Глава 23. Снова в школу

      Клубы дыма и пара от Хогвартс-экспресса заполонили, казалось, всю платформу 9 ¾. Время близилось к отправлению, и выкрики родителей, подгоняющих своих чад, становились все нервознее и раздражительнее.       — Уильям, не забудь переодеться в мантию в поезде!       — Леонор, вот твоя сова. Ох, да поаккуратнее же!       — Чарли, пожалуйста, веди себя прилично. В прошлом году мы получили двадцать вопиллеров от профессора Стебль. Давай будем считать, что рекорд ты уже поставил, и на этом успокоимся?       И тем не менее, несмотря на царившие здесь беспорядок и суету, Гермиона не могла не отметить, насколько меньше стало школьников на платформе. Многие родители, помнившие, как в прошлом году некоторых детей Пожиратели забирали прямо с поезда, пожелали лично доставить своих отпрысков к воротам Хогвартса. Кто-то сделал выбор в пользу зарубежных школ. Были и такие, кто решил остановиться на сдаче СОВ, справедливо рассудив, что для дальнейшей карьеры продавца в книжном магазине достаточно и этого результата.       Гермиону провожала в школу целая делегация во главе с Гарри Поттером, Мальчиком-Который-Победил-Таки-Темного Лорда, и потому неудивительно, что их немаленькая группа привлекала всеобщее внимание. Впрочем, Гарри здесь был не только из-за нее: привыкшая проводить чуть ли не каждый вечер в компании своего парня Джинни Уизли страдальчески кривила губы и, не обращая внимания на одергивающую ее мать, бесстыдно висла на шее героя. Рон закатывал глаза и ухмылялся. Перси снова включил режим заботливости и не отходил от Гермионы ни на шаг, вдруг решив, что после Австралии стал ее новым лучшим другом. Миссис Уизли, махнув рукой на непутевую дочь, совала в руки Гермионы сверток с еще горячими пирожками.       Гермиона потерла лоб, мечтая уже поскорее оказаться в темном купе поезда и, возможно, даже вздремнуть под мерный стук колес.       В толпе школьников вдруг показалась долговязая фигура Драко Малфоя. Он был один, без матери, без отца (что неудивительно), без своей вечной свиты прихлебателей-слизеринцев. Прямой и бледный, сброшенный с престола наследный принц, он шел к вагону, четко печатая шаг, и, поравнявшись с ними, неожиданно кивнул Гарри Поттеру.       Этого маленького, едва уловимого взглядом кивка было достаточно, чтобы переполошить всю их компанию.       — Это что сейчас было, а? — спросил Рон, когда его челюсть вернулась на положенное место. — Чего это хорек тебе раскивался?       — Я же выступал в его защиту в суде, забыл? — ответил Гарри, проводив в свою очередь вечного врага недоуменным взглядом.       Рон тут же надулся, а Гермионе стало стыдно. Она, все лето посвятив решению собственных проблем, как-то позабыла об обещании свидетельствовать в суде в пользу Малфоев. А Гарри ничего не забыл. И, видимо, его показаний вполне хватило для оправдания, иначе не ехал бы сейчас Драко в школу, а перестукивался через стенку с папочкой в Азкабане.       — Какой же ты молодец, Гарри, — искренне похвалила друга Гермиона, а Рон надулся еще сильнее.       Машинист дал последний сигнал, и девочки, расцеловав напоследок родных и друзей, прошли в вагон. Пробираясь по коридору в поисках свободного купе, они наткнулись на Денниса Криви. Он стоял у окна, не замечая никого вокруг, абсолютно равнодушный к вокзальному шуму и прощальной суете, и только по движению губ было ясно, что он неслышно бормочет что-то себе под нос. На Денниса было страшно смотреть.       Не зная, как помочь, чем утешить, и понимая, что никаких слов не хватит, чтобы выразить соболезнование его необъятному горю, девочки поздоровались и, не дождавшись ответа, прошли мимо. Гермиона только сочувственно тронула его за плечо.       В конце вагона им уже приветливо махала рукой Луна, зазывая в свободное купе.       — Ну вот, — зевнула Джинни, плюхнувшись на сиденье и с наслаждением скинув надоевшие туфли, — наш последний год в Хогвартсе. Чувствуете особенность момента или что-то в этом роде? Может, соскучились по учителям? — ухмыльнулась она и, получив ощутимый удар по голени от Гермионы, добавила: — Или там по Филчу?       — Я соскучилась по профессору Флитвику, — бесхитростно доложила Луна. — И по профессору Стебль. И МакГонагалл, и Снейпу, и Хагриду…       Девушка еще долго загибала пальцы, перечисляя всех обитателей Хогвартса, но подруги ее не слушали. Джинни достала Ведьмополитен, а Гермиона прислонилась лбом к прохладному стеклу и стала думать о Снейпе.       Как он встретит ее? Удивится, обрадуется или сделает вид, что ничего не произошло? А что, собственно, произошло и значит ли для него что-то тот эпизод в последний его день на Гриммо? Вряд ли. Иначе не закрыл бы ей доступ в свой дом. Подумаешь, под влиянием момента чуть не переспал с влюбленной в него по уши девчонкой, делов-то. И не переспал ведь. Опомнился, ушел, сбежал даже. А ей теперь снова к нему подбираться, искать встреч, только в более неудобных условиях и под пристальным наблюдением сотен любопытных глаз. Это вам не дом на Гриммо, где, чтобы увидеть профессора, достаточно было просто выйти из комнаты и спуститься на этаж ниже. Тут все сложнее. На дополнительные занятия к нему записаться что ли? Или расплавить пару котлов и заслужить отработку? Будет забавно — отличница Грейнджер и вдруг сортирует флоббер-червей у Снейпа. Джинни со смеху помрет.       Ближе к Шотландии погода начала портиться, а по прибытии в Хогсмид и вовсе разбушевалась не на шутку.       Гермиона высунула нос из вагона, ойкнула и подняла вверх палочку, вокруг которой тут же образовался прозрачный водонепроницаемый купол, по которому быстро стекали крупные капли дождя.       — Идите ко мне, — скомандовала она подругам, и Джинни быстро нырнула под наколдованный зонтик.       Луна, даже не посмотрев в сторону купола, смело шагнула под проливной дождь и, что-то напевая себе под нос и пританцовывая в такт странной песни, направилась к каретам. Девочки переглянулись, синхронно пожали плечами и пошли следом за ней.       Они помахали Хагриду, вокруг которого сбились в кучу мокрые и растерянные первокурсники, поздоровались с удивленным и радостно улыбающимся Дином Томасом, нашли свободную карету и со вздохом облегчения залезли внутрь.       — Эй! — возмутился сидевший в дальнем углу экипажа человек. Он надвинул капюшон мантии почти до подбородка, и девушки его не заметили, а потому сейчас вздрогнули от неожиданности. — Лавгуд, нельзя ли поаккуратнее? Всю мантию мне забрызгала!       — Блин, Малфой, мантикора тебя задери, напугал! — воскликнула Гермиона, узнавая случайного попутчика.       — Здравствуй, Драко, — промолвила Луна, блаженно улыбаясь в темноте кареты. Как будто это не она, а кто-то другой провел в подвале Малфой-мэнора несколько ужасных недель.       Джинни лишь презрительно хмыкнула. Обмениваться любезностями с заклятым врагом она не собиралась.       Путь до замка прошел бы в напряженном молчании, если бы не Луна, которая продолжила напевать свою чуднУю песню. Едва только карета остановилась, Малфой выскочил вон, бормоча себе под нос приглушенные ругательства.       — Ну, хоть о грязнокровках ни слова не сказал, — заметила Гермиона, вылезая вслед за подругами из экипажа.       — И то верно, — согласилась Джинни. — Странный он сегодня. И что он вообще забыл в Хогвартсе?       — От Азкабана прячется, — предположила Гермиона. — Пережидает бурю.       — Вот ведь хитрый хорек!       — Неправда, он хороший, — неожиданно вмешалась Луна, и девочки посмотрели на нее с удивлением. — Просто он запутался. Когда меня держали в том подвале, кто-то иногда пропихивал еду через решетки маленького окна. Мне кажется, это был Драко.       Гермиона увидела Хагрида, который уже переправил первокурсников через озеро и сейчас передавал их на попечение декана Пуффендуя. Видимо, теперь, когда профессор МакГонагалл стала директором, обязанность встречать новичков возложили на пухленькую розовощекую Помону Стебль. Ну в самом деле, не Снейпу же их встречать!       Гермиона представила эту картину — Северус Снейп в своей длинной черной мантии встречает и без того напуганных детей… и пугает их еще сильнее — и захихикала.       Джинни недоуменно покосилась на нее.       — Идите в зал, — махнула рукой подругам Гермиона. — Мне нужно к Хагриду.       На распределение и она, и Хагрид опоздали, увлекшись разговором о том, почему у полукниззлов может выпадать шерсть. В последнее время Живоглот загрустил и захирел, что не могло не встревожить Гермиону, и потому она при первой же возможности вцепилась в преподавателя ухода за магическими существами.       — Да не переживай ты, Гермиона, — пробасил Хагрид, прижимая к себе так и норовящего вырваться рыжего котяру и гладя его по поблекшей шерсти. — В четырех стенах любой захиреет. Сейчас побегает по двору и выздоровеет.       Потом они спохватились, что в холле уже давно никого нет, попрощались и разошлись. Хагрид втиснулся в узкий коридорчик, который наверняка вел к дверце прямо за преподавательским столом, а вот Гермионе пришлось пробираться к своему месту под любопытными взглядами учеников и учителей. Нда-а-а, не очень приятно.       — Ты где была? — прошипела Джинни, когда подруга плюхнулась на лавку рядом с ней.       — С Хагридом болтала, — пробубнила Гермиона, нетерпеливо оглядывая зал в поисках того, ради которого она, собственно, здесь и находилась.       Он был там. На своем обычном месте за преподавательским столом. Прямой, бледный, весь в неизменно черном, Снейп сосредоточенно смотрел прямо перед собой, никак не реагируя на опоздавшую ученицу. Да и вообще ни на что не реагируя.       Гермиона улыбнулась и попыталась поймать его взгляд. Не вышло. Зельевар упрямо смотрел прямо перед собой, но взгляд его при этом был расфокусирован, будто он пытался рассмотреть бегемота на объемной картинке.       Ладно, со Снейпом она потом разберется, а пока неплохо бы и поужинать.       Гермиона оглядела знакомый с детства зал, отмечая про себя, как хорошо поработали волшебники над его восстановлением. В последний раз, когда она здесь была, почти весь он был в плотной серой пыли и раскрошенном кирпиче. Сейчас же стены снова украсили разноцветными флагами факультетов, зачарованные свечи парили в воздухе, а длинные столы ломились от яств. Все было почти как раньше. Почти…       Вон там, посередине зала, всего каких-то четыре месяца назад лежали необратимо мертвые Фред, Римус, Тонкс и остальные, а сейчас на стене напротив этого места висела черная мраморная табличка с именами погибших в этой войне. Так много имен, так много боли, так много слез.       Гермиона не удержалась и зашмыгала носом, стараясь не расплакаться.       — Не смотри туда, — шепнула ей Джинни, глаза которой тоже подозрительно блестели.       Гермиона вздрогнула и отвернулась. И тут же наткнулась взглядом на четверых всхлипывающих малышей за столом Слизерина.       — А они-то что ревут?       — Шляпа распределила их на Слизерин, — неохотно ответила Джинни, не скрывая жалости в голосе. — Душераздирающее зрелище. Не могу на это смотреть.       Почувствовав, как в горле стремительно набухает комок из сострадания и ощущения несправедливости, Гермиона отвернулась и от малышей тоже. Теперь понятно, почему Снейп застыл подобно статуе и смотрит перед собой невидящим взглядом, и почему в воздухе застыло такое напряжение, что хоть ножом его режь. Праздник получился совсем непраздничным, увы.       Вдруг, нарушая общее неловкое молчание, скрипнула маленькая дверь за столом учителей, и в зал вплыла невиданной красоты женщина. За ней с немного ошалелым видом ступал Хагрид. Зал разве что не ахнул, и ясно было, что лесничий здесь совершенно ни при чем.       Ученики переглядывались, перешептывались, кто-то даже присвистнул, а красавица, насладясь произведённым эффектом, села рядом со Снейпом и что-то зашептала ему прямо в ухо.       Гермиона тут же забыла, как дышать. Глаза ее сузились, словно забрала хогвартских доспехов, пальцы простучали нервную дробь по гладкой деревянной столешнице.       — Это что за овца кучерявая? — свистящим от ревности шепотом спросила она у Джинни.       Джинни Уизли была хорошей подругой. Очень хорошей. Но даже она не смогла сейчас не покоситься на Гермионины кудри, которые и в обычное-то время выглядели не ахти, а сейчас, после влажности улицы, разве что не торчком стояли.       — Это профессор… — начала Джинни, но строгий голос директора МакГонагалл заставил ее замолчать.       — Ну что ж, теперь, когда мы все наконец-то в сборе, — неодобрительный взгляд в сторону Гермионы, — позвольте представить наших новых преподавателей. Профессор Гестия Джонс будет преподавать защиту от темных искусств…       Гермиона только сейчас заметила знакомую им по Ордену Феникса черноволосую волшебницу, скромно сидевшую в конце стола, и подавила в себе совершенно неуместное желание дружески помахать ей.       — …профессор Аддерли любезно согласился преподавать нумерологию, — продолжала МакГонагалл, в то время как импозантный волшебник с лихо закрученными вверх усами раскланивался направо и налево.       «Ну вылитый Локонс-старший”, — подумала Гермиона.       Джинни, видимо, подумала о том же, потому что пихнула подругу в бок и выразительно закатила глаза.       — Магловедение будет преподавать профессор Бэбкок, — представила МакГонагалл сухонькую старушку в поношенной мантии.       На вид профессору магловедения было лет двести, не меньше. Она блаженно улыбалась и махала рукой, кажется, призракам.       — Наверное, старого знакомого увидела, — хихикнула Джинни.       — И, наконец, Фредерика Деверо займет должность профессора трансфигурации, — устало продолжала директор. В этом году список новых учителей получился непривычно длинным, будь проклят этот Воландеморт с его радикально-уничтожительной политикой. — Кроме того, профессор Деверо возглавит факультет Гриффиндор, прошу любить и жаловать.       Зал утонул в бурных рукоплесканиях, большинство из которых предназначались, конечно, рыжеволосой красавице.       — Ох, не нравится она мне, — простонала уже во время ужина Гермиона, наблюдая, как профессор Деверо о чем-то тихо переговаривается со Снейпом.       — И почему я не удивлена? — хмыкнула Джинни, с аппетитом уплетая пастуший пирог.       А после ужина, когда толпа школьников повалила к выходу, к ним подошел Дин Томас.       — Повезло нам с деканом в этом году, — восхищенно присвистнул он, поминутно оглядываясь назад, чтобы еще раз посмотреть на профессоршу. — Я таких красоток сроду не видел.       И тут Гермиона не выдержала.       — Ой, да ну тебя! — рассердилась она, топнула ногой и убежала.       — А что я такого сказал? — расстроился Дин, но Джинни, не слушая его, поспешила вслед за подругой.