Часть вторая. Глава 14. Цап-царап, или в когтях у кошатницы

Даже прибитый гвоздём Юдковский выглядит вполне достойно.

История Юдковского иллюстрирует, что даже в академической среде, где должен господствовать рациональный, основанный на доказательствах научный взгляд, вера в конкретную теорию или гипотезу может ослеплять учёных годами и даже десятилетиями.

      Тошнотворно-розовая комната сверкала кошачьими тарелками и навевала мысли о неубранном лотке. Долорес копила эту коллекцию всю жизнь. Каждая из тарелок, словно небольшая ступенька в её основательной карьерной лестнице, отражала тернистый путь к креслам директора Хогвартса и заместителя министра магии. На стене остался незанятым последний гвоздь.       За невысоким учеником в тёмной мантии элегантно скрипнула дверь из розового дуба.       Потея и ежась, Амбридж копошилась под столом. Она никак не могла отыскать свою излюбленную пудру. Поднятое на скрип лицо директрисы выглядело, как танцпол для древних бородавок. Правая лобная бородавка старалась схлестнуться задом с левой носовой. Та подталкивала её передом, отбивая джазовый ритм.       Физиономия вошедшего искрилась обаятельной глупостью даже сильнее, чем морды тарелочных котят. В ответ окотившиеся лицо директрисы приобрело натянутую улыбчивость, нос вытянулся по струнке и приглашающе указал на шерстистое кресло.       — Садись, милый мальчик, — произнесла директриса уже ненужную фразу, поигрывая морщинками.       Ворсистое кресло слегка прогнулось под весом второкурсника.       — Мадам Амб-пчридж?, — болезненно чихнул усевшийся подросток, который не переносил кошатники. С пола до потолка взмыли ворсинки, а неприпудренное лицо директрисы налилось павианьей подозрительностью. Тарелочные коты недовольно переглянулись.       — Я позвала вас не для того, чтобы вы начихали на мой порядок, — натужно улыбнулась Амбридж. — У меня к вам крошечное предложение, — её голос приобрел выразительную тонкость.       — Да, конечно, — с фальшивой уверенностью приосанился ученик.       — Профессор Дамблдор оставил за собой неприятный послед. Эта школа просто пропитана интригами и тайными замыслами. Мы ощущаем их запах… — Долорес сделала паузу и хищно принюхалась вместе с призрачными котятами, — в самом воздухе.       Шерсть на кресле, в котором сидел мальчик, слегка наэлектризовалась.       — Дурные запахи необходимо искореня-ять, — глаза директрисы блеснули, а зрачки, казалось, сузились. — И вы поможете мне с этим.       — Но что способен сделать я?, — озадаченно брякнул ученик. — Я ведь всего лишь…       — Милый юноша, — прервала ученика новая директриса, — вы себя недооцениваете. Ваша семья пользуется почётом в моей школе и я не думаю, что вы согласитесь в одночасье лишиться всего этого.       Мальчик выглядел одновременно смущенным и напуганным. Он не привык вести подобные разговоры.       — Но не беспокойтесь, многого от вас не потребуется, — голос Амбридж приобрёл притворную доверительность. — Вы станете моим слуховым рожком и двойным лорнетом в Хогвартсе. Будете посвящать меня в замыслы и интриги, а в обмен на эту пустяковую услугу получите…       — Шоколадных лягушек, — закончил за директрису ученик.       Та выглядела удивлённой, но согласно кивнула и повторила за ним. — Шоколадных лягушек.       — С чего мне начать?, — после недолгой оценивающей паузы продолжил ученик. Он мысленно взвесил большую коробку вкусных Ринодерм Дарвина.       Долорес Амбридж обнажила зубы. Она выбрала правильного ученика. Из него бы получился отличный кот.

***

      Ученик прикрыл за собой бархатистую дверь. В его голове бушевал вихрь ответственности и героизма. Испытывая нетерпение, сравнимое с нетерпением друидов в преддверии солнцестояния, юный гриффиндорец начал свой наёмнический путь. Его лицо украшала улыбка, которую он перенял у директрисы.

***

Глава дополняется...