Часть 22

      Его рубашка была мокрая, а пиджак помят. "Когда умирает король, все пытаются захватить королевство. Но король умер, да здравствует король." - он закрыл глаза и откинул голову. "Не все меня воспринимают в серьез, считают мальчишкой. Но всё, что делало меня хорошем я похоронил." - его дыхание выравнилось, а сердце билось не так быстро. "Но разве тебе должно быть дело до мнения других?" - она правда думала, что ему все равно на то, что о нем думают. Но услышав эти слова, она поняла обратное. Кольцо так красиво смотрелось на её пальце, особенно с его рукой. Это было так тепло, что грело мысли и душу. "Мнение их мнение не нужно. А вот уважение..." - он положил руку ей на затылок. Он начал гладить её прекрасные волосы. "Если все свыклись, то Дон Барзини пытается меня выжить из города. Это уже не первый раз, но сейчас он посегнул на самом святое... на мою семью." - святое от Николоса? Словно латынь от деревенщины. "Но сейчас в семье все тебя бояться... Это сложно не заметить." - она решила быть честной с ним и говорить честно о том, что происходит дома. "Видно, что многие недовольны убийством твоего брата, и Мария, и матушка.." - она сделала глоток один вопрос мучал её.       "Если тебе покажется, что я предала тебя, ты тоже меня убъешь?" - она сделала глоток и посмотрела в его глаза. Ей нужно было задать этот вопрос, потому что Джеймс уже пытался её подставить. Он поднял голову и заглянул ей прямо в глаза. "А ты собираешься?" - он намотал её волосы на кулак и с силой притянул к себе, дабы она была прямо перед ним. "Или Джеймс сказал правду? А не пытался спасти свою жизнь?" - исчез тот страстный и любящий Николас. Остался лишь Крестный отец, монстр. "Я не посмею... Но если меня подставят. Например Джеймс ложно обвинил меня перед всей семьей." - она шикнула когда волосы из категории приятно натянулись до уровня боль. Она смотрела в его глаза. "Мы с тобой оба знаем чего хотел Джеймс, и что он это не получил. Если бы я была его единомышлиницей, то явно не отказала бы ему в постели, логично? Я просто хотела знать, убъешь ли ты свою супругу, даже если поверишь в клевету?" - она держала ровный темп дыхания. Боже если он узнает о том, что она предохранялась до их договора, то простым разговором он не закончит. Он ухмыльнулся. Он поверил. Искренне поверил, ведь она его жена. Он отпустил волосы и стал гладить её затылок, делая ей массаж. "Поживём увидим." - он снова закрыл глаза. Но он правда думал об этом. А сможет ли он её убить? Поднимется ли рука на женщину, которая его так любит. Любит больше матери. Больше сестры. Видимо и её он тоже любит, ведь любовь это не только счастье.       "Раздень меня... потом я помогу снять платье. И зажимы." - удивительно, даже боль от зажимов ушла. Она застыла, точно...она забыла о них. Она потянулась к рубашке и медленно её снимала вытаскивает пуговицы из петель. "Я слышала, что Вы служили, не расскажите?"- после сняла жилетку освободив зону для рубашки. Оно все было влажным и плотно прилегало к телу. Карина посмотрела на плечо. "Ведь теперь я понимаю, что смерть ближе чем кажется. Меня могло и не быть уже рядом с тобой." - опустила она глаза. "И что тебе хочется узнать?" - он наблюдал за её движениями, лишь иногда помогая снять что-то. В его голове проносились воспоминания, их куски. Лишь звуки пуль и взрывов. Он сглотнул. Это было единственное о чем ему было страшно вспоминать. Его взгляд упал на её плечо. А затем он снял оба зажима. Грудь резко почувствовала облегчение и боль от снятия их. "Тебе надо перевязать плечо." - проявил заботу муж. "Моя рана не что по сравнению с твоей. " - она положила руку на его шею. "Признаться сначала я не поняла, как это случилось, но потом испугалась. Было очень больно и пахло кровью... В меня впервые стреляли, и впервые попали. Боюсь представить насколько сильную боль ты испытал от ранения в шею." - Карина задумалась. "За что ты воевал? И боялся ли погибнуть?" - начала распрос Карина. Он привстал. "Как и все. За страну. За людей. Только это нахер никому не нужно оказалось." - он снял пиджак, рубашку и желетку и отбросил на пол. Кивком он указал на штаны и обувь. "Боишься только перед боем, а дальше ты отключаешься. И когда ждёшь очереди на операцию, а из твоего тела видны кишки." - он смотрел в одну точку и это было кольцо на руке жены. Он думал о ней, какая прекрасная девушка ему досталась. С ней он настоящий король, а она его королева. Она его детская мечта, женщина, которая является его опорой. А может её можно и в дела посвятить? Да, конечно, нет. Он ни о чем таком не думал. Он вспомнил одного солдата, который подорвался на мине. Опознали его по обручальному кольцу, которое лежало в кусках его плоти и органов. Она посмотрела на него и опустила взгляд. "Но сейчас ты можешь сказать, что она принесла больше плохо или хорошего в твою жизнь? Оттуда у тебя столько шрамов на теле?" - она не замечала своего плеча, а смотрела на него. Что же он видел там, может в тот момент любимый сын Августины, стал превращаться в монстра. "Уж ничего хорошего она точно не принесла..." - он завел руки за её спину и стал развязывать платье. Дело шло медленно, но верно. Она была так близко к его шеи, что могла учаять лучший парфюм. Это его собственный запах.       "Пуля на плече от снайпера. Мы потрулировали лес, как вдруг парень рядом со мной упал замертво. Затем пуля ранила меня." - это он говорил о ране на плече. Оно было похоже на то, что было у Карины, но выглядило гораздо больше. "Мне рассказать о всех?" - уточнил Николас. "Скажи о самых важных. Например о тех, что напоминают о самом важном." - ответила она. Это рана совсем не шла аккуратному женскому плечу. Эта рана даже была не его авторства, а уже останется на её теле маленьким шрамом. Когда он пока не оставил столь долговечных следов на теле. Не шрамов, не ребёнка..       Интересно как бы он себя чувствовал если бы пуля попала в голову, а Карины бы уже не было? Только стал мужем и сразу вдовец. Карина смотрела на него и видела все. Воина познавшего войну, сына что остался без отца, садиста проявляющего любовь через боль, лидера с целями, гордость семьи, мишень врагов, страх конкурентов и теперь её муж. Отец её будущих детей, её выбор до конца.       Он наконец развязал её платье и она могла спокойно вылезти из него. На ней остались лишь каблуки, которые делали её образ сексуальнее, агресивнее. Казалось, что это она хозяйка, но нет. Это улетучилось, когда он попросил, скорее приказал снять с него обувь и штаны. "Здесь (он показывал на левую руку) от пули. Я его заметил лишь через час бойни. Я даже не знаю кто это был. Просто солдат с другой стороны. А этот (левый бок), мы ворвались в здание, убили всех. Но один оказался в живых и прыгнул на меня с ножом. Мне месяц кололи от столбняка. Эти (осколки на правом бедре) от гранаты. Один из моих вовремя меня предупредил, иначе мне бы оторвало ногу. А ожог (на правой икре) от танка. Мы уже возвращались с фронта, как танк, на котором я сидел, подбили. Этот ожог от раскаленного железа." - он умолчал про последний, самый страшный шрам на спине. Он явно был от ножа и прошёл в паре сантиметров от сердца. Карина принялась растягивать брюки и снимать обувь. "Мне кажется ты все равно прекрасен, со шрамами и без них." - она говорила честно и не лукавила. "Ты тоже. И не пряч его." - он гладил её по бинту и его палец слегка стал в крови. Интересно, ей нравится его раздевать. Но ему то точно нравилось, что обнажённая девушка на каблуках стягивает с него одежду. "Девушкам не идут шрамы и раны..." - она сняла с него одежду и положила на стул. "Предлагаю пойти и смыть усталость." - теперь этот костюм был как афродизиак для женщин. С его запахом потом и желанием. Он встал и поцеловал её в лоб. Её тело манило его. Этот запах и вкус невозможно было забыть. Ему нравились следы от ремней, красные соски и блеск от выделений. "Пойдём в ванну." - он подал ей руку, будто они на балу, а не в комнате удовольствий абсолютно голые.       Она пошла за ним абсолютно обнажённой. Капельки спермы катились по её коже медленно вниз. Волосы взъерошены от его крепкого хвата, а губы словно темно красная вишня, подпухли и покраснели от старательных оральных ласк. Да... Вот именно такой брачной ночи она и хотела. Именно такую слабость в теле представляла. А так же она задумалась может стоит снять вуаль, если Николас все равно сам начал следить за окончанием. Ведь они договорились и Николас доказал свою честность. Он провел её в ванную. Закрыл за ней дверь. Он стоял сзади и смотрелся, словно спартанец. Его рука скользила по её прелестной талии. Ему очень нравится то, как она вспотела от такого секса. "Залезай." - его член был спокоен и слегка красный, а последняя капля упала на пол. Она погрузилась в ванну полную нежной пены. Тело моментально расслабилось. Она сняла повязку и расслабилась до кончика пальцев. Она продвинулись, что бы он мог залезть за ней и вместе с ней расслабиться. Она бы положила голову на его грудь, а он обнял её руками. Повязка с его шеи также была снята и он лёг в ванну за ней. Его руки обняли её под груди и прижали к себе. Попой она могла чувствовать его расслабленный член. Кровь уже перестала течь из его губ, но рана на шее выдала каплю.       "Так спокойно... Вот бы так было всегда.." - она увидела, как капелька упала в воду и окрасила пространство вокруг себя. Карина посмотрела в отражение в воде. "Наши игры плохо влияют на твою рану, стоит дать ей зарасти." - сказала жена. Он поднял руку и провел по ранению на её плече. На ладони осталась кровь. "Это в первую очередь тебя касается." - его ноги прижали её поближе к себе. "С таким спокойствием я сойду с ума." - пошутил Сальери. Карина посмотрела на плечо. "У тебя гораздо серьёзнее... Почему ? Тебе не нравится когда все тихо и спокойно. Ты только представь. Каждый день не стоит бояться за жизнь и проблемы, родные улыбаются и где-то бегают детки."- поделилась мечтами Карина. Он взял её за подбородок, развернул голову к себе и нежно целует в губы. Его губы такие жаркие и отдают вкусом крови. А руки... они нежно массируют грудь. Карине показалось или он решил перевести тему, но его движения ей нравились.       "Мх..Ник...Мы же пошли в душ.." - не сдавалась девушка. Он протолкнул язык в её прелестный ротик и прижимал к себе. Его движения были плавными и сильными. Она вновь ощутила его нежную сторону. Он как медаль. От нежности к насилию и обратно. "Ты любишь меня?" - он впервые это спросил. Кто это? Он не Сальери. Добрый, нежный. Его пальцы водили по соскам, заставляя их встать. А член превращался в лучший комплимент. Она замерла смотря ему в глаза.       "Обычно такое спрашивают до брака.." - растерялась она. Он впервые спрашивал у неё подобное. Что это прилив нежности? Или он потерял слишком много крови? А если он её проверяет на что-то? Он приобнял её за талию. Его пальцы спустились вниз к её бёдрам, а прижимал он чуть сильнее. Его член выдавал все карты. Всё таки она была до безумия красивой девушкой. Одной рукой он провел ей по груди другой по животу. По её телу пошли мурашки по коже, тело охотно отзывалось на ласки мужа, будто знало кому принадлежало на самом деле. Соски встали и набухли моментально, даже после пытки зажимами. "А ты любишь меня?" - возбуждённо спросила она. Он слегка сдал соски, не так сильно как это делали зажимы, но не менее чувствительно. Носиком прошёлся за её ушко и слегка приласкал. Что с ним сегодня такое? Это что извинение? Или он действительно её любит? А может он что-то знает и пытается из неё выдавить?       Она вновь стала таять в его руках и терять бдительность, что делать с Николасом нельзя. Она немного позволила себе расслабиться и утонуть в этой нежности. "Тебя не возможно не любить... Возможно когда нибудь эта любовь меня погубит.. Порой мне кажется что я способна отдать жизнь за тебя." - она сама удивилась своим словам, но понимала, что это правда. Крайне опасно любить такого мужчину, тем более быть его женой. Но казалось нет той, которая устояла бы перед его сексуальностью, жесткостью, властностью.       " Это похвально. Ты готова умереть за меня. Область свою жизнь... И ты готова жить ради меня. Это тоже похвально. А я готов мир уничтожить если придеться лишь бы тебя не кто не трогал." - его взгляд стал снова теми самыми глазами монстра, но это был не тот монстр. Это была не бешеная собака, это была собака которая у нее на поводке, которая за неё порвет любого по её команде. Эти слова поразили её. Он только, что поклялся защищать её. Лишь одна мысль не давала ей покоя. "Тогда поклянись, что я никогда не умру от твоей руки...вне зависимости от ситуации.." - ей было нужное его слово, это гарантия. Ведь Сальери не нарушают обещания.       "Хорошо я клянусь. Ты не пострадаешь от моей руки и я тебя не убью самолично. Ты можешь на этот счёт не переживать." - его голос был ровен, аккуратен. Она явно был серьёзен и не врал, не лукавил, не смеялся. Он говорил чистую правду. Такую правду от него только слышали Августина и его сестра.       Он облизал губы аккуратно. Ранее на них уже заживала и быстро покрывалась небольшой корочкой, но всё равно ещё немного подтекала, как и его шея, которая легла на её плечо. У них обоих с одной стороны рана. Что же будет если их кровь смешается? Она посмотрела на него с удивлением и поражением. Его слова заставили её поверить в то, что их брак правда был по любви и она допустила мысль, что она его любит. Она чувствовала, как капелька его крови стекает медленно по её шее, приближаясь к её собственному ранению, которое едва не стоило ей жизни. И она сама облизывая губы ждала, когда же наконец две эти капельки соединяться в одну. Их капли слились в одну. Его руки легки на её живот и аккуратно его гладили.       "У нас скоро будет ребенок. Осталось только решить проблему с этой семейкой. Через 3 дня будут выборы Короля. Ты будешь со мной там?" - он спросил уже строго. Она застыла в удивление. Она не ожидала, что он позовет её на столь важное мероприятие. Конечно, как супруга она обязана была посещать приемы, вечера, но настолько важное, как выборы Короля она могла посетить только с его личного приглашения. Она была шокирована и очень счастлива потому, что это такая честь оказаться на таком вечере. "С тобой хоть на край света." - она посмотрела в его темные прекрасные глаза. И она знала одну из своих главных задач, это поддержка мужа, помощь ему в становлении Королем. Конечно же показать всем насколько у него чудесная жена, крепкая семья и чудесный брак. А так же помочь вызвать зависть и страх в глазах конкурентов, соперников и врагов.       Эти капли крови соединились словно брак, что соединяет двух людей, как соединяются в ребенке частички разных людей, как противоположности, как две смешиваемые жидкости.