Глава 22.

Коней они нашли мёртвыми среди коллонн кактусов, похожих на огромные канделябры. Стволы растений имели по двенадцать тупых рёбер и длинные колючки. Некоторые кактусы цвели одиночными крупными, белыми и пурпурно-красными цветками. Ещё пару часов назад на этом месте были лишь сухие, безжизненные пески. После того, как Кирай освободила эти земли от проклятия огненных доспехов, пустыня преобразилась. Вивиан присела над своим мёртвым конём и ладонью закрыла его большой глаз, в котором застыл ужас. За то недолгое время, что она провела со своим конём, она успела полюбить его всей душой, и сейчас чувствовала глубочайшую печаль. Девушка погладила последний раз коня по голове, бледно-янтарного, почти золотистого цвета, поднялась на ноги и посмотрела куда-то вдаль, туда, где на месте пустыни теперь расцветали кактусы. Кирай стояла в стороне в этот момент, мысленно попрощалась со своим серебристо-вороным конём, за который она выложила целое состояние и лишь печально вздохнула. — Вивиан, уходим, — сказала Кирай, — здесь нам делать нечего. Лакхаллы скоро и до нас доберутся, если мы не поспешим. — Но, нужно похоронить их, — настаивала Вивиан, — я не хочу, чтобы их склевали эти страусы-падальщики, о которых я читала… Даже страшно представить… — Они всё равно их откопают, — вздохнула Кирай, — песок не сможет надёжно сохранить их тела. Нужно уходить. Лакхаллы чувствуют нас, чушвствуют, что что-то не так. Мы отобрали у них важную реликвию, которая хранила их покой… — Отлично. — Всплеснула руками Вивиан. — И как же мы теперь доберёмся до Вальденштадта? — Как-нибудь дойдём. — Ответила Кирай. — Я слышала, что эти кактусы съедобны. — Помнишь тот красный фрукт с листовидными наростами, который мы ели в джунглях? — Конечно, помню… — Так вот, это и есть — кактус, вернее — плод кактуса, только лианообразного кактуса… — Думаешь, здесь есть такие? — Ну, кто знает, надо попробовать другие кактусы, может, они ничего себе так на вкус… Вивиан, наконец, переборола себя, и оставила своего коня на съедение страусам-стервятникам. Всё равно им уже ничем не помочь. Они двинулись дальше к оживающей постепенно пустыне. По пути им несколько раз встречались кактусы, похожие на небольшие деревья, состоящие из уплощённых стеблей овальной формы, покрытых колючками. Ветвящиеся стебли образовывали деревца высотою по два — три метра. Кое-где на них даже завязались плоды жёлтого цвета, грушевидной формы, покрытые колючками. Кирай предложила попробовать этот плод, очень уж хотелось пить. Внутри плода содержалась беловатая полупрозрачная мякоть. На вкус он оказался сладким. Так они брели по пескам, обходя крупные скопления кактусов, растущих прямо на глазах, пока Вивиан не заметила соломенные крыши каких-то домиков на горизонте. Сначала она подумала, что это — мираж, но домики не исчезли при приближении. В самом деле, посреди пустыни, вокруг небольшого пруда появилась деревушка. Они были спасены. Цивилизация. Люди. Еда. Вода. Возможно им даже удастся купить какое-нибудь животное для верховой езды, еду и воду. У Кирай осталось ещё немного денег. Кирай вспомнила, что в попыхах они забыли запросить у герцога Эмина ван Дракмара награду за спасение герцогини. Чем ближе они подходили к деревушке, тем отчётливее Кирай понимала, что там происходит что-то неладное. Душераздирающий, надрывный крик, пронзивший раскалённый воздух, подтвердил её догадку — на деревню напали разбойники. И это были не какие-то уличные разбойники, а хорошо вооружённые и подготовленные воины. Что они делают здесь, и — кто такие? Девушки спрятались в одной из разграбленных лачуг и наблюдали через окошко, как один из солдат сдирает с темнокожей девушки платье и тащит её в ту лачугу, в которой спрятались Кирай и Вивиан. Едва насильник переступил порог, как тут же поплатился за своё злодеяние — одним ловким движением Кирай вынула из ножен кинжал и воткнула лезвие по самую рукоятку под подпородок. Кончик лезвия вышел через левый глаз. Девушка с оливковой, смуглой кожей дрожала так, будто её выбросили раздетую зимой на мороз, забилась среди тюков сушёных кактусов, скрученных в цилиндры и перетянух бечёвкой. Виван сняла с себя куртку и накинула её на плечи худенькой девушки с длинными тёмно-каштановыми волосами и такими же тёмными глазами. — Как тебя зовут? — Спросила она темнокожую. — И что здесь произошло? — Я… Я… — Запинаясь и глотая звуки, произнесла незнакомка. — Я… Ми… А… — Успокойся, — сказала Кирай, присев рядом с девушкой и взяв её за руку, — этот негодяй за несколько секунд истечёт кровью… Он тебя больше не тронет. Никто тебя больше не тронет. Ты — в безопасности. — Эмилия. — Ответила девушка. — Меня зовут Эмилия. Спасибо, что помогли мне… — Ерунда, — самодовольно улыбнувшись, сказала Вивиан, — это — всего лишь наша работа. Так что здесь происходит? Кто эти люди? — Это — люди Чёрного рыцаря… — Почти шёпотом произнесла Эмилия… — Они грабят деревни пустыни издервле… Мы уже привыкли к подобным набегам… — Привыкли? — Удивилась Вивиан. — Так ведь ваша деревня только появилась! Её ещё на этом месте была мёртвая пустыня! — Вивиан… — Укоряющие взглянув на подругу, сказала Кирай. — Не пугай нашу единственную зацепку. Она итак напугана. Они все ведь не знают, что только появились на свет… — Как это…? — Озадаченно спросила Эмилия. — Только появились… Я не понимаю… — Ох, это долго объяснять, — закатив глаза, ответила Кирай, — да, и тебе не нужно это знать. Всё равно ты не поверишь. Вот скажи, ты помнишь своё детство? — Эм… — Задумалась Эмилия… — В голове туман какой-то, а когда я пытаюсья что-то вспомнить, на меня накатывает слабость и головокружение… — Вот видишь… — Победоносным тоном воскликнула Кирай. — Ваше развитие сдерживала магия шлема. Он сдерживал само время. Поэтому здесь образовалась целая пустыня… — Я ничего не понимаю… — Растерянно пробормотала Эмилия, опустив взгляд и вставая на ноги. — Ох, эти сволочи сожгут всю деревню. Вы должны что-то сделать. Кирай осторожно выглянула в окно, когда снаружи послышались приближающиеся голоса. Отряд из пяти воинов с горящими факелами в руках рассредотачивался по деревне. Похоже, что дома полностью разграбили и всё ценное вынесли. Короткими перебежками девушки переместились в центр деревни к колодцу, где собралась основная часть жителей деревни. Их окружили солдаты с короткими мечами-мачете. Мирные жители стояли на коленях, а кто не мог стоять тот лежал лицом вниз, уткнувшись в песок и стонал от боли. Самый высокий среди них, облачённый в чёрные доспехи, по-видимому, и был Чёрным рыцарем. Кирай понимала, что медлить нельзя, достала из рюкзака шлем и надела его. Огонь. Она видела его в радиусе километра, видела сквозь стены и толщи песков, чувствовала его. Раньше она такого не ощущала, теперь же отчётливо понимала, что сможет управлять этим огнём. Весь огонь в факелах разбойников в одно мгновение погас, как будто дунул порыв ледяного ветра, а Киарй почувствовала себя в этот момент сильнее, впитав в себя всю силу огня. Прятаться больше не имело смысла. Кирай вышла из хижины, а в распростёртых руках её плясали голубые языки пламени. Шокированные удивительным, ужасающим для них зрелищем воины опустили мечи и отступили назад, но услышав громовой голос Чёрного рыцаря «Убейте её!», бросились в атаку. Не успели они сделать и несколько шагов, как одежда на них загорелось. Воины завизжали и побросали мечи. Вскоре вся банда разбежалась по деревне, издавая душераздирающие крики. Они сгорели заживо за считанные секунда, оставив в воздухе лишь едкий запах палёной плоти. Обугленные тела попадали на песок. Остался только Чёрный рыцарь. Огонь не тронул его. Это удивило Кирай. Значит, он защищён каким-то особым заклинанием. Она не могла поджечь его одежду. Как будто перед ней стоял непробиваемый блок. Поражение верноподданных только разозлило Чёрного рыцаря. Его глаза под шлемом вспыхнули красным светом, а в руках появился двуручный фламберг, имеющий изгибы на две трети своей длины от гарды — конец клинка был прямой и служил для нанесения рубящих и колящих ударов. Кирай, сама того не осознавая, создала из синего пламени, пляшущего в её раскрытых ладонях, два огненных меча, и пошла рыцарю навстречу, набирая постепенно скорость. Клинки столкнулись, глаза противников встретились. Затем последовала череда ударов. Аша внутри Кирай танцевала в битве, словно огненный цветок, она явно упивалась этим сражением, она могла прикончить рыцаря, но продолжала вести эту игру, пока ей не надоело. Снопы искр взрывались на поле боя. Визг раскалённой стали свистел в ушах. Благодаря шлемуАлафейра, стремительная, как лань, пылающая дева атаковала рыцаря, полностью контролируя свою новую форму. Кирай чувствовала, что может всецело контролировать огонь. Это не на шутку разозлило рыцаря, и он злобным голосом через забрало своего крылатого шлема прокричал: — Ты не сможешь обмануть меня так, как обманула моих остолопов! Мне наплевать на твои огненные фокусы! Мои доспехи сделаны из эбеллия, и огонь им нипочём! — Ты считаешь, что я хочу тебя прикончить? Ты ошибаешься, я хочу, чтобы ты встал на мою сторону. Надвигается буря. По масштабам она будет сильнее, чем даже взрыв в Аккастии. — Прокричала Кирай, кружа по арене, будто готовящийся к нападению гепард. — Скоро проснутся силы, которые способны уничтожить этот мир, либо поставить его на колени и заразить скверной. Ты такой судьбы хочешь? Особенно, когда остался один? — Пронзительно произнесла Кирай. — Не врёшь?! Если подобное случится, и грабить будет некого, то зачем мне всё это? Раньше мною двигало благое намерение охранять королеву, но, когда её убили заговорщики, они назвали меня предателем и приказали не появляться в этих землях. — Опустив меч, рыцарь глубоко вздохнул и продолжил. — Иначе они при первой же возможности казнили бы меня. И глазом не моргнули. Ныне же я поклялся грабить тех, кто когда-то меня изгнал из родного дома. Я — сэр Родерик фон Соломон — преданный своей стране рыцарь! — А что, если я помогу тебе и поговорю с королевой Серайей о твоём помиловании. После я хочу заглянуть туда по одному важному делу. — Усмехнувшись, произнесла Кирай голосом Аши. Тут подул ветер, волосы Кирай растрепал ветер, придав ей дьявольские, нечеловеческие черты. Что-то в этот момент Соломон почувствовал потустороннее, чуждое всему живому на земле, опасное и всемогущее. — Ты предлагаешь невозможное, — усомнившись в словах Кирай, произнёс Соломон, — королева не примет меня назад, тем более новая…. — Не забывай, что я могу помочь. — Улыбнувшись, произнесла Кирай. Ей уже начинало казаться, что её план сработал на отлично, и у неё всё получилось. Огонь понемногу начал угасать. — Я и Ви, хоть и бывшие, но — наёмники. И идея представить тебя под другим именем сработает, а потом мы расскажем, кто ты на самом деле, и ты вновь станешь её телохранителем или даже -гвардмейстером. — Ладно, я согласен, но имя я выберу сам! — Прошипел Чёрный рыцарь, убирая фламберг в ножны за спину, затем повернул голову в сторону леса и недовольно оглядел разграбленную деревню. — Аша, напомни мне, зачем мы — здесь? — Мысленно спросила Кирай у Аши. — Мы ищем соратников для грядущей войны со скверной Сына хаоса — ответила ей Аша. — Ладно, а если они не согласятся? — Вновь спросила Кирай у Аши. — Если они не согласятся, то ты прикинешься наёмницей, а остальное предоставь мне. — Ответила Аша на вопрос Кирай. — Что мы будем делать? — Спросила Кирай у Аши. — Следуйте за Соломоном, — ответила Аша, — в графство Морон… Сариев Острог. — Ты уверена? — Я прочитала кое-что в грязных мыслях этого негодяя. Нам нужно именно туда. Обговорив план действий, Кирай и её вновь пополнившаяся команда отправились в Сариев острог. Находилось это местечко в пяти лигах от столицы королевства Аманария — Гамирены. Кирай и Вивиан выбрали лучших лошадей покойных разбойников, нагрузили столько провизии и воды, сколько вмещалось в перемётные сумы, крепящиеся на спинах животных. До захода солнца они прошли ещё несколько десятков километров. Ветер стих, и под ночь в воздухе повисла пугающая тишина. Не было слышно даже воя лакхаллов, от которого кровь стынет в жилах. Пыстыня кончилась, и место ей уступили низкорослые деревья, с переплетающимися корявыми ветвями и красно-коричневой корой. Когда Кирай остановила коня, тот начал жевать сине-коричневые ягодовидные шишки, покрытые белым восковым налётом. Солнце уже зашло, и мир погружался в сумерки. Пустыня оказалась далеко позади, чему Кирай была несказанно рада.