Часть 6

      На похоронах отца Т/и стояла спокойно. Никакой скорби по отношению к отцу она не испытывала. Она была даже рада тому, что его жизни настал конец. Её больше не будет никто избивать или преследовать. Осталась мать, конечно… Но она не несла такой сильной угрозы. Отец тиранил их обеих, а теперь его нет. И всё благодаря Саше… Т/и уже в который раз с благодарностью посмотрела на него, сжав руку брюнета в своей. А ещё там был Ярик, с которым она то и дело весело переглядывалась, мол, смотри, какой у меня парень крутой. Священник читал свою молитву за упокоение души усопшего, а Т/и вспоминала, сколько зла этот усопший ей принёс. Все вокруг плакали почему-то, хотя наверняка знали, что происходило в их семье. Т/и пять лет. Отец впервые ударил маму. Она кричит ему о разводе. Девочка забивается в угол своей кровати и плачет. Через пару часов мама успокаивает её, гладя по голове и говоря, что всё будет хорошо. Т/и семь лет. Она на кухне сидит за столом, болтает ногами, не достающими до пола, и жуёт бутерброд с чаем. Мама, тогда ещё почти не алкашка, готовит, стоя у плиты. Заходит отец. Т/и не особо помнит, из-за чего он тогда разозлился, но матери по лицу прилетело очень быстро. От неожиданности малышка уронила на пол кружку. Отец, и без того злой, теперь накинулся ещё и на неё. Мать попыталась одёрнуть мужа, но Т/и успела получить свою порцию боли. Она с криком и плачем убежала в свою комнату. Т/и девять лет. Её мать ненавидит её по причине «ты похожа на отца». Впервые она получает удар от матери. Тогда побои были уже привычным делом, а словесно мать уже успела достаточно хорошо обозначить чувства к дочери, Т/и не удивилась. Даже не заплакала. Т/и одиннадцать лет. Дружки отца (да уже и матери, чего уж тут) пришли на очередную вечеринку. Заранее выпившие. Т/и сидела, запершись в своей комнате и ожидая, когда все уйдут, чтобы в доме стало хотя бы потише. Один из друзей отца, дядя Гриша, как он просил его называть, зашёл в комнату. — Чем занимаешься? — спросил он с мерзкой улыбочкой. Т/и совсем не хотелось его видеть, но он ещё и подсел к ней на кровать. Теперь всё провоняет перегаром. А её комната в квартире была единственной не воняющей… — Жду, когда вы все уйдете. — агрессировать на пьяного человека, возможно, не лучшая идея, но он ей сделает? Ударит? От этой «пугающей» мысли даже улыбка на лицо запросилась. — Ну, что ты так сразу? Расслабилась бы, выпила с нами. — Дядя Гриша начал пугать не агрессивностью в ответ, а тем, с каким мерзким выражением лица он пододвигается ближе. Тебе уже сколько лет? Одиннадцать? — Кладёт руку на бедро. Т/и сковывает страхом. Нет, ужасом. — Молодец. В твоём возрасте самое то попробовать. Раньше детям и в пять стопарик наливали, а сейчас перевелась молодёжь… — Тянет резинку штанов… Из воспоминаний её выдёргивает голос Саши и то, как крепко он сжал ей руку. — Ты в порядке? Ты чуть ли не плачешь. Я думал, что сделал всё как надо. — Нет, дело не в тебе. Прости, просто воспоминания нахлынули. — Т/и всхлипнула и попыталась подавить дрожь, пробившую всё тело. Саша обнял её, и они простояли так до самого конца похорон.

***

      Т/и долго думала над этим. Они с Сашей вместе не так давно, но она на сто процентов уверена, что он тот самый. Да и не думать о всяких непристойностях, пока Саша, такой обаятельный и красивый, рядом, было… мягко говоря сложно. Чего стоит тот раз, когда Саша вышел из душа в одном только полотенце на бёдрах? Т/и отчётливо помнила, как красиво с мокрых волос стекали капли воды, пробегались по крепкой шее и катились ниже… ниже… Т/и невольно зарделась. Уж что-что, а просто предложить секс Саше она не могла. Не в её стиле, да и стыдно… А вдруг он не хочет? Именно с этими мыслями она дождалась момента, когда дома будут только они с Яриком, и направилась на кухню. Как бы ей ни было стыдно, она уверена, что именно Ярик, как лучший друг Саши, сможет ей помочь. В конце концов он наверняка знает, что тому нравится. — Ярик, привет… мне нужно с тобой серьёзно поговорить… — неловко сказала Т/и, смущенно теребя подол огромной толстовки. Ярик вздрогнул, словно его вырвали из глубоких раздумий, и посмотрел на Т/и. Ей почему-то показалась, что в глубине его зрачков копошилась печаль, словно он вот-вот заплачет. Да и выглядел он как-то подавленно, а телефон, который он обычно не выпускал из рук вечно с кем-то общаясь, покоился выключенным на краю стола. Она нахмурилась, уже собираясь спросить, что случилось, но Ярик выпрямился, а в глазах вновь заиграло привычное веселье, словно ничего не было. Наверное, показалось, решила Т/и, и вновь засмущалась, возвращаясь к своей проблеме. — Я просто не знаю, к кому ещё я могу обратиться, — Т/и покраснела, а Ярик понимающе кивнул. — Что-то серьëзное? Т/и на мгновение замялась, усаживаясь на стул напротив Ярика, и наконец выдавила: — Я не знаю, как переспать с Сашей. Ярик поперхнулся чаем и удивленно посмотрел на Т/и. — А вы что ли ещё не..? Т/и покраснела пуще прежнего и быстро замотала головой. — Ну, всё просто… Раздеваетесь, целуетесь, ну… Т/и, не выдержав, смущенно воскликнула: — Ярослав! — и, замявшись, добавила, — я не в этом плане… Я не знаю, как его соблазнить. Ярик покачал головой, отпил чаю, тяжело вздохнул и кивнул будто сам себе. — Наверное, у меня есть одна идея.       

***

      — Как тебе эти? — Ярик протянул Т/и джинсы. По сравнению с шароварами, в которых привыкла ходить Т/и, они больше походили на лосины и наверняка подчеркнули бы всё, что только можно. Т/и представила себя в них, и ей тут же стало неуютно. — Мне кажется, они слишком узкие… — А ты что хотела? Секс требует жертв, — хмыкнул Ярик, кинул джинсы в корзину и весëлой походкой направился дальше по рядам. Т/и смиренно вздохнула и поплелась следом. Может, всё и правда не так плохо? Ей же необязательно выходить в этом на улицу… Ради Саши можно и потерпеть. Но тут Ярик выдал то, что её окончательно добило. — Это тоже подойдёт, — безмятежно сказал он и схватил розовый топ на бретельках с открытой спиной и декольте. Т/и вытащила глаза и вырвала находку у Ярика из рук. — Он же слишком открытый! — Да нормальный он, — возмутился Ярик, отбирая топ. — Он розовый! — Хватит уже в своих балахонах щеголять! Покажем твоему Сашке, что ты за львица! Т/и возмущённо открыла рот, собираясь сказать что-то очень язвительное, но Ярик уже ускакал в другую часть отдела, словно нарочно прячась.