Гокудера Хаято. Часть 3

Она шла на поправку. Гокудера зашёл к ней в палату уже поздно вечером, игнорируя возмущения медсестёр. Часы посещений давно истекли, но ему было на это плевать с высоты Пизанской башни. Остановить молодого человека было риском для здоровья. Девушка сидела на подоконнике в больничной робе, немного растрёпанная, но невероятно красивая. Длинные волосы выбились из небрежной косички, на лице ни грамма макияжа. Естественная красота журналистки очень нравилась молодому человеку. Она подняла на него глаза, которые тут же радостно заблестели, а на губах появилась смущённая улыбка. Хаято подошёл к ней, сунув руки глубоко в карманы брюк, сверкая зеленью кошачьих глаз. Цветы в вазе так и стоят, присланные им же ещё утром. Гокудера, облазив все магазины цветов поблизости, бормоча недовольства себе под нос, сумел-таки найти её любимые цветы. — Привет, — рроизнесла тихо она, болтая ногами, глядя на Гокудеру снизу вверх. — Спасибо за цветы. — Чего сидишь на сквозняке? — раздражённо буркнул Хаято вместо приветствия, нахмурив пепельные брови. — Не сиди на окне, это опасно! Девушка перестала улыбаться, опустив голову, обиженно поджимая губы. Впрочем, чего ожидать от непокорного Хаято? Его слова больно колют, режут и ранят. Никакой нежности не дождёшься от него. Они встречались уже две недели, но он так и ни разу её не поцеловал. Это её огорчало до злой обиды. Он просто приходил иногда, сидел у кровати, молча держа её руку в своей. Иногда он ей что-то рассказывал, и она просто слушала. И уходил, когда она засыпала, просто целуя в лоб, поправляя одеяло. А ей хотелось настоящих поцелуев, и настоящих объятий. В конце концов, она хотела, чтобы этот большой кусок темперамента прижал её к кровати, и хорошенько трахнул! А не просто приходил, излучая бешеную сексуальность, и сидел подле неё, как сторожевой пёс, держа за ручку. Её гормоны бушевали, как шторм в море. — Снова меня отчитываешь? — выгнула бровь девушка, не слезая с насиженного места. — А что не так? — изобразил удивление Хаято. — Я же забочусь о тебе. Ты только выздоровела. — Не обращайся так со мной! — О-о! Начинается! — закатил глаза Гокудера, рывком подтаскивая её к себе, подхватывая на руки, укладывая обратно на койку, снося возмущения. Навис над нею, наблюдая за тем, как она пыхтит, злобно зыркая на него. — А как мне с тобой обращаться? — Ну, — она запнулась, быстро облизав внезапно пересохшие губы. Тихо пролепетала, отводя глаза в сторону. — Я хочу делать то, что делают все влюблённые пары. Хаято молча рассматривал девушку, долго не отвечая. Тишину в палате нарушало тиканье часов на прикроватной тумбочке. С улицы подул ветерок, зашевелив сонные тюли на окне. Сигналы машин, клаксоны скорой помощи, и гул голосов раздавались внизу на парковке у больницы. — Что делают все пары? — медленно переспросил Хаято, сужая веки. — И что же это, уточни пожалуйста? Она набралась терпения, глубоко вздыхая. Пора брать инициативу в свои руки, иначе этот балбес не догадается сам, чего она хочет. — Близости, чёртов тугодум! — не выдержала девушка, прошипев сквозь зубы. — О, Мария! Ты такой недогадливый?! Или ты этого не хочешь? Что я дл… Договорить она не успела. Гокудера грубо заткнул её рот поцелуем, обхватив лицо двумя ладонями. Она замерла, широко распахивая глаза, не сразу сообразив, что он только что её поцеловал. И этот поцелуй был таким же сносящим всё на своём пути, как ураган. Она запустила свои пальцы в его волосы, мягкие и прохладные на ощупь. Отвечала на поцелуй с той же пылкостью. Обвила его ногами, призывая накрыть Гокудеру её сверху своим тяжёлым телом, придавливая к постели. О, Пресвятая Мария! Целовался Хаято просто божественно! Гокудера замедлил поцелуй, превращая его из дикого, в нежный и чувственный. — Думала, что я не хочу тебя? — отрываясь от её губ, он тихо рассмеялся, погладив по голове. — Всё как раз наоборот. Я хочу тебя до безумия. Я ждал, когда ты будешь готова к этому сама. Не бросаться же мне на тебя, как животное? — Ох, Хаято! — выдохнула девушка, прикоснувшись кончиками пальцев к его щеке, проводя по острой скуле. Гокудера резко отстранился, поднявшись с постели к разочарованию девушки. Подошёл к двери, запирая её на замок, потушив свет в палате. В полумраке его глаза полыхали точно, как кошачьи. Он скинул с себя пиджак, дёрнув за галстук. Она приподнялась на постели на локтях, наблюдая за его действиями. — Значит, этой ночью ты всецело будешь гореть в моих объятиях. — пообещал он осевшим от возбуждения голосом, вновь нависая над нею. Жарко шепнул прямо в дрожащие губы, запуская пальцы под футболку, настойчиво накрывая её грудь. — Я заставлю тебя кончить через две минуты! Она часто и глубоко задышала, когда Гокудера прижался губами к её шее, сдирая с неё одежду, выкладывая влажную дорожку из поцелуев к груди, целуя живот, опускаясь всё ниже, дразня большим пальцем один сосок. — Хаято… — Я хочу слышать твои стоны! — хрипло потребовал он, раздвигая ее ноги. — И я хочу попробовать тебя на вкус. — О, Боже! — пискнула девушка, когда его горячий язык скользнул по влажным складочкам, касаясь пучка нервов, вызывая дрожь по всему телу. Она вцепилась ногтями в простынь, хватая ртом воздух, прогибаясь в спине, чувствуя нарастающее напряжение. Её аж подбросило на постели, когда Гокудера принялся посасывать тугой узелок, врезаясь сильнее языком, вырывая из её груди бесстыжие стоны. Он резко оторвался от неё, продолжая трение большим пальцем, затыкая срывающийся с её губ крик наслаждения поцелуем. Когда спазмы утихли, а она перестала дрожать, Хаято стянул с себя рубашку, швырнув в сторону. Немного придя в себя, девушка залюбовалась его телом, с прокачанными мышцами на руках, на поверхности которых проступали синие вены, переплетаясь между собой, как провода. Твёрдые кубики пресса, жар его тела, запах его кожи сводил с ума. Возбуждение новой волной прокатилось по всему телу, внизу требовательно заныло, плоть болезненно пульсировала между ног. Она нетерпеливо притянула Хаято к себе, раздвигая ноги шире. Внутри её лона всё онемело, пульсация усилилась, и она изнывала от нетерпения ощущения его плоти в себе. Он вошёл в неё одним резким движением, замирая, наблюдая за её реакцией, тяжело и хрипло дыша. — Пожалуйста, Хаято! — сдавленно произнесла она, потянувшись к его губам. — Не останавливайся! Он всё понял по её взгляду. Гокудера толкнулся в ней, растягивая изнутри, двигаясь всё быстрее и жёстче. Завладевая ее губами, переплёл их пальцы, вжимая её руки в простыни. Дыхания смешались, тела сплелись на постели, аромат любви расползался по палате, и им было сейчас наплевать на всё, что сейчас происходит снаружи. Здесь и сейчас были лишь они одни, а все проблемы подождут за дверью. Этой ночью он брал её то нежно, то грубо, доводя девушку до острого оргазма не единожды. Хаято был ненасытным, страстным и очень красивым. А когда она довольная и уставшая уснула на его плече, впервые в жизни задумался о том, чтобы жениться и завести семью. Конечно же, только с этой девушкой, которую он полюбил всём сердцем и душой…