«Сломанный»

Нападение на Юэй шло по плану. Курагири разбросал порталы по всему полигону, и злодеи хлынули в зоны спасения, сея панику. Где-то слева ревел Ному — огромная серая туша, в которую Томура вложил несколько причуд. Где-то справа взрывался Бакуго, отбиваясь от неизвестных противников. Изуку не участвовал в основном бою. Он стоял в тени старого склада на краю полигона, вцепившись дрожащими пальцами в стену. Он ждал.

***

Ученики класса 1А выбирались из зон мокрые, грязные, напуганные. Некоторые несли раненых, другие сами едва держались на ногах. Киришима прижимал к груди затвердевшую руку, Тодороки отряхивал лёд с плеч, Урарака вытирала слёзы смесью грязи и крови. — Где учителя? — спросил кто-то. — Айзава-сэнсэй сражается с тем монстром, — ответил Тодороки, кивнув в сторону Ному. — А остальные? Никто не знал. Бакуго, злой и уставший, шёл впереди, разглядывая опустевший полигон. — Что-то тут не так, — сказал он. И тут они его увидели.

***

На скамейке у входа в раздевалку сидел парень. Худой, бледный, в обычных тёмно-зелёных трениках и растянутой серой толстовке. Тёмно-зелёные волосы падали на лицо, закрывая глаза. Он не был похож на злодея — скорее на потерявшегося ученика. Но он трясся. Мелкая, крупная дрожь сотрясала всё его тело. Пальцы судорожно шарили по карманам, выворачивая их наизнанку. Он что-то искал — отчаянно, безумно. — Эй, ты кто? — окликнул его Бакуго. Парень не ответил. Он вывернул карман толстовки — оттуда выпала пустая упаковка от каких-то таблеток. Он схватил её, посмотрел внутрь, выругался — тихо, хрипло — и отбросил. — Он ищет наркоту, — тихо сказала Урарака, побледнев. — Что? — не понял Киришима. — Посмотри на его зрачки, — ответила она. — Они расширены. И он трясётся. Это ломка. Парень наконец нашёл то, что искал. В заднем кармане треников — маленький шприц в потёртом чехле. Руки дрожали так сильно, что он едва мог снять колпачок. — Стой, — сказал Тодороки, делая шаг вперёд. — Что ты делаешь? Парень поднял голову. Зелёные глаза с чёрными провалами зрачков смотрели сквозь них, не видя. — Отойди, — прошептал он. Голос был сорванным, чужим. — Ты в Юэй, — сказал Тодороки. — Здесь не место для... — Я знаю, где я, — перебил парень. — Отойди, я сказал. Он воткнул иглу в предплечье — прямо через рукав толстовки. Поршень медленно пошёл вниз. Ученики замерли в шоке. Никто из них никогда не видел ничего подобного — чтобы кто-то их ровесник вот так, открыто, вкалывал себе наркотик. Парень закрыл глаза, откинул голову назад и выдохнул. Дрожь прекратилась. Плечи расслабились. Когда он снова открыл глаза, в них не было ни боли, ни страха — только пустота и лёгкий, неестественный блеск. — Теперь порядок, — сказал он и выбросил шприц в сторону.

***

Из-за спин учеников вышел Шинсо. Он не участвовал в основном бое — его группа задержалась в зоне. Но он видел достаточно, чтобы понять: этот парень — опасен. — Эй, — позвал Шинсо, приближаясь. — Ты из Лиги? Парень посмотрел на него. Взгляд — мутный, но сфокусированный. — А ты кто? — спросил он. — Я задал вопрос, — Шинсо не отводил глаз. — Ты из Лиги? Парень усмехнулся — криво, с трудом, будто мышцы лица не слушались. — Какая разница? — Ответь, — настаивал Шинсо. — Слушай, фиолетовый, — парень сделал шаг вперёд. — Я не... Он замолчал. Его глаза расширились. — Слышу, — вдруг сказал он. И застыл. Шинсо выдохнул — с облегчением, но не до конца. Причуда сработала. Парень ответил на вопрос — не прямой, но косвенный «кто ты?» прозвучал раньше. Теперь он был в его власти. — Стой на месте, — приказал Шинсо. Парень замер. Как статуя. Даже дыхание стало реже. — Кто тебя послал? — спросил Шинсо, приближаясь. Тишина. Парень не отвечал — потому что вопрос был задан, но он уже находился под причудой и не мог отвечать на новые вопросы, только выполнять команды. — Ладно, — Шинсо остановился в трёх шагах. — Ложись на землю лицом вниз. Парень начал медленно опускаться. Но движения были странными — замедленными, будто он боролся с приказом. Его пальцы сжимались и разжимались. — Он сопротивляется, — сказал Тодороки. — Я думал, твоя причуда не оставляет выбора. — Обычно нет, — ответил Шинсо, нахмурившись. — Но он... он под чем-то. Наркотики меняют химию мозга. Он не контролирует себя, но его тело борется. Парень замер на корточках, не дойдя до земли. Его голова дёрнулась вверх. Глаза — безумные, расширенные — смотрели на Шинсо. — Отпусти, — прохрипел он. — Отпусти, или... — Или что? — спросил Шинсо, стараясь не показать страха. — Или... — парень закашлялся, слюна потекла по подбородку. — Или я... порежу... тебя... Он дёрнулся — и на секунду его рука поднялась, в воздухе сверкнуло мерцание. Шинсо отшатнулся, но не успел. Белая лента обвила запястье парня и резко дёрнула вверх. Он вскрикнул, потерял равновесие и повис в воздухе.

***

— Отойди, Шинсо, — раздался спокойный голос. Айзава Шота стоял в десяти шагах, его белые ленты развевались, как щупальца. На лице — усталость и сосредоточенность. Только что он сражался с Ному, но успел заметить происходящее краем глаза. — Сэнсэй, он под наркотиками, — сказал Шинсо, отступая. — Я вижу. Айзава подошёл ближе, натягивая ленту. Парень зашипел от боли — запястье выворачивалось под неестественным углом. — Отпусти, — прошептал он. — Имя, — сказал Айзава. — Твоё имя. — Отпусти, герой... — Имя, — повторил Айзава жёстче. Парень замолчал. Его глаза — расширенные, мутные — смотрели куда-то сквозь Айзаву. — Изуку, — выдохнул он наконец. — Меня зовут Изуку. — Изуку, — повторил Айзава. — Сколько тебе лет? — Пятнадцать. Ученики за спиной учителя переглянулись. Пятнадцать. Столько же, сколько им. — Зачем ты здесь? — спросил Айзава. Изуку дёрнулся, пытаясь вырваться. Лезвие «Разрыва» мелькнуло в воздухе, но слабое, почти невидимое — героин притупил контроль. — Затем... — прохрипел он, — чтобы... убить... — Кого? — Всех, — ответил Изуку. — Всех вас. Айзава молча смотрел на него. На бледное лицо, на тёмные круги под глазами, на следы от игл на рукаве. Этот мальчик не был монстром. Он был сломанным ребёнком, которого кто-то превратил в оружие. — Ты не убьёшь никого, — сказал Айзава. — Не сегодня. Он дёрнул ленту, притягивая Изуку ближе, чтобы зафиксировать вторую руку. Но в этот момент воздух рядом с ними надломился — не так, как лезвия Изуку, а иначе, густо и фиолетово.

***

— Отход, — раздался голос из ниоткуда. — Томура приказывает. Из портала высунулась рука в перчатке — Курагири — и схватила Изуку за шиворот. Лента Айзавы натянулась, но ткань не выдержала — порвалась с противным треском. Изуку провалился в фиолетово-чёрную дымку. — Стой! — крикнул Айзава, бросаясь вперёд, но портал уже схлопнулся, оставив после себя только запах озона и пустоту. На асфальте остался валяться пустой шприц.

***

Айзава стоял, глядя на место, где только что был мальчик. — Сэнсэй... — начал Шинсо. — Все в укрытие, — перебил Айзава, не оборачиваясь. — Свяжитесь с больницей. Раненых нужно осмотреть. — А тот парень? — спросила Урарака. — Изуку? Айзава помолчал. — Его теперь ищем мы, — сказал он. — И не для того, чтобы убить. — А для чего? — спросил Бакуго, сжимая кулаки. Айзава повернулся к ученикам. Усталый, бледный, с красными глазами. — Чтобы понять, кто превратил ребёнка в это, — ответил он. — И остановить их. Никто не сказал ни слова.