2

      – Ну, а я ему и говорю: "Росса Ноцци. Больше тебе ничего знать не надо, сынок. Найди её и хорошенько трахни. Справишься – будешь всю жизнь как сыр в масле кататься. Не кривись, я её видел, вполне себе".       Послушать нового офицера собралось не меньше дюжины человек, – в кабинете стало жарко, пришлось открыть окно. Кто-то тут же этим воспользовался, встал рядом, набил трубку или сунул сигарету в зубы.       Публика пожилая, никого моложе пятидесяти. Некоторые, как счастливый папаша Марио или, например, Козырь – ветераны компании, начали свой путь давным-давно, ещё во время смуты на Стирии.       – Да ну, брехня! Быть такого не может! – воскликнул Козырь. – Чтоб капитанова дочка с каким-то ублюдком…       Марио вскочил с места и чуть ли не протаранил генерала Козыря.       – Как ты моего сына назвал?!       Пару стариков, чья кровь не остыла за долгие годы, с усмешкой растолкал Нере "На-всякий-случай", комендант лагеря.       – Не заводись, приятель, – бросил он Марио. – Ты знаешь – сложно поверить. А кроме того, – Нере обвёл взглядом собравшихся, – наверное, у каждого появился закономерный вопрос: "Какого чёрта ты тогда здесь делаешь?" Всё! Счастливый конец. Скоро Карбоне с Хокбергами породнятся. Ты тоже как сыр в масле кататься будешь.       Марио метнул злой взгляд в Козыря, а потом нехотя, но сел обратно. Помолчал немного, выдохнул, а потом ответил:       – На самом деле я снова рад всех вас видеть. Вырвался из прошлой жизни, и как-то сразу полегчало. Хрен бы с ним с кабаком… с женой, чтоб ей пусто было. Я дома. За сына рад, но за себя больше.       – Обрадовался он. – Козырь ухмыльнулся. – Передам Вики, чтобы она твою роту погоняла как следует.       Марио всплеснул руками и отозвался:       – Да ладно тебе, дай хотя бы немного обжиться. Я вообще-то впервые капитан!       – Чьи это проблемы? – Козырь пожал плечами. – Самое время соответствовать. Кто-то за звание глотки рвёт, другим как с неба падает.       – Козырь! – воскликнул Нере. – Ну чего ты наезжаешь? Человек только с гражданки!              Козырь поморщился и отмахнулся.        В это мгновение раздался стук, и после окрика к Нере в кабинет ввалился адъютант.       – Господин комендант! – воскликнул он. – Прибыл Хан Хегай – доверенное лицо самого губернатора Онаси! Просит аудиенции!       Нере хлопнул в ладони, оглядел собравшихся и произнёс:       – Ладно, ребята, разойдись. Этот хер – большая шишка, никак не отказать.       Уже через час пришлось снова всех собирать. Новости настолько тревожные, что даже Нере с его синтетической кожей побледнел.       Кружок старых друзей расширился, – в актовом зале, где обыкновенно награждали отличившихся солдат и офицеров, Нере собрал всех полковников и генералов компании.       Он подождал, когда подтянутся последние, поднялся на сцену, вздохнул и проговорил в микрофон:       – Большая беда, братва.       В зале Виктория Рёд и Сара Эпплбаум, но Нере, в первую очередь, думал точно не о выборе слов. Он продолжал:       – Все слышали о восстании в столице?       Зал отозвался гулом, где чаще всего звучало "ну".       – Короче, – добавил Нере, – местные не справляются, просят помочь.       Если судить по шуму, залу это предложение не понравилось. Билл Ридд обратился к Нере с места:       – Сколько у них всего солдат в СПО? Миллион? Два? Три? Это уже несмешно, Нере!       Нере поморщился и ответил:       – Да я этому хрену то же самое сказал. Он ответил, что все боеспособные уже там.       – Можно подумать, у нас все боеспособные. – Козырь покачал головой.       – И это я тоже упомянул. – Нере даже руку к груди прижал, уверяя всех, что хотя бы раз в жизни может не приукрашивать, а говорить как есть. – Вот только капитан отдал чёткий приказ – всячески поддерживать местную власть.       – Одно дело – поддержка, другое – война, – заметила генерал Эпплбаум. – Что хоть стряслось? Новости посмотришь, вот хотя бы прямо сейчас, – всё идёт по плану, бунтовщиков громят.       Нере оглянулся по сторонам, словно бы искал тех, кто следующую информацию точно узнать не должен, а потом проговорил тише то, что услышали все, несмотря на шум.       Услышали и смолкли. Повисла гробовая тишина.       – Культ генокрадов. – А пока офицеры переваривали услышанное, Нере добавил: – Бунтовщиков-то громили, а потом появились чудища, и у ополчения, как понимаете, дела пошли не очень.       Чтобы осознать произошедшее и то, к чему события в итоге могут привести, офицерам понадобилась минута, которая по ощущениям растянулась на вечность.       Виктория развела руками, а потом спросила:       – Нас что? В эксперты по уничтожению генокрадов записали?       Нере ответил:       – Да они там в шоке, не знают, что делать, за последнюю соломинку хватаются. Отправили запросы о помощи во все концы сектора, кто бы только отозвался.       Больше никто не смел разговаривать, пока это делал Нере. Не то чтобы внимательно слушали, просто прокручивали в голове перспективы, которые становились только мрачнее с каждым мгновением бездействия. Бойцы Classis Libera – точно не эксперты по уничтожению генокрадов, но воевали и против этой дряни, и против других существ флота-улья. Получили драгоценный опыт, но дело такое… Вместе с драгоценным опытом пришли и пугающие знания.       Нере продолжал:       – Не поймите неправильно. В иное время, в ином месте, в других обстоятельствах я бы пожелал господину Хегаю удачи и пообещал бы держать кулаки за лентяев из СПО, но… бля. Если мы не придём…       Нере развёл руками.       Слова были лишними.       Это на Вайсталь по неизвестным причинам флот-улей так и не добрался. А вот апокалиптичные картины Тангиры-III с кислотными дождями, разрушенными городами, инопланетной растительностью и миллиардами жертв запомнили все, кто хотя бы раз побывал на этой планете.