3 Глава

Веки, словно уставшие птицы, с трудом поднимались, открывая взгляд на беспокойное лицо матери. Её глаза, влажные от слез, смотрели на меня с нескрываемой тревогой. — Мама? — прошептала я, голос ещё не вернулся в полную силу. — Ты как? — спросила мама, голос её дрожал. — Два дня ты лежала без сознания. Это из-за отца? Он пошутил, конечно. Никто такое солнце в детский дом не отдаст. — Она положила на мой лоб холодное полотенце, словно пытаясь остудить жар моих кошмаров. — Ты сможешь завтра в школу? — Да, — прошептала я, стараясь звучать уверенно. — И чувствую я себя нормально. Не волнуйся. — Эти слова звучали пусто, словно эхо в пустой комнате. Мама оставила на столике небольшой тазик с прохладной водой, цвет которой напоминал молочно-кофейную пелену утреннего тумана. Потом, словно тень, она исчезла за дверью. Моя комната не была велика, но в ней царила атмосфера уютного оазиса. Белые обои с узором из лиан и цветов напоминали о тропических джунглях. Шкаф и прикроватная тумбочка из дуба добавляли комнате нотки солидности, словно приглашая к размышлениям о вечном. Старый коврик, пережиток 90-х, лежал на полу, словно ожидая прихода гостя из прошлого. А небольшое окно, расположенное у письменного стола, было похоже на маленькую сцену, где солнечные лучи разыгрывали свой яркий спектакль. Комната не была идеальной, но она была моей. Меня снова унес сон. На этот раз он принес не страшные кошмары, а туманные сны, словно загадочные метафоры жизни. Время достигло 15:30, когда я проснулась. Хотела сделать уроки, но поняла, что сначала нужно помыться. От меня пахло больницей, и это было невыносимо. Наша ванная была оформлена в нежных тонах: жемчужно-белый и бирюзовый, словно ракушки на морском песке. В ней не было ванны, только душевая кабина. Десять минут я мылась, стараясь смыть с себя ощущение нереальности. Потом, не выдержав холодной воды, я включила горячий краны. Нанесение вреда кипятком — это ужасная форма насилия. Глубокие, мучительные ожоги, оставляющие на коже красные следы, похожие на пятна огня. Жертва испытывает невыносимую боль, а кожа может быть повреждена так сильно, что оставляет глубокие шрамы на всю жизнь. "Ирония судьбы", — подумала я, вспоминая слова великого философа Сократа: "Никто не может нанести тебе вреда без твоего согласия". Я не хотела вредить себе. Я хотела просто помыться, очиститься от страха и боли. Выйдя из душа, я направилась в комнату, чтобы наконец-то заняться уроками. Тридцать минут прошло, а я ни на шаг не сдвинулась. Без конспекта это было невозможно, а номера телефонов одноклассников у меня не было. Юля и Катя тоже никогда не делали домашнюю работу. "Лень — это талант к отдыху", — вспомнила я слова о лени великого Шекспира. Юля и Катя действительно были талантливы в этом. Они делали уроки в школе и сразу сдавали их учителю. "И что теперь делать?", — подумала я, отчаявшись. В этот момент прозвучал звонок в дверь. Мама пошла открыть. Через несколько минут я услышала её голос: — Доченька, тут к тебе одноклассник пришел, конспект отдать. "Конспект?", — я не понимала, о чём речь. Чтобы вы вникли в сюжет, расскажу: в нашей школе не было учебников. Вместо них мы пользовались конспектами, в которых была вся необходимая информация. Это было практично и экономило место. Я вышла в коридор. И увидела…