. Душа забытых своими родными, друзьями, те кто не успел отпустить свое сожаление и уйти в перерождение. Их злость на мир за то, что он их забыл превратил их в это – вытянутая бесформенная тело, каменные лица которых никто не вспомнит и разбитые осколки вместе сердца. Их светящие светло-голубым тела прекрасным светом обрамляли реку, заманивая глупцов своей красотой и утаскивая их под воду, где они разрывали их души на части чтобы соединить его с своим разбитым сердцем. Единственное управа на них — это быть некромантом с связью со смертью, чтобы как Орган с веселой песенкой на усте вышибать их не боясь быть утащенными ими вниз. Удачливый ублюдок.       Раздраженно фыркнув Мяулет, быстро поднялся на борт лодки и тот же час упал на его дно, не имея других способов спастись от хитки прыгнувший на него чтобы утащить его на воду. Блага колдун вовремя их вышиб за борт, не давая им за что-то зацепится.       Сцепляясь когтями за древесину, цербер боязливо схватил лапой за грудь. Инстинкты истощено кричали чтобы он свалил оттуда, не давая ему и секунды выдохнуть. Папку с документами он выронил в начале, когда падал, от чего они в беспорядке разбросались в дне лодки, но ему до этого было мало дело, ему бы сердце успокоить! Не любить он такое путешествие, ой, как не любит, от того всегда дела с начальством он старается спихнуть Гавлету, но другой цербер сейчас занят в баре и не смог его заменить, вот приходится теперь ему опять это терпеть.       Вдруг перед его лицом вытянулся рука колдуна. Нет, не для помощи, а поджидая свою плату. Колдун без него не тронется с место, так что церберу пришлось подняться с своего место чтобы достать две золотые монеты из заднего кармана. Стоило монетам упасть в руки колдуна как он оттопырил лодку от берега. Мяулет сжавшись в себя пытаясь отодвинутся подальше от края борта, успокаивал себя тем, что лодка уже тронулась и теперь ему просто надо потерпеть час после чего он уберется из реки настолько далеко насколько сможет.       Вмиг свит прекратился. Мяулет резко поднял на колдуна голову, поднявшим по телу паникой. Цербер знал, что свит некроманта это то, что сбивает мысли хиктков, блокируя их сознание, не давая им ощутить их страхи и воплотить их в реальности. Резко река стихла, хитки пропали, но он был уверен, что ненадолго. Колдун на его взгляд ухмыльнулся, он знал, что сейчас будет и не собирался это предотвратить, ведь ему самому от них вреда мало. А вот перспектива понаблюдать за чужими страданиями, особенно Мяулета, ему нравилось больше. Не прошло и минуты как все началось, три головы цербера вмиг устремили испуганный взгляд в реку. Хитки пришли наконец в себя.       Вода начала бурлить, поднимая со дна истощенные крики, что мигом оглушила цербера. Река сменила свое течение сбив лодку с курса, туман от высыхающих слез хитков скрыл их из виду, дурманя разум кошмаром. Мяулет упал обратно на дно лодки сжавшись к нему всем телом. Страх сковал его тело, сердце истощено кричала в ушах перебивая крики хитков. Он чувствовал, что его конец близок, ведь единственный чей страх сейчас исполнится был его.       Он чувствовал, как сердце тянет вниз, как хитки начали петь песню его конца, чувствовал, что забвение близка. Он еле сдерживал инстинкт выпрыгнуть из лодки, ведь знал этого хитки и хотят. Мяулет всхлипнул. Перед глазами маячил белый туман рисуя забытые лица, их судьбы и сожаления. В этот момент он уже хотел отпустить лапы и сдаться в объятия хитков когда перед лицом появились зеленные глаза. Они горели удовольствием наблюдая за ним. очертились и его оскал. Это был колдун. Ликование сочилась с него и злость охватила тело Мяулета вытеснив с него страх.       С яростью цербер кинулся на него, завалив колдуна на дно лодки. Зажав когтями его шею, Мяулет закричал на все еще ухмыляющегося некроманта. – Орган!       Крик вывел колдуна из себя, вернув его с предстала удовольствие в землю. Глаза его вытянулись поняв, что он творить. Оттолкнув от себя обезумевшего от тумана цербера Орган вовсе легкие свистнул. Резко все прекратилось. Туман развеялся, крики прекратились, оставив в теле Мяулета липкий дрожь страха. Прислонившись к бортику, он перевел дыхание наблюдая как колдун, вытянув руку к реке шептал заклятие. Золотое сфера на его локтях превратились в черный, а из магического круга на всю лодку вытянулись барьер защитив их от хитков. – А нельзя было это сделать самого начала? – гневно спросил Мяулет, удобнее расположившись на лодке, вытянув свой хвост себе на колени. Вот по этой причине он не любит эту реку и этого колдуна. Каждый раз ему приходится возвращать этого ублюдка обратно из его садизма. Грех, за который он оказался тут.       Орган, повернув к нему голову, безразлично мазнул по нему взглядом, пожимая плечами. Его-то свой грех не сильно-то тягал. – Нет.       Мяулет его ответ не впечатлил. Закатив глаза, цербер поднял с дна папку собирая разбросанные бумаги обратно. Он никогда не мог понять колдуна. Его мотивы, его поступки, все для него казалось прозрачным и непонятным. Может это из-за того, что он никогда не жил по-настоящему? Спасительница часто говорила, что ему повезло тем, что он никогда не чувствовал тягости жизни. Насколько же плохо жить судьбой дана? – Есть ли какие-то новости от Спасительницы?       Услышать неожиданный вопрос колдуна, из которого в лучшем случае можно вытянуть односложные «угу», «ага» или самодовольную ухмылку, было довольно странно. Мяулет даже не думал, что у него достаточно развит мозг чтоб вести светские беседы. – Почем вопрос? – спросил цербер презренно глядя на колдуна. Тот снова пожал плечами, даже не повернувшись к нему, продолжая грести веслом. – Слыхал от Странников что ее разыскивают, да и они такой там дебош устроили что мне стало интересно от чего же? В земном мире даже день не прошел, так почему такой кипиш? – ответил вопросом на вопрос Орган, бросив на него любопытный взгляд. Мяулет поджал губы. То, что в земном мире не прошло и дня – правда, да и спасительница пропала не вчера, но только за последние три дня (по небесным меркам) ее свеча несколько раз была на краю утихание, ему буквально пришлось сторожить ее звезду сутками и передавать ей свою силу чтобы стабилизировать ее состояние, это если еще не упоминать распространение спор по основанию ее свечи и разбитых осколок звезды. Он почувствовал, как левый карман его пиджака начал обжигать его грудь, ведь там он хранил отвалившиеся осколки от звезды. Беспокойство за спасительницу опять подняла голову, но он, резко вдохнув помотал головами. Сейчас на это не было времени.       Еще раз вздохнув Мяулет, отпустил глаза к рукам. Сортируя разбросанные бумаги, он понимал, что ничего из этого он не мог сказать колдуну. Не только потому, что он ему не доверял, но и по причине что другой не входит в основной состав Джуб. – Мы думаем ты заметил новых душ пришедших из той щели? – уклончиво начал Мяулет. То, что он не может ему рассказать главную причину поиска Спасительницы не значить что он не может поделиться с ним вторичной причиной. – Хм, вы про тех душ, среди которых есть те, кто не плачет? Видел. Довольно занятные ребята. Среди них даже больше очнувшихся чем у наших. – ответил Орган, но вдруг он словно что-то увидел, запнувшись, после чего ухмыляясь продолжил. – Некоторые из них кстати, стали прекрасным дополнением к хиткам! – радостной улыбкой некромант подняв весло указал на поверхность реки, где плыла разорванная белая ткань. Мяулет всмотрелся пристальнее и увидел, что на ткани написано «MARI» скорее все это тамошние стражи если он правильно помнить из докладов.       Отвращение к колдуну взросла еще больше, когда тот с улыбкой пересказал ему каким был страх этого бедного недодана. Он не мог понять, как можно смеяться над чужой смертью?       Глубоко вдохнув Мяулет, очистил свои мысли после чего встал на ноги поставив папку на бортик. Повернувшись в сторону ткани, он поклонился, прижимая уши к головам. «Спасибо за все ваши потери принесенные в этой пути.»       Тихо шепнул он и не поднимая взгляда обратно уселся на свое место прижав хвост к сжатым коленям. Беря в руки папку Мяулет, заметил, что в левом кармане осколки звезды на короткий миг загорелись, послав по груди тепло. Улыбка тронула его уста. Прижав лапы к груди, цербер закрыл глаза. Спасительница ты пытаешься нас утешить? Или же ты нас хвалишь?       Ответ от осколков не последовал, но Мяулету все равно стало легче. Открывая глаза, он не заметил, как колдун пристально наблюдает за ним. – Если сказать кратко, дело в этих новых душах. Как ты понимаешь они не входят в систему путеводных звезд и кстати Эстель подтвердила что у них нету никакой связи с небесными телами, так что мы в непонятке что с ним делать. Судить мы их не можем, ибо не знаем, что они творили при жизни. Отправить в перерождение тоже не можем, ибо, во-первых, суда не было. Во-вторых, у них в душе до сих пор есть сожаление о прожитой жизни. В-третьих, мы не уверены, что Древа жизни примет их и даже если примет как на это отреагирует Судьба? Дозволить ли она им плести нити или же натравит на них Очистителей? Слишком много вопросов и мало конкретики, вот тут-та нам и нужна Спасительница. Как ты знаешь у нее есть карты Смерти, с помощью которого она может увидеть в чем грех дана. Понимаю, это конечно не панацея, но пока это единственный выход что мы видим. Да и она больше знакома…       Не замечая улыбающегося колдуна, Мяулет рассказывал о причине такого кипиша от Джуб как не ведома даже для себя он начал жаловаться ему. Уходя от перечисления всего, чем может помочь Спасительница, до как же его достало начальство со своим гонением за «Эстетикой». Может это из-за усталости или же из-за того, что колдун, не перебивая слушал все его бредни, но Мяулет вдруг заметил, что он потерял счёт на время и они уже приплывали к берегу, где уже виднелась Древа жизни под котором находилась офис начальство. – Ой… – смущенно ойкнул Мяулет сжавшись головами к плечу. Колдун на его растерянные оглядки по сторонам рассмеялся. Цербер еще сильнее смутился, впервые услышав не кратки смешок от колдуна, а полноценный смех. Орган от этого закрыв глаза ладонью и откинул голову назад, смеясь сильнее. У Мяулета от его смеха по спине побежали мурашки. Бархатный и низкий тембр чуть не заставил его начать льстится к мужчине, но он вовремя успел себя остановить, сжавшись к своему месту сильнее, только предательский хвост вилял на разные стороны, давая понять другому что он на самом деле чувствует. Орган, перестав смеяться, с интересом посмотрел на вялящейся хвост и хотел было потянуть руку к ним как получил удар когтями от шипящего Мяулета. – Пха-ха-ха… извини-извини! – веселясь Орган поднял руки перед собой, в шуточном манере размахивая ладонями, уронив под ногу весло. Не обращая внимание на кровь от порезав, он, все еще улыбаясь сменил тему увидев что его действия не успокоили цербера. От греха подальше. – Так, кто там занимается поисками Спасительницы?       Мяулет сузив глаза потянул к себе свой хвост, зажав его в своих объятых. – Олен Раач. – ответил цербер не скрывая. Обычно разглашать конфиденциальную информацию за приделы Джуб было нельзя, но он решил в этот раз сделать для колдуна исключение. Но только в этот раз!       Орган присвистнул так что ближайшие к лодке хитки, замолкли слившись с рекой. Мяулет понимал удивление колдуна, все же – Олен Раач является одним из самых старых ведьмаков с связью со смертью. Работая на Джуб четвертое столетие, ведьмак никогда их не подводил, но вот сейчас… есть много причин почему ведьмаки или колдуньи так их ненавидят и главная их причина... Окаменение. Переизбыток открытой кармы при жизни превращает из дана в небожителя, но тела смертных не созданы к мощи и обязанностям богов что приводить преждевременному окаменению. Сколько бы Мяулет не молил Олена прекратить уже этот бред суицидника, но тот никакую даже не смотря на полностью онемевшую ногу и шею. Сбегает в любом удачном случае в землю чтоб выполнить еще одно задание! Что за несносный старикашка! – Неплохой выбор! Но вот… Эм, он… Как бы сказать… – замялся колдун, пытаясь найти слова помягче. Ведьмака вся в небесная уважает и Орган тоже в их числе, от того сказать что-то плохое о старом ведьмаке, даже если его нет рядом, у него язык не проворачивался. Мяулет вдохнул, поднимаясь на ноги. До берега было как рукой подать, но уходить во время разговора было грубо, так что он решался пока просто подготовиться, разглаживая лапой свой костюм от мятых складок. – Мы знаем. Но других вариантов нет. Знаешь ведь какие сейчас времена. Все свободные колдуньи или ведьмаки сейчас в той щели, исследуют как вернуть назад эти души, а на молодых проку нету, не справятся они с Спасительницей, знаешь ведь какой у нее характер! Вот и приходятся задействовать вариант постарше. – устало ответил Мяулет сходя с лодки, стоило тому пришвартоваться у берега. Колдун не стал сходит за ним, что немного странно, ибо он всегда любил донимать Архивистов в любой удобной или не удобный для них время с просьбой притащить ему тортик с земли, но он не стал на это указывать подумав, что у другого возможно еще есть какие-то дела. – Хм-м~ Хотите я ее поищу? – предложил неожиданно колдун прислонившись к веслу всем телом, он с хитрой улыбкой наблюдал за ним. Мяулета передернула от этой ухмылки. Брезгливо отойдя от него на несколько шагов назад, цербер думал: не подменил ли или не наложил ли кто-то на этого слишком уж доброго колдуна заклятие? Откуда такая доброта?        Но вслух это Мяулет не стал этого говорить, боясь, что заклятье спадет и этот натравить на него хитков которые все еще тянули к нему свои руки, скрипя ногтями по барьеру, который все еще действовал на его окружение. – А какой от тебя порог? – осторожно спросил Мяулет, все еще боязливо глядя на улыбающегося колдуна, но, когда он не стал предпринимать попытку скинуть на него хитков, цербер более смелее продолжил – Ты же мертвый, не думаю, что от тебя в земле будет хоть какая-то помощь. – фыркнул он. – Ну-ну, не будьте вы таким категоричным. Да и я не о земном мире говорю, а о мире за щелью. Думаю, там вы еще ее не ис-ка-ли. – ухмыльнувшись ответил колдун, издевательский потянув последнее слово. Мяулет посмотрел на него как на дурака. А том, чтоб Спасительница как-то попала в мир за щелью не могло быть и речи. Там же магия такая разбавленная и сырая что почувствовать, не то, что в себя его впитать невозможно! А Спасительница-то полностью из магий состоит, она физический туда не полезла бы! Да и зачем ей это? Ее обязанности тут в Тее, ей пропадать с радара судьбы себе ведь дороже! Что цербер напомнил Органу, получив в ответ поднятую бровь. – А вы уверены? – забавляясь спросил колдун. Мяулет застыл, открыв рот. Слово «уверен!» остался не сказанным. Ведь если задуматься, это возможно, особенно с удачей Спасительницы. Только смотря как она умирала, можно с уверенностью ответить. Это неудачница стопудову туда провалится и даже вероятность того, что весь этот кабздетц с неизвестными душами из-за нее, растет в его глазах геометрической прогрессии.       Проведя языком по острым как бритва зубам, Мяулет задумался: а как это теперь преподнести-то начальству? Ведь дан который как-то сумел спуститься в бездну и поговорить там с существом из того века, по которому даже им, Джубам ничего неизвестно, точно под силу как-то обмануть судьбу и провалится в другой мир. Н-да. Ерлик ей в таком случае точно по башке надает, да и он не откажет переменить на ней тяжкое телесное. – Твоя правда, это неудачница судьбы может быть там. Но и мы с тобой знакомы не первое столетие, что ты хочешь замен? Тортики? Сколько? – задался Мяулет, уже задумываясь как бы Архивистов или Странников уговорить притащить с земли этот самый торт. – Хмм, что хочу? – улыбаясь спросил Орган, видя, что цербер уже улетел в свои мысли. Ему особо-то ничего не нужно было, хотя... Ухмылка на его лице растянулся в оскал. О, он знает, что попросить. – Вы сходите со мной на свидание. – М? А, конечно.       Находясь все еще в своих мыслях Мяулет растерянно согласился, не до конца вникая в слова колдуна, который под шумок уже оттопырил лодку с берега, ибо знает он что ближайшее время случится с этим местом.       Вмиг сознание Мяулета прояснилась, и он осознал на что только что дал согласие. Застыв на мгновение, он начал жевать свои губы пытаясь уложить в головах то, что только что произошло. Колдун в это время был уже метр пять от берега, с расстояние с предвкушением наблюдая за гаммой чередующих эмоции на лицах цербера. Там было все, от недоумения и растерянности, до смущений и ярости. Последний отобразился в мордах всех трех голов. Он наконец понял происходящие, от чего его тело начала дымится и искрится, поднимая над собой дым. – ОРГАААААН!              От ярости цербера по реголиту луны пошли трещины, прикрывая все округу огнем. Без того вытянутая тело увеличилась двукратно, по его средней голове выросли рога, а зубы и когти удлинились. Тучи в небе прояснились от его рычание, раскрывая просторы космоса. Колдун от этого восхищена кричал моментами переходя на смех, взбесив этим Мяулета еще сильнее. – МЫ НЕ ДАВАЛИ НА ЭТО СОГЛАСИЕ! ТЫ ЧЕРТОВ ЖУЛИК! А-НУ СТОЯТЬ!       От крика Мяулета с неба начались сыпать прахи звезд, давая понять, что ближайшее время тейцы будут наблюдать за метеоритным дождем. Все еще улыбаясь как маньяк Орган заработал веслом быстрее понимая, что если не свалить от сюда ближайшее время, то точно станет Ор-нагетцом пепельной прожарки!       Мелком бросив на яростно рычавшего цербера взгляд, Орган порадовался тому, что тот не может пересечь реку, а к следующей их встрече страж свеч скорей всего уже успокоится, а если нет, то он перед второй смертью точно затискает ушки Мяулета.       Последний раз громко свистнув и приложив не мало на него сил, колдун удостоверился чтобы хитки еще минимум час не приближались к берегу где стоял цербер, после чего стремительно уплыл оттуда в сторону щелей. Слушай себе в след угрозы смерти от Мяулета. Улыбаясь от такого милого сопровождения, Орган начал готовить рыболовную сеть.       Пора идти искать и словить его билет к сердцу (в особенности к ушкам) котика!

***

Где-то в Орандж-тауне.       Кафка, до сих пор стоя перед Нами, всяческий пыталась перед ней оправдаться на тему своих ран, не говоря ей что это последствие после ее бреда, как вдруг она ощутила очень сильный звон в ушах. Аж такой что она на время оглохла.       Остановившись в середине предложение, она суетливо огляделась по сторонам. Не найдя причину ни в своем окружении не в просторах неба, Кафка недоуменно обратно повернулась к Нами, которая раздраженно на нее смотрела в ответ. Нахмурившись на все ещё не прекращающиеся звон в ушах, Кафка не обращая внимание на также оглядывающегося по сторонам Луффи, который все ещё сидел на ее руках, задала волнующий ее вопрос штурману. – В каком у меня в ухе звенит? – Что? – возмущенно ответила та. – Ну, в каком у меня ухе звенит-то? Просто скажи! – отчаявшись вымолвила Кафка, схватив свободной рукой за голову. Звон в ушах был вторичной проблемой, он мешал но не сильно, главной было то что Жемчуг, связанный с ней сознанием, но который обычно мог блокировать многие ее мысли, взвыл не хуже чем оборотни во время брачного сезона. От чего ее голова разрывалась на части ещё сильнее и если бы не боль она бы первым рейсом кинула бы своего спутника на стратосферу. – В левом! – серьезно сообщил ей Луффи, что она кое-как смогла услышать в вое и тот же час застыла в ступоре. Даже боль ушел на второй план. – Кто-то собирается петь дифирамбы в честь моей смерти? – скована спросила она, не понимая кому вообще сдалась ее смерть? Как вдруг штурман, разозленная от пренебрежение собой и беспокойство из-за ран Кафки, резко ударила ее по животу. Рефлекторно согнувшись от удара она, удивилась. Звон в ушах-то заглох! – Сейчас Блять мои услышишь! Хватить дурю мается! Откуда раны спрашиваю!? – яростно зашипела Нами. – Вау! Звон прекратился! У тебя что целебные удары? – восхищена спросила она, проигнорировав последние слова рыжей. У Нами жилка заиграла на лбу. Кафка делая вид что не замечает это, пыталась сменить тему. На что справедливо получила еще один удар, но в этот раз в копчик. Задохнувшись от спазма, она наклонилась вперед, схватив рукой для баланса за колени. Глаза Нами расширились увидев это. Удар в этот раз она ощутила сполна. – Ох, еп-пырный тебя балет! В этот раз было жестко. Десять очков штурманам. – проскрипела в боли Кафка все еще не выпуская извивающегося капитана из рук, в пол уха слушала как Нами в ужасе суетится рядом с ней прося у нее прощение.       В это время в самом центре Калм бельта, из щели образовавшийся в воздухе, выплыла лодка некроманта, где он по злодейский потирая руки, противно хехекал. - хе-хе, жди меня мой билет в пушистое будущее! Хе-хе~

Продолжение следует.

Может через сто лет ;)

Но вы крепитесь!