Таня Гроттер, девочка которую...

Снег падал сплошной стеной уже пару дней. Большие белые хлопья бесшумно валились с сумрачных небес и крыши домов венчали большие белые шапки, а к дверям вели расчищенные рачительными хозяевами узкие тропки. В этот день снегопад наконец прекратился, но небо было плотно устлано серой ватой облаков. Такой густой и плотной, что солнечные лучи почти не могли пробиться наружу сквозь этот войлок. Не было ещё и четырёх дня, но на улице было безлюдно, тихо и сумрачно. Поэтому никто не мог сказать откуда появились эти двое — высокая худая женщина и низенький плотный мужчина с большой корзиной в руке. Они шли молча по центральной улице деревни — только поскрипывал снег под их ногами, и женщина внимательно разглядывала дома, которые тонули в глубокой тишине и густом снегу. Возле одного из домов мужчина остановился и молча кивнул. Странная парочка свернула к дому и очень скоро женщина стучала в дерево двери. Окно затеплилось янтарно жёлтым, скрипнули дверные петли. Двое, всё также молча, прошли в дом мимо женщины, которая зябко куталась в серый тёплый платок и с тревогой смотрела на лица бородатого мужчины и его суровой спутницы. …десять лет спустя — Татьяна, — почтальонша держала в руке плотный конверт, — тут тебе… Привет, Анна. — Здравствуйте, тётя Нина. Что это? — хмурится девочка. Она помогала тёте Анне с курами, ополоснула руки под краном и поправила чёлку на потном лбу, удивлённо разглядывая конверт с незнакомым логотипом. Явно что-то официальное. — Не знаю, — пожимает плечами почтальонша. Анна тоже внимательно разглядывает конверт и молча протягивает его Татьяне. — Ладно, я пойду. Почтальонша выходит, а Татьяна только собирается вскрыть конверт кухонным ножом, как он открывается в её руках сам. Лист разворачивается и… — Татьяна Павловна Гроттер, — вежливый и спокойный, как у радиодиктора, голос. С таким правительственные сообщения зачитывать, — мы рады вам сообщить, что вы приняты на учёбу… … Настя, ровесница, двоюродная сестра и молочная сестра Тани молча наблюдает, как та собирает большой и старый чемодан. С ним ещё мать Анны с мужем приехали в эту деревню по распределению после института. — Но этот причал давно заброшен, — говорит девочка, — и рассказывают про него всякое, что место очень нехорошее… Таня пожимает плечами — она сама решила бы, что это какая то глупая шутка, но говорящее письмо и тётя Анна как-то странно смотрела на загадочный говорливый конверт — почти с ужасом и брезгливо, как на ядовитую змею, что проскользнула рядом в траве. Она с чемоданом у ног ждёт, сжимая в потной ладошке монетки. Анна и сестра стоят чуть поодаль, когда раздаётся скрип уключин и плеск воды. Лодка. Странный, худой старик, глаза замотаны серой тряпицей и надтреснутый бас: — Татьяна Павловна Гроттер? — Да-а… — Таня нервно сглотнула. — Давай, залазь, — старик протянул костлявую руку. Татьяна вздрогнула — пальцы старика были костистые и холодные, неживым пронзительным холодом. Он молча принял монеты и небрежно стряхнул их с ладони прямо на дно лодки и Татьяна уселась на жёсткую, занозистую скамью. Таня обернулась, но не увидела ни сестру, ни тётю Анну из-за серой стены тумана, а молчаливый лодочник одним сильным движением шеста оттолкнул лодку от берега и уселся за вёсла всё также не открывая рта. Таня тоже молчала, но через несколько долгих минут поняла, что это уже не знакомая с детства река, лодка стремительно скользит по морской глади к незнакомому причалу и старик уже не старик, а молодой человек в тёмных очках и лодка не выглядит уже такой ветхой, какой была в самом начале. Остров. А на нём… … — Простите, тётя Нина, а где мои? — Таня держит за ручку старый потёртый чемодан. Она не одна — незнакомая девчушка вертит с любопытством по сторонам головой. — А это моя подруга Нина. Нина Голубева. — Так Сергей Петрович с Анной и Настей на море уехали, — Нина рада поболтать немного, разогнуть спину, а то уже в глазах темно, — а меня попросили за домом присмотреть, хозяйством… «Будто мне собственного мало!» — мысленно добавляет тётя Нина. — Не беспокойтесь, тётя Нина, я за всем присмотрю, а моя подруга поможет, — говорит Таня, а тёзка почтальонши кивает: — Помогу с чем смогу. И с козой. Танька говорит, что коза у вас тут больно бодливая. — Да, характер у неё скверный, — подтверждает почтальонша, — у козы. Спиной к ней лучше лишний раз не поворачиваться. … Настя стала заметно смуглей, волосы выгорели. С подозрением покосилась на подружку сестры и кинулась к себе в комнату. — Я не крысятничаю, — недовольно ворчит Нина, — и с твоей сестрёнкой не хотела ссориться… — А это что? — спрашивает Анна. Несколько пучков трав сушатся под потолком. Альбомы. — Наше домашнее задание на лето. По природоведению, — поясняет Таня. — Ещё гербарий. — С вашей козой всё в полном порядке, — рапортует Нина, — кормили, доили. И с курами. — Тётя Нина к нам каждый день заглядывала, — говорит Таня. Она и Нина быстро собрали на стол и сейчас все вместе пьют чай. Настя уже позвонила подружкам и торопится к ним на улицу — соскучилась, — присматривала за нами, помогала. — Мать лишили родительских прав, — совершенно ровным тоном рассказывает Нина, — жила у тёти пока она не сгорела. — Как это сгорела? — приподнимает брови Анна. — Обыкновенно, — пожимает Нина плечами, — уснула пьяная с сигаретой и каюк. А я спаслась буквально чудом. Так я в первый раз применила свои способности. Директор школы меня буквально с улицы подобрал. Спас маленькую беспризорницу. — Нине просто некуда идти, — поясняет Таня, — а в школе на лето затеяли капитальный ремонт и всех учеников родители разобрали по домам на летние каникулы… — Спасибо, что промолчала про то, что ремонт затеяли из-за меня, — говорит Таня. — Не за что, — ухмыляется Нина, — зря она так про твою мать… Как ещё жива осталась. Зато у нас теперь новая учительница по природоведению. Не такая вредная. … Настя не поняла, что и как произошло — она должна была испугаться и как-то иначе среагировать на внезапное появление в их тихой речке подобного монстра — завизжать для начала, но… Девочку переполнила холодная ярость, странно, но Настя не испугалась, а до глубины души возмутилась: «Как посмела эта уродливая тварь, этот мерзкий монстр, угрожать моим подругам?!» А дальше… Эта ярость, сила выплеснулась наружу, стала материальной и тварь ещё успела удивиться напоследок, когда её буквально разорвало на части. Пришла в себя Настя уже на берегу, Таня сидела рядом и внимательно разглядывала сестру, Нина что-то высматривала в воде, подружки Насти стояли на берегу и с заметным испугом смотрели на неё и Таню с Ниной. — Кто бы это ни был, оно нас больше не побеспокоит, — бодро доложилась Нина. Она вышла из воды на берег и натянула сандалики прямо на мокрые ноги. — То есть? — нахмурилась Таня. — От моей тёти после того пожара и то больше осталось для опознания, — пожимает Нина плечами. — Так что ты едешь с нами, — улыбается Нина. — Собирай чемодан. Поверь, тебе там понравится. … — Вы говорили, что это обычная деревня! — Настя удивлённо смотрит по сторонам. Булыжная мостовая, большие дома, магазинчики. Скорее городок, уютный и зелёный, а не классическая российская деревенька где-нибудь под Ярославлем или Смоленском. — Обычная европейская деревня, — ехидно улыбается Нина. — Потом мы устроим тебе экскурсию. Тёмная громада замка нависает над черепичными крышами аккуратных домиков — такие Настя видела на иллюстрациях к сказкам Гримм, а похожий на этот замок в каком то историческом фильме по телевизору мелькнул. — Там мы будем учиться, но в старших классах, — поясняет Таня. К восторгу Насти ко всем прочим благам цивилизации ей был доступен Интернет и очень скоро девочка смогла связаться с подружками по Скайпу. — Только дозируй информацию, — строго произносит Таня, — тем, кто не принадлежит к миру магии, не стоит знать о нашем мире слишком много. Но много времени на болтовню не было — учёба накрыла Настю с головой. И с первого дня девочка слышала шепоток за спиной — «сестра той самой Гроттер». И нашла упоминание о сестре на страницах учебника. — Ты её убила?! — Нет, — качает Таня головой, — она потеряла свою магию и просто исчезла. Развоплотилась. И потом была поглощена каким то магическим предметом. Заперта в нём. Так тоже бывает. Но я почти не причём — слишком была мала. Два месяца всего. — Очень Злая Ведьма напала на нашу Таню и хотела её убить, но что-то пошло не так, — смеётся Нина, — а в результате… — Почему вы мне сразу не сказали?! — маленькая девочка, кипя от ярости, наступала на директора, который не мог ничего сделать — магия невиданной мощи клубилась вокруг этой девочки, завивала её волосы, разлетелись в пыль стёкла в окнах, взрывались лампы, трещало дерево, осыпалась каменная пыль с потолка, но внезапно всё закончилось и в наступившей тишине раздавался только жалобный плач — Таня рыдала в голос, сидя на полу посреди сотворённых ею разрушений в кабинете и лаборатории для старшеклассников. — Успокойся, девочка, — печально вздыхает директор и виновато разводит руками, — я опасался твоей реакции на такие новости. Как видно не зря… — Так что я не та, кто одолела легендарную ведьму… — тяжело вздыхает Таня. — Это официальная версия событий, — говорит директор, — и мы до сих пор не можем понять, как тебе удалось тогда уцелеть. — Я её родная дочь, — мрачно произносит Таня. Она уже сидит на, чудом уцелевшем стуле, и пьёт какое то приятно пахнущее зелье, «для успокоения нервов» по словам директора, — которую попыталась уничтожить собственная мать, прознавшая о том, что я могу стать причиной её погибели. Узнала о древнем предсказании. Директор снова виновато разводит руками. Зеркало шифоньера, которое стало тюрьмой для Злой Ведьмы, было спрятано в самый глубокий подвал замка, но даже оттуда матери удалось связаться с дочерью и рассказать свою версию произошедшего тогда…