ГЛАВА 1. Пора уснуть последним сном, довольно в мире пожил я.

Каждое убийство на подсознательном уровне является самоубийством, а каждое самоубийство, в какой-то степени, — психологическим убийством. Убийца зачастую боится смерти и страшится лишать себя жизни, а потому отнимает её у других. — Дэвид Абрахамсен, судебный психиатр

***

      — Кенни мертв. И пока вы его оплакиваете, он уже вовсю развлекается на том свете с ангелочками.       Эрик Картман всегда любил рассказывать о чужой смерти в шуточной манере. За это Кайл его яростно ненавидел. Учитывая ещё, что Кенни МакКормик был им не чужим человеком. Он был их другом. И Кайлу сейчас совершенно не хотелось слушать шутки насчет его смерти. Но Картману было всё равно. Судмедэксперт должен быть более сдержанным, излагать факты — точно, строго по делу. Однако Картман совершенно не умел сдерживаться, поэтому почти никто не хотел, чтобы их тела после смерти осматривал именно он, потому что считали, что Эрик осквернит их душу. Толстый, мелкий, почти как школьник, так ещё постоянно коварно улыбается. Настоящий проводник в Ад. Но Картман действительно был профессионалом своего дела, несмотря на все недостатки, которых было просто невыносимо много. Один раз Эрик кинул в Кайла голову бездомного, чей труп, одетый в женское платье с очищенным апельсином во рту, нашли в мусорном баке, а тот так испугался, что случайно пнул её. Голова улетела в окно, чуть не убив лысого мужчину, проходившего мимо больницы. Стэн, конечно, жаловался, что у них очень мало нормальной работы, но это совершенно не повод убивать людей.       И сейчас Кайл Брофловски злобно скрипел зубами, как и всегда, когда очень сильно злился. Он бы обязательно ударил своего коллегу, если бы не смерть друга. Наоборот, хотелось услышать, что Картман глупо пошутил, а Кенни жив, просто очень крепко уснул. Но этого не происходило. Кенни МакКормик действительно мертв. Стэн же никак не реагирует, лишь смотрит в пол, обдумывая всё, что успело произойти за этот короткий промежуток времени.       Если бы ему сегодня с утра сказали, что его спокойным дням в полиции пришел конец, то он бы начал смеяться до боли в левом боку. Стэнли Марш живёт в Южном Парке, где совершенно ничего и никогда не происходит. Он вместе со своим напарником, Кайлом Брофловски, каждый день ловил неугомонных людей, заполнял дурацкие бумаги и пил крепкий кофе. И этот день начался абсолютно также, как и все другие его скучные дни, потому что Южный Парк — невероятно спокойный город.       Стэн рассказывал Кайлу тупые анекдоты, которые прочитал в утренней газете, и запускал бумажные самолетики. Кайл старался не смеяться, потому что заполнял какие-то очередные важные документы, но всё равно тихо хихикал. И если бы Стэн знал, что его скучные дни прервутся после телефонного звонка, то никогда бы в жизни не снял трубку. Но он не знал, поэтому на стуле подъехал к звонящему телефону, закинул ногу на ногу и ответил на звонок:       — Алло? Это доставка пиццы? Вы там скоро? — Марш начал наматывать провод на палец, словно кокетливая девица.       — Стэн? — послышался взволнованный голос. Мужчина нахмурился, когда услышал голос коллеги, Клайда Донована. Обычно он звонил ему, чтобы позвать выпить очередную кружку. Но таким голосом не зовут пить пиво. Таким голосом зовут выпрыгнуть из окна. Стэн сел ровно, Кайл отвлёкся от своих дел и вопросительно выгнул бровь. Такая резкая смена позы напарника ничего хорошего не предвещала.       — Да?       — Кенни умер.       Стэн надеялся, что это шутка. Он уже хотел звонко посмеяться. Но вот он сидит в больнице, а судмедэксперт подтверждает, что его друг умер. И причина не до конца ясна.       — Кто нашёл тело? — Стэн запустил пальцы в свои чёрные волосы, едва сдерживая дрожь. Да, Стэнли Марш работал в полиции, но в их городе никогда ничего не происходило. Слишком тихо, слишком спокойно. Люди в Южном Парке умирали случайно или от старости. Если бы Стэн сказал это вслух, то Картман точно бы важно закашлял и начал ему читать лекцию о том, что естественной смерти в природе не существует, старики умирают от различных заболеваний, потому что их организм слаб. Кайл бы тогда точно ударил его.       — Его младшая сестра, — ответил Кайл, скрестив руки на большой груди. — Возле их дома. В полицию позвонила уже мать.       — Причина смерти?       — Удушье, — ответил Картман. Стэн вжался в кресло, словно олимпийский пловец, готовый к прыжку. Из-за двойных закрытых дверей просачивался запах антисептика, особенно тошнотворный в жаркой духоте помещения. — Умер от асфиксии в замкнутом пространстве. Для тупых, то есть для Кайла, пакетиком задушили, — Кайл агрессивно выдохнул, сдувая с лица свои вьющиеся рыжие кудри. — Осталось понять, чьих это рук дело. Чужих или его собственных. Но это уже ваша работа.       — Его собственных? — переспросил Стэн, морщась. — Ты считаешь, что это самоубийство?       — Я лишь предполагаю, — ответил Картман, закатив глаза, показывая всем своим видом, что без него эти двое ничего не могут нормально сделать. — Я не нашел следов борьбы.       — Не могу поверить. У Кенни совершенно не было повода накладывать на себя руки, — медленно проговорил Кайл, показывая всем своим видом, что ему безумно хочется курить, хотя он бросил лет пять назад, как только у него родилась дочь. — Мы все каждый день общались с ним. Кто-то, но заметил бы изменения в его поведение. А Кенни был таким… обычным.       — Ага, Кайл, ты дальше своего длинного носа ничего и не видишь, — протараторил Картман. Ещё одно слово — и судмедэксперт уйдет сегодня со сломанным носом.       — Заткнись уже, если не хочешь, чтобы тебя закопали рядом с Кенни.       Стэн закатил глаза, ожидая, что ближайшие пятнадцать минут эти двое будут выяснять, кто из них больше козёл, но его внимание привлекло другое. Из туалета вышла Марджорин Стотч, девушка Кенни, в бумажном халате и надвинутой на лоб медицинской шапочке. Если Стэн правильно помнил, то Кенни начал встречаться с Марджорин лет четырнадцать назад, и уже восьмой год они живут вместе. Жили вместе. Марджорин пыталась сделать шаг, но ноги её не держали. Стэн сразу же рванул к ней. Девушка резко отстранилась, испугалась — то ли чужого голоса, то ли одного его внешнего вида. Она смерила его ледяным взглядом. Глаза её враждебно сверкнули.       — Привет.       Марджорин выпрямилась в полный рост. Она никогда не была красавицей, а теперь выглядела ещё хуже, словно она умерла вместе с Кенни, просто немного задержалась в этом мире. Бледная кожа, на которой красовались красные пятна после прикосновений, а её когда-то золотистые короткие волосы сейчас казались серыми, мышиными, хотя, может, так падал свет.       — Здравствуй.       — Как себя чувствуешь?       Девушка отвела взгляд. Она заламывала в разные стороны свои пальцы, похожие на куриные лапки. Волновалась, боялась чего-то. Глаза опухшие, Стэн предположил, что сейчас в туалете она плакала.       — Не знаю. Всё это так странно, — её шёпот перешёл на бессвязное бормотание. Стэну хотелось её обнять и успокоить, но он продолжал стоять ровно, не позволяя себе лишних движений.       — Ты не против, если я задам пару вопросов для расследования? — спросил Стэн, почесав затылок. Нервничал, хотя было непонятно, почему. Это всего лишь его работа.       — Что сказал судмедэксперт? — Марджорин его нагло игнорировала. Стэн немного вздрогнул.       — Ничего дельного. Ты же знаешь Картмана, он всегда говорит не по делу, — Марджорин как-то болезненно хмыкнула. — Ну так что?       — Да, конечно, — у неё дрогнул голос. Ещё пара минут — и она снова заплачет, поэтому Стэну стоило поторопиться. Он заметил, как она закусила щёку изнутри, чтобы сдержать крик. Стэн взял Марджорин за руку, медленно поглаживая. Его собственные дрожали как осиновый лист.       — Когда ты видела Кенни в последний раз?       — Вчера, — начала свой рассказ Марджорин. Стэн достал блокнот и ручку. — Я тогда собиралась ко врачу. Он помог мне собрать вещи.       — Замечала за ним что-то странное? — Стэн прикрыл глаза. Было очень шумно.       — Нет, — продолжила Марджорин, хлюпая носом. — Только мы поссорились.       Невыносимо громко.       — Причина?       — Я приревновала его к официантке.       — Чем закончилась ссора?       — Я осталась ночевать в больнице, а он ушел домой. Ему с утра надо было на работу. Но мы, вроде, почти помирились. Я думала, что сегодня мы всё обсудим, а потом сходим куда-нибудь, но…       Марджорин пожала плечами. Стэн не мог больше её слушать. Он прекрасно понимал, что это совершенно непрофессионально с его стороны, но ничего не мог с собой поделать. Марджорин потеряла своего молодого человека, которого действительно очень любила, ей сейчас тяжело, она нуждалась в поддержке. Но Стэн также потерял близкого человека. Он потерял друга, с которым вместе вырос. И ему также было тяжело осознать, что Кенни больше нет. К ним подошел Кайл.       — Вы закончили?       Стэн ещё раз посмотрел на Марджорин, от которой веяло скорбью и болью. Мужчина поджал губы.       — Да.       Кайл глянул на руки Марджорин, которые слишком сильно тряслись.       — Если понадобится наша помощь, то ты всегда знаешь, где нас найти, — сказал Брофловски, отводя Стэна в сторону.       Марджорин кивнула и снова скрылась в туалете. Кажется, этот допрос всё-таки довёл её.       — Что думаешь? — спросил Кайл, когда они отошли на достаточное расстояние, где их никто подслушивать не будет. Остановились рядом с автоматом с кофе. Его глаза наткнулись на надпись на стене, где большими красными буквами было написано: «Курение может привести к долгой и мучительной смерти». Стэн рядом с ним прислонился спиной к стене и сделал первую затяжку, а сам он нагнулся, чтобы сделать себе кофе, сегодняшний день планировал быть долгим. На кофейных зернах долго Кайл не протянет, но это пока единственный способ компенсировать отсутствие сна. Картман каждый день шутит, что скоро будет и его тело вскрывать. Кайл обязательно напишет в завещании, чтобы его труп осматривал другой медэксперт, а не эта жирная скотина.       — Не знаю, — Стэн устало потер переносицу. — Всё произошло слишком внезапно, даже не знаю, как реагировать. Я всё ещё надеюсь, что это шутка.       Они простояли так несколько в минут в полной тишине, пока Стэн не проговорил, выпуская изо рта тонкую струйку дыма:       — Не верю, что это самоубийство, — поднял голову и посмотрел в карие глаза Кайла. Тот нахмурился, отворачиваясь, и сделал глоток кофе.       — Я тоже.       Стэн попытался рассмотреть хоть какую-то эмоцию на лице напарника. Ничего. Совершенно ничего не увидел.       — Что мы будем делать дальше?       Кайл усмехнулся и приобнял напарника за плечи.       — Во всех фильмах, которые мы с тобой смотрели на работе, в итоге самый добрый и ласковый родственник погибшего творил самые ужасные вещи. А теперь мы будем искать этого доброго и ласкового в нашем городе.       Стэн тихо захихикал, выкинув окурок в мусорку.       — Привет, мальчики.       Кайл и Стэн одновременно вскрикнули, словно их родная мать застукала за курением и уже набирает номер отца, у которого очень тяжелая рука.       К ним подошла девушка примерно того же возраста, что и они. Стэн начал очень громко кашлять, кажется, он чем-то подавился, но Кайл ему не собирался помогать, лишь думал о том, какой его друг олух. Предатель.       — Привет, Венди.       Венди Тестабургер работала экспертом-криминалистом, и её можно было смело назвать профессионалом своего дела, без неё многие нехорошие дела в городе так и не сдвинулись бы с места. Девушка была чуть ли не на голову ниже Кайла и Стэна, но смотрела она на них так, словно могла обоим свернуть шеи. И это самая абсолютная правда, но проверять им это пока не очень хотелось: дома Кайла ждут дети, а Стэна — его любимая рыбка, поэтому, если они хотят их ещё увидеть, то следует помалкивать. У Стэна покраснели уши, а сам он судорожно пытался сказать хоть что-то, но Венди перебила его:       — Сочувствую вам обоим, — и убрала назад свои черные волнистые волосы, чтобы не мешались. Невероятная, статная девушка с красивыми чертами лица, а её карие глаза сводили с ума Марша уже не первый год. — Оба выглядите просто ужасно.       — Спасибо, милая, — ответил Стэн. Венди цокнула языком и закатила глаза. — Уже успела что-то найти?       — Пока нет, — она сняла очки и потерла переносицу двумя пальцами. Дурацкая привычка, которая её безумно бесила. Переняла она её у Стэна, из-за чего бесилась ещё больше. — Работы ожидается много, — вернула очки на прежнее место и злобно зыркнула на Стэна. — На самом деле я пришла сказать, чтобы ты не смел сегодня ко мне заваливаться домой.       — Что?! — мужчина подавился воздухом после такого заявления. Кайл тихо засмеялся и отвернулся, сделав ещё один глоток кофе. Вот козел. — Но я думал, что…       Венди подняла свой аккуратный и длинный палец, заставляя Стэна замолчать.       — Я знаю, что это твой очередной повод выпить. Поэтому я не хочу видеть тебя в своем доме в таком состоянии, — чётко отрезала девушка, разворачиваясь. — Встретимся в участке. Удачной работы над этим делом.       Когда Венди скрылась, то Кайл наклонился к Стэну, прошептав:       — Что ты опять успел натворить?       — Это она меня ещё за прошлое не простила.       Молчание. Стэн пронзительно смотрел на друга, намекая всем своим бедным и несчастным видом, что ему конкретно сейчас нужно. Кайл был совершенно не в восторге от этой идеи, но сейчас он был не в состоянии придумать отговорку.       — Можешь переночевать у меня, — специально сказал тихо, надеясь, что Стэн ничего не услышит. Он всё услышал.       — Боже, чел, ты просто лучший. Спасибо.       — Такими темпами ты скоро ко мне переедешь. Когда квартиру себе найдешь?       — Когда буду в ресурсе.       Кайл закатил глаза и открыл крышку, чтобы убедиться, что в стаканчике больше ничего не осталось, но лишь нахмурил свои тонкие брови, начав внимательно и задумчиво рассматривать кофейную гущу на дне стаканчика. И у Кайла, наверное, было очень хорошо развито воображение, а может, во всем виноват недосып, но он отчетливо видел очертания пистолета и пилы. Кайл показал это другу.       — Наверное, нас ждет жестокая битва с убийцей.

***

      Но перед жёсткой битвой с убийцей стоило сначала опросить семью погибшего. Стэн ненавидел этим заниматься. Он действительно чувствовал себя виноватым перед родственниками погибших, будто он герой, который может спасти всех. Если бы это услышала Венди, то обязательно закатила глаза и грубо сказала: «Себе сначала помоги».       Машина остановилась возле дома родителей Кенни, где и нашли его тело. Стэн вдохнул воздух и вышел из машины, осматриваясь. Он чётко всё представлял, словно сам был свидетелем трагедии. Видел, как девочка в зелёном платье, похожая на Кенни, возвращалась домой после работы, где весь день обслуживала столики в ресторане, пока дурацкие коллеги издевались над ней из-за того, что она из бедной семьи. Видел, как девочка поворачивает голову, замечает своего брата, чьи конечности лежали в неестественном положении. Подходит ближе, понимает, что тот умер, задохнувшись в целлофановом пакете, обоссавшись. Видит, как эта девочка, которая очень сильно похожа на Кенни, кричит, вцепившись руками в свои маленькие хвостики. Стэн прикусил щеки изнутри и вместе с Кайлом подошел к двери. Обоих колотила дрожь. В детстве они приходили в этот дом, чтобы выпить пиво и играть в приставку всю ночь, а сейчас этот дом стал местом преступления. Что-то определенно пошло не так.       Кайл прочистил горло и выдал:       — Как думаешь, для мистера и миссис МакКормик смерть Кенни стала очередным поводом выпить?       Голос мужчины прозвучал слишком громко, из-за чего Стэн вздрогнул. Он не уловил сути вопроса, но всё равно кивнул несколько раз, а уже потом заметил, что друг на него не смотрит, поэтому сказал:       — Да.       Кайл устремил взгляд на Стэна, нахмурившись, отчего на его лице появились редкие морщины. Марш позвонил в звонок. Оба в ожидании уставились на табличку, на которой был написан номер дома. Вскоре послышались торопливые шаги и низкий голос:       — Кто?       Кайл тяжело вздохнул, по голосу понимая, что хозяева дома всё-таки пьяны. Лучше бы он ошибся, потому что их ожидает очень долгий и мучительный диалог.       — Полиция. Нам нужно поговорить с Карен МакКормик.       За дверью послышалась возня. Стэн сощурил глаза.       — Карен сейчас нет дома.       — Ничего страшного, мы можем пока также опросить вас и вашу супругу.       — Мы сейчас не в состоянии разговаривать.       — Этот разговор займет от силы минут пять, а потом мы оставим вас в покое, — сказал Стэн, наклонив голову.       Ему ничего не ответили. Стэн уже думал, что на этом их добрая беседа подошла к концу, но вновь послышалась возня и дверь открылась. Перед ними стоял мужчина. Стэн и Кайл сразу же почувствовали запах спиртного и табака, они еле выдержали, чтобы не прикрыть рукой нос. Вся одежда мужчины была порвана, хотя назвать эти лохмотья одеждой было неправильно. Каштановые волосы были настолько грязными и сальными, что Кайлу показалось, что по чужой голове бегают жуки. На лице уже появились пигментные пятна, под глазом красовался свежий синяк. Перед ними стоял Стюарт МакКормик собственной персоной, которой одной рукой чесал своё пузо, а второй трогал усы. Было видно, что он волновался перед полицией, несмотря на то, что знает Кайла и Стэна уже давно. Хотя они совершенно не удивятся, если выяснится, что Стюарт их не помнит. Стэн даже сомневался, что мужчина помнил, как зовут его сына.       — Моя жена в гостиной, — прокашлявшись, сказал Стюарт и отошел в сторону от дверного проема, дав Стэну и Кайлу пройти внутрь.       Стэн сразу же начался осматриваться. Он знал этот дом очень хорошо, как свои пять пальцев. МакКормики никогда не делали ремонт в доме, но вокруг витало чувство скорби и траура, из-за чего Марш поёжился.       Стюарт встал рядом с ним. Свои руки он спрятал в карманы, его губы дрожали, старался показать, что он трезвый. Стэн закатил глаза. Этот мужчина больше переживал, чтобы его самого в тюрьму не забрали.       Кайл направился в сторону гостиной. Он сразу же заметил сидевшую на диване женщину, которая нервно кусала свои ногти, кажется, уже перешла на собственную кожу, грызла её до крови. Она плакала. Так тихо, что Кайл не сразу заметил это, если бы не дорожки от слёз на щеках. На её коленях лежала фотография, на которой были изображены её дети. Кенни широко улыбался, смотря в камеру, обнимая своими худыми руками брата с сестрой. Светлые волосы прикрывали его глаза, из-за чего он был похож на одуванчик. Тогда он ещё верил, что сможет уйти из родительского дома, чтобы жить наконец-то нормально и счастливо. Мог ли он предположить, что не доживет даже до тридцати? Больше не увидит свою непутевую мать, которая сейчас сидит над его фотографией и тихо плачет? Знал ли, что его тело найдет именно младшая сестра, для которой Кенни был самым близким человеком? Страшно представить, как Карен справляется с потерей. Знал ли, что и Марджорин будет убита горем? Как она сейчас? Убита тем, что больше никогда не поцелует его в щёку перед работой, не ляжет с ним в одну постель, не почувствует тепло его рук. А ведь у семьи МакКормик вряд ли есть деньги, чтобы похоронить его нормально.       Кайл сел рядом с женщиной, нежно убрал её красные волосы с лица и обнял за плечи. В глазах Стюарта виднелся страх, Стэн нахмурился.       — Здравствуйте, Кэрол, — тихо поздоровался Кайл. — Я хочу задать вам несколько вопросов. Знаю, что вам сейчас тяжело, пойму, если вы откажетесь.       Женщина подняла красные от слёз глаза и внимательно посмотрела на полицейского. У неё на лбу и под глазами виднелись морщины. Она прищурилась и сказала:       — Я знаю тебя. Ты друг Кенни. Вы постоянно вместе гуляли.       Кайл крепче сжал её плечи и улыбнулся:       — Да, всё верно. Меня зовут Кайл. Я очень рад, что вы меня вспомнили, потому что вас я никогда не смогу забыть. Вы всегда были добры к нам.       Кэрол попыталась улыбнуться в ответ, но сил у неё хватило только на то, чтобы криво растянуть губы в стороны. Стэн и Стюарт молча смотрели на них, не шевелясь, словно боялись спугнуть. Стюарт также боялся привлечь и к себе лишнее внимание. Стэн украдкой бросал на него взгляды.       — Я всегда восхищался Кенни. Умел играть на четырёх музыкальных инструментах, — продолжил Кайл, не убирая рук. — А помните, как он несколько месяцев копил на новую гитару, а потом сломал её спустя четыре дня?       Кэрол слегка улыбнулась, хлюпая носом. Этот разговор давался ей очень тяжело, она мяла в руках свою зеленую футболку, лишь успокаивающие слова и жесты Кайла придавали ей силы говорить.       — А его голос покорил сердца многих девочек. Он вам когда-нибудь пел?       Стэн никогда не понимал этой методики, но не смел прерывать. Стюарт же наоборот искал любой повод прекратить этот допрос.       — Кенни очень часто пел Карен колыбельные перед сном, — пробормотала женщина, вытирая дорожки от слёз своей грязной футболкой.       — Он был невероятно талантливым.       Кэрол снова кивнула.       — Когда же вы видели его в последний раз? — наконец-то спросил Кайл.       — За день до его смерти, — голос женщины оборвался. Она всхлипнула, посмотрев на полицейского. Кайл сразу же заметил движение её глаз в разные стороны, на муже она свой взгляд задерживала. Кайл нахмурился.       — Неужели вы не хотите разобраться, что случилось с вашим сыном? Почему вы мне врёте? — спокойно спросил полицейский.       Стэн приподнял брови. Кэрол начала нервничать, она прикусила указательный палец и кинула беспокойный взгляд на мужа. Стюарт, заметив это, спрятал руки в карманы и вышел вперед.       — Моя жена слишком устала, — с нажимом проговорил мужчина.       Кайл бросил быстрый взгляд на Стэна, показывая, что ему нужна помощь. Стэн ничего не понял, хоть и всем хвастался, что они понимают друг друга с полуслова. Но когда Кайл очень грозно нахмурился, он сказал:       — Мы не уйдём, пока не получим все ответы на свои вопросы, — без единой эмоции проговорил Стэн. — В ваших же интересах говорить только правду.       — Миссис МакКормик, — с лёгким нажимом проговорил Кайл. — Я хочу узнать, кто замешан в убийстве вашего сына. И пока все подозрения падают на вашего мужа.       Стюарт начал громко возмущаться, но Стэн сжал его плечо, показывая всем своим видом, чтобы тот немедленно заткнулся, если не хочет, чтобы его слова использовали в суде против него.       — Нам будет намного легче работать, если вы расскажете всё, — Кэрол переводила взгляд с Кайла на мужа и обратно, после чего вздохнула и выдала:       — Стюарт очень хороший. Да, он пьяный говнюк, но он бы никогда не убил своих детей.       Кайл перебил её:       — Почему же тогда вы оба что-то скрываете?       Женщина замотала головой, отворачиваясь.       — Две недели назад Кенни поругался с отцом. Они постоянно ссорятся, но та ссора была слишком серьезной. Я ещё никогда не видела его таким злым. Мне самой стало страшно, — Стюарт попытался вырваться, но Стэн сжал его плечо сильнее. Трезвый мистер МакКормик смог бы ловко вырваться из этой хватки, а вот пьяному оставалось лишь дёргаться в разные стороны. — Поссорились из-за того, что Стюарт чуть не ударил нашу младшую дочь. Кенни выбил ему зуб. Мне начало казаться, что Кенни готов был убить отца, — женщина громко всхлипнула. — Извините. Да, мы не самые лучшие родители, но Кенни никогда не позволял себе такого. А тут… Он ушёл. После этого не приходил. Я лишь знаю, что он навещал Карен на работе. Иногда даже забирал её переночевать в дом этой стервы. Как её там? Марджорин. Я уверена, что это она виновата. Из-за неё Кенни стал таким агрессивным. Мы пытались поговорить с ним, но он отказывался.       — Кенни — сраный кусок дерьма, видимо, он забыл своё место в этом доме, — вмешался Стюарт, который больше не мог сдерживать свой пьяный язык. — Вздумал меня учить. Будто знает, как правильно, а у самого ничего за спиной не было. Нашёл себе тупую бабу, которая готова перед ним ноги раздвинуть, стоит ему только ласковое ей слово сказать. Неудивительно, что всё так плачевно для него закончилось.       — Замолчи, урод! — заверещала Кэрол, глубоко вздохнула и закрыла лицо руками, а после громко разрыдалась. Стюарт поджал губы, смотря на жену. Сам он выглядел обеспокоенно. Он боялся, что они заметят вину в его глазах. Смысла в дальнейшем допросе нет.       — Пройдемте с нами в машину, — ровным голосом сказал Стэн, потирая переносицу.       — Что?! Но…       — Пошли, если не хочешь ещё больше проблем, — Стэн надел на Стюарта наручники. — Вы поступаете отвратительно. Вам же плевать на смерть сына. Боитесь только за свою задницу?       — Слышь, сопля, у тебя ещё молоко на губах не обсохло, чтобы учить меня.       Всю дорогу Стюарт матерился, а Кэрол громко плакала.       В отделении уголовной полиции были очень длинные коридоры, тёмно-серый пол, электрические провода, закреплённые на потолке. Всё было таким знакомым, но Стэна не покидало смутное ощущение мерзкой сырости, словно он двигался внутри живого организма в стадии распада. Кэрол и Стюарта сразу же увели.       Сквозь щели в неплотно приоткрытых дверях они ловили сочувственные взгляды — все уже были в курсе. Стэн взял Кайла за локоть и ускорил шаг, чтобы не обсуждать подробности случившегося с Кенни. Забрав почту, скопившуюся в ячейке, он затолкал Кайла в их кабинет, закрыв за собой дверь.       — Сомневаюсь, что это они, — сказал Кайл, садясь в свое кресло. Он был зол, невероятно зол. Руками вцепился в свои кудри, больно сжимает. Такими темпами он когда-то останется лысым. Смотрел он сейчас на маленькую фотографию, стоящую на его столе. Там Кайл держал на руках свою младшую дочь. Тогда она только родилась, ей не было даже месяца. Сейчас этой рыжей красавице уже пять лет. Рядом стоял его сын, Стэн всегда поражался, как люди могут быть настолько похожи, потому что в этот мальчик был просто копией Кайла в его возрасте. Фотография была порвана, рядом не хватало ещё одного человека. Стэн подошел ближе, похлопав друга по плечу. Знал, что напарник нервничает, знал, что переживает. — Видимо, мы сегодня снова задержимся.       — Ты был крут, чувак.       — Спасибо, только ничего нового мы не узнали.       — Завтра уже будем разговаривать с Карен.       Это день был слишком длинным.

***

      Они действительно очень поздно вернулись домой. Дети Кайла уже спали, хотя грозились дождаться его. Няня, Ред МакАртур, очень долго ругалась, из-за того, что ей пришлось задержаться. Кайл её немного боялся, потому что у неё была очень крепкая рука. Пришлось заплатить ей намного больше, хотя Кайл ей и так переплачивает.       Ночью Стэну так и не удалось отдохнуть. Потому что произошло то, что совершенно не укладывалось в его голове. На улице была кромешная тьма. Часы на тумбочке показывали «3:31», самое время для того, чтобы негодяи негодничали. Было минус восемнадцать, если верить Цельсию, а если верить своему собственному телу, то точно было минус двадцать семь. Дверь в его комнату распахнулась, и хриплый ото сна голос лучшего друга заставил Стэна подорваться:       — Чувак! — Кайл, стараясь попасть ногой в штанину, схватился за дверной косяк, избежав падения, и поднял взгляд на друга, убрав со лба свои рыжие кудри. — Из отдела звонили. Труп Кенни пропал.