4. eren

— мы расстались неделю назад, — рия пнула какой-то камень. она смотрела себе под ноги, а ян смотрел вперёд. листья на деревьях уже желтели и опадали на землю, а погода была все такая же тёплая, как и летом. может, даже теплее. розмановски был одет в кожанку и, честно признаться, было даже немного жарковато. мария же была одета немного теплей, но это вполне оправдано, потому что мёрзнет она часто. людей в парке было немного, но оно и логично. сегодня пятница и многие ещё торчат на работе, но у парня отпуск, а врону отпустили с последних пар, так что вечернюю встречу они перенесли. — почему? у вас все, вроде, было хорошо, — он на неё даже не взглянул, хотя по интонации понимает, что что-то тут не чисто. — вроде, — она усмехнулась. — он сказал, что ему со мной тяжело. что я любви не проявляю. наверное, так надо, да? у нас с ним все так быстро завертелось… быстро. ян уже горьким опытом обучен, что быстро — значит плохо, особенно в отношениях. — значит так надо, да, — кивает он головой. — в делах любовных вообще торопиться нельзя. — он не мой человек, — она жмёт плечами. — мне другой нужен. — так говоришь, будто уже есть кто-то на примете, — он без злобы посмеивается и засматривается на падающий листочек. — есть, — рия, наконец, глаза поднимает и внимательно рассматривает профиль идущего рядом друга. — мы и знакомы достаточно долго, и общаемся хорошо. ян приподнимает одну бровь. стук сердца глушит. — а он, по-твоему, что думает? — не знаю. но он хороший. почему так некомфортно? он, казалось, уже давно этого ждал, почему тогда сейчас от одной мысли о возможности этих отношений хочется скривиться? почему все так неопределённо? он даже понять не мог про него она говорит или нет. может у неё есть ещё кто-то? ян бы не удивился, потому что уверен, что у неё куча поклонников. он не поверит, скажи ему, что на самом деле никаких поклонников нет и, что если бы не он — врона осталась бы одна. почему все так тяжело? ему тяжело в этом признаться, но сейчас хочется сбежать. у него ощущение, что им воспользовались, ноги вытерли. с чего она вообще решила, что может так просто ему намекать после всего, что было? — ладно, сейчас не об этом, — после затянувшейся паузы продолжила врона. — я тебя попросить хотела… — я весь внимание, — он головой трясёт, чтобы со своих рассуждений переключиться на суть её слов. — у нас в общаге собираются тараканов травить, а у меня сильная аллергия на дихлофоз, — даже по голосу слышно, что ей неловко яна о чем-то просить. — можно пару дней у тебя переночевать? — конечно можно, — он слегка улыбается, в голове прикидывая как они будут укладываться ночью. — янек, спасибо большое! — она с довольной улыбкой подпрыгивает и обнимает его. — я же могу прийти сегодня? — конечно. *** вечером ян решил, что марию он уложит на кровать в спальне, а сам переночует на диване в мастерской. да, будет немного неудобно, но вовсе не критично. они заказали пиццу и купили сидра. — а я тебе говорю, что она поступила неправильно, — они оживленно спорили о каком-то сериале. — да все правильно! он подонок и заслужил такое отношение к себе, — подхватывает рия и откидывается на спинку дивана. — ну нет, такого отношения быть не должно! — подхватывает ян и повторяет её действие. — ладно, не хочу спорить о такой ерунде, — врона тяжело вздыхает. — давай о чем-то другом поговорим? — например? — о чувствах? — она поворачивается на друга и начинает его рассматривать. почему сердце снова громче собственных мыслей? — каких чувствах? — он горько усмехается и встаёт со своего места. берет пустые бутылки из-под сидра и уходит на кухню, чтобы выкинуть их. разве избегаение проблемы — это её решение? мария идёт за ним и садится за кухонный стол. ян облокачивается на столешницу рядом с раковиной. — наших, — видимо алкоголь совсем развязал девушке язык. как же не вовремя. — а у нас есть чувства? — розмановски чувствует как потеют ладони, но старается не подавать виду о своих переживаниях. не хочется, чтобы она все поняла. — мне показалось, что да. я заметила, что на мой день рождения ты косился на вроцлава. ты вообще к нему не очень хорошо относился, — она жмёт плечами и продолжает. — а ещё я видела как ты на меня смотришь. и как ко мне относишься. я ведь не слепая. — а оно тебе надо? — надо, — она со своего места встаёт и за один шаг преодолевает расстояние между ними, припадая своими губами к его. его губы сухие, искусаные, а её пухлые, с запахом вишни. их поцелуй со вкусом сидра и сигаретной горечи продолжается долгие секунд десять, когда ян отталкивает от себя врону, а та непонимающе хлопает глазками. — нет, — он тяжело дышит и снова пытается скрыть нахлынувшие эмоции. — не надо. довериться ей сейчас — верный путь в могилу, ведь так? именно так, ян в этом не сомневается. он ещё в прошлом году решил никого больше к себе не подпускать, потому что обычно ничем хорошим его отношения не заканчивались. они с марией и так зашли слишком далеко. — я пойду, — он идёт к своей мастерской. — подожди, что не так? — её голос дрожит и руки трясутся. сердце стучит как сумасшедшее, будто сейчас сломает все ребра и выскочит наружу. — это будет плохой опыт. «я все только порчу.» «и тебя я тоже испорчу.» врона слышит как закрывается щеколда и как диван скрипит под весом парня. вовсе не такой реакции она ожидала, когда решила рассказать ему обо всем. да, она понимает, что виновата перед ним; что вроцлав в их отношениях явно был лишним звеном, но что теперь делать, если она просто поздно все поняла? а получится ли сделать хоть что-то? получится ли этот нежный цветок не испортить так, чтобы она бежала от него без оглядки? чтобы делала это в тихую, записки оставляя, или сообщения? чтобы безжалостно бросила его одного, растоптав все то, что он, казалось бы, только собрал? сколько ещё можно бегать от чувств? они ведь есть и головой розмановски это прекрасно понимает, над этим вопросом даже думать — чушь полная. его к ней тянет, как во всех этих бредовых песнях и сказках, и душу ласкает одна лишь мысль о каком-то (признаться, даже самом жалком) совместном будущем. а врона перед ним, словно податливая глина сейчас стелиться готова, но он скульптором себя вовсе не ощущает, скорей наоборот — вандалом, который все искусство портит, ну, или, на крайний случай, неуклюжим, который делает это случайно. он ведь искренне пытается её от себя и всего своего ужаса уберечь, спасти, защитить. ей же этого всего не надо, правда? от марии-то убежать не получится.