Глава 2. Это было бы низко

- Я жива… - недоумение не позволило сказать больше. Элизабет подняла глаза и посмотрела в глаза убийцы. Он был всё так же безэмоционален. - Проницательно. - Мужчина убрал пистолет, достал нож и целенаправленно пошёл к привязанной жертве. Девушка не сдержалась и съёжилась от страха. Но удара в грудь не последовало. Открыв глаза, она увидела, что убийца быстрыми и уверенными движениями перерезает верёвки. Элизабет глубоко вздохнула от облегчения. И в нос ей ударил очень приятный запах, исходивший от человека, который мгновение назад так хладнокровно направил на неё пистолет. Вязкий привкус хвойного леса и тяжёлый аромат дорогого парфюма. Она незаметно принюхалась: что-то ещё, неуловимое, но очень знакомое. Что-то повседневное, что-то, что намеренно хотели перебить дорогостоящими запахами… «Машинное масло!- Узнала Бетти.- Да-да, это точно оно! От отца пахло так же, когда он возвращался домой после долгих попыток починить наш старенький пикап». Из размышлений девушку вырвал голос мужчины. - Надеюсь, тебе хватит ума сохранить свою жизнь, - бросил он с презрением и вышел вон, хлопнув дверью. *** Свежий предрассветный воздух охладил разгорячённое лицо. Питер достал из кармана одноразовый телефон и набрал единственный номер из контактной книжки. На том конце ответили почти сразу. Хриплый, самодовольный голос с физически ощущаемой улыбкой выдал лишь одно слово: - Успешно? - Да,- кратко, холодно плюнул наёмник. Он не считал нужным любезничать с клиентами. - Прекрасно,- без нотки сочувствия отвечал голос в трубке. Ложь для Питера была привычным делом. Если убийства- его хлеб, то враньё- масло. Он настолько хорошо овладел этим сомнительным ремеслом, что даже детекторы лжи в полицейских участках не могли распознать этого. А лгать приходилось постоянно: коллегам, жертвам, людям, через которых можно было добраться до жертв, даже себе мужчина лгал изо дня в день. Но клиентам… клиентам он не врал никогда. В этом не было нужды. Оплату он получал наличными в определённых местах, так что никакой финансовой ответственности не нёс. Кроме того, Питер дорожил репутацией. В свои почти тридцать он был одним из лучших наёмников штата. И абсолютно неуловимым. Во всём виновата педантичность. Убийца не оставлял следов, не использовал транспорт. И никогда не промахивался. Рука у него не дрожала. Ибо чтобы пристрелить оленя, его для начала нужно выследить. Питеру хватало месяца, чтобы узнать о своих жертвах всё, что нужно и даже больше. Он относился к работе не как к обязанности, а как к искусству. Каждое новое дело было новой картиной, не похожей на другие. - Когда я получу остальное? – Голос мужчины звенел как сталь, не скрывая презрения. - Деньги уже на месте, Джек. Я держу своё слово. Питер повесил трубку. Всё, что было нужно, он узнал. Дальше диалог был бы бессмыслен и принёс бы измотанному убийце крайнее неудовольствие. Обернувшись на дом Элизабет, мужчина отправился в ближайшие кусты. Скинув с себя чёрную униформу и балаклаву, он достал из нагрудного кармана полицейской рубашки флягу и вылил содержимое на вещи. После этого, не снимая перчаток, Питер вынул из брюк коробок спичек, зажёг одну и бросил сверху. Куча вещей моментально вспыхнула. Лишь после этого убийца стянул с рук перчатки и отправил их в самое жерло пламени. Пока улики уничтожались, полицейский курил. Он никогда не бросал заметание следов на самотёк и тщательно проверял золу, чтобы ни один кусочек ткани не остался нетронутым. *** Как только входная дверь захлопнулась, Элизабет вскочила со стула и побежала к телефону. Первая её мысль была позвонить в полицию, но как только девушка набрала номер на экране, эта мысль показалась ей очень глупой, бессмысленной. «Если он оставил меня в живых, значит, полиции он не боится,- заключила она,- но почему он решил подарить мне жизнь?» На этот вопрос девушка не смогла найти ответ. Да и не сильно сейчас ей этого хотелось. Пережитый ужас высосал и так не большой запас её жизненных сил. И всё, на что сейчас было способно её тело после выброса такого количества адреналина- это сон. Однако стоило Бетти улечься и закрыть глаза, как перед ней, как наяву, всплыл ледяной взгляд Питера. И сейчас он не казался ей таким враждебным. Это был притягательный, полный уверенности взгляд хищника, который проявил благородство по отношению к беспомощной жертве. Её передёрнуло, когда она вспомнила, как он прижимал её хрупкое тело к себе. Это был совсем не такой человек, как её многочисленные клиенты в борделе, которые царапали её рёбра своими ногтями, оставляя гематомы. А те, кто платил больше, не брезгали применять настолько грубую физическую силу, что приходилось стараться, чтобы не взвыть от боли, но при этом прилежно изображать удовольствие, натягивать приторную улыбку, стонать и красиво двигаться. Девушка не заметила, как её руки повторяли движения Питера. Она схватила себя за волосы, откинув голову назад. Другой рукой Элизабет зажимала себе рот. Давно, очень давно она не испытывала настоящего возбуждения. Не от Виагры, которой девочек накачивали каждую смену, а «природного». Ей было хорошо. Настолько, что прервать действия смог только будильник: время собираться. *** - Тупая шлюха!- Первый удар пришёлся по лицу. Девушка повалилась на пол не столько от боли, сколько от неожиданности. - Крис, я прошу тебя, прекрати,- страх сковал её. Внутренняя слабость не давала даже шанса гордости.- Не надо, пожалуйста. - Закрой пасть, мразь!- Пинок в живот выбил весь воздух из лёгких, она снова упала, но грубая рука потянула её за волосы, заставляя смотреть в чёрные, пьяные глаза. - Сколько членов побывало у тебя во рту, ответь,- Кристофер перешёл на шёпот.- Сколько часов тебя трахали эти потные боровы в дорогущих костюмах?- Взмах-удар-слепота. - Крис, прости,- девушка попыталась закрыть лицо руками, но её тут же схватили за запястья с такой силой, будто собирались их сломать. - Простить? Простить тебя? – Парень захохотал как безумец.- Ты не заслужила прощения. Ты заслужила боль. И только боль. Молись всем богам, потому что когда вернётся отец, я не стану лгать ему. Я ведь не лживая потаскуха!- Последнюю фразу он прокричал ей в лицо. Из глаз девушки полились слёзы. - Кристофер, я могу объяснить, мы бы не справились с долгами,- она смотрела в глаза брата, надеясь увидеть там хоть каплю сострадания, понимания, жалости. Но видела лишь багровеющую ненависть. - Ты оправдываешься? Или просто давишь на жалость? Ты думаешь, что шлюхи вроде тебя достойны жалости?- Он отвернулся, а затем снова ударил её. На этот раз кулаком в нос. На полу быстро образовались алые круги. - Кристофер… - Элизабет,- он перебил её,- я не опущусь до твоего уровня. Не пойду на эту низость. Уходи! Проваливай!- Брат схватил девушку за руки и резко дёрнул на себя. – Собирай свои шлюшьи вещи и не смей больше осквернять наш дом своим присутствием. Отцу я скажу, что ты сбежала с женихом: правда разобьёт его сердце,- Кристофер силой толкнул её в тесную коморку, которая служила комнатой Бетти.- Но знай! Если я увижу тебя в этом городе или где-то ещё, я без колебаний выпущу твои кишки! Девушка наскоро бросила в спортивную сумку всё, что считала необходимым. Ей даже удалось незаметно спрятать в футболке приличную пачку крупных купюр и семейный фотоальбом. После этого она застегнула молнию и, стрелой пролетев мимо Криса, выбежала на улицу. - Забери свои поганые туфли!- Рявкнул ей вслед брат и выкинул за порог чёрные стрипы.- Грязная давалка! Хлопнула дверь их старенького дома. Элизабет схватила туфли и побежала прочь. Идти было некуда, поэтому она направилась в бордель и долго умоляла Мамочку Аннет приютить её на некоторое время, чтобы не ночевать на улице. Женщина не хотела уступать, но остальные девочки надавили на неё и она согласилась. Долгий месяц Элизабет работала каждый день с утра и до поздней ночи. Иногда не хватало времени даже на еду и сон. Но вскоре она нашла то, что искала: небольшой, чистый домик в соседнем штате. Где-то на отшибе городка, рядом с лесом. Не долго думая, Бетти внесла залог и на следующий же день перебралась в новый дом. К её удивлению, мебель была новой, как и проводка, и водопровод. Хозяин был удивлён, что «такая молодая и симпатичная девушка переезжает в глушь», но, получив остальную часть суммы, уехал и больше Элизабет о нём не слышала. А дальше всё превратилось в обычную рутину, если её можно так назвать. В этот же день она устроилась в местный бордель. Для многих такая работа казалась унизительной, но не для Бетти. Постоянные ночные смены сводили к минимуму общение с соседями, хорошая оплата гарантировала не только кусок хлеба, но и возможность откладывать на жизнь. Что до продажи себя- девушку это не волновало. Она ещё в подростковом возрасте приняла свою участь и покорилась Судьбе. *** Питер, шумно выдохнув, рухнул на диван, устало потирая виски. Из головы не уходил образ этой худощавой, слабой девушки. Он привык видеть животное начало в людях. Оно всегда проявлялось в момент осознания приближающейся смерти. И всё же что-то противоречиво красивое было в этой проститутке, что-то животное, почти дикое. Мужчина оглядел комнату. Белые стены без единого пятна были обиты мягким материалом, как в домах скорби. От их чистоты глазам становилось больно. Такой же свежий ковёр, устилавший всю площадь пола, требовал краски, будто новоиспечённый холст художника. Замшевый диван снежного цвета оставался единственной вещью в этой комнате, добавляя последний штрих в интерьер. Питер улыбнулся мыслям и вальяжно вытянулся, как кот, выгибая затёкшую спину. Он знал, что будет хорошо смотреться на фоне девственной и невинной чистоты этой комнаты. Мужчина долго и упорно бился над её созданием, увольняя и нанимая дизайнеров. Ему был важен единый цвет и отсутствие лишнего, но не без деталей. Служитель закона часами изводил работников, требуя от них абсолютной педантичности. Во время особого раздражения он кричал: «Эта комната- будущий храм искусства. Здесь будет Райское и Адское в одном флаконе. Жемчужина любого коллекционера. Это место должно соответствовать». И вот, спустя долгие месяцы кропотливой работы, Питер был доволен. Он щедро заплатил всем, кто помогал доводить его проект до ума, а после… Закрыл помещение и не посещал его три года. Ничего не подворачивалось под руку. Ничто не было достойным этого места. - Я нашёл тебя, Мадонна,- серо-голубые глаза сверкнули хищным азартом,- обещаю, тебе здесь понравится.