Пролог

Он наблюдает за тем, как за ней приглядывает Сюэи. Он хмурится, когда понимает, что слова она говорит не те, и советы дает, быть может, и верные, правильные, но слишком далекие от ее реальности. Хохо таким не взбодрить. Да что там! Она только глубже уйдет в самокопания и недовольства в своей работе, хоть и сама знает, сама уверена, что действительно старается. Вот же упрямая девчонка… Он сжимает кулаки, но быстро успокаивается и резко качает головой. Их сегодняшняя тренировка давно закончена, Хохо уже обсуждает с другими судьями комиссии свои рабочие дела. Так зачем он торчит тут, скрываясь в густой поросли, с твердым намерением понять, достаточно ли эта девчонка все усвоила и насколько серьезно настроена? Глупости. — Конечно, я готова. Не такое уж и страшное это задание. Я справлюсь, совсем не обязательно отправляться со мной, — доносится до него знакомый голос, и Хвост снова сжимает кулаки, резко оборачиваясь. Он-то знает, что одна работать она пока не готова. Впрочем, у нее и выбора-то нет. Не всегда получается выдвинуться на работу с напарником, бывает, что все судьи заняты, и в таком случае приходится действовать одному. Справиться ей нужно. Она ведь поэтому и согласилась на тренировки — из-за своих страхов, неловкости и переживаний работать ей удавалось с большим трудом. А она все же довольно ответственная и прилежная. Хвост знал ее уже давно и считал близкой подругой. А друзьям ведь нужно помогать. Ей-то всего лишь достаточно расслабиться и немного попрактиковаться, и все получится. Он помнил, как она сегодня дрожала, как прижимала к голове пушистые уши и совсем, казалось, не была готова к работе. Он тогда коснулся ее макушки, с трепетом ощутив, как вздрогнула его подруга, и подавил в себе желание ее обнять. Разве это поможет? Ей нужна поддержка, но не такая. Хвост ограничился лекцией и тренировкой. Хохо ведь не глупа и не так нерасторопна, как сама считает. А без должной практики все равно так и останется переживающей девчонкой. «Посмотрю завтра отчет», — со вздохом решает Хвост и незаметно покидает свое убежище, пока никто его не заметил. *** — Хохо? — Сюэи хмурится и разводит руками. — Вчера она справилась. Все было прекрасно, хоть ее и испугали духи, обитающие в заброшенном доме. Но вместе мы выполнили работу. — Ее? Испугали? — Хвост поворачивает к ней голову и тоже хмурится, только теперь уже недовольно. Раздражение он и вовсе не пытается скрывать. — Да с чего ей пугаться-то, она же не глупая. Это ее работа! Должно быть, Сюэи считает его странным, Хвост понимает, что, скорее всего, позволяет себе слишком много эмоций. Но было бы ему до этого дело! Ситуация до смешного абсурдная. — Ты беспокоишься о ней? Вопрос застает врасплох, Хвост, крайне им недовольный, только фыркает. Он не называет это беспокойством — слово имеет совершенно не тот окрас. Просто они ведь давние друзья, и не испытывать совсем никаких переживаний он не может. — Я не беспокоюсь, — отзывается он. — В конце концов, это наша работа. Если она выполняет ее плохо, являясь нашей коллегой, кто, как не мы, должны ей помочь? Сюэи не отвечает. А Хвост, заметив неладное, отрывается от бумаг, которые он так пристально изучает, и смотрит на нее. Во внимательных глазах отчетливо читается улыбка. — Я ведь уже сказала. Хохо со всем справилась. Причин переживать попросту нет. Хвост закусывает губу и швыряет прочь от себя бумаги. Возможно, Сюэи думает, что подловила его на чем-то, вот только сам он так не считает. «Дуреха, — мысленно бурчит он, — да если понадобится, я сам выряжусь призраком и так хорошо его сыграю, что останусь худшим твоим страхом. Вот только тебе это точно на пользу не пойдет…» На самом деле в мыслях уже есть некоторые планы. Хохо нужны полевые тренировки, а не те, которые они устраивают на заднем дворе. Ну а кто еще, как не он, может для нее что-то такое организовать?