Боль

      Белый шум больницы и ее былых стен давит на Антона. Он сидит в коридоре на какой-то скамейке, нога его без передышки трясется, грозясь оторваться к чертям. Он пустым взглядом буравит пол, а в голове прокручивается тот момент. Визг тормозов, звук столкновения двух машин, крики прохожих, вой сирен скорой и патрульных. И Антон. Просто Антон, который медленно разворачивается и тут же жалеет об этом. Он видит почти что размазанную знакомую машину и двух фельдшеров, которые пытаются как можно скорее достать его из-под груды металла, стараясь причинить как можно меньше еще большего ущерба. Кто-то из работников кричит, что задета артерия в бедре, другой, тоже крича, отвечает, что нужно как можно быстрее ехать в больницу.       Дверь операционной распахивается и из нее выходит мужчина в белом халате.       - Что с ним? - не своим голосом спросил Антон, подскакивая к уставшему врачу.       - Операция заняла три часа, она была сложная, мы старались...       - Да жить он будет или нет?! - перебил его парень.       - Будет, успокойтесь. Но состояние очень критическое, кома на пару дней, а то и недель ему обеспечена. Добавили проблем еще и вещества, обнаруженные в его крови. Вы знаете его?       - Да.., - чуть дрожащим голосом произнес Антон.       Какие, блять, вещества? Или это так теперь модно называть алкоголь? И не дай Бог это будут запрещенные вещества. Арсений и наркотики? Ну что-то как-то сомнительно.       - Он принимал и употреблял в последнее время?       - Я не знаю.       - Как это?       - Да я его только сегодня за последние две недели видел! Чего вы от меня хотите?       - Молодой человек, успокойтесь, а то мне придется выпроводить вас из больницы, - холодно отозвался врач, а Антону захотелось врезать ему.       - Он не употреблял.       - Больше мне ничего не нужно. Навещать не советую, состояние у него все еще нестабильное. Приходите завтра.

***

      А вы че думали? Антон припиздовал в больницу как только петухи об утре пропели да птички на небе запиликали.       В палату его впустили без проблем, но дежурная медсестра смерила его подозреваемым взглядом. Зайдя в палату, Антон замер.        Арсений лежал на больничной койке, из его носа тянулись две трубки, вены на обеих руках истыканы иглами, тянущимися к капельницам, нога чуть выглядывала из-под одеяла, а на бедре красовалась перевязка. Голова его спокойно покоилась на подушках, глаза были закрыты. Он спит.       - Арс.., - тихо прошептал Антон, пододвигая стул к койке, - Как ты?       Антон осторожно взял его руку и начал водить пальцем по выступающим венам.       - Прости меня за все, если сможешь. Мне сказали, что ты в коме и что ты не с нами, но я знаю, что ты здесь. Ты все слышишь, я знаю... Именно поэтому я хочу извиниться сейчас, потому что потом, когда ты придешь в себя, я не смогу даже посмотреть тебе в глаза. Прости меня за то, что я был таким гадом и мудаком. Я не должен был вот так бросать тебя дважды, ничего не объяснив просто уходить и хлопать дверью. Прости меня за то, что я постоянно срывался и кричал, бесился. Прости меня за то, что я не ценил тебя и все то, что ты для меня, но а я, мразь, даже не благодарил тебя. А знаешь, во тот день, когда ты пришел меня забирать, я ненавидел тебя. Хотел сбежать, ударить, убить, я тебя ненавидел, понимаешь? А сейчас мне жизни без тебя нет. Я не могу представить себе ни одного дня без тебя. И все эти две недели я страдал. Я возненавидел себя за то, что снова ушел от тебя, ничего толком не объяснив, но проблема была моя. И опять из-за моих проблем между нами выросла огромная каменная стена. Но знай, что я всегда буду рядом. Прости меня за то, что произошло вчера. Если бы я не начал эту глупую ссору и угомонил бы свои ебучие гормоны, ничего бы не было. Я такой идиот, Арс... И запомни. Если начнется конец света, я буду рядом.       Антон опускает голову на койку, по его щеке скатывается слеза, он сжимает руку Арсения и тихо-тихо поскуливает от боли, распирающей его изнутри. Арсений лежит все также, ни один мускул на его лице не дрогнул, но одинокая слеза медленно скатилась из-под закрытых век и беззвучно упала на подушку, которая моментально пропитала всю влагу.