2.9. «Ещё увидимся»

      В комнате висела тишина. Единственным источником света была лампа над прикроватной тумбой. На испачканном бурыми пятнами полу у ног мужчины лежала также перепачканная кровью и с отверстием от пули белая рубашка. Акияма стоял у кровати, держа в руках бинт. Он совсем не ожидал такого внезапного вторжения, а уж тем более того, что это будет Аканэ.       В голове девушки было пусто. Почти на автомате она подошла к отцу и принялась помогать. — Нужно сначала остановить кровь… — волнение отошло на второй план. Эмоции почти отключились. Несмотря на всплывающие флешбеками воспоминания того дня, когда погиб Изана, Аканэ старалась не отвлекаться на них и правильно наложить все перевязки.       Только, вопреки её стараниям, кровь останавливаться не спешила. Едва наложенные плотной перевязкой бинты тут же начинали пропитываться кровью. Девичьи пальцы начинали дрожать. На мгновение Хагивара впала в ступор.       «Что происходит?» — пронеслось в голове.       Даже через какое-то время обильность кровотечения почти не спадала. Тут взгляд её глаз упал на собственную руку, где было несколько относительно свежих ожогов. Они затягивались немного медленнее, чем у здорового человека, поэтому всё ещё имели красновато-розовый оттенок.       «У него гемофилия?!» — эта догадка показалась логичной, но вызывала вопросы. — «Почему Акияма молчал? Это же не шутки!»       Пока девушка думала, её подрагивающие пальцы накрыли большие и тёплые руки. Акияма начал пальцами поглаживать запястья дочери, стараясь успокоить. — Аканэ, всё в порядке, слышишь? Ты всё сделала правильно. Скоро она остановится. мне просто нужно выпить лекарства, — голос мужчины совершенно не выдавал волнения, словно такая рана — это привычное явление.       Вернувшись в реальность, девушка посмотрела на отца. — Нет. Не в поряде. Почему ты не говорил, что тоже болен? Нужно зашить рану!       На губах мужчины появилась лёгкая улыбка, которая сумела даже заглушить боль. Аканэ так волновалась, что Акияме невольно хотелось припомнить то, каким ёжиком она была, когда он её только удочерил. — Я знаю. Этим займётся Хирато. Я ему уже позвонил. Не беспокойся, — это было не утешение. Он и правда позвонил мужчине ещё по пути домой. Просто Акияма не ожидал, что Аканэ вот так вклинится.       Ему хотелось подольше сохранить её свободу и не привязывать к проблемам синдиката. Она была слишком молода, чтобы посвящать её в трудности. Он справится и сам. Его не впервые подстреливают. Правда раньше пуля не так часто летела от своих.       Он, казалось, был готов ко всему, но когда посреди вечеринки, выйдя подышать воздухом, оказался атакован одним из своих людей, то пропустил один выстрел. Его хотели убить, но промазали, а нападавший сейчас уже разыскивался.       «Грядёт тяжёлый период. Нужно поскорее отправить Аканэ обратно в Россию», — подумал мужчина и мягко улыбнулся дочери, скрывая тревогу за внешним спокойствием.       Делая глубокий вдох, Аканэ постаралась успокоиться и кивнула. — Хорошо… — голос звучал неуверенно и настороженно.       Девушка волновалась, это было очевидно. «Папа», который всегда был рядом, несмотря на ошибки и её прошлые проколы, сейчас мог умереть. Что-то происходило, но он не говорил что именно и, похоже, делать этого не собирался. — Вот и славно, — он чмокнул дочь в лоб и улыбнулся. — Беги к друзьям. Только помой руки.       Аканэ кивнула и нерешительно направилась в ванную, чтобы смыть с себя кровь. Когда девушка возвращалась на первый этаж, она пересеклась со старшим Райто, который, держа в руке большой чемодан с медицинскими принадлежностями, направлялся в комнату отца девушки. Только тогда Аканэ смогла выдохнуть. Отец был в безопасности.

-{ *** }-

      Остаток каникул прошёл в тёплой компании друзей и заботе об Акияме. Мужчина, конечно, всячески этому противился, однако Аканэ смогла найти подход, чтобы сломить это упорство. Это помогало отвлечься — постоянное общение с кем-то просто не позволяло прийти в голову мыслям о проблемах.       Но, несмотря на это, когда она оставалась одна, Аканэ снова погружалась в тревогу. После этого случая на Рождество девушка поняла, что откреститься от тёмной стороны жизни не выйдет. Будучи дочерью главы мафии, она, как и сам Акияма, никогда не будет в безопасности.       Всё время в Японии Хагивара просто не могла спать. Девушка постоянно просыпалась и по долгу не могла уснуть снова. От этого она не высыпалась и физически сдавала позиции. Закрепившийся на какой-то период результат тренировок падал, а мигрень стала почти постоянной.       Когда пришло время улетать и прощаться с друзьями и отцом, Аканэ было как всегда очень тяжело, но после приземления в России её накрыло спокойствие. Плохие мысли и проблемы никуда не делись, однако спала она уже заметно спокойнее, да и тревожность снизилась.       Похоже, что возвращение на Родину было триггером, заставляющим вспомнить прошлое. В России же было спокойно. Морозный воздух разительно отличался от токийского и заставлял нос замёрзнуть сразу на выходе из самолёта. Благо, её сразу забрали на машине.       Вечером Хагивара подготовила всё на утро перед учёбой и легла спать. А на следующий день первой же парой оказалась патологическая анатомия. Махиро сидел в своём кресле, стараясь не зевать, пока студенты только собирались на занятие.       В течение пары девушка замечала мимолётные взгляды Райто в их с Миланой сторону, вот только не придала этому значения. Чернова преспокойно писала конспект, поэтому и Хагивара занялась тем же. Было, конечно, ощущение, что за эти двенадцать дней что-то изменилось. Но вот что? Пока было непонятно.       Через несколько часов учёбы, наконец, настал обед. Аканэ после пары даже не заметила, когда подруга свинтила в неизвестном направлении. Она покинула кампус и остановилась на своём привычном месте. Девушка уже закурила, когда заметила боковым зрением, как какая-то парочка обнимается.       «Ну, мило», — прокомментировала она, вот только эти две фигуры показались ей какими-то слишком знакомыми.       Когда же из интереса Аканэ посмотрела в ту сторону, то чуть дымом не подавилась. Милана стояла в объятиях Махиро, а тот быстро чмокнул её в лоб и тут же отпустил.       «Неожиданно», — подумала девушка и тут же перевела взгляд на приехавшую машину, которую узнала бы из сотни. Чёрный мерин с тонированными стёклами остановился недалеко от входа в вуз. — «Виктор», — глянув на свои часы, Аканэ даже подумала, что как-то проворонила окончание занятий, но нет. Забирать Милану пока рано. Так зачем он здесь?       Резко развернувшись, Хагивара бросила окурок в урну, не затушив, и поспешила скрыться в здании. Девушка решила дождаться Милану в столовой, заняла стол и взяла себе перекус с кофе.       Аканэ рассеянно мешала напиток, глядя перед собой расфокусированным взглядом. Вокруг было шумно. Студенты общались, обсуждали прошедшие занятия и планировали, как проведут вечер, но окружающие звуки долетали до ушей девушки лишь отдаленно. Мыслей было много от вопроса, почему Райто поменял своё решение, до размышлений, что здесь забыл Виктор.       «Может, у него какие-то дела?» — было странно, что бизнесмен приехал в медицинский вуз. — «Неужели это из-за Милы?» — если дело было действительно в ней, то волноваться наверное не о чём. Но Аканэ всё же предпочла бы с ним не пересекаться.       Когда стул рядом отодвинулся, погружённая в свои размышления девушка вздрогнула, почти сразу повернувшись корпусом к подсевшему. — О чём задумалась? — Милана с улыбкой смотрела на подругу.       В этот момент поведение Милы не было подозрительным. Она привычно говорила с улыбкой и любопытством, интересуясь мыслями подруги.       Аканэ даже не заподозрила бы, что что-то изменилось, если бы не увидела парочку вместе, ведь даже их переглядки на паре можно было списать на случайности. — Да так, ни о чём. Куда сбежала?       Аканэ смотрела на блондинку знающим и как будто что-то понимающим взглядом, Но подруга сделала вид, что этого не поняла. Или и правда не поняла. — На разговор с Райто. Я всё-таки завалила экзамен. Но на отработку не хочу. Поэтому договаривалась о повторной сдаче.       Улыбнувшись, Хагивара подпёрла голову рукой, наблюдая за весёлой и будто светящейся изнутри Миланой. Она делала вид, что поверила — надеялась, что через время подруга сама проколется. — Правда? — со скепсисом и удивлением спросила Аканэ. — Махиро — довольно упрямый козёл. Неужели позволил? — Да, — без колебаний ответила Чернова, но тут же опомнилась и добавила: — …на удивление.       Хагивара изобразила изумление и отпила из своей кружки. — Ого. А никому другому на уступки не пошёл. Может, ты особенная?       От такого неприкрытого намёка Милана едва не растеряла своей улыбки, но всё-таки сумела найти силы также спокойно ответить: — Я просто хорошо попросила, — девушка старалась скрыть напряжённость, но Аканэ её всё равно видела.       Но, несмотря на попытки Черновой скрыть очевидное, Аканэ лишь пожала плечами, не имея желания давить и как бы говоря: «Ладно, верю».       После обеда настало время ещё трёх пар, которые большинство студентов просто ненавидели. Пропедевтика внутренних болезней… Студенты называли её личным адом. Теория казалась бесконечной зубрёжкой, а практика постоянно держала в напряжении — каждая ошибка могла стоить незачёта.       Все сложности появлялись не без участия преподавателей, но их можно понять. Всё-таки студентов пускали к реальным людям и просили определить симптомы, заполняя учебную медкарту.       По другим дисциплинам — таким как хирургия — практика была не легче, а студенты, в чьей жизни не доставало веселья, умудрялись напроситься на ночное дежурство вместе с ординаторами. Аканэ так делала. Её по умолчанию манила эта атмосфера с запахом лекарств, уставшими врачами и бессонными ночами — это слишком напоминало ей прошлую жизнь и от этого приходило странное удовлетворение.       Но делать так постоянно, как было в прошлом, девушка всё же не рисковала. Всё же со здоровьем ей шутить не стоило.       К счастью, пропедевтика не предусматривала подобных «развлечений» на ночь, поэтому после обеда девушки направились к выходу из университета, чтобы добраться до больницы.       На полпути к выходу Аканэ настигло знакомое чувство. Пульс ударил в виски, а все звуки вокруг стали глухие, словно её окунули в воду. На фоне звона в ушах окружающие голоса полностью стихли. Тело обожгло холодом, в коридоре стало слишком жарко. Горячий и вязкий воздух затруднял и сбивал дыхание. Ноги начали слабеть, девушка едва не оступилась.       Каждый раз это происходило так неожиданно. Каждый раз — до тошноты знакомо.       Долго думать Аканэ была не в состоянии, поэтому постаралась отвязаться от компаньонов. — Подождите меня у выхода… Я схожу в туалет, — немного сдавленным тоном произнесла Хагивара, не слыша собственного голоса.       Милана быстро кивнула и направилась на выход, а вот один из телохранителей задержался. Долгие несколько секунд он смотрел на молодую госпожу в попытке распознать ложь, но в конце концов тоже развернулся, уходя на улицу.       Блондинка тут же, не думая, развернулась в сторону ближайшего туалета и, забежав и заперев дверь, осела на пол. Паника окончательно обрушилась на девушку, едва ей стоило оказаться в одиночестве. Пальцы дрожали, мир перед глазами был медленный и расплывчатый. Звон в ушах возрос, а заставить себя встать было очень тяжело, ведь тело просто не слушалось.       Медленно закрывая глаза, Аканэ постаралась выровнять дыхание, чтобы успокоиться. Пару минут она приводила мысли в порядок под шум капающей из крана воды. Монотонный и постоянный звук казался якорем в море вспыхнувших переживаний. Как только дыхание более-менее выровнялось, Хагивара поднялась на ноги, чтобы умыться холодной водой.       Ледяная влага обожгла тёплую кожу, когда она окатила ей лицо. По спине пробежали мурашки, а сознание окончательно вернулось к обычному состоянию.       «Нужно идти, пока меня не потеряли», — подумала девушка и, быстро промокнув лицо бумажным полотенцем, пошла к выходу.       Аканэ толкнула дверь и шагнула в коридор. Там было так тихо, что показалось, будто все повымирали. Гул студентов, что был лишь пару минут назад, полностью стих. Аканэ даже показалось, что она провела в туалете не несколько минут, а целый час.       Немного напряжённо осмотревшись, девушка в миг замерла. У окна в конце коридора стояла уж очень знакомая фигура в чёрном пальто, надетом поверх строгого костюма.       Мужчина, словно специально её поджидал, медленно повернулся, едва услышал, как повернулся замок двери. Он посмотрел на девушку своими серьёзными тёмными глазами, как будто сейчас будет нотации читать за какой-то неосторожный поступок. — Виктор, — совсем тихо сорвалось с её губ.       Когда мужчина медленно подошёл к девушке, нависая своей массивной фигурой, Аканэ непроизвольно отступила на несколько шагов. Заметив это, Чернов моментально ухватил её за руку, не позволяя уйти далеко. Он несколько секунд смотрел на подругу дочери, словно размышляя над тем, как начать говорить. — Ты избегала меня. Слишком старательно, — его голос был твёрдым, как металл. — Так почему, Аканэ? — Отпусти, — вполголоса произнесла девушка, боясь, что их кто-то услышит.       Губы Виктора растянулись в улыбку от того, что она обратилась к нему на ты. Конечно, он не собирался выполнять просьбу. — Боюсь, что не могу. Нам нужно очень многое обсудить…       По телу пробежал холодок. Вот поэтому она не хотела встречаться с отцом Миланы. Знала, что он наверняка захочет всё обсудить.       «Ну почему он такой упрямый?!» — мысленно ругалась девушка, обдумывая возможные пути отступления. — Это была лишь ошибка. Мы оба были пьяны, — поспешила ответить Аканэ, желая как можно скорее закончить этот диалог.       Она дёрнула рукой в попытке вырваться, но хватка на запястье стала только крепче. Виктор держал её, не причиняя боли, но так, чтобы она не смогла вырваться. Он наклонился вперёд, сокращая ещё больше и без того маленькую дистанцию. Чернов приблизился к её уху, обжигая горячим дыханием кожу на шее. — А ошибка ли? Мне показалось, что ты этого хотела…       Аканэ резко вдохнула и тут же отпрянула от него, как от огня. — Ты ошибаешься, — выдавила она сквозь зубы и отвернула голову, лишь бы не смотреть в лицо мужчины. — Это просто ошибка. Тут нечего обсуждать.       Чернов усмехнулся, наслаждаясь её реакцией. Она была такой милой сейчас и… Снова перед его глазами возникло лицо обиженной из-за какой-то мелочи Саши. Те же глаза, те же реакции на схожие ситуации. Она также морщилась и злилась, когда мужчина говорил какую-то глупость.       «Так похожи, что жуть пробирает», — подумал мужчина, медленно отпуская руку Аканэ.       Сейчас и правда было не время. С минуты на минуту Аканэ могли спохватиться телохранители, а если вместе с ними придёт и Мила, то будет довольно сложно объяснить, чего это он пристал к её подруге.       Но, несмотря на опасность, просто так сдаваться Виктор не собирался. Они ещё смогут поговорить, но без риска, что кто-то их услышит или увидит.       Вздохнув, мужчина отступил на пару шагов и сказал: — Мы ещё увидимся, — его голос был по-прежнему спокоен и не выдавал внутреннего замешательства. Развернувшись, он пошёл прочь.       Шаги Виктора постепенно отдалялись, пока вовсе не стихли. Хагивара едва удержала себя на ногах, когда осталась одна. Сердце гулко отбивало чечётку, а в ушах, как эхо, повторялись его слова.       Аканэ стояла на месте, не решаясь сделать и шага. Эта фраза о скорой встрече прозвучала для неё как угроза, словно вот-вот после этого диалога жизнь начнёт трещать по швам.       Хагивара рефлекторно сжала пальцы в кулак, будто хотела что-то ударить, но тут же их расслабила. Бесполезно. Она не сможет ничего сделать сейчас. Успокаивая эмоции, девушка покрепче схватила сумку на плече и пошла к выходу.       В гардеробе она забрала свою куртку, шарф и, одевшись, тут же покинула здание. Как только оказалась на морозной улице, Аканэ достала сигареты и закурила. Большая затяжка дымом ударила в голову сильнее, чем обычно, и расслабление после этого привычного ощущения себя ждать не заставило. В голове стало пусто всего на мгновение, но этого хватило, чтобы переживания притупились.       Пока Милана шла рядом и что-то активно рассказывала, Хагивара постоянно вспоминала разговор с её отцом. Видеть его не хотелось. Он был лишь призраком прошлого. Это не стоило лишнего внимания. Но…       Его взгляд. В момент, когда девушка попыталась вырваться из его хватки, взгляд Виктора на мгновение словно стал менее суровым и даже… Ностальгическим? Нет. Это глупости. Аканэ совсем другая. Она не Саша. Другой человек. Это давно понятно.       Привычно затушив сигарету о ладонь, Аканэ постаралась отмахнуться от лишних мыслей. Когда они прибыли в больницу, девушка целиком и полностью погрузилась в практику. Работа с больными, как в прошлом, сейчас была её спасением от сторонних переживаний. Ведь единственной задачей здесь было: собрать анамнез и позаботиться о больных, что давало ощущение контроля над ситуацией, чего она не могла получить в иной реальности под названием личная жизнь.       К сожалению, всё хорошее быстро заканчивается, поэтому уже к восьми вечера девушка была возле дома. В больнице она как обычно показала себя сильным медиком и на вопросы наставника часто отвечала первой. Это была её стихия, все собранные симптомы быстро складывались в голове в диагнозы, которые даже по медкарте пациента можно было не проверять. Если говорить честно, то практика ей давалась в разы легче, чем устное заучивание текста.       Покидая машину всё также в компании телохранителей, девушка направилась к лифту. Четверо мужчин молча проводили «молодую госпожу» до дома и ушли. В квартире она могла побыть одна. Это были ценные мгновения полного уединения, которого иногда совсем не хватало. Но в тоже время оно её сильно пугало.       Когда Аканэ поднялась на этаж и прошла по коридору до квартиры, она увидела на пороге своей двери по-настоящему огромный букет цветов. Лилии с бордовой сердцевиной и белой коёмкой на лепестках были вперемешку с нежно-розовыми пионами, которые она продолжала любить до сих пор. Чем ближе она подходила, тем слаще становился аромат цветов в подъезде.       Хагивара тяжело вздохнула, снова как назло вспоминая лицо Виктора. Он её начинал раздражать. Эта настойчивость убивала изнутри. Однако это же давало повод вспомнить прошлое, когда он также упорно старался её добиться, будучи ещё больным. Та авария, в которой мужчина чуть не погиб по невероятному стечению обстоятельств, изменила целых две жизни.       Хагивара несколько мгновений рассматривала лежащий на коврике букет, не решаясь его поднять. Он был нежелательным напоминанием, но в то же время оставлять его здесь было странно. Цветы засохнут и от сквозняка разлетятся мусором по подъезду. От всех этих мыслей кружилась голова.       Желудок начинал ворчать, требуя еду, поэтому, снова тяжело вздохнув, она взяла цветы и, открыв квартиру, вошла. Полутьма и полная тишина в помещениях в этот раз заставляли только больше думать обо всём, что сегодня произошло. Паническая атака, Виктор, цветы — как же она от всего устала.       Небрежно поставив цветы на ближайшую поверхность, Аканэ переоделась и пошла в душ. Минут сорок она зверски тёрла кожу до покраснения в попытке смыть сегодняшний день. Настроение заметно упало, а самочувствие оставляло желать лучшего.       Как добивающий аккорд этого нескончаемого дня, когда вышла из душа, блондинка начала сгибаться пополам от резкой боли в животе. Нежданный приступ режущей боли оказался настолько интенсивным, что ноги стали ватными, а по лбу скатилась капелька холодного пота.       Обычно она не отслеживала свой цикл по каким-либо приложениям в телефоне или календарям, ведь всегда были симптомы, которые совершенно чётко давали понять, что приближаются почти две недели ада. Но походу не в этот раз. Она почувствовала себя плохо в моменте, даже не ожидав этого.       Эта пытка обычно и так длилась почти вдвое дольше, чем у остальных девушек. Кровь упрямо не хотела останавливаться, а каждый новый цикл превращался в проверку на выносливость. А тут ещё и панические атаки, заметно осложняющие и без того не сахарную жизнь. — Да чтоб тебя, — зло выругалась девушка, через силу выпрямляясь.       Аканэ, как и многие девушки, просто ненавидела эти дни — они напоминали ей о слабости, о которой она так тщательно пыталась забыть хотя бы ненадолго.       Ужин пришлось начать с лекарств и ожидания, пока полегчает, ведь шевелиться нормально она не могла. Только когда боль немного отпустила, Аканэ смогла собрать себя до кучи и пойти кушать.       Едва её ноги переступили порог кухни, внимание привлекла маленькая карточка, лежавшая рядом с оставленным без воды букетом. Лепестки цветов за это время уже стали чересчур мягкими и сами опадали, когда Хагивара подняла букет со стола. Очень уж быстро они начали вянуть без жидкости, поэтому девушка набрала в вазу воды и поставила в неё благоухающие цветы. Только после этого она вернула внимание на, как оказалось, записку.       «Эти лилии, как ты, прекрасны, а пионы сильнее многих», — гласила надпись, оставленная уверенным и почти каллиграфическим почерком Виктора.       Аканэ смотрела на картонку в руках, чувствуя приятный трепет в груди и тепло, мягко покрывающее лицо. Чернов слишком хорошо знал, как дотянуться до самых уязвимых струн её души, пусть и сам того не осознавал.       Но стоило улыбке тронуть уголки губ, когда девушка моментально опомнилась и сжала записку в руке. Сердце слишком сильно колотилось в груди. Так не должно быть. Точно не по отношению к Виктору. — Да ты издеваешься! — кинув бумажку в урну, Аканэ разогрела себе еду и наконец удовлетворила требования желудка.       После этого дня сил совсем не было, поэтому едва голова коснулась подушки, сознание погрузилось в сон. Но и тот не принёс облегчения. Всю ночь Хагивара ворочалась и время от времени просыпалась.