Сделка

      Антон просыпается в поту. Сон ему снился не самый хороший, но и хуже бывало. Хотя, когда твой любимый человек на волоске от смерти — не кажется, что может быть что-то хуже этого.       Еще примерно десять минут Антон просто смотрит в потолок, летний леденящий ветер задувает в окно и перебирает полупрозрачную занавеску. Резкая трель телефонного звонка вырывает парня из раздумий. Он с трудом, кряхтя, переворачивается на бок и тянется к телефону.       — Алло? — сонно крякнул Антон.       — Здравствуйте. Шастун? — раздалось на том конце.       — Да, я.       — Вы можете сейчас подъехать в больницу?       После табуна самых страшных мыслей, пробежавших мимо глаз Антона, он вдруг засомневался.       — Извините, а вы вообще кто?       — Администрация больницы. — на том конце замето засуетились.       Поняв что к чему, парень повесил трубку. Чтобы ему вот так звонили из больницы и просили приехать? Да он в жизни в это не поверит.

***

      Через несколько минут Антон уже трясся в автобусе, который ехал до больницы. Звонок звонком, а навещать дорогого тебе человека никто не запрещал.       Еще когда парень заходил в автобус, его внимание привлек странный мужчина в черном одеянии и солнцезащитных очках. Он как-то подозрительно смотрел на Антона, постоянно что-то бубник себе под нос, ворчал. А когда транспорт подъезжал к остановке парня, и он прошёл к выходу, чтобы не проталкиваться сквозь недовольных бабулек, когда автобус подъедет, этот мужчина что-то пробурчал себе под нос и тоже засобирался выходить.

***

      Выйдя из автобуса, Антон краем глаза увидел, что этот мужчина тоже идет за ним. Путь к больнице лежал через дворы. Но дворами это было сложно назвать. Это были полузаброшенные хрущевки, от которых веяло ощущением, будто здесь кто-то пару раз повесился и спрыгнул с крыши. Когда парень заворачивал за очередной облезлый заброшенный угол, его с силой прижали к стене.       — Слушай сюда. От твоего Попова страдает наш Босс, так что ты должен выслушать наши условия. — прорычал тот самый мужик из автобуса.       Антон посмотрел на людей позади этого дяди в черном и обомлел. Это были два здоровенных вышибала.       — А ты кто вообще такой? — ухмыльнулся Антон, за что получил кулаком в живот, — Кстати, маскировался в автобусе ты херовато.       — Слушай сюда. — рыкнул он, — Мне пока не давали поручения прикончить тебя, но поверь, я бы с радостью это сделал.       — Чего тебе надо?       — Этот твой архитектор хранит кое-какие секреты, с помощью которых он может строить огромные проекты за минимальные сроки. У тебя есть выбор. Либо ты будешь сдавать нам все его планы, либо мы берём тебя в плен, а это, поверь, будет происходить не самым лучшим образом. А там в плену за тебя уже никто не ручается, и умрешь ты или нет будет зависеть только от нашего босса. А, и ещё. В случае, если ты выберешь второй вариант, мы сами все отроем и если этот архитектор очнется, мы его засудим. Мы даём тебе время до вечера, сегодня же, когда стемнеет, ты должен будешь дать нам знак. В зале, где окна выходят на дорогу, ты должен будешь два раза моргнуть светом, если выберешь первый вариант, и один, если второй.       Крепкая хватка исчезла и три мужчины испарились.

***

      Вечером того же дня Антон заходил в дом и увидел, что в кустах напротив дома затаились две громилы. Ещё раз убедившись, что эти люди явно не мастера маскировки, Антон шагнул в дом. Не включая свет ни в одной комнате, он в темноте поднимается на второй этаж и заходит в кабинет Арсения. Начинается рыться во всех его ящиках, выворачивая все наизнанку. Он роется во всех бумагах, внимательно вчитываясь во все документы. Наконец, когда все возможные компроматы на Арсения, и даже малейшие намеки были на руках у Антона, он отложил их и быстро убрался. Затем он разжег камин и сжёг все компроматы. Перед тем, как отправлять очередную бумагу в огонь, он очень внимательно перечитывал все, что на ней написано.       В глазах Антона отражался огонь. Таким же огнём внутри парня пылал страх.

***

      В тот вечер единственный свет, появившийся в доме Попова, загорелся только один раз и тут же погас.