На конюшне

Прода от 30 сентября С фотосессии у белого забора прошла неделя. За это время я зарегистрировалась на сайте знакомств и заполнила анкету. Полистала профили мужчин. Писать не решалась. Неловко как-то. Да и знакомство с подобным сайтом у меня тоже было первое. Некоторые ребята на фотках выглядели очень даже ничего. А потом мне в личку пришло сообщение: «Привет. Ты мне понравилась. Встретимся?» Я не ответила. Проще не ответить, чем объяснять, почему мне не хочется встречаться с каким-то левым чуваком с сайта знакомств. У него даже аватарки не было. А в анкете только фраза: «Буду рад знакомству с девушкой (18-60 лет) любительницей куни, для встреч…» Куни… Может он букву «х» по-серединке потерял? Разброс возраста тоже любопытный… Извращенец какой-то! Было еще несколько сообщений. Олег из Екатеринбурга писал: «У тебя красивые ноги». Игорь из Питера: «Жопастенькая». Алексей из Воронежа: «Я Лексус. Год выпуска 1983. Пробег 40. Высота 168. Фары зеленые. Документы на руках. Кузов не битый. Тормоза в норме. Завожусь с пол-оборота». Все эти сообщения вызвали у меня разочарование, недоумение и смех. Как-то странно: вроде взрослые дядьки, а разговаривают хуже, чем дети в песочнице. Дети, хотя бы, пытаются наладить общение. Говорят: «Привет. Давай дружить. У меня есть машинка. Хочешь, поиграем вместе?» Эти же дядьки, как неандертальцы: «Жопаногисиськаписька. Дай-дай-дай». Идея с сайтом знакомств — полная лажа. Зачем он мне, если у меня есть Сашка? Сашка… Как-то мы не очень хорошо с ним разошлись после секса на речке… Я сижу на кухне за столом. Передо мной кружка с чёрным чаем, вскрытая пачка печенья и телефон. На экране какая-то блогерша с кошачьими ушами распинается о том, как отвратно было в школе и как круто будет в универе. Видео на ютубе — фон. Я не слушаю. Вся эта чушь про школу и универ не может отвлечь меня от мыслей о Сашке. Вспоминаю, как его сильные руки обхватывали мою задницу, а язык скользил по моей шее. Запускаю руку, — ту которой я до этого держала чашку с чаем, а не печеньку, — в трусики. Трогаю себя. Влага на пальцах дает сигнал в мозг. Взгляд падает на телефон. Могу ли я написать? Не подумает ли Сашка, что я слишком доступная?.. Заливаюсь хохотом. Вытаскиваю руку обратно и облизываю пальцы. Они пахнут моим желанием. «Нашла, о чем волноваться!» — Ржет надо мной внутренний голос. И он прав. Я трахаюсь с Сашкой уже пару лет. Никаких отношений. Просто секс и ничего больше. Вроде… Но я почему-то продолжаю думать о его надменной улыбке, а в голове звучит: «Ника-Клубника! Я тебя съем!» — О да! Открываю мессенджер. Нахожу его. Набираю текст: «Ты где? Я вся теку» Один из самых волнительных моментов в сексе — это его предвкушение. «У меня уже стояк как у коня», приходит в ответ. И следом: «На конюшне». Не долго длилось предвкушение. Сашка сам прямой как стояк коня. Меняю домашнюю одежду на короткую красную юбку и белую футболку. Собираю волосы в хвост. Ноги в шлепки, на голову — белая кепка. Маленькая сумка через плечо. Кидаю в нее телефон и ключи от дома. Выбегаю на улицу, запрыгиваю на велик. Оттолкнувшись от земли ногой, начинаю крутить педали. Прода от 1 октября Ветер обдувает лицо. На глаза падает тень от козырька. Кажется, Сашка не злится на то, что я сказала в прошлый раз. Надо же было такое ляпнуть. Вспоминаю фразу, которая, наверняка, его обидела: «Когда дрочишь, тоже под перезвон кончаешь?» Вот дура. Кто за язык тянул? Сашка — сын священника. Мы знакомы с самого детства: учились в одной школе, только он на год старше. Я еще с пятого класса на него заглядывалась, но ему было глубоко насрать на мою детскую влюбленность. Хотя, вероятнее всего, он вообще не знал, что я по нему нежно вздыхаю перед сном. Все завертелось где-то на Пасху. Мне — шестнадцать, ему — семнадцать. Я пришла с мамой святить яйца и кулич, а Сашка бесцельно слонялся возле церкви. Я ловила взглядом все его передвижения, а когда подметила, что он скрылся за углом, сказала матери, что хочу в туалет. Сама, естественно, пошла за ним. Сашка сидел на лавке возле отдельно стоящей подсобки и читал книгу. Я подошла, спросила: «Что читаешь?» Он ответил: «Мастера и Маргариту». Я подсела, провела пальцами по буквам на страницах и еле слышно прошептала: «Хочешь, буду твоей Маргаритой?» Сашка посмотрел на меня и слегка усмехнулся. «А ты знаешь, что с ней потом случилось?» — спросил он, поднимая одну бровь. Я помню, что почувствовала, как кровь приливает к щекам, но решила не отступать. «Для тебя я готова на всё», — выдала я, избегая взгляда глаза в глаза. Тогда я понятия не имела, о чем говорю. Никогда не открывала эту книгу. Все мои знания ограничивались названием и фамилией автора. «Даже продать душу дьяволу?» — уточнил Сашка, а я тихо угукнула. Ну такая скромняшка была, сама поражаюсь! Кручу педали. Объезжаю кочки и ямки, которыми пестрит этот кусок дороги. Рядом с ухом что-то жужжит и остается позади. Жарко. Сегодня очень жарко и даже ветерок от этой жары не спасает. Но тогда, перед пасхальной неделей, было еще прохладно. Сашка закрыл книгу, отложил в сторону и поднялся с лавки. «Ну что ж, посмотрим», — сказал он, протягивая руку. Я коснулась его ладони, которая тут же сомкнулась вокруг моих пальцев. Когда я встала на ноги, Сашка подвел меня к двери в подсобку, открыл ее и втянул за собой внутрь. В тусклом теплом свете одинокой лампочки я видела полки с инструментами. Взгляд выхватил молотки, отвертки, коробки с гвоздями. В углу громоздились лопаты и уличные метелки. В следующий момент моя спина коснулась единственной свободной стены, а Сашкины губы нежно застыли на моих. Он будто спрашивал, готова ли я продолжать. А я была готова. Я была пиздец как готова. Вот прямо как сейчас, когда несусь к нему на конюшню в промокших от желания трусиках. О! Теперь я знаю точно: это — никакая не любовь, это — физиология. Чертовски приятная часть физиологии. Прода от 2 октября Помню, как мои пальцы крепче сомкнулись на его руке, и я еле заметно кивнула. Сашка слегка отступил, давая мне немного пространства, но его глаза не отрывались от моего лица, изучая каждую деталь. В подсобке как будто стало жарче. Он провел рукой по моей щеке, затем пальцы скользнули по шее. Я закрыла глаза, наслаждаясь каждым прикосновением. Это все было для меня новым. Необычным. Немного пугающим. И очень-очень желанным. — Все в порядке? — прошептал он, заставив меня распахнуть глаза. Я глубоко вздохнула и улыбнулась, пытаясь держаться на тысячу процентов увереннее, чем была на самом деле. — Не останавливайся, — ответила я, чувствуя, как сердце колотится с каждой секундой сильнее. Сашкины руки скользнули на мои бедра, и он сильно прижал меня к себе. Поцеловал. В этот раз напористо, страстно. Так, что у меня от переизбытка эмоций подкосились ноги. Я чувствовала, как наши тела реагируют на эту близость. Все вокруг перестало иметь значение. Мой мир стал другим. Шире, больше, ярче. А ведь это был всего лишь поцелуй. Первый поцелуй. Самый запоминающийся поцелуй в жизни. — Соскучилась? — усмехается Сашка, когда я соскакиваю с велосипеда к нему в объятия. От его рубашки чуть пахнет стиральным порошком. — Как бабочка по нектару, — ответ срывается с языка, не успевая прокрутиться в голове. — М-м-м… — облизывается он. — Это не то, о чем ты подумал! — смеюсь я и тереблю его волосы. — Хотя… Сашка берет меня за руку и ведет в жилую часть конюшни. Вешаю сумочку на спинку стула. Сашка подходит к креслу, поднимает с него ящик с инструментами и осторожным движением закидывает наверх: под кровлей есть деревянный настил, застеленный соломой. Там хранятся всякие разные штуки: доски, инструменты, запчасти. Сашка разваливается на кресле и ладонью постукивает по своему бедру: — Иди сюда, моя Ника-клубника. Разворачиваюсь и медленно иду к нему. Останавливаюсь перед креслом, широко расставив ноги. Беру руку Сашки и кладу себе на промежность. Он шумно всасывает воздух и низко стонет, осознавая, что я сегодня приехала без трусиков. — И правда течёшь… — чуть-хрипло говорит он, поглаживая меня внизу. Пока он занят моей киской, наклоняюсь, целую его в губы и параллельно, наощупь, расстегиваю пуговицу на джинсах. Затем медленно тяну собачку ширинки, чтобы уже в следующие несколько секунд проникнуть ладонью внутрь, оттянуть ткань трусов и обхватить пальцами горячий твердый член. — Детка, — стонет Сашка и помогает мне спустить джинсы. После чего достает из кармана рубашки презерватив. — Тебе же так не нравится… — Я потерплю. Хочу кончить внутри. Забираюсь на него так, что мои колени оказываются по обе стороны его ног, и медленно насаживаюсь на нежную как бархат головку. Сашка одной ладонью обхватывает меня за талию, а второй крепко сжимает грудь, после чего уверенно вгоняет член до предела. Заполняет полностью. Мое тело радостно реагирует: с губ срывается хрипловатый вздох, а вагинальные мышцы ликующе сокращаются. Мы замираем, даем себе несколько секунд наслаждения. Сашка знает, что для меня это один из любимых моментов в сексе. Наконец начинаю двигаться, плавно и неторопливо входя в ритм. Моя грудь подпрыгивает вверх. Сашка сдирает с меня футболку и ловит ртом сосок. Я замедляюсь, чтобы позволить ему шумно втянуть и сдавить зубами затвердевший бугорок. Чувствую, как внезапная боль пускает по телу электрическую волну. — М-м-м… — нежно царапаю ноготками его затылок. Сашка урчит. Отпускает сосок. Крепко сжимает мои бедра и со всей силы натягивает меня на член. Тот нетерпеливо подрагивает внутри. Срываю с Сашки рубашку. Несколько пуговиц улетают и падают куда-то на пол. Веду рукой от впадинки между ключицами к кубикам пресса… Наслаждаюсь безупречностью его тела. Сашка плавно двигается внутри меня. Чуть приподнимает, и опускает. Ускоряет темп. Клитор трется о его кожу. Я близка к тому, чтобы получить то удовольствие, ради которого крутила педали. Сашка подбрасывает меня и чуть сильней и смачно шлепает по заднице. Я насаживаюсь до конца, мои ягодицы в огне. Громкий стон вырывается наружу, я запрокидываю голову и вижу глаза Флэша. Светловолосая голова парнишки свешивается прямо надо мной и заинтересованно наблюдает за происходящим. От неожиданности я теряю способность дышать. Сашка, рычит сквозь зубы, хватает мое горло, напрягает все мышцы, одним сильным толчком вбивается в меня и кончает. — Вот дерьмо! — взрываюсь я, когда Сашкина рука соскальзывает с шеи, и я наконец получаю доступ к кислороду. Флэш отползает внутрь чердачного пространства под крышей, так что его больше не видно. — Не психуй. Сейчас что-нибудь придумаем, и ты тоже кончишь… — расслабленно выдыхает он. — Да при чем тут мой оргазм! — тычу рукой в потолок. — Там Витька Флэш! Прода от 7 октября — Бля… — Саша меняется в лице. — Я совсем про него забыл… Слезаю с Сашки. Прикрывая грудь рукой, оглядываюсь в поисках одежды. — В смысле, забыл? Ты знал, что он здесь? — нахожу футболку в метре от кресла и надеваю. — Вылезай, придурок, и свали отсюда, — спокойно говорит Сашка, как будто ничего не произошло. — Пиздить не будешь? — звучит голос Флэша. — Не буду, — отвечает Сашка, стаскивая с члена презерватив. — Но за Нику не ручаюсь. Она ведь из-за тебя не кончила. — Ник… Ника, извини, я не хотел… Я случайно. Я просто проснулся, а тут вы… Я уйду, ладно? Можно я спущусь? — мямлит Витя. — Блять, иди нахуй! И чтобы я тебя больше не видела! Флэш спрыгивает с настила и, выставив руки перед собой, будто защищаясь, поспешно пятится к выходу. — Кому-нибудь ляпнешь — урою! — кричу ему в догонку.