Глава 1. Попалась?

*** Элизабет лежала на кровати и вслушивалась в темноту. Глаза открывать было опасно: она точно знала, что в комнате кто-то есть. И этот кто-то прямо сейчас смотрит на неё и ждёт. Как хищник, выследивший, наконец, жертву ловит подходящий момент, чтобы одним резким движением оборвать хрупкую нить жизни. Элизабет старалась дышать глубоко и ровно, несмотря на страх, бившийся в грудной клетке. Мышцы ныли от напряжения. Это была игра. Кто первый даст слабину, отвлечётся, расслабится и потеряет бдительность? Кто даст сопернику шанс на жизнь? «Да уж, ситуация, - думала Элизабет, - у него явно больше шансов». До её слуха донёсся скрип половицы. Он начал двигаться. Сейчас было важно подгадать время с точностью до секунды. И напасть. Выиграть время на побег или даже убить! Девушка чуть заметно приоткрыла глаза, но смогла разглядеть лишь тёмный силуэт. Он стоял над ней и смотрел. Она чувствовала его взгляд, но не спешила нападать. Важно, чтобы он убедился в том, что не встретит сопротивления, что его миссия, какой бы она не была, будет завершена без усилий. И вот, девушка заметила, как дёрнулась рука незваного гостя. Этого было достаточно. В мгновение ока она, как кошка, спрыгнула с кровати, схватила настольную лампу и наотмашь ударила мужчину по затылку. Тот, на удивление, не потерял сознание, лишь пошатнулся. Но этого было достаточно. Кафельный пол ванной комнаты неприятно обжигал ступни, но Элизабет было не до этого. Нужно было успеть открыть небольшое окошко над раковиной и выпрыгнуть в него. Три шага разделяли её с безопасной территорией. Три шага и можно считать, что опасность миновала. Прыжок, девушка балансировала на раковине и уже ухватилась за ручку окна, но что-то с силой вцепилось ей в волосы и потянуло назад. От удара о каменный пол Элизабет спасли сильные мужские руки, поймавшие её в полёте. Неизвестный ещё сильнее вцепился в шевелюру девушки, а другой рукой зажал ей рот. - Попалась? – Голос был холодный, спокойный и даже безразличный, совсем не такой, как у людей, которые врываются в дома девушек, а после насилуют и убивают их. – Неплохой был ход с лампой, но меня предупреждали, что ты выкинешь что-то подобное. – Хоть Элизабет и не видела его лица, она знала, что он ухмыляется. – Не сопротивляйся, мне разрешено стрелять на поражение. «Коп!- С омерзением догадалась девушка. Помимо страха, пульсирующего в жилках, резко вспыхнул гнев.- Но почему один, без подкрепления? Слишком крут или слишком самонадеян? Что ж, мне же проще». Она немного расслабилась. Совсем немного. Потому что теперь была уверена, что её не изнасилуют и не убьют, если не оказывать сопротивления. По крайне мере пока. - Пришлось за тобой побегать, - заключил он после минутного молчания и убрал ладонь со рта жертвы. И тут же заломил её руки. Девушка шла без сопротивления, но натренированные ноги теперь стали ватными и не особо слушались. «Не умолять, не унижаться!»- вертелось в её голове. Маленький коридор, разделявший комнаты, показался теперь бесконечным, липким и опасным. Мужчина не проронил больше ни слова. Его шаги были твёрдыми и уверенными. Посреди некогда уютной гостиной стоял стул со сложенной на нём верёвкой. «Подготовился, гад!- С ненавистью подумала Элизабет.- Даже стул притащил!» Резким движением полицейский усадил девушку на стул, накрепко перевязав её руки за спинкой и прикрепив прочными узлами ноги к деревянным ножкам. Хладнокровие и будничность его движений пугали, заставляли волосы на затылке вздыбиться. Страх, на время утихший, вновь вскочил и, натянув цепь самообладания, зарычал, брызжа слюной. Полицейский, убедившись, что жертва никуда не денется, выпрямился и отступил на шаг. Теперь Элизабет могла разглядеть его, насколько это было позволено. Он был высокий, весь в чёрном, без привычных нашивок. Лицо скрывалось за балаклавой. Девушка встретилась с незнакомцем глазами и еле сдержала дрожь, пробежавшую по телу. Его взгляд был не как у полицейских или других людей, служащих в государственных предприятиях. Нет, этот был не из таких. Его взгляд она хорошо знала. Незаинтересованный, стеклянный, не выражающий никаких эмоций. Это был взгляд натренированного убийцы. Элизабет приходилось работать с такими. Как бы громко эти люди ни смеялись, как бы ни улыбались, их глаза никогда не подавали признаков жизни. Для таких индивидов эмоции были даже не роскошью, а слабостью, мешающей работе. Такой взгляд пугал каждый раз, потому что в нём не было ничего человеческого. В нём не было души. - Кто ты? – Спросила она твёрдым, но хриплым голосом. Гость молчал и продолжал смотреть на неё. - Что тебе надо? – С презрением спросила она, не выдавая страх. От тона девушки мужчину передёрнуло. Он достал пистолет из кобуры и приставил к её лбу. - Ты задаёшь слишком много вопросов, - скучающе произнёс он и убрал оружие от её лица. Она боялась. Не смерти. Такие люди жестоки не только из-за взгляда. Они по природе своей жестоки. А потому не способны на то, чтобы милосердно убить свою жертву. Такие существа предпочитают долго и мучительно оттягивать момент смерти слабых. Им нравится наблюдать, как во взгляде угасает надежда не столько на жизнь, сколько на безболезненный уход из неё. А потому Элизабет боялась. - Ты не умоляешь и не плачешь, - в голосе промелькнула эмоция. Что это? Раздражение? Гнев? Уважение? Девушка не поняла. Он приблизился, и теперь лицо жертвы было напротив его бёдер. Гость опустился на корточки. Чтобы хоть как-то уравнять себя и Элизабет. Обжигающе-безразличный лёд голубых глаз стал теперь ещё ближе, ещё страшнее. - Может, мы сможем обойтись без этого? – Девушка взглядом указала на пистолет в руках мужчины. - Ты думаешь, что сможешь избежать своей участи с помощью своего тела? – В голосе мелькнули насмешка и презрение. - Я скорее умру, чем позволю изнасиловать себя, - с яростью ответила она. Незнакомец лишь хмыкнул. Он протянул ладонь и бесцеремонно повернул голову Элизабет чуть в бок, рассматривая небольшой шрам на её щеке. Шершавые пальцы прошлись по коже, заставляя девушку вновь прилагать усилия, чтобы не дёрнуться. - Вези меня в участок, чего возишься? – С нескрываемым раздражением прорычала она. - Ты мешаешься под ногами. Неужели не знаешь, что для того, чтобы выжить, такие как ты должны стать невидимыми для таких, как я, - он проговорил это монотонно, будто читал лекцию, - у меня два приказа от разных людей на твой счёт. Арестовать и убить. Если арестую, то получу лишь одобрение, если убью- деньги. Как думаешь, что выгоднее? Только теперь Элизабет поняла, почему мужчина так пугал её. Дело было не только во взгляде. Он ворвался к ней в дом. В место, которое она по глупости считала безопасным. Он запросто растерзал плёнку, которую она принимала за железный щит. И теперь, хотелось ей этого или нет, она была в его власти. Незнакомец поднялся и отступил. - Всё-таки ты не боишься… А ведь ты трусливая, - по его тону было ясно: это не вопрос. Он следил за ней долгое время. Он наблюдал, как она встаёт с кровати, как медленно умывается, наслаждаясь горячим душем, как пьёт чай и ест овсянку, как после этого переодевается и едет в бордель, где десятки мужчин творят с её телом ужасные вещи, как возвращается домой и пытается отмыться от моральной грязи, а поняв, что не получается, переодевается и ложится спать, пропуская ужин. Он знал её. А она его нет. И это давало ему власть над ней. Власть, которая не вызывала уважения, но пугала, лишала возможности двигаться и свободно дышать. - Кто-то заплатил за мою голову? – С упавшим от осознания сердцем спросила Элизабет. - Ты мешалась, - равнодушно ответил мужчина. - Чем? – С непониманием крикнула девушка. – Я… Я скучная. - Необязательно быть интересной. Достаточно раздражать окружающих, - скучающе пояснил полицейский. Тут Элизабет захлестнула волна негодования. Её могут вот так просто убить из-за того, что у кого-то есть миллионы на счетах, и он раздражается, видя её? Хороша песня, ничего не скажешь! - Так ты наёмный убийца и при этом полицейский? – С неприкрытой иронией спросила девушка. - Я фрилансер, - с ответной иронией процедил мужчина. Элизабет нервно хохотнула. - Что ж, мы достаточно поболтали,- заключил убийца,- у тебя последний вопрос. - Очень мило с твоей стороны, - язвила, будто не она сейчас привязана к стулу и находится на волоске от смерти. – Кто меня заказал? Мужчина закатил глаза, выражая раздражение. - Предсказуемо. – Он снова был безразличен. – Должно быть, ты сейчас возненавидишь себя, но я никогда не раскрываю имена своих клиентов. Девушка вздохнула. Сейчас ей не хотелось умирать. Да, смерти она не боялась, но, как не парадоксально, жить любила. Пару месяцев назад такая ситуация вызвала бы у неё радость, поскольку все проблемы решились бы быстро и безболезненно. Но не теперь, когда у Элизабет вдруг появилось смирение с её положением. Да, проститутка. Но за день она получала больше, чем среднестатистический работник. Да, нет друзей. Но и нужды в них она не испытывала. Ей было приятно проводить время наедине с собой, со своими мыслями и чувствами. Она любила собирать рыжие волосы в неопрятный пучок и, забравшись с ногами в кресло, читать томик Лавкрафта. Теперь у неё не будет возможности ещё раз, умываясь утром, взглянуть в зеркало и мысленно насладиться единственной частью тела, которая не вызывала у неё отвращения: глаза. Она любила их чайный оттенок, который несколько зеленел при свете солнца. Элизабет вдруг осознала, всем своим телом осознала, что вот сейчас она проживает свои последние мгновения. И так упорно скопленные деньги больше не получится обменять на билет до Родины, которую она так давно не видела. - Хорошо,- ответила девушка, помолчав. – Я готова. - Здесь не ты решаешь,- с издёвкой ответил мужчина,- и всё же давай покончим с этим, я спешу. Он отошёл немного назад, вскинул руку. В ушах Элизабет зазвенело, а белый свет ослепил её.