Роковое убийство

Это был осенний вечер, который не представлял собой ничего особенного. Обычные будни, привычная рутина и ничего яркого и светлого. Тусклый свет фонаря освещал совсем немного, отгоняя тьму вокруг себя. Сухие листья неприятно шуршали под ногами в унисон крикам в одном из закоулков Сохо. Свет туда не попадал, но было чётко видно два мужских силуэта и явный спор между ними. —И где же остальные твои подельники? —твёрдо спросил мужчина, возвышающийся над человеком, которого нагло сбили с ног. —Я не знаю! —жалобно взмолился тот, чуть ли не плача. —Я ничего не знаю! —Знаешь. И знаешь даже больше, чем нам надо,—мужчина наклонился к лежащему, схватив его за шиворот и потянув на себя —Отвечай, пока не лишился последней возможности говорить. —Не знаю я! Ежели всё было бы в моих руках - сразу бы рассказал всё что имею! Но не знаю я, поверьте на слово! Мужчина спокойно выдохнул, словно не был раздражён таким ответом его должника, разжав ладонь. Выпрямившись, он начал закатывать рукава, пока жертва стала ползти назад, не поворачиваясь к насильнику беззащитными лопатками. —Нет, не надо! Я правда ничего не знаю! —начал оправдываться парень, отползая всё дальше и дальше. Ноги предательски болели, не давая никакой помощи на спасение, лишь мешая своим присутствием. —Это уже не имеет значения, —мужчина стал медленными шагами приближаться к жертве, крепко сжимая в руке стальной молоток, —Твоя красноречивость и погубила тебя. Сидел бы ниже травы - остался бы в живых. Насильник замахнулся молотком и удар пришёлся на больные ноги жертвы. Громкий вопль разнёсся по всей улице, но он был резко оглушён ударом по голове. Теперь у виска красовалась алая кровь, медленно стекая вниз до подбородка. Голова упала на холодную брусчатку, а кровь медленно растекалась вокруг головы. Жертва от удара в голову в одно мгновение потеряла сознание, пока мужчина наносил всё больше и больше ударов по затылку. Тёплая кровь струйками вылетала из жертвы, попав на лицо насильнику, скатываясь маленькими каплями по скулам вниз. Кожа головы из-за сильных ударов разорвалась, выпуская всё больше и больше из себя крови, заставляя испачкаться в ней. Мужчина оторвался от своего дела, услышав за спиной наигранные хлопки. Он обернулся и заметил своего коллегу, который наблюдал за всем этим. Он стоял под фонарным столбом, немного наклонив голову, что не пропускало свет к его глазам. Он выглядел так, словно хотел отыграться на мужчине, вместо других должников и предателей, ожидая скорейшей их драки. Но это было совсем не так, хотя хлопки и впрямь были наиграны. Весь в крови мужчина вышел на свет, приближаясь к коллеге, держа при этом высоко голову. Недовольно хмыкнув, насильник вскинул бровь, поправляя свою окровавленную перчатку. В его взгляде читался вопрос, на который коллега решил сразу дать ответ: —Неплохо, —сказал недавно пришедший мужчина, закончив своё "поздравление" —Обрадую Эмму таким быстрым выполнением задания. Но не радуйся, для тебя есть ещё пара указаний, пока двенадцать не пробило. —Мне стоит хотя бы от крови на одежде избавиться, чтобы лишний раз не пугать простой люд. —Да брось ты, всем всё равно на тебя. Ты как был незаметным, так и останешься, Михир, —изогнув бровь, съязвил отец, —Да и не тебе ли всё равно на других? Идём давай, потом разберёшься. Арнаб направился в глубину Сохо, пока Михир не смог сорваться с места. Он со смесью отвращения и жалости глядел на лежащий труп, которым стал таковым из-за его же рук. Он посмотрел на свои окровавленные ладони в неизменных зелёных перчатках, начиная потихоньку окунаться в горечь воспоминаний. Неприятный осадок после убийств довольно сильно повлиял на жизнь Михира, которому приходилось делать из себя безжалостного мужчину-коллектора. Начав убивать людей, Михир предал себя и свою религию. После его первых кровавых ночей стали проявляться многие аспекты жизни, обучая этим нелёгкую судьбу некогда чистого парня. Его заставляли, не давая права отказаться от убийства - он всегда делал то, что ему приказывали. Сейчас Михир следует за своим отцом, ожидая новое поручение. Уже стемнело, был поздний час, но их дела не закончены до конца. Михир надеялся на то, что задание не будет состоять из мести предателям, ограничиваясь хотя бы бурной полемикой.

***

Бояться смерти, когда она ждёт не тебя - глупо, однако её скорое присутствие всё равно тревожит и деться от этого некуда, по скольку каждого ждёт смерть. Но проживание можно сделать более ярким, запоминающимся и длинным, нежели чем коротким и скудным, как, например, в Лондоне. В юном возрасте у Михира были все надежды на прекрасное обучение в Англии, как минимум найти оставшиеся непрочитанные произведения Шекспира. Но заветные мечты мужчины не сбылись из-за его же отца, который завёл себя и сына на извилистую дорогу криминала. Второму идея работать в синдикате совершенно не понравилась, но как такого выбора у него не было. Первые задания от Эммы Михиру были довольно простыми и незначительными - тот был как мальчик на побегушках, исправно выполняя все поручения. Но с каждым заданием становилось всё хуже и хуже, начиная понемногу пересекать рамки дозволенного, по меркам Михира. Арнаб не видел в этом ничего такого странного или пугающего, особенно Миледи, которая и раздавала такие приказы. После первого убийства Михиру было, мягко говоря, не по себе - его мучала совесть за то, что он убил невиновного человека, а яркие воспоминания о его убийстве во всех деталях всплывали каждую ночь в голове. Это ломало его изнутри, словно каждое увечие он принёс не бедной жертве, а самому себе. Но рассказать свои переживания было совсем некому, и они копились в голове, словно паразиты. Каждую ночь они преследовали Михира и ему снились кошмары, от которых было невозможно избавиться. Такое жестокое убийство, к которому нельзя было подготовиться, оказалось слишком веской причиной для кардинальной смены не только характера Михира, но и его душевной составляющей. Раньше задания хоть и были жестокими, но до таких масштабов они не доходили, по крайней мере, до одного момента: —Я... Я не могу это сделать, —словно не веря в происходящее, тихо проговорил Михир, —Он же ничего не сделал... —По твоему, уход, отныне, предателя, который всё знает про наш синдикат и мог всё это рассказать своему новому начальнику - ничего? —выпалил Арнаб, резко схватив Михира за плечо, —Разберись с ним, и тогда крёстная мать точно поймёт, что ты уже готов быть неотъемлемой частью нашего коллектива. Ты же не хочешь потерять свою единственную работу? Михир немного замешкался, неуверенно смотря на человека, сидевшего прямо перед ним на коленях. Сзади него стоял Набин - друг Михира, приехавший вместе с ним в Англию, который сейчас следил за тем, чтобы предатель никуда не сбежал. Вместе с этим Набин поддерживал своего друга, по скольку тот был первый, кто сделает что-то по-настоящему важное, убив предателя, не беря в счёт его отца. Рука непроизвольно дрожала, пока ладонь крепко сжимала рукоять молотка. Сердце стало биться сильнее и это отдавало в ушах неприятным, но тихим писком. —Давай, —продолжал Арнаб, уже перестав сжимать плечо сына —Просто удар в голову и твоё задание будет выполнено. А то он уже в штаны наложил от твоего "грозного" вида, поэтому тебе лучше поторопиться. Арнаб отошёл подальше, чтобы дать Михиру возможность сосредоточиться на жертве. Мужчина поднял голову на друга, пока тот кратко кивнул, словно давал разрешение на первый удар. С такой поддержкой Михир быстро смог прийти в себя и наконец нанести первый удар, точно по скуле предателя. Зубы не отлетели, кроме самого человека, который теперь кое-как опирался на свои руки. Он молчал, словно ждал своей неминуемой смерти, пока Арнаб в точности прознал все его попытки нагадить синдикату Эммы. Второй удар пришёлся в темечко и жертва быстро потеряла связь с реальностью, забываясь сладким и нескончаемым сном. После смерти предателя Арнаб сразу направился к Эмме, ничего не сказав Михиру или его другу. В это время Набин положил ладонь на плечо мужчины, дружески похлопав по нему. —Всё в порядке, —постарался успокоить вьюгу внутри Михира Набин —Всё будет в порядке. Нам некуда деваться от этой предстоящей рутины, поэтому придётся привыкать. А вообще, ты здорово его огрел молотком, со всей силы прям. Да и людей с грехами много на свете, поэтому ты ещё успеешь наловчиться! Набин замолчал, пока Михир тяжело вздохнул, обдумывая всё то, что только что произошло. Сердце всё ещё болело, бешено колотясь в глубине его сознания и души. Мужчина слегка пошатнулся, чувствуя тошноту и головокружение от всего этого. Он никогда не был таким человеком и никогда не хотел опуститься до такого уровня, чтобы убивать их. Его друг стоял рядом некоторое время, давая ему нужную поддержку. Но слушая это оглушительное молчание, пока где-то в далеке журчала река, было слишком больно и вскоре Набин ушел, оставляя Михира одного рядом с мертвым телом предателя. Мужчина, видя отвратительную картину перед глазами, не смог даже отвести взгляд в другую сторону, продолжая испепелять труп перед собой. Жертва лежала с открытыми глазами, пока от удара об каменную дорогу из его носа сочилась кровь. Его тело надо было спрятать, о чём Арнаб заставил позаботиться других его коллег. После десятков таких практик - убийства стали обыденностью, хоть и неприятной. Было тяжело продолжать избавляться от предателей такими жестокими методами, но кого-нибудь это волновало? Очевидно, что нет! Никто не станет расспрашивать своих работников о том, какую же работу им лучше всего дать - они и сами неплохо знают, в чём хороши, да и помимо этого успехи своих людей прекрасно видит Эмма. Но никого не волнует то, как чувствует себя человек, делая то или иное задание. Михиру повезло и его последнее поручение состояло из разговора с поставщиком, для создания более выгодной работы для обеих сторон. Он быстро и вовремя расправился со своим заданием, ощущая небольшую усталость после рабочего дня. Теперь он был свободен, хоть и на одну ночь.

***

Холодный ветер проникал сквозь щели окон, создавая неприятный гул и предвещая непогоду. Небо было затянуто чёрными тучами, которые вот-вот должны были заморосить, разгоняя капли проливного дождя по ветру. Михир стоял в том же закоулке Сохо, как и вчера, облокотившись на стену здания. Тела жертвы рядом не было, но кровавый след остался на брусчатке. Было некомфортно, по особенному неприятная влага, но по какой-то причине Михир находился именно здесь. Его грудь медленно вздымалась и опускалась, пока руки были как обычно скрещены. Он был чем-то заинтересован или сосредоточен и это подсказывали нахмуренные брови. Но внезапно мужчину вывели из его мыслей: —О чём задумался? —резко послышался вопрос Арнаба, который также, словно день повторяется, находился под фонарным светом. Михир поднял голову, и тусклое свечение немного попало на моноколь, из-за чего он ярко сверкнул в темноте. Осмотрев отца, мужчина вернул свой взгляд на каменную дорогу, хмурясь опять. —Ни о чём. —Тебе должника жалко, что ли? —с усмешкой спросил отец, подходя ближе к своему сыну, который устало потирал глаз ладонью. —Слишком много думаешь о других, задумайся уже о себе и будущем. —Я и так о себе думаю, в первую же очередь. —Оно и видно. Как всегда с иголочки одет, не то что некоторые из работников, —Михир вскинул бровь на такое странное замечание и вопрос, не понимая, почему он несёт этот бред. Арнаб же обернулся, словно пытался найти кого-нибудь из знакомых лиц своих коллег. Пустая, тёмная и холодная улица, ни единой души на ней, словно все провалились под землю в один момент. Тихо, как на кладбище и это настораживало. Так никого и не завидев, Арнаб вернул свой суровый взгляд на сына. —Не думал, что скажу это когда-то, но ты и вправду неплохо поработал в этом месяце. Михир удивлённо посмотрел на Арнаба, начиная думать, что всё это просто сон. Такие слова он никогда ему не говорил, тем более так спонтанно и неожиданно. —Ты кто такой? —в шутку спросил мужчина, оторвавшись от стены. —Кто-то явно подменил мне отца, пока я спал. Арнаб тихо хмыкнул, оценив эту шутку. —Помню, как ты впервые боялся нанести удар по жертве, пока Набин изо всех сил пытался тебя поддержать. Было весело, жаль, что ты так быстро привык к этому - ты выглядел как зашуганный ребёнок. С лица Михира резко спала улыбка, а руки стали медленно и неуверенно опускаться вниз, пока Арнаб продолжал вспоминать былые времена. Отец стал высмеивать такое "нежное" поведение своего сына раньше, нагоняя на него самые первые и болезненные воспоминания о том происшествии. —Что ты сказал? —тихо спросил Михир, недоверчиво сощурив взгляд. —Я сказал, что раньше было лучше, и ты был более- Не успел Арнаб договорить, как тут ему нанесли удар кулаком прямо в переносицу. Михир ударил его со всей силы, больше не сожалея ни о чём, кроме того, что не сделал этого раньше. Арнаб пошатнулся, схватившись за край стены, чтобы не упасть окончательно. Он приложил руку к носу, чувствуя на ладони тёплую жидкость, которая обильно вытекала из ноздри. Мало того, что его перебили, так и без какого-либо предупреждения о драке нанесли удар. —Ты... —медленно приходя в себя, начал мужчина, —Подонок... Как ты посмел меня ударить?.. —Посмел и сделал это молча, —грубо огрызнулся Михир, подходя к своему отцу ближе. —Это не тот вопрос, который стоит задавать. Рука мужчины дёрнулась, крепко сжавшись от нарастающей в нём злости. Он замахнулся кулаком и... С громким выдохом Михир очнулся у себя на кровати, резко вырвавшись от оков сна. Он глубоко вдыхал воздух, пытаясь утихомирить бушующее сердце внутри после неожиданно преследовавшего кошмара. Леденящий ветер сковал тело мужчины, который в холодном поту сидел на своей постели, продолжая возвращать нормальное сердцебиение. —Это всего лишь сон... —прошептал Михир сам себе, запустив ладонь в потрёпанные волосы. —Почему они такие... Реальные? Это и вправду было странно. Кошмары стали настолько правдоподобными, что отличить их от настоящей жизни было невозможно. Михир боялся, что когда-нибудь это перестанет быть сном и он не очнётся у себя, после всего, что натворил. Это пугало больше всего, просто вынуждая не ложится спать. Но нельзя было сбивать режим, тем более, что на следующий день придётся работать. Неконтролируемая агрессия могла резко напасть на Михира всего лишь из-за каких-то слов или упоминаний чего-либо, что травмировало его или сильно тронуло. Воспоминание про самое первое криминальное дело заставляет мужчину не просто дать, хотя бы, словесный "отпор", но и физический. Сон с его отцом был максимально реален и будь такое в жизни - Михир бы не остановился на одном ударе. Но он не знал, что делать с этим и как ему справляться с такой проблемой. Он был не собой... Он был чем-то другим... Мужчина вновь улёгся на кровать, понимая, что нормально заснуть уже не получится. Но он попытался, вспоминая радостные моменты в его жизни и удачные стихи, которые, очевидно, не заимели успеха. Да даже в свет они не вышли, так и продолжая пылиться где-то на порванном листе. Но это могло только огорчать, нежели радовать. Михир стал вспоминать интересные сюжеты из книг, прочитанных им ещё до поездки в Англию. От них веяло чем-то родным и близким, а книги после переезда казались уникальными и более полезным. Есть ли в этом радость? Михир и сам не знал. Спустя какое-то время раздумий, мужчина понял, что даже это не помогает нормально уснуть. Ночь была глубокой и до утра ждать слишком долго, поэтому единственное, что оставалось сделать, так это постараться получше. Вариант, который пришёл случайно в голову, так это просто забыть всё, что происходило ранее и думать о лучшем будущем. Но наиболее действенным способом, скорее всего, являлась просто полная отключка мыслей. В голове всплывали болезненные моменты и переживания за всё то время в синдикате. Набин, Салли, Арнаб- все они пролетали у него в голове, давая ему толчки к тем переживаниям, которые он испытывал тогда. Набин хороший друг, верный и искренний. Он не умеет врать о том, что чувствует и о своих мыслях, довольно открытый парень и легко может прижиться к тому, что ждёт впереди. Не просто так он быстро освоился с убийствами и овладел раньше всех своим стальным молотком. Говорит, ему не нужны отношения и он хорош сам по себе, в одиночестве ему спокойнее, чем с кем-либо другим. Восхищаюсь этим волевым человеком, не зря мы были и остаемся лучшими друзьями по сей день! Но почему же я так не смог сделать? Почему я молча не мог принять то, что придётся убивать людей и тратить своё время на криминальные дела? Я такой один?... Разве я так плох собой, что привыкаю медленнее всех?... Но плох ли я на самом деле? Вот Салли глупа и наивна, фактически, использовала меня просто чтобы заглушить свои внутренние комплексы и боли. Всё то время, которое я —безжалостный убийца-колектор—потратил на неё и мучался после расставания было лишь пустым звуком для девушки, которая в скором времени оправилась и даже нашла себе другого. Многого не надо: будь красавцем, да посильнее кошки — вот и её парень мечты. Кошки?.. Ах, да, кошки, какие же они хорошие! Любят поласкаться и не прочь бодаться об ноги прохожего, который остановился рядом с этими чудесными животными. Несколько раз замечал за собой, что невольно улыбаюсь при виде этих милых усатых мордах и высоко поднятого пушистого хвоста. Маленькие и беззащитные, я не представляю через что проходят эти маленькие существа. Насколько помню, их любит наш новый химик - Сик. Она также глупа и наивна, как Салли, но, кажется, у неё есть свой характер и острота мышления, даже если и сама она полхзолже на зашуганного и злого котёнка. Не раз видел, как она останавливаясь возле одной и той же кошки, называя её "Молли". Давать имена кому-то — значит привязаться. "Зачем люди так делают?" спросить бы я себя в прошлом, но сейчас всё иначе... А что если я тоже хотел бы так? Что, если мне тоже нравятся кошки, но больше одного раза ни одну из них я не видел?... Спустя какое-то продолжительное время Михир смог наконец-то раствориться во сне и спокойно продолжить спать, без всякого страха и навязчивых мыслей, кроме глупых вопросов и разговорах о кошках. На вид злой мужчина, пока в глубине души был добрым и с большой душой человеком. Наконец он смог найти ту тему, которая по-настоящему успокаивала его душу и он смог расслабиться, засыпая в безмятежном сне и мечтаниях.