Реальность

Он медленно открыл глаза. Его голова раскалывалась, а зрение было расплывчатым. Юноша вздохнул. Вокруг было так светло, что глаза заслезились. Звуки вокруг искажались и эхом отдавались внутри его разума, но он не успевал понять, что именно он услышал. Это были голоса, грохот, крики, смех, все смешалось воедино. Парень покачал головой, затем резко вскочил. Его глаза расширились, а сердце бешено заколотилось. Он огляделся. Все было таким ярким, что его глаза стали слезиться от напряжения и он часто моргал, пока не понял, что находится в помещении. Оно представляло из себя небольшую комнату с белыми стенами, кое-где пожелтевшими от времени, на полу старый линолеум темно-зеленого цвета со странным непонятным рисунком, с одной стороны находится массивная железная дверь, напротив небольшое окно с решеткой на нем. Из мебели там была только старая, скрипящая от каждого движения, кровать, тонкий матрас и белое постельное белье. Юноша попытался встать, но не смог ни подняться с кровати, ни пошевелить руками, лишь ощутил какое-то сопротивление. Он огляделся и понял, что его запястья были зафиксированы к основанию кровати с помощью какой-то плотной белой ткани. Он дернул рукой, кровать издала скрип, смешанный с лязгом металлического каркаса, но материя не поддалась. Тогда юноша стал паниковать. Он огляделся, стал двигаться всем телом, создавая шум, и кричал. – Помогите! – В уголках глаз быстро скопились капельки слез и стали течь по его щекам, дыхание ускорилось, мысли были в полном беспорядке. Через небольшой промежуток времени, с другой стороны железной двери послышалась возня и, спустя всего несколько мгновений, массивная железная конструкция настежь открылась и в помещение вбежало трое незнакомых людей в белых халатах и масках. С виду, явно врачи. Парень осмотрел их круглыми от страха глазами, двое мужчин, по-видимому, санитары, схватила его за предплечья и прижали к кровати, а единственная женщина, среди них, держала в руках шприц, иглой которого набирала какое-то лекарство из стеклянной колбы и приговаривала.  – Каждый раз, как просыпается, начинает буянить. Боюсь, эти психозы никогда не закончатся. – Она цокнула и покачала головой. Юноша тут же замер, что немного удивило персонал, держащий его за плечи. он открыл рот, хотел закричать, но в горле образовался ком и он сглотнул. Вместо полноценной фразы, сначала послышался хрип, но он смог заговорить более-менее четко. – П-подождите, пожалуйста! Я не психую! Это я! Я не буяню! – Женщина вытащила иглу из стеклянной колбы и посмотрела на него. Она казалась слегка удивленной, убрала шприц и посветила маленьким фонариком ему в глаза. Парень поморщился, его зрачки сузились от света. Тогда женщина снова отошла и выпрямилась. – Развяжите его, он, наконец-то, с нами. Я позову заведующего. – Она сказала первую половину фразы с каким-то странным сарказмом, затем быстро удалилась из помещения, попутно прикрыв железную дверь, а санитары развязали его запястья. Парень сел на край кровати и потер ноющие синяки на его коже, затем опустил голову и пробормотал. – Где это я? – Как «где»? центральная психиатрическая больница номер два. – Сказал один из санитаров, но затем добавил. – Что самое последнее ты помнишь?  – Ну. Я проснулся… а на улице никого. – Он нерешительно потер затылок. Спустя пару секунд железная дверь снова отворилась, в комнату вошла все та же женщина-санитарка, а за ней высокий мужчина в белом халате и огненно-рыжими волосами, аккуратно убранными назад. На его шее сильно выделялся большой неаккуратный шрам, идущий вокруг всей площади шеи.  – Добрый вечер. – От его голоса, юноша вздрогнул и сгорбился, по его телу прошла мелкая дрожь. Этот голос показался ему знакомым. Он в шоке обернулся и посмотрел на врача. Его глаза расширились сильнее, когда он узнал этого человека. – Сёма…? – Пробормотал юноша с ноткой отчаяния в голосе, все еще неуверенный в том, что происходит. – Семён Павлович, да. Приятно встретиться с вами, когда вы в адекватном состоянии. Впервые за… семь лет– Врач снял маску с лица и улыбнулся. На его левой щеке виднелся довольно большой шрам, напоминающий шрам от чего-то острого. – Я работаю тут уже четвертый год, но мое первое знакомство с вами прошло не очень гладко. Хотя, виделись мы довольно часто, если не считать последние полгода или около того.  – Глаза юноши расширились, дыхание участилось. Семь? Разве не неделю или около того? Как так? Врач встал напротив и наклонился к нему. – Расскажешь мне, что произошло? – Пару секунд в комнате воцарилась тишина, юноша молча смотрел на врача широко раскрытыми глазами, затем медленно опустил голову и тихо пробормотал.  – Я умер…