Полоса прибоя

Она скользит над обрывом: иногда почти на самом краешке скалы, и даже ему становится не по себе, хотя Иант прекрасно понимает, что странно волноваться за боевую чародейку в такой безобидной в общем-то ситуации. В движениях Нимы, пожалуй, больше от танца, чем от боя, но Иант не по наслышке знает, как опасна может быть эта женщина, даже не обращаясь к магии. Она — создание не более слабое и невинное, чем алый шипастый дракон, изображение которого протянулось вдоль ее смуглой спины. Порой Иант задумывается, как же бесконечно далека Нима от того образа смиренной и нежной возлюбленной лерийского воина, который он когда-то рисовал себе в юношеских мечтах. Но куда чаще — просто слишком одержим ею, чтобы размышлять, какой странной должна казаться их связь посторонним. Впрочем, догадываются о той немногие. Терис безмерно снисходителен к таким вещам, Элид — слишком почитает командира, чтобы высказывать свое мнение о его личной жизни, что же до другой стороны… Фиоррцев, чей правитель сходит с ума по босоногой рыбацкой дочке, не удивишь странными союзами. Наконец, Нима оборачивается и, улыбаясь, подходит к Ианту поближе. На разгоряченной коже блестят капли пота, пара коротких черных прядок выбилась из хитросплетения черных кос и прилипла к высокому лбу, который слева пересекают светлые штрихи шрамов. Она смотрит на него снизу вверх, ласково и вопросительно одновременно — так, что Иант внезапно для себя смущается. — Фиорра, кажется, встречает нас как-то не особо по-доброму, — говорит он, глядя на затянутое с утра тучами небо над потемневшими волнами залива Шести Святых. Вот бы вволю поухмылялся Ластра: грозный «зверь» лерийского лидера не находит другой темы для беседы с дамой, кроме как о переменчивой погоде!.. Но улыбка Нимы не становится холоднее: — Может быть, наоборот. — Это как?.. — Считает за своих — вот и показывается с непарадной стороны, — Нима делает шаг вперед и требовательно обвивает его шею руками. Через мгновение их губы встречаются, и погода, будь она дурной или прекрасной, на какое-то время совершенно точно перестает волновать обоих. Вместе с войной, переговорами, Жемчужной Лигой, Священной Тиррой и всем их прекрасным и невыносимым миром, который так любит обрушиваться своим обитателям на головы… Ведь в ближайшие полчаса, во всяком случае, этого не произойдет.