Глава 23. От судьбы не уйти.

Над тёмным, ночным небом Гегюна нависали тяжелые свинцовые тучи, время от времени освещаемые молниями. Сильный ветер принёс грозу в город из-за горной гряды, что ограничивала долину на западе. Быстрые вспышки молний с запаздывающими громовыми раскатами ненадолго освещали разноцветные стены и изогнутые крыши домов, отбрасывая причудливые тени и придавая им печальный и зловещий вид. И, потом, снова погружали улицы в кромешную темноту. Никто не зажёг этим вечером уличные фонари. Осажденному городу было не до этого… Бан Вон, ещё плотнее укутавшийся в шерстяную накидку, которая совершенно не спасала от ледяного дождя и пронизывающего ветра, затаился за углом одного из домиков, внимательно осматривая тёмную улицу, прежде чем продолжить свой путь. Он замерз, поэтому непроизвольно переступал с ноги на ногу, чтобы согреться. Дорога от хижины на горе до города, заняла у бывшего короля чуть больше часа, и это учитывая, что весь путь он проделал почти бегом. Настолько быстро, насколько вообще был способен передвигаться в данных условиях — наступившие сумерки, плюс крутая и узкая горная тропа. Ближе к вечеру, Бан Вон, уставший от дневных забот и начинающий уже понемногу тосковать от отсутствия приятной компании, расположился с бутылью соджу на удобном уступе в скале, недалеко от хижины. Там, по сложившейся уже за время пребывания в этом месте привычке, он намеревался приятно провести оставшееся до сна время. К тому же он хорошо потрудился в этот день. Водоотводный канал был полностью вырыт и уже практически целиком выложен камнем. Домашняя птица получила своё просо и даже коза была подоена. Да, ему пришлось в итоге освоить и эту нехитрую науку. Сначала у короля это выходило весьма неуклюже, и коза недовольно блеяла в ответ на его неловкость и невольную грубость. Но, потом, он приноровился и дело пошло куда быстрее и веселее. В какой-то момент он даже стал наслаждаться такой простой незамысловатой уединенной жизнью, где ни ему почти ничего не было нужно, ни от него никто ничего не ждал. И, теперь, Бан Вон, уверенный в своём праве на заслуженный отдых, устроился на этой небольшой плоской нише, как будто специально вырезанной в тверди горной породы для комфортного времяпровождения после тяжелого трудового дня. Выступы скал по обе стороны ниши не давали проникать сюда ветру. А городок у подножья горы, казавшейся с этого места совершенно игрушечным, был виден максимально отчётливо, почти как на ладони. Можно было даже разглядеть малюсенькие фигурки жителей, что сновали по улицам туда-сюда по своим делам, как крохотные муравьишки. Дневная жара достаточно резко сменилась вечерней прохладой, что было обычным явлением для этого времени года — первый месяц осени. И Бан Вон, укутавшись в шерстяную накидку, неспешно наслаждался местным экзотическим напитком, именовавшимся здесь соджу, предавался философским размышлениям, и с любопытством всматривался в даль. Но сегодня что-то было не так. Казалось, в городе происходит нечто необычное, отличающееся от его привычного, давно укоренившегося уклада жизни. Сердце Бан Вона учащённо забилось от неприятного предчувствия. Он напряг зрение, пытаясь понять причину своей тревоги. Вроде как скопление людей-точек на улицах города было намного больше, чем бывало обычно в это, уже достаточно позднее вечернее время, когда жизнь в городке потихоньку замирает и жители уединяются за стенами своих домов. А ещё, казалось, они двигаются намного быстрее, разбегаясь лучиками в разные стороны. И Бан Вону даже показалось, что он слышит крики и звон металла, хотя с такого расстояния это было невозможно, и, вероятнее всего, картину дорисовало его собственное живое воображение. Первое, что сразу пришло в голову короля — на Гегюн совершено нападение! Ведь уединённый городок в горах — самый подходящий объект для набега варваров. Это мог быть кто угодно — и банды Красных тюрбанов из Мин, и чжурчжэни, что постоянно совершают свои точечные набеги на удаленные от столицы поселения. И даже пираты Вокоу, хотя последние редко забирались так далеко вглубь суши. На город напали, а там ХВИ!!! Больной, слабый, не способный постоять за себя. Да, с ним Нам Сон Хо, но даже вся его сила, бойцовские навыки и злость, не способны защитить от целой банды головорезов, жаждущих крови и наживы. Которые убивают с удовольствием, изощрённо, упиваясь своей жестокостью и страданием беззащитных людей. Убивают даже тех, кто не способен оказать ни малейшего сопротивления. И нарисовав в своей голове эту страшную картину, Бан Вон более не секунды не раздумывая схватил оружие, которое смог найти в доме — лук со стрелами и короткий меч Хви, и бросился в город. И теперь он стоял за углом одного из домов и внимательно вглядывался в темноту, осматривая улицу, и пытаясь незаметно добраться до дома Джей Ми. Это были чжурджэни, те кто напал на Гегюн. Они передвигались группами от трёх человек и безжалостно убивали всех, кто попадался на их пути, будь то мужчина, женщина или ребенок. Трупами были усеяны все улицы. Терпкий запах крови взвесью висел во влажном воздухе, забиваясь в ноздри. Геройствовать тут было абсолютно бесполезно. Бан Вон не мог помочь всем тем бедолагам, которых то и дело встречал на своём пути. А потому и не пытался, тихо укрываясь во тьме и пережидая каждый новый кровавый инцидент. Наконец, набросив на голову накидку, он, очень осторожно, пошёл по улице Каменщиков, расположенной в Восточном квартале на самой окраине Гегюна. Эта улица должна была вывести его к центральной торговой площади городка, рядом с которой и находилась клиника Джей Ми. Всю дорогу короля сопровождали отдаленные отголоски страшной бойни — крики ужаса, тяжёлый топот, стоны. Некоторые безуспешно пытались дать отпор и тогда слышался звон металла. Но, сопротивление заканчивалось всегда одинаково — криком жертвы, полным ужасной боли и издевательским смехом убийц. И ледяной холод страшного предчувствия внезапно сжал в тисках сердце Бан Вон. «НЕТ! Хви не даст так просто себя убить. Это невозможно. Он самый упрямый человек из всех, что я знал в этой жизни. Он никогда не сдаётся, в каком бы состоянии не был. Пока он может стоять на ногах, он будет сражаться до последнего», — успокаивал он сам себя, но совершенно безуспешно. Усилием воли Бан Вон попытался на время отбросить как можно дальше эти горькие мысли, не приносившие никакого видимого облегчения, и продолжил свой путь. Нижний город, где улицы были более грязные, тесные и где стоял не самый приятный запах залежавшегося мусора и даже человеческих испражнений, постепенно сменялся Верхним. Дома становились всё больше и богаче, а во дворах зеленели и цвели великолепные сады. Добравшись наконец практически до конца улицы, он свернул направо, пытаясь в темноте разглядеть переулок, где располагалась клиника. И, внезапно, столкнулся лицом к лицу с огромным варваром. Вонючим и перемазанным кровью. «Заблудился?» — издевательски осклабился чжурджэнь, почему-то не бросившийся сразу в нападение. «Нет, я не заблудился», — ответил ему Бан Вон и увидел, как варвар быстро посмотрел куда-то поверх его правого плеча, за спину, и сразу услышал тихие шаги позади. Его окружали. Бан Вон криво усмехнулся, почувствовав, как его покидает напряжение и все тело наполняет азарт предвкушения, как перед сражением. Быстро сделав шаг вперед, он присел, и резким движением рук вывел противника, стоящего перед ним, из равновесия, заставив того непроизвольно приподняться на носки. Потом, тяжело выдохнув, вскинул на спину грузное тело, пружинисто выпрямил ноги, и, перекинув его через плечо, со всей силы бросил на землю, в ноги подошедшим сзади. Один из двоих, что стояли за спиной, получив сильнейший удар телом по ногам, повалился на товарища сверху. Второй грозно выругался, и, размахивая палашем, кинулся на Бан Вона. Король резко отвёл его руку с мечом в сторону и нанес сокрушительный удар кулаком слева, в челюсть противника. Бандит отлетел, ударился головой о ближайшую стену и упал без движения. Потом Бан Вон молниеносно стянул с плеча лук, выхватил две стрелы и пустил их, одну за другой, в обоих чжурджэней, что оглушенные копошились на камнях мостовой у его ног, не давая им никакого шанса на спасение. Чувство глубокого удовлетворения захлестнуло Бан Вона. Убивать грязных варваров, угрожавших Хви, оказалось очень приятно! Вложив в лук новую стрелу, Бан Вон осторожно двинулся дальше по темному переулку и тут же, из-за угла, на него выскочил ещё один человек. В руках он держал тяжёлый чжурджэньский палаш. Бан Вон тут-же вскинул лук, направляя стрелу в его лицо, и натянул тетиву. И, замер, столкнувшись с таким знакомым ледяным взглядом темных и узких, как лезвие, глаз Нам Сон Хо. Сон Хо не опустил свой меч, узнав бывшего короля, но и не делал попытки напасть. Он просто молча стоял и настороженно ждал. Рука Бан Вона задрожала от напряжения, с усилием удерживая тетиву лука в натянутом состоянии. Первым его порывам было выпустить стрелу в это, так давно, ненавистное ему лицо незаконнорожденного ублюдка. Того, кто вносил в его жизнь постоянный дискомфорт. Того, кто, не приложив особых усилий, мгновенно отобрал у него всё внимание единственного человека, которого бывший король по-настоящему любил и хотел. Стоит только отпустить палец и Нам Сон Хо никогда больше не появится в его жизни. И тут из-за плеча мужчины выглянуло обеспокоенное лицо Джей Ми. Она пристально посмотрела на Бан Во́на темно-карими глазами Хви… такими тёплыми и узнаваемыми. И, Бан Во́на как будто окатило ушатом ледяной воды. Он вздрогнул и осторожно опустил лук вниз. «Почему вы не в клинике вместе с Хви, — тихо проговорил Бан Вон. — Он жив?» «Мы только направляемся туда, — так же тихо ответил Сон Хо и в его голосе послышались нотки вины, сожаления и еле скрываемого беспокойства. — Днем из столицы к Хви тайно приехала мадам Хан Хи Дже. С ней было четверо воинов Ихвару. Мы оставили её с Хви наедине, а сами отправились с Джей Ми прогуляться в горы. Начало нападения мы пропустили, но на обратной дороге в город на нас напали. Возвращаться в Гегюн в разгар нападения было бы неразумно. Это как идти на верную смерть, без какой-либо возможности помочь. Поэтому пришлось дожидаться темноты. Так что я не знаю ничего, что происходит в доме сейчас…» «Вот КАК!» — произнес Бан Вон голосом, полным напряжения. «Значит всё это время Хви там был один… Нам надо поспешить!!!» *** Хан Хи Дже полностью смирилась с мыслью, что эта ночь станет последней в её жизни. Она прожила неполных 40 лет и так устала, что смерть ей давно не казалась чем-то пугающим и ужасным. В отличии от Хва Воль, она вообще не испытывала сейчас никакого страха. Однажды она спросила Хви, испытывал ли он когда-либо страх перед битвой. На что он ответил: «Конечно. Страх необходим. Он помогает воину. Он похож на горящий огонь, который жжет мускулы, закаляя их и делая сильнее. А когда огонь выходит из-под контроля, наступает паника, лишая людей храбрости и гордости. Поэтому нельзя допускать, чтобы это чувство взяло над тобой верх». Но ни страха, ни тем более паники, она не ощущала. Только дикую усталость. Она устала от того невыносимого груза ответственности за чужие судьбы и жизни, который она взвалила на себя в возрасте 22 лет, и который с достоинством несла все эти годы на своих плечах, задыхаясь под его тяжестью. От жизни в постоянном напряжении в бесконечных дворцовых интригах. От необходимости просчитывать каждый следующий шаг и контролировать каждое сказанное слово, чтобы не потерять всё в одночасье, погубив всех тех, кто доверился её заботе. Без шанса на обычное человеческое счастье — иметь нормальную семью и множество прелестных детишек. А главное, осознавать, что её любимый мужчина болен, а она даже не может позволить себе позаботиться о нем так, как он того заслуживает. Хотя больше всего Хи Дже хотела только одного — просто быть рядом с ним. Каждый день, каждую минуту и секунду своей жизни. Всю ночь нежно обнимать его желанное тело и просыпаться вместе по утрам. Вместе наблюдать, как занимается заря, слушать пение птиц за окном и радоваться счастливому смеху их любимых детей. Заниматься любовью каждый раз, когда этого требуют их тела, а не тогда, когда для этого предоставляется редкая возможность во время случайной и всегда очень короткой встречи. И Хи Дже даже и представить не могла, что ощущает Хви. Если уж она так устала от жизни, то каково ему? Он так долго живет бесконечно измученный с немилосердно израненными душой и телом, что давным-давно потерял даже призрачную надежду на счастье. Каждый его день — это нескончаемая борьба с самыми простыми вещами: проснуться, встать, что-то сделать по дому. Даже просто поесть. Борьба с мучительной, постоянной, не оставляющей его тело ни на минуту, болью. Все эти годы, прошедшие после гибели Ён, он жил, скорее даже существовал, не для себя — для Бан Вона, Нам Сон Хо, Джей Ми и для неё… «Возможно теперь, наконец, ты сможешь отдохнуть по-настоящему», — думала Хи Дже, пока её голова лежала на холодной окровавленной груди Хви, в ожидании, когда ледяное остриё меча проткнёт их тела, забирая жизни. Страха не было совершенно. Только спокойствие и полное умиротворение. Она была благодарна судьбе, что сейчас она рядом с ним и он уйдёт из этого мира не в одиночестве. Хви был без сознания, но ещё жив. Она слышала, как бьётся его сердце. Очень слабо и редко, но пока бьется. Он ждал её. Они погибнут вместе… Хи Дже услышала над собой тонкий свист, рассекаемого лезвием меча, воздуха и поняла, что ВСЁ! Её время пришло. Она закрыла глаза и крепче обхватила тело Хви в последний раз. Острие вонзилось в её спину, чуть ниже левой лопатки, безжалостно круша́ на своем пути кости рёбер, разрывая легкие и сердце. Она не ощущала боли, только ледяной холод. Последнее что она услышала — женский крик, глухой и далёкий. А потом её поглотила тьма… *** Убийца, испытывая чувство огромного садистского наслаждения, с размаху, вогнал свой палаш в спину беззащитной женщины, лежащей у его ног. А мгновение спустя стрела вонзилась в его собственный глаз, проникая дальше в череп и разрушая мозг. Стрела Ли Бан Вона. Когда его тело мешком повалилось на землю, он был уже мёртв. Он не выпустил меч из руки, и падая, потянул его за собой, с противным хрустом вырывая из спины жертвы. Обмякшее тело Хи Дже дёрнулось вслед за мечом и безвольно упало рядом с телом Хви. Одновременно с этим раздался дикий крик Джей Ми, крик безмерного отчаяния, мало похожий на человеческий. Потом сознание милостиво оставило девушку, и она медленно осела на камни. Второй варвар, увидев внезапно упавшее тело товарища, даже ничего не успел понять. Сон Хо, одним гигантским прыжком, оказался рядом и единственным ударом своего меча, нечеловечески мощным от звериной злобы, переполнившей его разум, снес чжурджэню голову. За мгновением неконтролируемой ярости тут же пришло полное опустошение. Меч выпал из рук Сон Хо, громко ударившись о мокрые камни мостовой. Покачиваясь, он пошёл к телу Хви. Ноги подкосились, и он упал перед другом на колени. Застывшим, пустым взглядом он смотрел на Хви, но как будто не видел его. Бан Вон оказался здесь чуть раньше. Сначала он присел на корточки рядом с Хи Дже и приложил пальцы к ее шее, пытаясь уловить пульс. Убедившись, что Хи Дже мертва, он подошёл к Хви и склонился над ним. Руки его затряслись, но он заставил себя дотронуться и до его шеи. Бан Вон как будто наблюдал за собой со стороны. Внешне абсолютно спокойный и сосредоточенный, словно ему всё равно, что только что произошло перед его глазами. Но это была всего лишь защитная реакция его организма на страшный стресс, который его мозг не мог так сразу преодолеть. Эта его особенность ни раз спасала ему жизнь раньше, позволяя в чрезвычайных ситуациях действовать более-менее разумно, в соответствии со сложившимися обстоятельствами. Бан Вону показалось, что кончики его пальцев уловили слабое биение пульса, почти еле заметное. Чтобы убедиться, он наклонился и приложил ухо к окровавленной груди Хви, слушая его сердце. Один гулкий очень слабый удар, потом второй… Да он был ещё жив. Меч убийцы, насквозь проткнув тело Хи Дже, отнимая у неё жизнь, лишь небольшим концом успел выйти из её тела спереди и вонзиться самым острием в грудь Хви, прежде чем стрела Бан Вона забрала и его жизнь. Хи Дже спасла Хви, но надолго ли. Он был холодный как лёд, потерявший много крови, с еле бьющимся сердцем, готовым остановиться в любой момент. Его срочно надо в дом, в тепло! Бан Вон попытался поднять тело Хви на руки, но в это момент Сон Хо как будто очнулся. В его глаза вернулась жизнь. Он яростно вскочил и бросился к королю, зарычав как раненый тигр. «Не смей его трогать!!!» Его грудь тяжело вздымалась, словно ему не хватало воздуха. Лицо посерело, а губы тряслись. Сон Хо еле стоял на ногах, но король вдруг чётко осознал, что ни смотря ни на что, сейчас, этот человек способен разорвать его голыми руками. «Сон Хо, он жив! Но, если сейчас же не позаботиться о нём, он умрёт. И это так же верно, как бездыханное тело Хан Хи Дже, что лежит сейчас там, на этих мокрых камнях, — Бан Вон пристально смотрел в бешеные глаза Сон Хо, пытаясь разглядеть в его взгляде хоть какие-то проблески понимания. — Ты не сможешь сам его отнести, ты ранен и слаб. Позволь это сделать мне. А тебе надо помочь Джей Ми. Посмотри на неё, ты ей нужен!» Сон Хо моргнул и повернулся назад, туда, куда махнул головой Бан Вон. Его взгляд упал на Джей Ми, лежащую без сознания, маленькую и беззащитную, и его зрачки расширились. Он молча кивнул головой и пошатываясь направился к девушке. Одно из тел, что лежало у ворот, вдруг зашевелилось. Мужчина попытался сесть и Бан Вон узнал в нём Кёля, верного телохранителя Хи Дже. Видимо он только что пришёл в сознание. Король не знал, как сильно он был ранен, но он весь был покрыт кровью, а правая рука плетью повисла вдоль тела. Взгляд Кёля рассеянно обежал улицу, и потом остановился на мертвом теле своей госпожи. Черты его лица почти не исказились, но в глазах промелькнула непередаваемая боль. Боль того, кто только что потерял любимого человека. Кёль попытался встать, но сил на это у него не хватило. Тогда он просто пополз к телу Хи Дже, оставляя за собой кровавый след. Искреннее и такое глубокое горе этого человека заставило сердце Бан Вона мучительно сжаться, и его глаза наполнились слезами. Он сокрушённо вздохнул и, аккуратно переступая через трупы, которыми была усеяна вся улица перед клиникой, понёс Хви в дом, бережно прижимая его холодное тело к себе, стараясь поделиться с ним хоть частичкой своего тепла, так ему необходимого. Он не был уверен, что Хви сможет выжить и на этот раз. Но в одном Бан Вон был убежден точно - он, не задумываясь, готов продать душу хоть самому дьяволу, лишь бы этот человек на его руках, наконец, нашёл свой покой, в жизни или в смерти ... ____________________ От автора Дорогие читатели, на этом всё. Сначала я хотела закончить несколько иначе, но решила в итоге оставить эту нотку недосказанности. Чтобы вы могли сами для себя решить, что стало с героями дальше. Я не в праве лишать надежды ни их, ни вас, да и себя тоже... Мне кажется это логичный финал моей истории. Спасибо всем тем, кто читал. Это был первый подобный опыт в моей жизни, и он мне дался очень непросто.