Гокудера Хаято. Часть 1.

В густой тени длинного коридора стояли двое. — Отпусти! — жалобно простонала девушка, пытаясь вырвать свои руки из причиняющей боль хватки молодого человека. — Мне больно! — Отпущу только тогда, когда ты признаешься, дура! — прошипел Хаято, раздражённо сверкая кошачьими глазищами. — Сам ты придурок! — выкрикнула ему прямо в лицо девушка, тяжело дыша. На ресницах блестели слёзы, нижняя губа дрожала. — Я всё уже объяснила, что ещё ты от меня хочешь услышать?! Гокудера приблизился к ней вплотную, заставляя попятится назад. Она всхлипнула, вжимаясь в холодную стену спиной. Хаято склонился к уху, упираясь ладонями в стену по обе стороны от её лица. От него исходил умопомрачительный аромат туалетной воды. И не из дешёвых. Сексуальный, возбуждающий. Она шумно сглотнула, глядя прямо в прозрачные глаза, подёрнутые коркой льда. — Знаешь, что бывает с предателями? — в обманчиво мягком шёпоте, чётко слышалась неподдельная угроза. — Хочешь, я расскажу тебе? М-м? Она отрицательно помотала головой. — Нет, — тихо выдохнула девушка. — Не хочу. И я тебя не предавала. Гокудера смерил девушку равнодушным взглядом, внимательно рассматривая её лицо. Гладкая, чистая кожа, маслянистые большие глаза, густые волосы. Небольшой, чуть вздёрнутый носик, мягкая линия припухлого рта. «Хорошенькая!» — вевольно пронеслось у Хаято в мыслях, заставив его вздрогнуть и отшатнуться от напуганной девушки. — Твою мать! — в сердцах выругался он, нервно закрутившись на месте, растрепав пепельно-серебристые вихры. Вонзил в дрожащую от страха девчонку недовольный взгляд. Сделал глубокий вдох, прикрыв глаза, пытаясь совладать с раздражением. И почему он опять думает об этом?! Чертыхнувшись, он снова запустил пальцы в волосы, взлохмачивая их ещё больше. Она наблюдала за ним с затравленной настороженностью, молча растирая свои запястья. Зелёные глаза хранителя урагана скользнули на её руки. Наверняка на них останутся следы от его жёсткой хватки. Ему стоило быть немного помягче. Она опустила голову, пряча от него свои слёзы. — Я не сделала ничего плохого! — обиженно твердила девушка, шмыгая носом и утирая рукавом соленые капли с покрасневших щёк. Перестав всхлипывать, подняла на него заплаканные глаза. — Ненавижу тебя! Мерзкий, напыщенный, самовлюблённый кретин! И быстренько убежала, пока Хаято был занят своими мыслями. Когда девчонка скрылась за поворотом, он запоздало понял, что его сейчас обругали с головы до ног. Ошарашенно вылупил глаза, глядя перед собой и замирая с поднесённой к губам сигаретой. — Это я мерзкий, напыщенный и самовлюблённый? — ткнул сам в себя указательный палец Гокудера. — Кретин.? Тц! Эта девчонка! Густые пепельные брови гневно сошлись на переносице. Он со злостью смял в руке пачку Mallboro. Отшвырнул от себя так и не прикуренную сигарету. *** Да что он о себе возомнил?! Да как смеет так с ней обращаться?! Она его не предавала! Это всё ложь! Да она бы никогда не посмела предать друзей, и всегда старалась помочь, чем могла, хоть у неё и отсутствовало пламя посмертной воли. Просто доверие сыграло с ней злую шутку, и Гокудере пришлось улаживать один неприятный конфликт между преступными группировками. Джудайме, имея мягкую натуру и добросердечие, выслушал её сбивчивые объяснения и простил ошибку. Но Хаято… Хаято захотелось лично вытрясти из неё какое-то призрачное признание, поймав за шиворот в коридоре отеля, принадлежащему Вонголе. Он ей не доверял. Она работала журналисткой и иногда помогала Вонголе. Гокудере это пришлось не по душе. Он всегда её упрекал, стараясь укусить побольнее словами. Он всё время раздражённо вздыхал, глядя на неё острым, как бритва, взглядом прозрачно-зелёных глаз. Упрямый, строгий и докучливый. Но… Свои чувства к нему так тяжело было прятать глубоко в сердце! В один прекрасный (или ужасный?) день поняла, что влюбляется в этого парня со вспыльчивым характером. Только вот, это было далеко не взаимно. Приходилось притвориться, будто общая неприязнь была взаимной. Она прибежала в свой номер и заперла дверь. Опираясь на неё спиной, с усталым вздохом обессиленно съехала на пол, обхватив колени руками. Глупое сердце гулко билось в груди, губы кривили подступающие рыдания. Так и просидела на полу, пока ноги не затекли. Плакать было уже нечем, да и голова жутко разболелась. Она не разговаривала с Гокудерой. Демонстративно отворачивалась всякий раз, когда ловила на себе колючие взгляды кошачьих глаз. Очень красивые, миндалевидной формы, с густыми ресницами, будто пеплом присыпанные. Животная, холодная красота, вкупе с отвратительным характером. Девушка горестно вздохнула, украдкой любуясь его чётким профилем. Обида и злость всё ещё жили в её душе, и прощать так просто она его не собиралась. Попытка Тсунаёши помирить их всякий раз проваливалась очередной ссорой. Она готова его простить, если Гокудера лично извинится перед ней. Ночью ей не спалось, в голове мысли крутились волчком, мешая уснуть. Утром чувствовала себя просто кошмарно, плетясь на работу в не лучшем настроении. День прошёл, как обычно, насыщенно. На часах было девять вечера, когда девушка ушла с работы. Прохлада летней ночи скользила по её лицу, касалась оголённых ног, путалась в волосах. Путь домой проходил через малолюдную тропу. Ничего не подозревя, она свернула в переулок, устало плетясь в сторону видневшегося пешехода. Вдруг из-за угла вышел человек и быстро схватил девушку, прислонив ко рту какую-то тряпку. Вскрикнув от неожиданности, она даже и понять ничего не успела, как перед глазами тут же всё расплылось и ещё спустя мгновение её тело постепенно обмякло в руках похитителя. *** Веки разлепились с трудом. В глазах танцевали чёрные мушки, тошнота скрутила живот. Она попыталась встать, застонав от боли во всём теле. Только пошевелиться она не могла, так как девушка оказалась связана по рукам и ногам. — Девка очнулась, босс, — раздалось как будто сквозь вату откуда-то сбоку. — Эй, ты! Просыпайся! Её резко вздернули с пола, грубо усаживая на стул. Вынули изо рта кляп, ощутимо больно похлопали по щекам. Голова кружилась, тошнота усилилась, подкатывая к горлу горьким неприятным комком. Ей итак достаётся ото всех вокруг, так ещё и похищение! — Кажется, она сейчас блеванет. — Диего, ты её что, чем-то накачал?! — возмутился мужчина с бритой татуированной головой. — Боссу она нужна в трезвом уме! — Да ничего я ей не давал! — огрызнулся мужчина, которого звали Диего. — Просто девка слаба на желудок! — Где я? — слабо выдохнула девушка, тряхнув волосами. В глазах постепенно прояснилось, а приступ тошноты сменила паника. Её бросило в холодный пот. Дернулась на стуле, но тщетно. Веревки туго затянуты, больно натирая кожу на её нежных запястьях. Она испуганно запричитала. — Кто вы?! Что вам от меня нужно?! — Умолкни, милочка, — прозвучал спокойный низкий голос позади. Тон, каким это было сказано, заставил невольно подчиниться. — Ненавижу, когда бабы начинают скулить, как побитые суки. — Кто вы? — попугаем повторила девушка, вертя головой по сторонам. Неприятно скрипнула кожаная обивка кресла. Мужчина тяжелой поступью приблизился к дрожащей и всхлипывающей девушке. Он обошёл её сбоку и присел на корточки, грубо хватая за подбородок, заставляя посмотреть на него. Жестокие карие глаза воззрились на девушку. В сумраке сверкнули белые зубы в нехорошей ухмылке. Знакомое лицо! — А ты очень мила!— довольно протянул мужчина, скользя по её лицу паучьим взглядом. — Приведите её ко мне в кабинет, принесите вина и кубинских сигар. По телу девушки пронеслась неприятная дрожь, желудок скрутило от страха. Паника захлестнула с головы до ног. Слёзы снова покатились по щекам, застилая глаза. — Зачем я вам? — пискнула она, с диким ужасом глядя на высокого мужчину со шрамом на лице. — Что я сделала? — Зачем ты мне? — медленно переспросил мужчина, сузив веки. — Узнаешь, как только останемся с тобой наедине. Её подхватили и тут же поволокли куда-то. Она отчаянно сопротивлялась, умоляя отпустить её, кричала и плакала, но всё тщетно. Её втолкнули в кабинет, развязав руки и ноги, и закрыли за собой двери на ключ. Девушка ринулась следом, замолотив по ней кулаками, требуя выпустить. Бесполезно. Её игнорировали, а шаги в коридоре затихли. Прошло полчаса. Наконец, она услышала, как в замочной скважине провернулся ключ. Подскакивая с дивана, как ужаленная, девушка схватила подсвечник со стола, готовясь напасть на похитителя. Дверь открылась, пропуская в помещение уже знакомого мужчину с карими глазами. Он смерил девушку насмешливым взглядом, сунув руки в карманы брюк. — Для твоего же блага, опусти подсвечник, — обманчиво мягко попросил он, медленно приближаясь к напуганной до смерти девушке. — Я просто задам тебе пару вопросов. В зависимости от того, насколько мне понравятся ответы, ты либо останешься жить, либо нет. Девушка недоверчиво уставилась на него, пятясь назад. Импровизированное оружие она так и не опустила. Фернандо усмехнулся, качая головой. — Пошёл ты к чёрту! Он резко подался вперёд, ловко выбивая подсвечник из руки девушки, влепив ей затрещину. Она охнула, упав на ковёр. Во рту появился привкус железа, щека горела от боли. — Ненавижу, когда меня не слушаются! — прорычал мужчина, стоя над плачущей девушкой. — Особенно женщины! Вы созданы лишь для того, чтобы ублажать мой член! — Да что я тебе сделала?! — закричала она, глянув на него с ненавистью. — Не ты! А твой этот хранитель урагана! Из-за него я в полном дерьме! — Не понимаю, причём здесь я? — искренне недоумевала она, поднимаясь на дрожащие ноги. Кажется, он разбил ей губу. — Ты совсем тупая? Ты вообще меня слушала? — подивился Фернандо. — Ты его баба. А значит, он придёт спасать твою шкуру. Этого я и жду, чтобы отомстить! Она в полнейшем недоумении уставилась на мужчину. Он её имел ввиду? Это её изрядно развеселило. — Между нами ничего нет! — отвергла его заявление девушка, нервно хихикнув. — Да я его на дух не переношу! — Не лги! Я видел вас вместе. Ты садилась к нему в машину, возле дорогого отеля, — заявил с уверенностью в своих выводах Фернандо. — А теперь садись, и отвечай на мои вопросы. Девушка послушно присела в кресло. Мужчина сел напротив, облокотившись на гладкую поверхностью стола. Задавать вопросы — это её работа. Сейчас же, она попала в лапы к главарю банды Торино, дону Фернандо. Ей лучше прикусить язык. Этот мужчина славился в кругах мафиози, как жестокий и безжалостный тиран. Он ненавидел женщин. Однако, предавать Вонголу она не собиралась, особенно Гокудеру — он и так её подозревает в предательстве, а если она даст ещё один повод для сомнений… То потеряет его навсегда. Она вздохнула, приказав себе успокоиться и собраться. Нужно придумать, как выбраться отсюда. — Где сейчас находится база Вонголы? — задал первый вопрос мужчина, сцепив пальцы в замок. — Я не знаю. — ответила девушка, смело глядя мужчине в глаза. — Врёшь. — Нет. Эти сведения для меня закрыты. Фернандо недоверчиво склонил голову набок. — Диего! Входи! — крикнул он, глянув поверх головы девушки на дверь. — Сейчас ты у меня заговоришь. В кабинет вошел Диего. В руках у него был какой-то пузырёк. Нехорошее предчувствие окатило девушку с ног до головы, оседая колючими мурашками в теле. Она судорожно сглотнула панику, сухим комком застрявшей в горле. — Знаешь, что это, сеньорита? — Кислота, — угадала девушка, неотрывно наблюдая за движениями мужчины с пузырьком в руке. — Правильно, — улыбнулся одобрительно Фернандо, блеснув бесноватыми глазами. — Если твой ответ будет мне не по вкусу… Ну, ты меня поняла. — Я не знаю, где штаб Вонголы! — вскочила с места девушка, но её тут же насильно усадили обратно в кресло, рукой надавив на плечо. — Я… Я правда… не знаю… — Диего, держи её крепче! — велел подчиненному этот сумасшедший. — Нет!!! Фернандо поднес пузырёк к её лицу. Девушка задергалась в капкане сильных рук и ей каким-то чудом удалось выбить склянку с кислотой из рук мужчины. Та с дребезгом упала на пол, расплескивая вокруг шипящую жидкость, после чего закатилась под диван. Персидский ковёр прожгло насквозь — так было бы и с её лицом, попав на него хоть капля. — Ах ты дрянь! — рыкнул разозлившийся мужчина, выдернув девушку из кресла. Он резко швырнул её на пол и принялся бить ногами куда попало, параллельно сыпля ругательствами по кабинету. Ей ничего не оставалось, как прикрывать своё лицо, поскуливая от боли и унижения, дёргаясь с каждым новым ударом. Следующий лишил девушку сознания.