15. «Пустота внутри»

Возраст Изуку: 16 лет. Разрушенное убежище Лиги. Финальная битва. Изуку не спал всю ночь. Он сидел на койке, сжимая в руке последний шприц — резервный, на крайний случай. Доза, вколотая вечером, ещё держалась, но края уже начинали истончаться. Мир постепенно обретал резкость, остроту, боль. «Сегодня всё закончится», — подумал он. — «Так или иначе». В коридоре послышались шаги. Тяжёлые, уверенные — Томура. — Выходи, — сказал отец через дверь. — Они уже близко. Изуку встал, убрал шприц в карман и вышел. Бар был полон — Даби, Тога, Твайс, Магна, Спиннер, Курагири, Чубизу, несколько новичков. Все в боевой готовности, все смотрят на Томуру. — Сегодня мы покажем героям, что такое настоящая тьма, — сказал Шигараки. — Никаких пощад. Никаких пленных. Убивайте всех, кто войдёт. — Даже детей? — спросил Твайс. — Хотя да, даже детей. Война есть война. Изуку молчал. В его голове пронеслось лицо мальчика с площадки — того, которому он разбил нос в пять лет. Потом лицо Айзавы. Потом Шинсо. Потом пустота. «Я готов», — сказал он себе. — «Я всегда был готов».

***

Они пришли на рассвете. Десятки героев — профессионалы, ученики, полиция. Айзава впереди, белые ленты развеваются на ветру. Всемогущий — в своём тощем теле, но с горящими глазами. Шинсо, Бакуго, Тодороки, Киришима, Урарака. — Лига Злодеев! — прогремел голос Всемогущего. — Сдавайтесь! Вы окружены! — Никогда, — ответил Томура из портала. Курагири открыл порталы по всему периметру, и злодеи хлынули наружу. Изуку оказался в центре боя, как и хотел.

***

Лезвия «Разрыва» вырвались из его пальцев — пять штук, острых, быстрых, смертоносных. Первый герой упал с рассечённым горлом. Второй — с разрубленной рукой. Третий успел применить причуду, но Изуку уже перестроился, посылая лезвия с другой стороны. — Он сильнее, чем был в лесу! — крикнул кто-то. — Не дайте ему сосредоточиться! — ответил другой. Но Изуку не нуждался в концентрации. Двойная доза, вколотая перед боем, делала его быстрее, резче, безжалостнее. Он двигался как машина — каждый шаг, каждый удар, каждое лезвие находили цель. Бакуго рванул на него, взрывая воздух. Изуку уклонился, послал лезвие в ответ — взрывная волна отбросила его назад, но не сбила. — Ты стал лучше, — сказал Бакуго, скаля зубы. — А ты нет, — ответил Изуку. Они схлестнулись. Взрывы и лезвия, пламя и гравитация. Изуку держался, но чувствовал, как доза начинает выветриваться — слишком быстро, слишком резко.

***

В какой-то момент он пропустил удар. Киришима врезал ему в висок, и мир покачнулся. Изуку упал на колено, пытаясь подняться, но ноги не слушались. — Свяжите его! — крикнул Айзава. Белые ленты обвили его запястья, лодыжки, шею. Он дёрнулся, но подавитель причуд уже был надет — наручники защёлкнулись, и лезвия исчезли. — Отпустите меня, — прохрипел Изуку. — Я всё равно умру. — Не сегодня, — ответил Айзава, наклоняясь к нему. — Сегодня ты выживешь. Даже если ты этого не хочешь.

***

Томура видел, как Изуку упал. Он видел, как белые ленты опутали его сына, и внутри него что-то оборвалось. — Не трогайте его! — закричал он, бросаясь вперёд. Но герои стояли стеной. Айзава, Всемогущий, Тодороки — они не пропускали. — Отойди, Шигараки, — сказал Всемогущий. — С тобой мы разберёмся отдельно. — Я не отойду! Томура рванул вперёд, используя свою причуду — распад. Но Всемогущий перехватил его, отбросив назад сильным ударом. — Ты слаб без своего учителя, — сказал герой. — Слаб? — Томура усмехнулся. — Я никогда не был сильным. Но я — отец. Он бросился снова, и на этот раз прорвался. Его пальцы коснулись лент Айзавы — те распались в прах. Он схватил Изуку за плечо и рванул к порталу. — Курагири! — закричал он. — Закрывай! Портал открылся, но в этот момент Бакуго ударил в спину Томуре. Взрывная волна отбросила их обоих, но Томура не отпустил Изуку. — Папа, — прошептал мальчик. — Молчи, — ответил Шигараки, поднимаясь. — Я вытащу тебя. Он не успел. Всемогущий нанёс последний удар — не смертельный, но сокрушительный. Томура упал, и из его груди пошла кровь. — Папа! — закричал Изуку, пытаясь вырваться. — Беги, — прошептал Томура, глядя на сына. — Живи. Он закрыл глаза. Изуку смотрел на отца — на его бледное лицо, на разорванную грудь, на руку, которая всё ещё сжимала его плечо. — Нет, — сказал он. — Нет, нет, нет...

***

Изуку не помнил, как оказался в баре. Портал? Курагири? Не важно. Он сидел на полу, в луже собственной крови и чужой, и смотрел на пустой шприц в руке. Вокруг были руины. Бар разрушен — стены в трещинах, мебель разбита, барная стойка расколота пополам. Труп Томуры остался на поле боя. Даби исчез. Тогу увели. Курагири растворился в дыму. Он остался один. «Ты хотел этого?» — спросил внутренний голос. — «Ты хотел победить?» Он не знал. Он вообще ничего не знал. Изуку достал из кармана запасной шприц — последний, резервный. Смотрел на него долго, не моргая. «Папа умер. Лиги нет. Герои победили». Он вколол иглу в вену. Героин вошёл медленно — слишком медленно для такого истощённого тела. Но через несколько секунд мир стал мягким, тёплым, неважным. — Пустота внутри, — прошептал он, падая на бок. Он лежал на полу разрушенного бара, сжимая пустой шприц, и смотрел в потолок. Трещины — знакомые с детства — всё ещё были там. Семь штук, как семь лет, которые он провёл с отцом. «Что теперь?» Ответа не было. Только тишина. Только пустота.

***

Через несколько часов, когда солнце поднялось над руинами, полицейские нашли бар. Пустой. Разрушенный. Ни одного живого злодея. Но на полу, в луже крови, валялся пустой шприц. Айзава поднял его, посмотрел на свет. — Он жив, — сказал он. — Я знаю. — Откуда? — спросил Всемогущий. — Потому что пустота не умирает. Она просто ждёт. Он положил шприц в пакет для улик и вышел на улицу. Город просыпался, не зная, что сегодня его спасли. Не зная, что где-то в канализации, в подвале, в забытом убежище, сидит мальчик-скелет с зелёными волосами и смотрит в одну точку. Изуку Шигараки жив. Но жив ли кто-то внутри него? --- Конец.