Часть 6

      Весь день Синдзи был окрылён, а с уст не сходила лёгкая улыбка. Будто бы в кои-то веки с его плеч сняли самый тяжёлый камень из всех существующих на этом свете — камень одиночества. Его сердце горело желанием собрать для неё все цветы этого мира, лишь бы вновь увидеть на её лице искреннюю улыбку и блеск карих глаз. Когда она улыбалась, пустота из них исчезала. Эти мечтания и раздумья вытесняли мысли о плохом. Он знал, он сможет выстоять всё, если она будет рядом. Он обязательно найдёт того, кто сотворил это с ней. Найдёт того, благодаря кому они встретились. В Готее было очень тихо. Не витай он в облаках, то понял бы, что это затишье перед бурей, но все его волнения занимала лишь она, девушка с израненными плечами и такой же покалеченной душой.       Когда солнце стало клониться к закату, Синдзи поспешил домой, не замечая ничего перед собой. Он знал, что хочет ей сказать, и что более важно, извиниться за то, что чуть не убил её. Уже на подходе к дому он заметил разбросанные у дома белые цветы. Сердце его дрогнуло в ужасном предчувствии, а улыбка сошла на нет. Подняв взгляд, он увидел Хикари. С её глаз капали слёзы. Она стояла на коленях на самом пороге. Кто-то держал её за руки с обоих сторон, не давая девушке вырваться. Её плачь был невыносим. Хикари подняла взгляд и увидела его перепуганное, медленно понимающее в чём дело, лицо.       — Синдзи! — раздался её надрывный крик.       Их раскрыли.       — А вот и сам виновник торжества, — раздался спокойный голос Айдзена.       Синдзи застыл.       — Уж не думал я, что вы падёте так низко, чтобы приютить вайзарда. Кто-кто, но точно не вы, капитан.       — Отпусти её. Сейчас же, Айдзен. Она не монстр.       Синдзи инстинктивно взялся за рукоять меча.       Айдзен рассмеялся.       — Конечно, нет. Она вишенка моего творения! Стабильная смесь пустого и человека. Кто бы мог подумать, что именно она станет успешным образцом, после стольких экспериментов! Его глаза блеснули огоньком безумства.       — Что... Так это ты... — Синдзи наполняла неистовая ярость.       — Да-да. Пока ты гонялся за Киске, предателем оказался я. Было забавно наблюдать за тем, как вы следите друг за другом.       — Айдзен. Ты арестован за предательство Готея 13, — проговорил он, стиснув зубы.       — Ох нет, нет... Это ведь ты всё это сделал, Синдзи. Три слова против одного. Мы конечно же доложим, как казнили предателя на месте.       — Ичимару, Тоссен... Вы за одно с этим мерзавцем? Очнитесь! Вы же синигами!       — Ну, а затем я примусь изучать эту малышку. Он бросил свой взгляд на перепуганную Хикари, по-прежнему улыбаясь.       — Ты не посмеешь! — Кровь кипела в его висках, он был готов в любую секунду бросится вперёд.       — Приготовься к смерти, Синдзи.       После этих слов Ичимару и Тоссен кинулись к нему.       — Нет! Синдзи! — вскричала девушка и хотела бросится вперёд, но ошейник из света не дал ей прорваться. Айдзен же мирно наблюдал за происходящим с крыльца дома.       Множество атак Синдзи отбивал, но двое против одного было совсем не честной схваткой. Ичимару своим длинным клинком ранил его спереди, а Тоссен сзади. Синдзи упал на колени, ощущая тёплую кровь.       — Нет! — закричала Хикари, видя, как единственный дорогой ей человек в этом мире умирает на её глазах. Уже второй раз.       Неистовая ярость и боль вырывалась из её груди, и она взревела, пока её лицо обволакивала маска проснувшегося в ней пустого, и пустой этот был в ярости. Она с молниеносной скоростью бросилась вперёд, не видя перед собой ничего, кроме Синдзи, зажимающего себе рану в груди. В тот момент, когда она переступила через порог, ошейник света разбился на тысячи осколков, не выдержав натиска её силы. Она оттолкнула всех от Синдзи. Движения её были столь быстры и сильны, что Ичимару и Тоссен отлетели шагов на 15. Маска с её лица спала, и она подхватила его на руки.       — Нет, Синдзи, прошу тебя, не умирай. Синдзи... — шептала она, пока горячие слёзы капали на его щёки, а в глазах её он читал такую боль, которую не видел ещё ни в чьих других.       — Как интересно... — похлопал Айдзен. — Браво. И пустые, оказывается, способны любить. Я восхищён, дитя. Ты, действительно, будешь опытным образцом.       Хикари посмотрела на него с невероятной злостью, переходившей в ненависть и безумие. Синдзи взял её за руку, пытаясь не упасть окончательно.       — Айдзен! — раздался голос Урохары. — Так это был ты... Как ты мог?! Я думал, что это Синдзи, но ты...       — Ах, вот и вторая моя марионетка. Как же ловко было вами управлять. Ну что ж. Сегодня вы умрете оба , и Готей похоронит двух предателей. Как славно.       Урохара взглянул в отчаянные глаза перепуганной девушки, которая старалась как могла остановить кровь, вытекающую из груди Хираку, и прочел в них: «Помоги».       Высвободив свой Дзанпакто, Киске бросился на Айдзена, отвлекая внимание и дав ей знак бежать.       — Синдзи, прошу тебя, бежим... Синдзи, умоляю, — шептала она.       Он взглянул на Урохару, который старался биться против троих и понимал, что он должен помочь. Но в таком состоянии он не мог даже встать. Взглянул на Хикари, которая испуганно умоляла его бежать. Синигами понял, что именно сейчас его настиг выбор, о котором старался не думать всё это время. Готей или же Хираку. Проглотив свою ярость, Синдзи кивнул, выбирая её.       В это же мгновение на лице Хикари появилась маска пустого, она подхватила его и используя невероятную скорость пустого направилась в сторону леса, полностью скрывшись из вида. Синдзи понимал, что если Хикари вступит в бой ради Синдзи и его преданности Готею, она умрет из-за недостатка какого-либо боевого опыта, а значит, и он вместе с ней. Урохара остался один. Однако, как они узнают позже, он сумел скрыться. Айдзен со своими приспешниками остались ни с чем.       Но не проиграли.       Синдзи и Хикари скрылись в лесу. Выбившаяся из сил девушка, изо всех сил скрывая свои слёзы, перевязывала раны клочками её небесного кимоно. Они выжидали. Путь к Готею оказался для них отрезан. Если он сунется к главнокомандующему, его изгонят за нарушение приказа, а её казнят на месте. Поэтому им оставалось лишь ждать. Вскоре до них долетела весть, что Урохара сумел оторваться и направился раненый в Готей, но его опередили и признали виновным в тяжких экспериментах и преступлениях против Готея. Поэтому он сбежал. Синдзи так же изгнали из синигами как сообщника, и он сбежал в мир людей следом за Киске. Их объявили в розыск. Айдзен выиграл, оставаясь руководить своей шайкой в тени.       Хираку потерял свой дом. Он, быть может, принял бы свой приговор и склонился к ногам правосудия за ослушания приказа, но вот только он не мог оставить Хикари одну. Поняв, что им ничего не остается, они навсегда покинули сообщество душ.       Так Синдзи потерял свой дом, своё призвание, но обрёл ту, ради которой он был готов биться до самого конца. Объединившись с Киске, они поклялись когда-нибудь прикрепить Айдзена.