Занзас Скайрини. Часть 1.

Она легла спать, но сна не было ни в одном глазу. Её не покидало чувство, что произойдёт что-то ужасное. Страх всё выше поднимается из глубин души, сковывает всё тело железными прутьями. Паника душит горло невидимой перчаткой. Сердце бьётся в груди, как ненормальное. Интуиция ещё никогда не подводила. Так и случилось. Ночью началась сильная гроза. Занавески на окне зловещими призраками шевелились от поднимающегося ветра, шелестели кроны деревьев под окном. Она поднялась с постели, ступая по пушистому ковру босыми ногами. Внутри всё буквально кричало об опасности. Дрожащими руками закрыла окно, отрезая шум дождя. Девушка почувствовала чье-то присутствие, напрягаясь. В комнате она была не одна. — Вот мы и встретились, женщина, — в темноте раздался низкий с хрипотцой, знакомый голос. Заставив её резко обернуться, и с криком подскочить на месте. — Теперь ты точно от меня не сбежишь, мусор. Мужчина грациозно поднялся во весь рост, сидевший до этого в кресле. Девушка испуганной ланью замерла на месте, дрожа от страха. Как он нашёл её?! Хотя, для этого человека нет ничего невозможного. От него не спрятаться даже на дне океана. И даже в космосе он сумеет отыскать кого угодно. Особенно, её. Девушка, прижимая ладони к груди, попятилась назад. Истерика птицей билась в горле, от страха даже тяжело было нормально дышать. Его звериный взгляд винных глаз исподлобья прошивал насквозь. Сверкнула молния, и в её отблеске она увидела его лицо. Чудовищные шрамы жуткими кляксами проступали на загорелой коже. Но, это не портило идеальные черты лица. Длинная чёлка падала на лоб, на плечи небрежно накинут черный плащ до колен. В темноте белела рубашка, выглядывающая из-под плаща, расстегнутая на пару пуговиц. Пламя посмертной воли душила, просачиваясь ей прямо под кожу. Лишало собственной воли, подчиняло себе. Это был он. Собственной персоной. Её ночной кошмар. Занзас Скайрини. — Как?! — Она тяжело сглотнула, запнувшись. Язык отказывается ворочаться во рту. — Как ты меня нашёл? Глупый вопрос, да. Она прекрасно это понимала. Но спросила чисто на автомате. В винных глазах блестела холодная насмешка. Губы изогнулись в хищной полуулыбке. Не сулящей ничего хорошего. — Неужели ты думала, что я тебя не найду? — он говорил спокойно, но в тоне слышались твёрдые, металлические нотки. Ни у кого больше не получалось так говорить, как у Занзаса. С ледяным равнодушием и угрожающей мягкостью одновременно. — Я пришёл забрать своё по праву. Свою жену. *** Она была дочерью русского мафиозного клана. Единственной и любимой. Её отец разорился. Бизнес прогорел, долгов скопилось немало. Он задолжал крупную сумму и Девятому Вонголе. Занзасу обещали отдать в жёны дочь господина Романова в качестве уплаты долга. Вот тогда и начался личный ад для молодой, добропорядочной девушки. Не знавшей, что такое жестокий мир мужчин, построенный на боли, крови, пытках, бесконечных перестрелок и сексе. Всем этим адом управлял лично Занзас. Этого человека боялась вся Италия. Говорили, что он всех врагов перед смертью жестоко пытал. Женщин использовал лишь для плотских утех, и ни одна не задерживалась в его постели дольше, чем на одну ночь. После, их больше никто не видел. Не дай бог с ним встретиться. Однако, роковая встреча была неизбежна. Девушка не знала о том, что родной отец отдал её на растерзание льву. В тот вечер она была дома одна, застряв в личной библиотеке, читая очередной бульварный роман. Удобно расположившись с ногами в кресле с книгой в руках, она так увлеклась чтением, что даже не заметила чужое присутствие. Её мысли сейчас были целиком и полностью поглощены действиями в романе. Занзас наблюдал за девушкой, тенью затаившись между стеллажами напротив. Словно хищник, выслеживая свою жертву, трепетную лань. Её глаза были именно такими. Большими, наивными и доверчивыми. Нежный взгляд из-под длинных, пушистых ресниц. Розовые лепестки губ, на которых блуждала мечтательная улыбка. Лебединая тонкая шея, густые длинные волосы, идеальная, без единого изъяна кожа. Фарфоровая кукла. Так он про себя её называл. Красивая и хрупкая. Чуть сдави её в руках, сломается, как стебелёк. Изящная хрустальная статуэтка. Тонкие пальчики неторопливо перелистывали страницы, тихо шуршала бумага. Помещение освещал тусклый свет торшера, разгоняя темноту вокруг кресла. На столике стояла бутылка дорогого, коллекционного вина и бокал на тонкой ножке. Рядом лежала развёрнутая плитка шоколада. Девушка неторопливо пригубила бокал, в котором плескалась рубиновая жидкость. Цвета крови, цвета его собственных глаз. В которых плавали расколотые льды с острыми краями. — Интересно? Девушка вздрогнула, едва не выплеснув на себя рубиновую жидкость. Повертела головой по сторонам, всматриваясь в полумрак помещения, выискивая обладателя голоса. Отложила книгу, и встала с кресла, поправляя задравшийся подол сарафана. Как и ожидалось, девушка была и правда хрупким стебельком розы. Длинные ножки, узкая талия, небольшая грудь. В голову мужчине ударила кровь, в штанах становилось очень тесно. Он безумно хотел её. Хотел очень давно, едва увидев в компании подружек на одном из приёмов в честь юбилея старого куска дерьма. Но, как и любой другой охотник, решил для начала поиграть с вожделенной добычей. Занзас медленно вышел на свет, заложив руки за спину. Не отрывая от неё пристального взгляда, приблизился на расстоянии пару метров. Она шумно сглотнула, делая неловкий шаг назад. В ланьих глазах читалось растерянное удивление. — Что вы здесь делаете? — испуганно пискнула она. Нахмурившись, с легким раздражением добавила. — Сюда никто, кроме меня не имеет право входить! — Я могу входить куда пожелаю. И когда пожелаю. — самодовольно ответил Занзас, полоснув по ней сверкающим взглядом винных глаз. — Мне не нужно ничьё разрешение. Она во все глаза уставилась на мужчину, нагло ворвавшегося в её личный уголок. Недовольно вздохнула, скрещивая руки на груди. Нельзя показывать перед ним свой страх! Хоть и лично она не была с ним знакома, но наслышана о нём с лихвой. И все слухи носили отрицательный характер. — А вы наглый. Вам об этом говорили? — она выгнула идеально ухоженную бровь, гордо подняв подбородок, расправив плечи. Пытается выглядеть храброй? Занзас усмехнулся, качнувшись с носков на пятки. Губы кривила ироничная ухмылка. — Чего только обо мне не болтают! — задумчиво тянул мужчина, медленно обходя девушку по кругу. Она неотрывно за ним наблюдала. Занзас остановился у неё за спиной, и ей пришлось обернуться. Подобрал со стола брошенную ею книгу, повертел в пальцах, издавая очередной смешок. Без интереса пролистнул содержимое, поднимая на неё глаза с хищным блеском на их глянцевой поверхности. — Женщины любят читать такое? Как безвкусно! — фыркнул мужчина, отбросив книгу в сторону. Уселся без разрешения в её кресло. Сцапал бутылку вина, прочёл название, с одобрением покивал головой. — Неплохой выбор. Но, я больше предпочитаю виски. — Простите, но кроме вина ничего больше предложить не могу, — голос девушки дрожит. Боится. Он чувствовал её страх перед ним, и откровенно этим наслаждался. Занзас поднял на неё взгляд острых, блестящих кровавых глаз. И от этого взгляда у неё дрожь по позвоночнику прошла, а кожу лица будто обожгло. К щекам хлынул жар, шею запекло. Непонятное волнение охватило её, нервная дрожь поселилась к руках и ногах. От него исходили удушающие тяжелые волны. Посмертная воля. И весьма внушительная! Опасная, тёмная и подавляющая. Девушка смотрела на мужчину. А он в свою очередь, разглядывал её. Ощущение было таким, будто по ней ползёт скользкая змея. Она сглотнула сухой комок, застрявший поперёк горла. Её взгляд зацепился за проступающие безобразные шрамы на его лице и руках. Смуглая кожа, правильные черты лица, высокие острые скулы, ровный нос. Четкий излом густых бровей, раздваивающийся от середины. Идеально вылепленные твёрдые губы, упрямый подбородок без ямочки, которую она терпеть не могла. Несомненно, Занзас был дьявольски красив. А его глаза… Они сверкали на красивом лице, словно два ярких рубина из-под чёрных, длинных ресниц. Густые, удлинённые прямые волосы, косо зачесанная чёлка небрежно падала на глаза. В волосах торчали цветные перья и хвост какого-то животного. Специфично. — Нравлюсь? Она вздрогнула, и часто заморгала. Быстро помотала головой. — Нет! — слишком резко выпалила она. Занзас медленно поднялся во весь свой внушительный рост. Нагло глотнул вина прямо из горла, глядя поверх бутылки на девушку с прищуром. — Почему тогда покраснели? — хриплый, низкий голос сочился медовым ядом. — Потому что! — она запнулась, глубоко вдыхая, подбирая слова. На него старалась не смотреть. Ей стало вдруг нечем дышать. — Потому что здесь стало слишком жарко! Она быстро подошла к окну, распахивая створки настежь. Ветер ворвался в помещение, отбросив её волосы за спину. — Не я ли тому виной, сеньорита? — прозвучало издевательское прямо над ухом. Когда успел так бесшумно подкрасться? Она резко обернулась, ахнув от неожиданности, врезаясь поясницей в оконную раму. Он стоял к ней почти вплотную. Рубиновые глаза горели, точно угольки, вонзаясь ей прямо в мозг. У неё задрожала нижняя челюсть, и подогнулись ноги. Слишком близко. Она даже чувствовала аромат его туалетной воды, который обволакивал её, заползая в ноздри. Этот аромат пробуждал сексуальное желание, туманил рассудок, заставляя сердце биться чаще. Собрав всю силу воли, она осмелилась ответить. — Вы совершенно не в моём вкусе, Занзас. Вы мне не нравитесь. Несмотря на то, что он был одним из самых опасных и сильных мафиози, нельзя было игнорировать его животную, пленительную красоту. Горячий итальянский мужчина. Обаятельный мерзавец. Порочный, сексуальный самец. Босс самой опасной и сильнейшей в мире организации убийц, под названием Вария. Приёмный сын дона Тимотео, девятого Вонголы. Девушка старательно не поддавалась панике. Сопротивлялась его опасному очарованию. Такие как он не умеют любить. Не знают ни жалости, ни нежности. Только брать всё силой. И не важно, какой ценой. Прохладный воздух не остудил пылающие щеки. Когда мужчина склонился к её лицу, даже дышать перестала. Упираясь ладонями в подоконник, Занзас хищно улыбнулся. Его глаза скользнули на её губы. Ей показалось, что он сейчас её поцелует. Со смесью страха и любопытства ждала его действий. Ноги будто приклеились к полу, шевельнуться не было возможности. Сердце стремилось вовсе выскочить из груди. Ноги дрожали, в висках пульсировала кровь. — Так говорят все женщины, пока не окажутся в моей постели, сеньорита. — интимный полушёпот заставил девушку смутиться, и ещё больше вжаться в подоконник. Он едва ощутимо коснулся губами её уха, и быстро отстранился. — Впрочем, рано или поздно вы там окажетесь. Потому что, совсем скоро станете моей. Моей женой. Что, простите?! Ей это не послышалось? — Что вы сейчас сказали? — она едва не задохнулась от удивления. — Я неясно выразился? — выгнул бровь мужчина, снова присосавшись к бутылке. — Мне повторить? — Не нужно, — неуверенно выдавила из себя она. — Слова «нет», я не приму, сеньорита, — в низком с хрипотцой тембре, она чётко уловила угрозу. — Завтра утром за вами заедет машина. Она набрала в лёгкие побольше воздуха, молясь Богу, чтобы он не убил её прямо на месте за дерзость. — Я не выйду за вас замуж! — упрямо заявила она. На несколько минут повисла гробовая тишина. Скрипнула подошва кожаных ботинок, когда Занзас подошёл к девушке вплотную, больно сжав в пальцах подбородок, заглядывая прямо в глаза. — Твоего согласия я не спрашивал, женщина! — отчеканил он, опаляя дыханием кожу лица. Пламя на дне кровавых глаз опасно разгоралось, превращаясь в неистовый пожар. — Нравлюсь ли я тебе или нет, меня это не колышет. Ты. Выйдешь. За меня. Уяснила? Иначе, я убью тебя и твоего папашу, и всех, кто тебе дорог! Она мелко покивала, дрожа от ужаса. Она уже пожалела о своих словах, но было уже поздно. Она его уже разозлила. Мужчина резко отпустил её, оттолкнув от себя. — Завтра же поедем в загс, — тоном не терпящий возражений, добавил Занзас, поправив галстук на шее. — И только попробуй что-нибудь выкинуть. Пожалеешь, что родилась на свет…