Часть 2

Томми открывает глаза, а следом открывается и рот, брови же взлетают вверх. Он стоит в незнакомой ему комнате — светлой и пыльной. А перед ним — широкий стол, заваленный бумагой и книгами. Человек, сидящий за этим массивным, деревянным предметом мебели, — точная копия Уильяма. Только более взрослая и с белыми прядями отросшей чёлки. Он поднимает на него взгляд из-под круглых очков и удивляется. —Ты зачем? Голос у него с хрипотой, глубокий. Томми отмирает и начинает оглядываться по сторонам, сжимая лямки рюкзака в нервном жесте. У стен стоят стеллажи, полные книг, пара кресел и картины на свободном вертикальном пространстве. Всё это прерывается пылинками, освещёнными солнцем из окна позади двойника Уильяма. Томми раскрывает рот, бессвязно бормоча и сильнее сжимая ладони за лямках рюкзака: —Я. Я домой з-зайти хотел. Этажом, н-наверное, о-о-ошибся. И-извини, — он, только разворачиваясь, спохватывается и исправляется: —Точнее, и-извините. Он разворачивается, кладёт на круглую дверную ручку ладонь и его останавливают: —Куда ты собрался, приятель? Томми оборачивается и его язык как-будто немеет. Солнце стало светить чётко в окно, создавая ореол вокруг сидящего за столом. Выбеленная чёлка свисала на глаза, казавшиеся в этом антураже винными, а не карими. Он наклоняет голову. Руки его сцеплены пальцами и служат опорой для подбородка. Мужчина не улыбается, поэтому выглядит очень уверенно. Томми снова нервно сжимает лямку рюкзака и более уверенно разворачивается назад к двери. Он дёргает за ручку, готовый выйти в подъезд, вернуться уже на собственный этаж и забыть это место как страшный сон. Даже если ничего страшного в этой ситуации не было — то, как сейчас билось его сердце должно было быть слышно за пару метров точно. Однако никаким его мыслям в этот момент не суждено было сбыться. Ни тем, в которых он убегает, ни тем, в которых его останавливают, ни тем более тем, где он возвращается к себе. За дверью, через которую он вошёл, была высокая, крутая лестница. Ступеньки — узкие и высокие — укрыты красным ковром или чем-то таковой напоминающим. Томми отшатнулся и развернулся, округляя глаза и уставляясь на всё ещё сидящего хозяина помещения. Тот, не очень заинтересованный, просматривает какие-то бумаги, до этого лежавшие на столе. Томми хочет накричать на него, выпустить внезапную злость, что перетекла из страха. Однако вместо грозного и кинематографичного «где я?» у него вышло заикание с придыханием. Так ещё и последнее «я» чуть не проглотил во всхлипе, рвавшемся наружу. Мужчина в ответ выдыхает и встаёт из-за стола. Он смотрит так, будто для него стало привычным, что подростки оказываются у него в кабинете пытаясь попасть в свою квартиру. Он обходит стол, встаёт напротив Томми и кладёт свои руки ему на плечи, слегка наклоняя голову чтобы установить зрительный контакт. —Так, приятель, угомонись. Вдохни, — он делает паузу, показывая как делать глубокий вдох. Томми громко всхлипывает и глаза его наполняются слезами. —Эй, эй, всё хорошо, слышишь? Всё в абсолютном порядке. Томми, не слыша этого, сгибается и прячет слёзы и лицо в ладонях. Его колени подгибаются и ему хочется упасть и разрыдаться от той безысходности, что навалилась на него в этот момент. Мужчина же берёт его под локти и ведёт к одному из стоящих рядом с книжными шкафами кресел, усаживая туда. Он присаживается перед подростком на корточки и гладит по острым коленям. —Приятель, хочешь воды? — Спрашивает он тихо, пытаясь успокоить накатывающую истерику у сидящего перед ним. Томми в ответ только неопределённо качает головой, что незнакомец расценивает как согласие. Он встаёт и отходит на пару шагов, возвращаясь со стаканом воды. Подросток же в этот момент сгорбливается и утирает слёзы до красных пятен на скулах. Желание сбежать, вернуться домой, поселилось в голове. Томми не принимает стакан, что незнакомец ему пытается вложить в руку. Он резко выдёргивает конечность из чужих ладоней и заходится в новой волне слёз и всхлипов. Его начинает мелко трясти. Мужчина отставляет стакан рядом на пол и, приподнимаясь, обнимает Томми. Утыкая себе его в рёбра и начиная гладить спину, перебирать пряди волос на затылке, мужчина шепчет тихое «тчшш, тише, всё в порядке». Он повторяет эти слова несколько раз, пока Томми не затихает. Происходит это, конечно, не быстро. У подростка не хватало сил подняться и выпутаться из рук человека, поразительно похожего на его брата, даже когда он успокоился и прошло минут пять. Мужчина же продолжал его обнимать и тихонько качаться взад вперёд в успокаивающем жесте. Томми устал от этого быстро. Не от утешающих объятий или тихих слов, а от того, что сам он плачет. Поэтому он, даже задыхаясь, пытается объяснить, что же произошло. —Я-я же все-е-его лишь-шь был дома, — получается из ряда вон плохо — Томми всхлипывает, заикается. —Клю-люч в двери по-повер-ернул, а у-уже-же з-здесь ока-казался. Мужчина в ответ кивает, продолжая укачивать его. Комната вокруг них начала темнеть. Томми сам выбирается из объятий и смотрит ему в глаза. —Где я? — Спрашивает он уже увереннее, чем в прошлый раз. Утирая слёзы, невольно идущие до сих пор, он смотрит на эту взрослую копию брата примерно так же, как и на собственного родственника. То есть — с потайной злобой и обидой. —Не смотри на меня так, — нервно отзывается тот, —я ощущаю, как ты меня убить хочешь. Он выдыхает и протягивает уже забытый стакан воды Томми. —Меня зовут Вилбур, — он на секунду задумывается, — Вилбур Сут. В твоём мире принято полностью представляться? Томми неопределённо кивает, не до конца поняв смысла вопроса. Вилбур в ответ начинает сиять, улыбаясь. Подросток только мысленно улавливает схожесть имён Вилбура и Уильяма. Только фамилии разные, получается. —Прекрасно, у меня тоже так было, — Вилбур продолжает улыбаться, —Ты в безопасности, поверь. Как тебя зовут? Томми задумался, но с уверенностью ответил: —Томми. —Просто «Томми»? А фамилия? — Переспрашивает мужчина. —Просто «Томми», фамилия ботанская. У тебя она тоже не очень похожа на настоящую, — отвечает Томми и мысленно ликует на то, как лицо Вилбура изменилось при упоминании его фамилии. —Я придумал её, когда попал сюда, не бери в голову. —Придумал? — Удивляется подросток, —А мне так можно? —Можно, но сейчас поздно, — оглядывается он, —Слушай, давай ты переночуешь у меня здесь, а утром я помогу тебе выбраться, договорились? Томми активно кивает несколько раз. Он сживает сильно стакан, из которого так и не отпил ничего. Вилбур забирает его и помогает встать. Вместе они аккуратно спускаются по той лестнице с красным ковром. После поворачивают несколько раз, идя по коридорам. Томми смотрит в основном под ноги, ведомый, судя по всему, хозяином здания. Его запускают в комнату. Небольшую, необжитую, но с застеленной кроватью и письменными принадлежностями на столе — пером и чернильницей с листами бумаги. —Можешь лечь здесь, если тебе не будет страшно одному, — пытается пошутить Вилбур, однако видно, что он напряжён. —Я разбужу тебя утром. Не выходи, пока я не зайду, если проснёшься раньше. Томми кивает и угукает, садясь на кровать. Твёрдый матрас чуть прогибается под его весом. —Так, ну, я тогда пошёл, тебе нужно умыться или попить, может, переодеться? —Было бы не плохо, — тихо почти бормочет Томми в ответ. —Так, ванная прямо напротив находится. Из-под крана пить можно, если очень захочешь. Я туда принесу стакан. Есть ли у меня зубная щётка? — Задаёт риторический вопрос Вилбур сам себе и это Томми почему-то смешит. Даже в такой ситуации он не может не реагировать на смешные вещи. —О, да, точно, были. Я принесу тебе пижаму, минутку. Вилбур исчезает за дверным косяком, оставляя саму дверь открытой. Но через секунду снова появляется в нём. —Тебе нужно полотенце? Томми отрицательно качает головой, не зная как ответить. —Хорошо, сейчас вернусь. И на этот раз он действительно уходит дальше. Томми слышит как хлопает дверь, по всей видимости, соседней комнаты. Вспоминая про то, как он здесь оказался, подросток ощупывает карманы. В них, кроме телефона и наушников, ничего нет. Он вскакивает с кровати, снимая всё ещё висящий на плечах рюкзак и засовывает обе руки в карманы. Абсолютное ничего. Пустота. —Что ты делаешь? Вилбур появляется неожиданно. У него в руках чёрная ткань, пустой стакан и одна зубная щётка. Томми рыбой открывает и закрывает рот. Он только успокоился, вот, недавно смеялся, а сейчас уже снова был на пороге слёз. Этот день становился всё ужаснее. —Ключ, он пропал, — говорит он и Вилбур делает вид, что понял. Он сжимает губы и подходит, складывая всё, что нёс на кровать. Мужчина кладёт ладони Томми на плечи, чуть сдавливая и заглядывая в глаза. —Это в порядке вещей, не думай об этом. Давай ты сейчас умоешься, ляжешь спать, а утром я тебе помогу чем смогу. Этот договор в силе, приятель? Томми кивает и Вилбур улыбается. Он говорит «вот и хорошо», желает спокойной ночи и выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь. Томми переодевается в принесённые чёрные футболку и штаны. Они оказались чуть длиннее, чем нужно, но были вполне комфортными. И когда он всё же ложится в кровать — пусть и незнакомую — ему становится легче. Вдруг появляется понимание того, насколько устал. Телефон не включался, поэтому он оставил попытки это сделать. Накрывшись одеялом, Томми смотрит в потолок. Заснуть казалось очень тяжёлым действием, но тяжесть во всё ещё щиплющих глазах взяла своё и их пришлось закрыть. Поэтому он и не понял в какой момент оказался в собственной комнате за столом. Он поднимается, видя перед собой учебник по математике. Расплывчатые цифры и графики сливаются и Томми часто моргает. —А я думал будет проще, — удручённо тянет кто-то со стороны его собственной кровати. И ведь только подумал, что это был очень реалистичный сон. Томми оборачивается и видит сидящим на кровати всё того же парня, — на деле, при спокойном рассмотрении, скорее, мужчину возраста Вилбура — что был в его снах. Он снова держит в куре ключ, уже другой, а не тот, что был в его первое появление. Томми открывает рот и, на удивление, сумел спросить незнакомца: —Кто ты? —Кукушка, что же ещё, — смеётся тот в ответ, —Мы с тобой похожи, ты потом поймёшь это. Как минимум, у нас есть это место. Он обводит глазами пространство вокруг — комнату Томми, что он делил с Уильямом. —Знаешь, у меня тоже так было со снами. Ты не первый раз видишь странные сны? —Я видел сбывающиеся сны, но не такие, в которых какой-то ебучий псих мне про птиц пиздит, — огрызается Томми на удивление самому себе без доли страха. Как будто такая эмоция просто пропала из списка, что он мог сейчас испытать. Незнакомец смеётся. —Вот именно. Между прочим, я не только про птиц могу рассказать. —Да кому твои рассказы нахуй нужны? — Томми снов ложится на свои руки, только уже смотря на сидящего на кровати мужчину. —Ты не подумай, — машет он руками, —Я вообще очень много знаю. Спрашивай, пока есть возможность и когда она будет. Ключ в его руках с овальным ушком, привязанным к пальцу ниточкой. Он всё время болтается, потому что его крутят, но даже когда он в свободном состоянии, то пошатывается. Томми зевает. —Кажется, тебе пора? — Раздосадовано спрашивает сидящий на кровати. Он улыбается и машет рукой. Ключ на ладони тоже покачивается и Томми просыпается с незнакомой комнате. Той комнате, в которой его оставил Вилбур. За окном солнечно, даже птицы поют. Их щебетание хорошо слышно, в отличие от его мира. Дома он слышал в основном машины — редко какие птицы, кроме голубей, залетали в город. Томми сел, огляделся и, не заметив изменений, подошёл к окну. На улице было светло и зелено. Везде росла трава, даже если это был деревянный мост. Вокруг здания, в ковром он находился. Стояли такие же домики, какие-то меньше, какие-то больше. На каждом вывешены гирлянды из флажков. Дорога, идущая дальше от дома Вилбура, вела к круглому фонтану. Томми решил для себя, что это что-то около главной площади, может, на подобие этого. Единственным удивительным фактом для него было то, что всё это великолепие было выложено из дерева. Он переодевается, помня об указании Вилбура не выходить из комнаты пока тот не придёт. Темная пижама аккуратной стопкой теперь лежала на краю стола, а сам он заправлял разворошенную постель. Постельное бельё хоть и было жёстким наощупь, но спать на нём оказалось гораздо лучше. Томми изначально думал, что совсем не уснёт. И сейчас он надеялся, что это шутка. Шаткая и не смешная, что вот-вот разрушится. Однако через несколько минут в дверь постучали, а после вошли. Вилбур оглядел комнату, будто в ней должно было что-то измениться. Томми подскочил и схватил свой рюкзак, уже собранный к приходу мужчины. Вилбур неуверенно улыбнулся: —Доброе утро, как спалось? — Он осматривает гостя и мычит, — Нет, приятель, это ты пока оставишь. Не волнуйся, я верну его как только будем тебя отправлять домой. И Томми не послушал его от слова совсем. Просто последовал за Вилбуром из комнаты не снимая рюкзака с плеча. Тот ничего не сказал по этому поводу, идя впереди. Они вместе спустились по лестнице, прошли по другому длинному коридору и вышли в просторный зал. В кресле, стоящем перед широким столом, сидел человек. Однако не он изначально привлёк внимание зашедшего подростка. На полу вместо ковра — буквально под ногами сидящего — лежала шкура овцы. И не какая-нибудь обычная белая или чёрная, может, даже серая. Она была насыщенного лазурного оттенка. Завитки её были примяты из-за времени, проведённого в подобном месте, но спутать было сложно. Эта шкура — натуральная. Томми сжимает кулаки, пытаясь не выдавать своих удивления и волнения. Человек в кресле поднимается, когда Вилбур радостно разводит руки для объятий. Он весело произносит: —Джорджи! Так давно не виделись, давай, иди сюда! Однако названный лишь фыркает отворачиваясь. На его лице сидели круглые очки с чёрными линзами. Их оправа — полностью белая и широкая — почти скрывала густые чёрные брови. О головном уборе Томми не хотел ни думать, ни спрашивать. —Не называй меня так, Вилбур. Я по делу, ты помнишь. Просто так с тобой контактировать — только время зря тратить. Вилбур вскинул руки в сдающемся жесте, кивнул пару раз головой и согласился: —Да, точно, конечно, — он разворачивается к Томми лицом и с его собственного улыбка сползает. Он оглядывает рюкзак подростка, но лишь хмурится. —Это Джордж, — указывает он за спину, — вы с ним кое-куда сходите. Но сначала нужно тебя посвятить. Вилбур вдруг широко заулыбался, спешно уходя в противоположную от входа дверь. Джордж вскинул руку к переносице. Он громко вздохнул, чуть взвывая: —Только не твой проклятый суп, светлейший храни тебя от плохих поступков! Но Вилбура, судя по всему, было уже не остановить. Томми остался стоять столбом, наблюдая, как один из мужчин — копия его брата, по сути — заносит в комнату тарелки с ложками и ставит всё на стол. Он призывающие машет Томми и тот неуверенно подходит. Не успев вчера поужинать, подросток чувствовал себя неимоверно голодным на самом деле. Он садится, также как и новое знакомое лицо с Вилбуром сели друг напротив друга. Подросток сразу запустил в суп ложку, пытаясь угадать содержимое. Там явно плавало что-то, напоминающее картошку, морковь и лук. А ещё немного чечевицы и кусочки мяса. Томми с опаской попробовал мутный, желтоватый бульон. Не хватало соли, однако в остальном на вкус было не совсем противно, хоть и пресно. Джордж же без слов взял ложку и начал есть. Вилбур наблюдал за его действиями. И, убедившись, что все едят и никто не будет возражать — только тогда сам взял ложку и тоже начал есть. Он так и не закончил, когда начал говорить, обращаясь к Томми: —Итак, это, — Вилбур указывает на Джорджа ложкой, что только что облизнул. Тот сразу отвернулся, скривив губы, —Джордж. Он тебя кое-куда проводит. Так как мы сейчас в Л’Менбурге, а.. —Где? — Удивлённо перебивает Томми. У него хоть и была тройка по географии, но ни страны такой, ни города он никогда не знал. Возможно, это место — небольшое поселение и поэтому его нет на картах. —О, приятель, ты многое не знаешь пока что, — отзывается Вилбур. Джордж резко встаёт и с громким «Благодарю, было как всегда отвратно!» выходит из комнаты. Вил склоняет голову с немного трясётся из-за силы, с которой подавлял смешки. Он трясёт головой, вздыхая, и снова обращается к Томми: —Он иногда зануда, не обращай внимания. Что важнее — Л’Менбург всегда был тем местом, куда люди вроде тебя не попадали. У нас сейчас праздники, но поверь, — он склоняется и голос его становится ниже, —я тебя верну домой, мы сделаем это в кратчайшие сроки. Говорил Вилбур уверенно, по ощущениям, пытаясь убедить Томми в правдивости своих слов. И на деле подросток в этот момент поверил бы во что угодно, лишь бы это было связано с возвращением домой. Он даже задумался, не ищет ли его сейчас Уильям. Тот конечно был той ещё занозой в заднице — вредным, с большой самоуверенностью — и очень бесил самого Томми и его друзей, — то есть только Тоби и Марка — но должен же он был переживать за родного человека. А Томми ведь, между прочим, пропал без следа открывая собственную квартиру. Теперь, выуживая чечевицу со дна тарелки, Томми начал думать о Тоби и Марке. Как же они там без него? Наверняка уже написали кучу сообщений, думая, что он заболел или просто прогуливает уроки. Всё же химию он так и не понял, а тест сдавать пришлось бы. Вот Томии представляет, как Тоби и Марк с рюкзаками на плечах приходят к его двери. У них в руках точно пакет из продуктового или они заходили к Марку за настольными играми и им не терпится ворваться в комнату братьев Голд-Саймонс и начать развлечения. Однако на стук или звонок в дверь им откроет взвинченный Уильям или Филлип, ожидающие возвращения Томми. У Фила сердце слабое, наверняка он выпил успокоительное, но всё ещё трясётся. И Томми отчётливо представляет, как Фил и Уил будут огорчены, а Тоби и Марк разволнуются, когда узнают, что он — Томми — пропал. Из мыслей его вырывает Вилбур. Пальцами он щёлкает перед самым носом и застывшей ложкой с набранной чечевицей. Томми погрузился в свои мысли настолько, что перестал двигаться. —Приятель, давай-ка без таких приколов, — хмыкает Вилбур. Он садится на своё место снова, в точности повторяя обычную позу Уильяма за семейными обедами — ногу на ногу, распрямиться и сложить руки на груди. —Я здесь про город наш рассказывал, а ты не слушал. Томми виновато опускает глаза в тарелку, понимая что уже съел две трети своего супа. Пресная чечевица, переваренные куски картошки и не почти резиновое мясо были удивительно хороши для первого завтра вне родных стен. Хотя попал сюда Томми даже не по своей воле. —Так вот, сейчас мы пойдём к лесу через главную площадь, чтоб к прекрасному тебя приучить. Джордж уже наверняка дошёл до туда, но мы торопиться не будем. Да, приятель? А Вилбур смотрит как в душу, хотя глаза у него далеко не голубые. Тоби умел смотреть так же, только вот получалось у него слегка лучше из-за цвета самих глаз. Вилбур же ощущался Уильямом, что ждёт объяснений. И в горле ком застрял. Вот здесь, под самым кадыком — ни вздохнуть, ни проглотить, ни сказать ничего невозможно. Иначе либо хрипеть начнёт, либо расплачется как маленькая девочка из-за куклы. Поэтому Томми только кивает и суёт очередную ложку супа себе в рот. Вилбур на это широко улыбается и встаёт из-за стола. —Вот и замечательно! Доедай и выход прямо по коридору, — он указывает себе за спину. Прямо туда, куда ушёл Джордж. Томми кивает и, как только Вилбур разворачивается на выход, смотрит в свою тарелку. На самом дне осталось немного бульона и несльколько отдельных чечевиц. Подросток вскидывает голову. Вилбур всё ещё здесь, он шуршит чем-то вне зоны видимости. Томми думает, что мужчина сейчас уйдёт, поэтому подскакивает и подрывается куда ему указали. Вилбур стоял прямо за углом, надевая что-то, что Марк назвал бы тренчем или другим разбирающимся термином. Для Томми вся эта верхняя одежда сводилась к простому и понятному — либо к куртке, либо к пальто. Вилбур удивлённо смотрит на него. Спрашивает так же в непонимании: —Ты чего так подорвался? Думал, что я брошу тебя здесь? — Вилбур ухмыляется, явно вспоминая что-то неприятное. Глаза его, будто живущие отдельной жизнью, помрачнели, хотя остальное лицо ничего кроме насмешки не выражало. Нет, — думает Томми, — не боялся, просто домой хочется как можно скорее. И говорит: —Нет, просто доел уже. Ни обуваться подростку не нужно, ни надевать что-то поверх. Он чувствовал насколько жарко даже в помещении, что уж говорить про то, что он ощутил на улице. Воздух хоть и влажный, но очень горячий под знойным солнцем. У Томми появилось ощущение, что его хотели сварить заживо. Идущий же рядом Вилбур будто бы и не замечал невероятной жары. Он шёл совершенно спокойно, одетый в тёмный свитер, длинные штаны — тоже тёмные — и в расстёрнутое полупальто-полуплащ. Они вместе останавливаются перед главной площадью примерно в десяти минутах ходьбы от дома Вилбура, когда Томми осознаёт две вещи. Первая: глядя на ряды маленьких палаток-киосков, он понял как хочет пить. И вторая: он, по собственной глупости, оставил свой рюкзак прямо под стулом на котором сидел за завтраком. —Рюкзак, — тихо произносит он, цепляя край рукава Вилбура, когда они пробираются сквозь небольшое скопление людей. Томми показалось, что у некоторых были рога, а у кого-то — хвосты. Он махнул головой и сосредоточился на кудрявом затылочной своего проводника, что упорно вёл его дальше. Саймонс нахмурился и повторил громче: —Мы забыли рюкзак. Ответа быстро не последовало. Вилбур всё шёл вперёд. И как только они свернули за угол невысокого домика с развешенными треугольными флажками, то старший развернулся и заглянул Томми в глаза: —Рюкзак не важен, приятель. Гарантирую, я тебе его верну как только мы тебя будет отправлять домой. Договорились? Вилбур улыбается и Томми может только кивнуть. Подросток осматривается и замечает, что это подобие гирлянд с флажками не одинаковое. На некоторых домах флажки с красным полукругом и тремя цветными полосками с золотым крестом разбавлялись такими же, только полностью чёрными с красными вставками. На некоторых домах так же были вывешены полоски белой ткани с надписями на чистом английском «этого никогда не должно было произойти, но мы здесь и мы живы». Всё это было похоже на агитацию или что-то в таком духе. Томми не успел вчитаться в другой плакат, первым словом которого был «мой». От дальнейшего прочтения его отвлёк Вилбур: —Джордж наверняка нас заждался. Давай чуть ускоримся, — и он берёт Томми за руку, утягивая дальше. И это дальше оказалось лесом. На самой границе, где деревья начинали рости так плотно, что через десяток метров было сложно что разглядеть, они встречают Джорджа. Тот тоже одет явно не по погоде. Томми всё гадает как Сут с его странноватым другом не спарились или не подучили тепловой удар. —Ты мальчишку не поил что ли? — Вместо приветствия говорит Джордж и оказывается совершенно прав. Вилбур смущённо чешет затылок. —Возможности не было, — оправдывается он. Томми чувствует весь тот скептицизм в тоне ждавшего их мужчины, когда тот отвечает: —За почти час прогулки ты не смог дать ребёнку воду? — Томми возмущённо восклицает «я не ребёнок», но оказывается самым жестоким образом проигнорирован. —Тебе никого нельзя доверить, дебил бешеный, — выдыхает Джордж осуждающе и достаёт из-под своего плаща небольшой мешочек и бутылку. Вытянутая, она была высотой чуть больше его ладони. Мужчина протягивает всё это Томми и тот это принимает не без смятения. Джордж выразительно смотрит на него из-за очков, чего не видно, но прекрасно ощутимо. И подросток запускает руку сначала в мешочек и выуживает оттуда небольших размеров печенку. Она была немного липкой и пахла орехами и мёдом. Томми пробует и отчётливо чувствует что-то похожее на кешью и грецкий орех, а ещё сладость мёда. Съесть это всухую не представлялось возможным, поэтому он откупорил бутылку и запил сладость водой. На удивление она было холодной. Вилбур же со стороны смотрел голодным волком. Джордж прохрипел: —Не смей у него просить ничего, у тебя и так коллекция собрана ещё со вчера. На что Вилбур закономерно возмутился: —Да ну что, тебе жалко козинаки для друга, Джорджи?! —Я не тебе из принёс, — отрезает тот, —и не называй меня так! Томми запихивает ещё одну печенку в рот и жуёт, увлечённо наблюдая за спором. —Да ну брось, мы же друзья! —Не друг ты мне! — Джордж хмурится сильнее, хотя казалось, что такое невозможно, —и не козинаки это, а походные печенья. —Да какая хуй разница, — не выдерживает Вилбур, —просто признай, что не хочешь меня угощать. —А вот и не хочу! И вообще, проваливай! Не нужен ты здесь больше, довёл ребёнка и прекрасно, иди на все четыре стороны! И Вилбур в ответ развернулся и быстро удачливая в ту сторону, откуда они с Томми и пришли. Джордж громко выдыхает и поднимает руку к лицу, слегка сжимая подбородок и щёки. Подросток продолжает жевать, запоздало понимая, что даже не знает, что сейчас будет. Зачем он и этот неизвестный ему Джордж стоят рядом с лесом? Сам мужчина как раз в этот момент обращается к нему, за неимением Вилбура рядом: —Если говорит кратко: нам нужно пересечь этот лес бегом, желательно без потерь, — он показывать себе за спину и Томми отклоняется посмотреть туда. Почему-то никаких эмоций стволы не вызвали, поэтому Томми решил, что всё пройдёт гладко. —Важно не останавливаться, так что подготовься хотя бы морально, — снова подаёт голос Джордж. Он выглядит намного спокойнее и дружелюбнее, чем когда рядом находился Вилбур. Томми доедает последнее печенье, запивает его и возвращает оставшиеся мешочек и бутылку хозяину. Мужчина прячет всё под плащ и разворачивается, начиная идти в лес. Томми же нагнал его только у самой границы, после начиная бежать, хоть и чуть медленнее чем сопровождающий его мужчина. Хотя можно ли считать ег о сопровождающим Саймонса?