2.8. Вьюга перемен

      После возвращения в Москву время шло само собой. По приказу Хагивары по пятам Аканэ прямо как в её подростковом возрасте теперь снова шагало несколько охранников. Только сейчас девушка не пыталась сбежать, а, наоборот, была рада. Эти громилы отпугивали большую часть собеседников, а Милана, узнав, что это наказание за безответственность, лишь посмеялась. Аканэ и правда поступила глупо, когда уехала, ничего никому не сказав.       Первые пару месяцев Виктор, когда забирал дочь с университета, бросал на её подругу задумчивые взгляды, но подойти не решался. Может, дело было в его собственном понимании, что было бы странно, а может, наличие телохранителей влияло.       В универе некоторые одногруппники время от времени подшучивали над тем, что с самого начала Хагивару ожидали увидеть «принцесской» под охраной. Но, несмотря на это, как таковой цели задеть этим или обидеть никто не имел. От этого складывалось впечатление, что одногруппники всё же опасались грубить.       В это же время Райто после появления телохранителей съехал. Пусть и не далеко — в одну из соседних квартир — но зато теперь всё пространство квартиры снова принадлежало одной только Аканэ.       Как преподаватель Махиро постоянно совершенствовался, и уже было не сказать, что впервые преподавал. Он невероятно быстро адаптировался к новым условиям.       Первое время Милана даже взглядом с Махиро не пересекалась, сильно смущалась и отводила глаза, но прошло три месяца, и она бесстыдно пялилась на преподавателя почти всю пару, что даже на вопросы со стороны отвечала через раз.       Аканэ наблюдала за влюбленной дурочкой с мыслью о том, что самому мужчине наверняка не очень комфортно. Пусть он и игнорирует девушку из-за того, что является преподавателем, но всё равно по взглядам, которые он время от времени бросал на Хагивару, внимание девушки ему не нравилось. Нет, не потому, что она навязчивая. Было достаточно и других дурёх, которые за ним бегали и даже в наглую флиртовали. Ему больше не нравилось то, что она была так увлечена им самим, совсем позабыв про занятия.       Когда очередная пара с новым преподавателем подходила к концу, а до звонка осталось несколько минут, в голове Аканэ возникла идея.       «А что если устроить этим двоим свидание?» — кивая своим мыслям, девушка повернулась к подруге и, чтобы отвлечь, слегка ткнула ту в плечо. — Солнце, не пялься. Все и так поняли, что он тебе нравится.       В испуге подруга чуть с места не соскочила, оторвавшись от созерцания японца. Возмущенно смотря на Аканэ, Чернова покраснела. — Не понимаю о чём ты!       Хагивара тихо посмеялась над реакцией девушки и вернула глаза на доску. — Пригласи его уже на свидание. Он не кусается, — она сделала небольшую паузу и неожиданно добавила: — Наверное, я не проверяла, — и тут же двусмысленно улыбнулась, заставляя ту ещё сильнее покраснеть от этого пошлого намека.       Закрыв лицо руками, Милана остаток пары просидела, лежа на столе, даже не слушая лекцию. Она сгорала от стыда и при этом правда задумалась над словами подруги.       Аканэ коротко рассмеялась и продолжила делать конспект.       Когда прозвенел звонок на перемену, Хагивара подтолкнула подругу к преподавателю и отошла в сторону. Убедившись, что все студенты вышли, она закрыла дверь и встала к ней спиной, прислушиваясь к происходящему в аудитории.       Махиро настороженно наблюдал за происходящим, а когда они с Черновой остались наедине, то сосредоточил на ней своё внимание. — Милана, у тебя появились какие-то вопросы? — поинтересовался мужчина, наблюдая, как девушка переминается с ноги на ногу, боясь поднять глаза.       Каждый раз перед ним она робела и становилась маленькой девочкой, которая и двух слов связать не могла. — Нет… Дело не в этом, профессор…       Мужчина сложил руки на груди и опёрся на свой стол, пока наблюдал за девушкой с лёгкой улыбкой. Кажется, он всё понял и был не очень доволен своими мыслями. Хотя ему было очень интересно, переступит ли она черту. Смесь недовольства и азарта была странной и редкой для мужчины. — Но ты же хотела что-то сказать? — продолжил наводить её на нужную мысль Махиро. — Да… — колеблясь, Чернова подняла глаза и посмотрела в его тёмные, как древесный уголь, радужки.       В этот момент она похоже что-то для себя решила, ведь в глазах от робости не осталось и следа. Махиро был удивлён и немного напрягся, когда девчонка сделала несколько шагов в его сторону и выпрямилась. — Вы мне очень нравитесь. Давайте сходим на свидание!       Её голос как назло надломился от волнения, но Райто этого даже не заметил, оставшись стоять с вытянувшимся в изумлении лицом. — Пум-пум-пум… — невольно сорвалось с его губ, когда он делал тяжелый вдох. — Нет, — категорично ответил он.       В его груди было странное чувство: какое-то тёплое желание согласиться вперемешку с правилами приличия и необходимостью отказать. — Что? — Милана удивленно смотрела на мужчину, который почти насмехался над ней сейчас. — В… Вы… Но почему?!       Махиро несколько секунд молчал, смотря на девушку снисходительным взглядом, как на несмышлёное дитя. — Это же очевидно. Я преподаватель, а не молодой парнишка, которого можно просто позвать и он пойдёт, — Райто наклонил голову вперёд и посмотрел на неё исподлобья, словно пвтаясь скрыть какие-то свои чувства. — Отношения между преподавателем и студентом запрещены университетскими правилами.       Смущение от его взгляда сменилось огорчением. Все надежды разбились о реальность. И она была жестока.       Девушка даже не думала о том, что подобные отношения могут быть запрещены. Но ведь общество на это всё равно ничего не скажет. Разве нет? У них не сильно большая разница в возрасте, а она не подросток и вполне способна сама отвечать за свои поступки. — Понятно… — опустив глаза, Милана собралась уходить. Ей было больно и неприятно получить отказ.       Махиро несколько секунд наблюдал за сменой настроения девушки, когда в груди что-то неприятно кольнуло. Это "что-то" было похоже на вину. Ему была не свойственна такая эмпатия, и это немного раздражало. — Хорошо, пошли, — неожиданно даже для себя произнёс Махиро. — Только об этом никто не должен знать. И я не обещаю, что после одного свидания что-то будет.       Грусть тут же сменилась алым румянцем на щеках и удивлением, когда смысл его слов дошёл до Черновой. Девушка и не думала, что он поменяет решение. Это было что-то с чем-то! Сердце тут же подскочило к горлу и ускорилось так, что в висках начало пульсировать. — Так просто? — она ошарашенно смотрела на Райто, который улыбнулся уж слишком искренне. — А что, мне стоило поломаться? Ты почти весь семестр меня взглядом прожигаешь, как я могу не сдаться такой настойчивости? — его тон приобрёл слащавую игривость, слишком очевидно похожую на имитацию. — Ты же такая милая, — после этих слов, Махиро потрепал её волосы и направился к выходу из кабинета. — Я за тобой заеду в субботу. До выходных, — мужчина помахал рукой и покинул кабинет.       Он даже слово вставить девушке не дал. Просто ушел. Милана осталась стоять на месте, как вкопанная, пока в аудиторию не вернулась Аканэ и не окликнула. — Ну, как прошло? — за спиной Хагивары уже снова материализовался конвой телохранителей, но девушку это не смущало. — Что мне надеть? — растерянно спросила Чернова, смотря на японку потерянными глазами. — Мы что-нибудь придумаем, — Аканэ с улыбкой приобняла подругу за плечи. — Только приезжай ко мне сама. А то, знаешь же, эти громилы меня не отпустят никуда, — говоря о телохранителях, она указала на них большим пальцем.       На самом-то деле девушка и сама не рвалась возвращаться в злосчастный особняк. Уж сильно она не хотела пересекаться с отцом подруги.       Мила даже не посмотрела в сторону подруги, всё ещё переваривая произошедшее минуту назад. Она пробормотала тихое «угу», и девушки направились на следующее занятие.       В конце недели Чернова приехала к подруге с ночевкой и принесла с собой едва ли не чемодан вещей, чтобы было из чего выбрать. Девушки весело провели вечер, пока подбирали макияж, одежду и обувь для свидания.       Акияма хоть и запретил Аканэ чрезмерное общение с друзьями, но ей удалось выбить небольшое послабление. Поэтому теперь ей было запрещенно только гулять и задерживаться после университета, не считая походов в магазин, о которых она предупреждала телохранителей, а те докладывали отцу девушки. В любом случае, принимая на постоянной основе витамины, она и не нуждалась в прогулках, а воздухом можно было подышать и на балконе.       На следующий день Аканэ осталась дома в ожидании звонка от Миланы. Райто забрал девушку на машине, и они поехали в кино, а после этого уже сам мужчина пригласил Чернову в ресторан. Им двоим программы было до вечера, поэтому Хагивара думала над тем, как себя развлечь.

-{ *** }-

      Райто сидел за рулём как ни в чём не бывало. Вечерний свет ложился на его лицо мягкими бликами, подчеркивая строгие очертания скул и сосредоточенный взгляд. Снаружи он выглядел абсолютно спокойным, будто поездка была лишь будничной прогулкой. Но, заметив, как Милана ёрзает на сиденье, он едва заметно усмехнулся. — Расслабься. Я же не на экзамен тебя везу, — с лёгкой усмешкой на губах произнёс он.       Махиро всегда держался сдержанно, когда вокруг могли быть чужие глаза. Но сейчас, когда никого не было, он мог позволить себе чуть-чуть больше. Его рука легла на пальцы девушки и мягко сжала их. Она вздрогнула, непроизвольно дёрнувшись, но он не дал отдернуть руку. Райто не сильно, но крепко держал её ладонь, словно проверяя, сможет ли она довериться.       Кончики его пальцев оказались такими же холодными, как и у самой Миланы, что по непонятной причине её даже немного успокоило.       «Он тоже волнуется? Или они у него всегда холодные?» — в голове было много мыслей, но ни одну девушка так и не озвучила. — Я вовсе не волнуюсь!.. — Чернова возмущённо отвернулась к окну, но это была лишь попытка скрыть румянец.       Руку передвинуть она не пыталась. Пальцы в его ладони постепенно согрелись, а внешняя безмятежность японца передалась и Миле.       Райто лишь улыбнулся и продолжил вести автомобиль, время от времени отнимая руку, чтобы переключить передачу. В эти моменты становилось холодно и некомфортно, но в конце концов его рука всегда возвращалась, накрывая её тонкие пальцы.       Кино оказалось хорошим началом вечера: там было темно, можно было смеяться, прятать глаза и не слишком думать на тем, что сказать. Но, когда они вышли в прохладный вечер и снова сели в машину, напряжение вернулось с новой силой.       Ресторан, куда он привёз Милану, оказался удивительно уютным. Тёплый свет, живая музыка, столики расположеные так, будто каждый гость находился в своём маленьком мире. — Здесь уютно… Ни разу не была в этом ресторане, — девушка с блеском в глазах осматривалась, пока шла за Райто к столику. — Не удивительно. Они недавно открылись, — мужчина отодвинул стул, галантно помогая спутнице устроиться. На публике его жесты были безупречно вежливы, он не позволял слишком много. — Я случайно на него наткнулся, когда город смотрел. Тогда они ещё только готовились открываться, — он спокойно занял своё место. — Не волнуйся, еду я пробовал. Готовят волшебно. Не Япония, конечно, но мне понравилось.       Прикрыв рот рукой, блондинка хихикнула, чувствуя, как её зажатость постепенно сходит на нет. — Ты первооткрыватель, получается. — Получается, что так, — Райто подозвал официанта. Его тон оставался ровным, немного ироничным, и только внимательный взгляд мог заметить, что он слушал каждое её слово. — Выбирай. Скажи, что не любишь, а я подскажу, что стоит попробовать.       Он говорил уверенно и спокойно, но держал дистанцию. На людях для него романтика была чем-то раздражающим и словно за гранью дозволенного. Но, несмотря на это, Милана уже успела понять: стоит им остаться наедине, когда этот сдержанный мужчина меняется, позволяя себе больше, чем просто вежливые фразы и улыбки. И это ей казалось милым.       В ходе обычной беседы о предпочтениях оказалось, что «избалованная» особа ненавидит такие изыски как: фуа-гра и чёрная икра, при этом обожает остальные морепродукты и фруктовые десерты. Узнав об этом, Махиро даже поймал себя на мысли, что им стоило ехать в ресторан с морской тематикой.       Первым делом после того, как официант принял заказ, он принёс бутылку белого вина, разлил его в бокалы, после чего исчез. Когда же принесли непосредственно сам заказ, разговор молодых людей пошёл сам собой. Сначала диалог шёл о фильме, потом о книгах, о музыке, о городе...       Махиро очень нравилось в Москве, и он сообщил об этом открыто. Оказалось, что в сравнении с Москвой темп жизни в столице Японии был вполне спокойным, несмотря на то, что все постоянно куда-то спешили. В отличии от России, в Токио всё было по конкретному распорядку, в том числе обед — это перерыв, а не перекус на бегу.       Мила с упоением слушала рассказы мужчины о его родине, несмотря на то, что о чём-то уже рассказывала Аканэ. Это, наоборот, давало возможность поддержать обсуждение.       Чем дольше они сидели, тем меньше девушка ощущала разницу «преподаватель — студентка». Перед ней был мужчина, от взгляда которого по спине пробегали мурашки. Не зыбкие и холодные, а приятные, которые хотелось почувствовать снова.       Когда поздним вечером он отвёз её обратно и вышел, чтобы открыть дверь, Милана чуть не споткнулась от нахлынувшей волны эмоций. Но Махиро вовремя её поймал, помог удержаться на ногах.       Девушка покраснела и поспешила отстраниться. — Спасибо… Что согласился на свидание, — смущённо произнесла девушка, восстановив равновесие. — Не за что. Это было не плохо. Ты оказывается не только милая, но и интересная, — заправил выпавшую из причёски пряди волос за ухо девушки, Райто отошёл в сторону машины. — И мне даже немного жаль, что это больше не повторится.       Слова мужчины поставили Милу в тупик и словно выбили из-под ног землю. — В… Каком смысле? — девушка выглядела ошеломлённой, она не ожидала, что это окажется их первое и последнее свидание. — В прямом. Не пойми неправильно, Милана, — он сделал паузу, подбирая слова. — Мне двадцать девять, я твой преподаватель, а главное иностранец. Я приехал в страну на время. Совсем скоро я уеду. Пойми. Я просто не хочу, чтобы тебе было больно потом.       Его слова как кувалда разрушали всё внутри. Чернова просто не знала, что ему на это ответить.       В её голове мимолётно промчалось воспоминание с его словами о том, что он не обещает, что свидание будет иметь продолжение. Это разочаровало только сильнее. Она надеялась, что сможет изменить это мнение. — Но зачем тогда сейчас дал надежду?.. Это жестоко… — на глаза наворачивались слёзы. От боли даже дышать было тяжело.       Махиро закусил губу, чувствуя неприятный осадок от собственных слов. Ему правда понравилась Милана, но он прекрасно осознавал, что из отношений со студенткой ничего не выйдет. К тому же сюда он приехал не сам, а по приказу Акиямы, а значит, уедет практически одновременно с Аканэ. — Прости, — он произнёс это тише чем обычно, что выдавало вину.       Махиро медленно развернулся, словно колебался. Он обошёл машину и сел в салон. Перед тем, как уехать, мужчина в последний раз посмотрел на огорчённую Милану.       Милана провожала белое авто глазами. Это событие так сильно её подкосило, что девушка и не заметила, когда со спины подошёл отец. Виктор даже ничего спросить не успел, тут же ловя дочь в объятия. Тихо плача, девушка прижималась к отцу, пока тот нежно перебирал её волосы в попытке успокоить…

-{ *** }-

      Приехав домой, Райто вышел из машины и пошёл к лифту. Проходя по коридорам в направлении своей квартиры, мужчина увидел около двери макушку с белыми волосами. Аканэ стояла, опустив голову и сложив руки на груди. От неё исходило напряжение, которое ощущалось за несколько метров.       Райто остановился перед ней и тоже сложил руки на груди. — И что ты здесь делаешь?       Он всего лишь задал вопрос, но никак не предвидел, что вместо ответа последует резкий выпад и удар в грудину. Ощутив, как воздух покинул лёгкие вслед за болью, Махиро осел на корточки, сгибаясь пополам. — Сдурела? Конченная… — сквозь плотно стиснутые от боли зубы прошипел он.       Глаза Хагивары были полны злости, природы которой он понять не мог. Точнее мужчина и не подозревал, что именно её вызвало. — Могла бы и нос сломать. Радуйся, — она была в ярости и не планировала сдерживаться. — Что ты ей сказал?! Какого лешего Мила позвонила мне вся в слезах?! — голос звучал как ледяная сталь, но в нём была пугающе сильная ненависть.       Она собиралась его пнуть и уже замахнулась ногой. Жалеть мужчину девушка не собиралась, но как только её ступня двинулась навстречу с коленом парня, тот подставил руку. — Хватит… Я сказал как есть. Я не хочу отношений сейчас, — его лицо выражало злость из-за такой встречи у двери квартиры, но в то же время теперь он прекрасно понимал недовольство девушки. Махиро и сам от окончания свидания был не в восторге. Похоже, произошедшее сильно задело Чернову.       Аканэ лишь недовольно скривилась. Его ответ девушке не понравился, но махать кулаками дальше она не стала. Снова сложив руки на груди, Хагивара опёрлась на стену спиной и тяжело вздохнула. — Но она же тебе понравилась. Что не так? — она искренне не понимала. Это было, по её мнению, не логично сначала соглашаться на свидание, а потом бросать. — Нет, ну я, конечно, не заставляю тебя строить отношения с Милой только потому, что она этого хочет. Но всё же мне интересно.       Выпрямившись через боль, Райто недовольно на неё посмотрел. Где-то в глубине его глаз были заметны оттенки печали. — Слушай. Это моё решение. Я приехал в Россию не шашни крутить. Это будет меня отвлекать. — Как скажешь, — Аканэ пожала плечами и, оттолкнувшись от стены, пошла в сторону своей квартиры. У самой двери она замерла и улыбнулась. — Только вот ты здесь больше не нужен. Если помнишь — я наказана. В твоём присмотре нет необходимости, — с этими словами она вошла в квартиру.       После такого визита Махиро остался со смешанными чувствами наедине. Здравый смысл и осознанность своего решения порождали злость на Аканэ, но подавленная боль заставляла быть недовольным собой.       С того дня Мила даже не смотрела в сторону преподавателя. Это была своеобразная забастовка, в ходе которой она даже периодически просто так прогуливала пары. Аканэ этого не одобряла. Какой врач из неё тогда получится? Но вслух она этого не говорила, да и давить не хотела. Пусть делает, что хочет. «Не мне воспитывать чужого ребёнка», — считала она.       Девушка продолжала учиться, поддерживая подругу, но лишь на словах. Ей не хотелось зубрить материал пар самостоятельно, поэтому всякий раз она это делала с Миланой, потому что последней кто-то должен был доносить материал до ушей.       Постепенно улицы начало заносить снегом, световой день уменьшался, и в конечном итоге пришла зима. Выходишь из дома приходилось задолго до восхода солнца, а возвращаться — тоже по темноте. Извечным вопросом было: что надеть, чтобы не отморозить себе всё.       Декабрь выдался снежным. С первого и до двадцать пятого декабря снег валил, не переставая. Как и всегда, к зиме готовились все, но вот к снегу никто не оказался готов. Дороги пару дней были, мягко говоря, в нерабочем состоянии, пока коммунальные службы не принялись за очистку улиц.       В который раз договорившись с ректоратом о досрочном закрытии сессии, Аканэ, пока была возможность, улетела в Японию. Погода оставляла желать лучшего, поэтому даже при заблаговременной подготовке к вылету пришлось дважды перенести рейс. Но Рождество девушка смогла отметить дома.       Не успела она приехать в Токио, когда вокруг уже началась суета. Хоть подготовка к рождественскому вечеру ложилась не на Хагивару, но почему-то в предпраздничный день в доме всё равно было шумно. Горничные бегали то туда, то сюда, а Акияма работал в кабинете, но, слава богу, дома, поэтому время от времени туда захаживали его люди.       Сама Аканэ удосужилась разлепить глаза только к обеду. Она спокойно умылась, поела и созвонилась с Милой. Девушка уже была в вузе и стояла в ожидании, пока придёт её очередь сдавать экзамен. По иронии судьбы это был зачёт именно у Райто. И, по словам Черновой, уже как минимум пятерых из десяти вошедших он завалил. — Ну, могу разве что удачи пожелать, — с невинной улыбкой ответила Хагивара на панику подруги. — Что??? Я же его пары прогуливала! Он меня как этих бедолаг завалит! Поговори с ним! — её слова были полны мольбы о помощи, девушка в буквальном смысле дрожала, даже не представляя, что будет делать. — Ну, «завалить» он может только тех, кто не учил. Если ты всё знаешь, то бояться тебе нечего. Выдохни, — успокаивала её Аканэ, но тут поняла, что, возможно, делала это зря. — Ты же учила?       Ответом была звенящая тишина. Мила закусила губу, нервничая. Затянувшейся паузы оказалось достаточно. Хагивара тяжело вздохнула и закрыла глаза рукой. — Я учила, честно, — всё-таки донёсся из динамика виноватый голос. — Но я ничего не помню… — чуть ли не плача простонала одногруппница. — Ну тогда я здесь не помощник, — Аканэ обречённо вздохнула. — Ну поговори с ним, Аканэ… — молящий тон и щенячьи глазки никогда не работали на Хагиваре, да и сама Чернова не рассчитывала, что сможет разжалобить подругу. — Ну ты же уже знаешь вопросы, да? Помоги… — Я знаю всё то же, что учила и ты, — коротко отрезала Хагивара. — К тому же, чего ты ожидаешь? Что я сделаю? Позвоню и скажу: «Слушай, не мог бы ты поставить Милане оценку просто так, за красивые глазки?» — явный сарказм в голосе Аканэ не оставлял никакого пространства надежде.       На лице подруги появилось отчаяние, в этот момент из-за двери кабинета появился одногруппник и сообщил, чтобы Милана заходила. Чернова немного постояла на месте и неожиданно воодушевилась. Сообщив, что у неё есть план, она попрощалась и сбросила звонок.       «Надеюсь, всё будет нормально», — подумала Аканэ и решила приняться за "работу".       У девушки ещё давно появилась идея отметить это рождество с размахом. Вот только в таком случае ей придётся незаметно слинять от глаз отца и ещё около сотни гостей рождественской вечеринки. В общем, это не должно быть сложно. Наверное.       Пока отец работал, Аканэ позвонила Какучё и предложила встретиться. Пока все были заняты и никто не видел, Аканэ выскочила из дома и поспешила на встречу с другом. — План такой: встречаемся с ребятами и приглашаем их завтра ко мне, — отхлебнув горячий чай, предложила девушка. — Ты собралась их по всему Токио отлавливать? «Тосва» была давно расформирована, — спокойно ответил Какучё с лёгким сарказмом.       Аканэ сейчас выглядела так, словно он открыл для неё Америку. Её лицо выражало смесь удивления и грусти. Она мысленно чертыхнулась, внешне не подав и вида. Почему сама не додумалась? И с чего девушка взяла, что парни всё ещё занимаются бандами? Это же глупо. Им сейчас по двадцать лет, логично, что у каждого началась своя жизнь… — А они вообще сейчас общаются? — уточнила Хагивара то, что ей казалось наиболее важным. — Вполне. Встречаются реже, но общаются так же тепло, — уголки губ Хитто немного поднялись при взгляде на проступившее у подруги на лице облегчение.       От этой новости Аканэ немного расслабилась и выдохнула. Это значило, что план всё ещё в силе. Осталось только пригласить всех. Проблемой была только связь: не все номера у неё сохранились. Да и стоило бы убедиться, не сменил ли кто телефон.       Дальше диалог продолжался с подкреплением действиями. Сидя всё там же в кафе, они с Какучё собрали чат с ребятами и принялись обсуждать вечеринку.       Друзья провели в кафе ещё около полутора часов и разошлись. Дома Аканэ до позднего времени зависала в чате с ребятами, телефон время от времени просто разрывался от поступающих уведомлений. Только ближе к трём часам она смогла уснуть.       Следующим вечером, когда Аканэ собралась начать собираться на рождественскую вечеринку, в дверь комнаты мягко постучали. Дверь с тихим скрипом отворилась, и, когда обернулась, девушка увидела отца. — Я войду? — Акияма стоял за порогом комнаты, с полуулыбкой смотря на дочь. — Конечно, входи, — Аканэ поднялась из-за макияжного столика и подошла к мужчине, обнимая. — С Рождеством, папочка, — она нехотя отстранилась и вручила отцу коробочку с ленточкой.       Акияма улыбнулся, принимая подарок. Большая рука мужчины легла на светлые волосы девушки и мягко их растрепала. — О, интересно. И что же там? — на лице «жестокого мафиози» появилось любопытство, которое даже на мгновение заставило забыть о цели появления в комнате дочки. — Мой подарок… Ну точнее его часть, — Аканэ сложила руки за спиной, улыбаясь как школьница. — Часть? — в голосе Акиямы прозвучало лёгкое удивление. — Угу. Остальное я оставила в твоей комнате, — её нога непроизвольно рисовала на полу полукруглые узоры, а руки сжались за спиной. Ощущалась лёгкая нервозность. — О как… — он ещё не был в комнате, поэтому не видел. Вспомнив, зачем пришёл, мужчина начал опускать руку с подарком вдоль тела и посмотрел на дочь. — Аканэ, я… — Открой сначала, — перебила девушка отца. — Хорошо… — с тяжестью на сердце он вздохнул.       Аканэ с улыбкой и лёгким внутренним трепетом наблюдала за тем, как отец открывал коробку. Она не знала, что подарить, поэтому ещё за несколько недель до отъезда в Японию заказала этот небольшой презент.       Акияма развязал ленточку и, прижав её пальцами ко дну коробки, снял крышку. Внутри, на мягкой подкладке для украшений лежали серебристые запонки с нежно-голубыми бриллиантами, обрамлёнными по периметру маленькими прозрачными камнями. Преломляя свет, они красиво сияли в коробке.       Когда мужчина достал одну из них и начал крутить в руках, заметил едва заметную гравировку «Любимый папа» на английском, написанную почерком самой Аканэ. На лице главы семьи появилась тёплая искренняя улыбка. Он и представить не мог, что будет во второй части подарка, но уже сейчас чувствовал в груди тепло и любовь, вложенную в него. — Не стоило так запариваться, милая, — он подошёл к девушке и чмокнул её в лоб.       Удовлетворенная реакцией отца Аканэ обняла мужчину, а когда снова отстранилась, то вернулась к столику с косметикой. — А теперь мне нужно вернуться к подготовке.       От её слов Хагивара почувствовал лёгкую горечь. Он бы очень не хотел, чтобы старания дочери были зря, она ведь уже подготовила платье, почти доделала макияж… — Аканэ, милая, я поэтому и пришёл, — он сделал тяжелый вдох, словно набираясь смелости, чтобы продолжить. — Ты не идёшь на сегодняшний вечер.       От этой новости девушка чуть не выронила из рук кисточку. Это было неожиданно. Конечно, она и сама собиралась пробыть там совсем немного, но и представить не могла, что отец сам отбракует идею взять её с собой.       Не дожидаясь ответа дочери, мужчина развернулся и ушёл. В комнате осталась лишь тишина. У Аканэ было очень много вопросов, но похоже, что задать их уже было некому. Закончив макияж, она подошла к окну, наблюдая, как автомобиль Хагивары отбывает на рождественскую вечеринку.       От произошедшего остался странный осадок. Нужно было отвлечься. Всё-таки, грустить было некогда.       Переодевшись в платье, она поспешила вниз, чтобы не пропустить звонка в дверь от первых гостей. Время ещё было, поэтому Аканэ решила убедиться, что всё готово. Домработники, как только закончили работу, были отпущены. И на какое-то время девушка осталась одна, даже охрана дома не выглядела живой. Они, словно статуи, стояли в разных местах, на своих позициях, и даже не переговаривались. Почётный караул бы позавидовал этой выдержке.       Через время начали подтягиваться ребята. Один за другим они приходили как по расписанию. Первым пришёл Какучё, за ним подтянулись Майки, Эмма и Дракен. Увидев подругу, Эмма тут же бросилась обниматься, а парни сдержанно поздоровались между собой. Не заставили себя ждать и Такаши с Хаккаем.       Кавата пришли одновременно с Коконоем и Инуи. Ребята сразу переместились в гостиную, начав о чём-то активно общаться. Пока остальные были в пути, парни рассказывали, чем занимались и занимаются. «Тосва» стала вторыми «Чёрными драконами» — легендой среди уличных банд.       Аканэ стало немного грустно, что она сама не застала их распада, но, с другой стороны, от вспоминаний уничтожения «Поднебесья» в сердце до сих пор что-то кололо.       «Изана…» — по телу неожиданно пробежал холодок, а грудь как сковало. Дышать стало тяжело, но она старалась не подавать виду.       Отмахнувшись от плохих мыслей, девушка постаралась внимательно слушать рассказы друзей. Хаджиме наблюдал за всеми, сидя в отдельном кресле. Он заметил, что с Аканэ что-то не так, но промолчал. — Аканэ, а у тебя как дела? Как учёба? — неожиданно спросил Нахоя.       Когда внимание оказалось обращено к Хагиваре, девушка немного неловко улыбнулась, а слова застревали в груди.       «Да что это?!» — она злилась на саму себя за то, что не может ответить сразу. За то, что паническая атака случилась так не вовремя. А из-за чего она вообще?       Делая глубокий вдох, Аканэ постаралась успокоиться. Она уже собиралась начать говорить, но Коконой вмешался раньше: — Давайте перекурим. Да и есть пора. Где Пе-ян, Пачин, ребята? — он намеренно перевёл тему, Аканэ это поняла, а вот остальные, видимо, не сильно заострили на этом внимание и быстро переключились. — Я разговаривал с Па, когда уходил в туалет, — отозвался Кен. — Они с Пе-яном по пути подобрали Тору, Чифую и Баджи. Скоро должны быть. — Я курить, — со вздохом сказал Хаджиме и, указав подруге взглядом в сторону балкона, пошёл туда и сам.       Хагивара пошла следом, по пути доставая сигареты.       На улице царила ночная мгла, прерываемая пятнами ночного света. С неба на землю медленно спускались снежинки. Они кружились, подчиняясь мимолётным порывам ветра и подсвечивались уличным освещением, блестели, как рассыпанный глиттер. Но стоило им только коснуться земли, так сразу они пропадали в никуда. Завершая свой короткий танец, крохотные кусочки льда оставляли на поверхности мокрый след.       Морозный ветер обжигал щеки и открытые участки кожи. Аканэ укуталась в накинутую на плечи куртку посильнее, чтобы не простыть, и подожгла сигарету. Выпустив в воздух струйку серого дыма, девушка смотрела в темноту, постепенно расслабляясь. Паника окончательно отступила.       Хаджиме смотрел на неё, о чем-то упорно думая, пока всё-таки не нарушил тишину. — Как давно у тебя панические атаки? — его слова прозвучали резко в этой тишине, но она не вздрогнула и не обернулась. — Это первый раз, — привычно затушив о себя окурок, девушка развернулась и посмотрела на друга.       Коконой несколько секунд смотрел на неё, даже не моргая. Выглядела она так себе. Может, девушка давно нормально не спала: её взгляд был пустой, как тогда, когда они с Какучё нашли её у тела Изаны. Он не замечал этого раньше… Она сильно винит себя в произошедшем.       Тяжело вздохнув, парень подошёл и, проведя рукой по щеке девушки, заправил за ухо прядь волос. Он встревоженно смотрел в сиреневые драгоценные камни девичьих глаз, пока не наклонился, чтобы обнять и поцеловать в лоб. Ему хотелось просто поддержать Аканэ, успокоить её и быть рядом, чтобы не пропустить других тревожных звоночков. — Не вини себя, пожалуйста… Он сам всё заварил ещё тогда, — намекая на глупый детский договор, Коко хмыкнул и продолжил. — Ты не виновата в том, что, выполняя его приказ, влипла в сети, из которых не смогла выбраться сама, — его голос был тихим, спокойным, как тёплый морской ветерок.       Вдыхая холодный воздух, Хагивара прикрыла глаза, едва заметно кивая. Она не хотела спорить и ссориться. Слишком от этого устала. От всего устала. Даже если, по её мнению, Коко не прав, сейчас это не имело значения. Она могла отказаться и остаться под крылом Хагивары с самого начала, но тогда девушка и не рассматривала такой вариант. Аканэ не знала, что по итогу этот мафиози станет отцом, которого у неё никогда не было.       Постояв так ещё несколько минут, оба начали замерзать, поэтому приняли решение вернуться в дом. Всё-таки, пусть снег и таял, приземляясь, на улице был не оазис.       Как только Хагивара вернулась с балкона, по дому разнёсся звонок в дверь. Компания друзей оживилась, и тут же направилась к двери. Как только массивная дверь оказалась открыта, все замерли. — Аканэ, это, кажется, к тебе… — тихо произнёс Соя, хмуро посмотрев на подходящую хозяйку дома.       Хагивара немного напряглась. Когда девушка остановилась у двери, её парализовало такое же удивление, как и остальных друзей. На пороге стоял мужчина в курьерской форме с огромным букетом в руках. — Хагивара Аканэ? Распишитесь… — он протянул девушке планшет с ручкой и, когда получил подпись, сразу передал букет. — Хорошего вечера.       Курьер удалился, а Аканэ осталась стоять на пороге с благоухающим букетом из красных, кремовых пионов и нежно-розовых роз. Сладкий аромат цветов окутал окружающее пространство, пока она, как заворожённая, несла их на кухню, чтобы поставить в вазу.       Пока девушка перебирала цветы в вазе в поисках хоть какой-то записки, за спиной как из воздуха появился Коконой. — Шикарный букет. От кого же? Ещё и твои любимые цветочки… — он наклонился вперёд, заглядывая через плечо подруги, чтобы взглянуть на подарок и вдохнуть сладкий аромат. — Понятия не имею, — Аканэ рассеянно посмотрела на парня. — В них нет записки. — Как интересно… — руки брюнета опустились на стол по обе стороны от подруги. — Ты нашла кого-то в Москве? — он говорил это спокойно, с каким-то ленивым интересом. — Что ты делаешь?! — Хагивара резко обернулась, отталкивая от себя наглеца.       Коконой возмущаться не стал. Подняв руки, сдаваясь, он отошёл на несколько шагов. — А что, лавочка закрылась? А жаль… Ты так вкусно пахнешь, — он делал это специально. Флиртовать и выводить на эмоции — его любимая игра.       Она тяжело вздохнула и вернула глаза к цветам. Почему-то девушке казалось, что она знает отправителя, но сказать его имя сейчас не могла. Не хотела.       Через несколько минут Хаджиме пожал плечами и позвал в столовую со словами: «Все уже собрались». Похоже, Пачин с парнями приехал почти сразу за курьером, но разминулись, ведь, когда им рассказали о цветах, все были удивлены.       Ужин, приятное общение и алкоголь сделали своё дело. Вечер пролетел незаметно. Когда компания постепенно начала расходиться и остались лишь несколько человек, со стороны входной двери послышался шум.       «Отец вернулся», — подумала девушка и, быстро поднявшись с дивана, направилась прочь из «игровой», чтобы встретить мужчину.       Когда Аканэ вышла в холл, она оказалась крайне удивлена. Никого не было. Совсем. Царила только тишина, а фоном слышались отдалённые голоса друзей из-за приоткрытой двери в коридоре за спиной. Но когда сделала несколько шагов в сторону лестницы, то она заметила на полу бурые пятна.       «Кровь???» — в груди зародилась тревога.       Стараясь не думать о плохом, Аканэ кинулась по этому «следу». В голове роились сотни мыслей и страх. Что случилось? Акияма ранен? Но из-за чего?       Она понимала, что жизнь мафиози просто пропитана риском, но совсем не хотела верить в то, что рождественская вечеринка пошла не по плану.       Пробежав лестницу и замерев у двери, девушка не решалась её открыть. Следы вели туда. Пальцы похолодели и не слушались. Но в конце концов она распахнула дверь. — Пап, ты вернулся… — замерев на пороге, Хагивара замолчала. То, что она увидела, заставило сердце замереть.