Часть 13

— Ох ты ж, — выдохнула Блум, с трудом уклоняясь от потока враждебного огня; дракон этого не оценил и взревел пуще, пытаясь дотянуться до лакомой плоти зубами. — Расслабься, дружок. Мы с тобой почти родственники. Девушка со взмахом крыльев оторвалась от земли, раскалённой драконьим дыханием, и рванулась подальше от разъярённого зверя. «Каникулы будут занимательными», — отметила она с кривой усмешкой. От температуры на Пиросе, казалось, кровь могла запросто закипеть, если бы внутренности девушки не защищало собственное пламя; вдыхать такой горячий воздух было наслаждением для лёгких, но на этом, пожалуй, плюсы этого места заканчивались. Планета, пусть и не походила на уничтоженное Прародительницами Домино, но и ушла от разрушенного королевства недалеко: единственные жители Пироса — драконы; множество прожорливых монстров, которые с удовольствием вонзятся зубами в шею (и, скорее всего, одним укусом перегрызут её). Оторвавшись от дракона, Блум оглядела безжизненную равнину. Почти ничто не нарушало её унылую гармонию: лишь несколько странных растений, покрытых едва заметной коркой лавы, изредка возвышались над землёй. Хмыкнув, девушка опустилась на горячую почву; ей оставались пустяки — понять, как стать сильнее. Но сколько бы фея ни напрягала память, она не смогла вспомнить способ, который должен помочь ей в стремлении. — Фарагонда сказала, что мои шансы выжить здесь меньше десяти процентов, — выдохнула она в тишину, озираясь. Вокруг не было ни души, только лава, шипящие горячие потоки и небольшие растения, названия которых девушка, конечно же, не знала. — А что делать, если я уже выжила, не сказала… Магической трансформации по прибытии на драконью планету не произошло. Девушка прикрыла глаза, пытаясь нащупать внутри себя ту самую искру, ту самую силу, ради которой отправилась в это пекло. — Да ладно, это же магический мир, в конце концов, — пробормотала она, сердито разглядывая окружающее пространство; волшебница сама не знала, на кого злится больше: на Пирос или на директрису. — Мне что, просто рассесться тут и заняться медитацией? Несмотря на скептическое отношение феи к подобному занятию — просто сидеть и ничего не делать, это же тупо, ей-богу! — девушка уже была согласна на медитацию. Только как же ею займёшься, когда тут столько прожорливых тварей? От размышлений фею отвлекла вибрация в кармане. Блум игнорировала телефон некоторое время, но затем это стало просто невыносимым. — Да кто такой настойчивый? — тихо возмутилась она, сунув руку в злополучный карман. «Неужели они забыли?» Девушка за неделю до этого практически каждый день напоминала своим земным родителям, что не сможет их навестить. Впрочем, на дисплее высветился вовсе не земной номер. — Да блять… Брать не хотелось: перспектива бороздить едва ли затянувшиеся раны вовсе не привлекала, да и время было неподходящее; но фея прекрасно понимала, что этот его жест её не отпустит. Вибрация, пробравшаяся в ладонь, непременно поселится — уже поселилась — в подкорке и не отпустит; потребность поговорить, словно навязчивая идея, будет зудеть и не давать ей покоя. — Что тебе нужно? — процедила Блум сквозь зубы. Ответом послужил короткий треск в динамиках — связь на Пиросе явно оставляла желать лучшего. Затем сквозь него пробился голос, слегка искажённый помехами, но всё же отчётливо знакомый. «Ты где? — тихо спросили на том конце провода; девушка до скрипа сжала зубы. — Я был в Гардинии, но...» — Далеко, — оборвала его Блум. Гнев накатывал, как лавина, от самой лишь мысли о том, что он мог бы что-то требовать от неё после всего, что произошло. В динамике, тем временем, повисла тишина, но собеседник на другом конце всё ещё был на связи — об этом свидетельствовал тихий треск. «Я не собирался всё заканчивать вот так». Блум откинула голову назад, закатила глаза и сжала челюсти; в груди её всё стянуло от глухого раздражения. — Да конечно, — её голос сочился ядом, а взгляд беспокойно скользил по раскаленному пейзажу. Вулкан на горизонте дышал огнём, а фея — гневом. — Не собирался, не хотел, не думал. Я ничего не забыла, дорогой? Одного не понимаю, Скай: от меня-то тебе что надо? С одной Диаспорой скучно стало? На том конце послышался резкий вдох. «Я просто хочу поговорить с тобой! — Его голос взлетел на тон выше, заглушая треск связи. В динамике зашелестело сильнее, будто даже сам Пирос противился этому разговору. — Нормально поговорить, Блум. Отвлечься». — Я уже неплохо отвлекаюсь от тебя, — пробормотала Блум, стараясь самой в это поверить. Всё ведь и вправду было неплохо. — Нахера ты мне звонишь? Зачем в очередной раз всё портить, Скай? Ты вообще умеешь хоть что-нибудь, кроме того, чтобы всё портить? «Это несправедливо, — глухо произнёс Скай, но его голос теперь был приглушённым, словно он говорил не с ней, а с самим собой. — Я просто запутался». От его слов у девушки перед глазами пошли темные пятна. Она не выдержала и рассмеялась: — Охренеть, правда? Да что ты знаешь о несправедливости? — в голосе её проскользнуло бешенство. Она сделала шаг вперёд, словно могла пройти сквозь раскалённый воздух и оказаться прямо перед ним, чтобы сказать ему все прямо в лицо. — Запутался?! Отлично! Значит, запутывайся дальше. Без… Драконий рёв позади оборвал фею на полуслове, а огненная вспышка пронеслась в нескольких дюймах от её плеча.

***

Мест, куда могла податься эта сумасшедшая, было, конечно, много. Но интуиция подсказывала Валтору, что феечка, не изменяя себе, снова решила сунуться прямо в самое пекло. — Есть мысли, где она может быть? — прервала его мыслительный процесс Гриффин. Мужчина хмыкнул и медленно кивнул. — Возможно, — немногословно отозвался он, — расскажи мне ещё раз, что мы имеем. Директриса, не скрывая своего раздражения, коротко цыкнула, но всё же покорно повторила то, что удалось выудить у Фарагонды. Закончив свой рассказ, Гриффин встретила взгляд Валтора в ожидании его вердикта. — Я убью её, — заключил Валтор. Честно говоря, маг всё ещё лелеял надежду, что его теория не оправдается, и невыносимая фея просто свалила куда-нибудь разбираться со своими тараканами, забыв предупредить об этом своих домашних. Но чем ближе мужчина был к планете Драконов, тем сильнее в венах плескалось знакомое пламя. Демон шагал по раскалённой земле Пироса, и каждый его шаг сливался с жаром этого огненного мира, словно сама планета принимала его в свои объятия. Пламя, заполняющее воздух, ощущалось как что-то живое, тянущееся к его телу, как неведомая сила, которая с каждым шагом становилась всё сильнее. Вдалеке дремали драконы, гигантские создания, чьи глаза сверкали красным, а чешуя была как раскалённая угольная пыль. Они фыркали и скалились, но нападать не решались, держась на почтительном расстоянии от чужака, чей запах был пропитан огнём, который они сами знали и уважали. Валтор замедлил шаг, вслушиваясь в каждый шорох, в каждый потрескивающий звук, что доносился с горизонта. Он ощущал на себе дыхание этой планеты, её горячее сердце, которое било в такт его собственному пламени. В его глазах, как огонь, вспыхнула яркая искра. Он искал её и чувствовал, как в жилах зашевелилось знакомое пламя, как оно вибрировало, дрожа на грани осознания. Огненная энергия, пульсирующая в воздухе, была слишком узнаваема. Её источник — та самая фея, которая не могла просто сидеть на месте и не вмешиваться в каждый процесс, — был здесь, близко. Тонкие завывания разнеслись над пустошью. Первое. Второе. Потом третье, разрастающееся в хор, от которого даже раскалённая земля, казалось, вздрогнула. Мужчина замер, вслушиваясь, напрягая каждое чувство. Эти существа не были стайными. Они не собирались в группы. Разве что… В животе неприятно сжалось предчувствие. — Охота, — процедил Валтор. Даркарова, невыносимая, безрассудная девчонка; его челюсти сжались, а огонь в глазах вспыхнул ещё ярче. — Раздери меня, Даркар… Блум!