Глава 4. В этой истории есть хоть кто-то, кто еще не продал жопу ККМ?!

Ты вышла из душа в мокрой футболке, липнущей к телу, и в кружевных труселях с розовыми енотиками. Галлахер уступил тебе свою запасную квартиру в отдалённом крыле отеля «Грёзы» Пенаконии, и никто не нашёл бы тебя, не скажи он сам твоё точное местонахождение. Что он и сделал. Как ты поняла? Его сдал с потрохами Авантюрин, нацеливший на тебя пистолет. — Что ты здесь делаешь? — Меня бы не было здесь, да работа привела. А моя работа — ты. Где деньги, т/и?! Не заставляй окунать тебя в унитаз головой. — Рискни, и сам окажешься в канализации по частям. — Откуда столько агрессии в мой адрес? Я всего лишь хочу получить то, что по праву принадлежит ККМ, я всего лишь работник, карьера и судьба которого зависит от выполнения этого дела. Но я должен сказать тебе спасибо, мне очень повезло, что я взялся за это дело и оказался единственным сотрудником в этом секторе галактики. Мне доверили еще одно поручение, и меня так распирает от гордости, что я буду делиться этим с каждой первой встречной. А сегодня я встретил только тебя. Я потратил на твои поиски целое состояние, знаешь ли! В человеко-часах исключительно, моё время стоит баснословно дорого! Ты мне задолжала, так что давай, снимай майку и садись мне на коленки. — Да ты ахуел. В тебе на медленном огне закипала кастрюлька острейшего рамёна. Нет, Галлахера ты винить не могла, тебе ли не знать, как бывает припрёт к стенке ККМ? Да и лестно это, что Галлахер считает тебя способной разобраться в этом самостоятельно. В конце концов, временную передышку и кров он тебе дал. По крайней мере изначально никому он тебя сдавать не собирался, просто поменялась экспозиция. — Мне нечем платить. ККМ с самого начала закабалили меня: я убила босса того наркокартеля, как они просили, но оказалось, что смысл был в том, чтобы убить только его и никого больше. А за мной отправили целый отряд якудзы, и что я должна была делать? Сбежать? Если бы у меня получилось, никто бы и не умер! Это же нечестно. Штрафные санкции, заложенные в контракте, в тысячи превышают сумму самого контракта! И знаешь что? Ни один суд в галактике не примет мой иск на обжалование, потому что такой инстанции попросту нет! Корпорация пожрала всё. А теперь вот ей понадобилась моя душа. — Какая трогательная история, думаешь, у меня от жалости всё в штанах упадёт? Не на того напала. Да я от такого даже еще больше возбуждаюсь. — У тебя какое-то отклонение? В Пенаконии есть тысячи способов провести время в компании женщин и мужчин, а ты вместо этого пристаёшь ко мне? Да что с тобой не так? — Дело не в тебе, т/и, а в Стелле. И в том, чье сердечко она украла. Ты стала жертвой ее долга. Она переспала с мужчиной, которого я люблю, так что теперь я пересплю с её младшей сестрой. И мы с ней будем квиты, а ты еще и закроешь свой долг перед ККМ. Как по мне, все в выигрыше. — Какой толк спать со мной, если Стелла меня не помнит? Мы столкнулись в толпе на Пенаконии, и она просто прошла мимо. Даже не извинилась за пролитый напиток. Она смотрела мне в глаза, и просто ушла! В тот вечер ты поняла боль Кафки. Она ведь пробудила любимую ото сна, воскресила её, а Стелла мало того, что не признала её, так еще и ушла. И никогда больше не позвонила, не пыталась понять, что происходит, кто такая Кафка. Приняла реальность как есть и ушла колесить по галактике, спасая миры. Ты никогда не видела её такой счастливой и беззаботной. Спустя пятнадцать лет лишений твоя сестра обрела жизнь мечты. Так почему ты не можешь искренне за неё порадоваться? — И кого она трахнула? — Это неважно. — Что это за мужик такой, что ты так на неё взъелся? — Иди ко мне и я тебе расскажу… В процессе. — В чём смысл единения с кем-то без чувств? Мы только вспотеем и проверяем друг другом. А если тот мужчина влюбился в Стеллу и это взаимно… Твой поступок никак им не навредит. Любящим сердцам нет дела до боли третьего лишнего. — Что ты сама знаешь о любви? У тебя во всей галактике не нашлось человека, к кому бы ты могла обратиться за помощью. И никто тебя не ищет. Неужели ты настолько одинока? Даже у меня есть коллеги, они-то и заменили мне семью. А что есть у тебя? Ничего. Ты подумала о Кафке. Что она сейчас почувствовала бы? Считалось бы это изменой? И на самом ли деле Стелла вас забыла? А может, она делает вид, что ничего не помнит, а на самом деле… Она не хочет возвращаться назад? Тем временем вы с Авантюрином кружили вокруг стола. — Слушай, давай поговорим, ладно? Хочешь, я… Ну на знаю… Организую вам ужин при свечах? — Снимай трусы. Авантюрин метнулся в сторону, ты отпрыгнула на противоположный от него конец мебели. — Погоди, погоди! Давай выкрадем того мужика, а? Я, хочешь, буду держать его, пока ты из него вытрахаешь всю душу, честно! — Ручонки у тебя больно слабые, куда им удержать кого-то? Его рука почти схватила твоё бедро, ты выгнулась кошкой. — Это всё просто смешно! Тебя бил нервный смех, ты всегда хихикала, когда психика покрывалась трещинами. — Погоди, когда я доберусь до тебя, тебе точно будет не до смеха. — Неужели у тебя не только нет вкуса в одежде, но и чувства юмора? — Я могу её снять, если она тебе не по вкусу. Авантюрин расстегнул верхние пуговицы, обнажая грудь. От её белизны у тебя зарябило в глазах, ты успела забыть яркость солнечного света — так что приходилось жить в тенях. А у Авантюрина, помимо сияющей белым светом кожи, еще и не было на тебе ни единого волоска, будто сам он был куклой. Он же не… Удалил всё в салоне красоты? Хотя такой, как он, мог часами не вылазить из спа. По крайней мере, тебе так думалось. Ты покосилась на свои ноги. А если подумать, что в этом такого? Всё равно, что случайная половая связь с незнакомцем из бара. Он ведь хорош собой и занимает высокое положение (несмотря на низкий рост, фьють, ха!), лицом красив и обладает невероятной харизмой. Сколько женщин (и мужчин) были бы не прочь оказаться на твоём месте? Да и долг как-то должен быть списан. Всего один раз, и все проблемы исчезнут, и вы с ним больше никогда не пересечётесь… Решившись однажды, ты не привыкла отступать, и одним движением стянула майку, представ перед ним почти нагая, покрытая лёгким румянцем. У него на секунду даже перехватило дыхание, и взгляд медленно проскользил ниже, изучая без тени стыда обнажённые участки тела. Ты следила за ним, не моргая. — Откуда мне знать, что ты не обманешь? Он достал из кармана смартфон, и подошёл вплотную. На экране высветилось: «Долг погашен». Он нажал большим пальцем «подтвердить». Датчик распознал отпечаток пальца хозяина. — Вот и всё. Его поцелуй ощущался лёгкой гигиеничкой со вкусом клубники и дорогого коньяка. Он мягко подтолкнул тебя ближе, придерживая сзади за шею, не давая тебе отпрянуть, разомкнуть поцелуй. Он был тягучим, жадным, неспешным. Его мягкие перчатки гладили твои плечи, дыхание было ровным, он давал тебе время привыкнуть к его присутствию, запаху, касаниям. Казалось, вы целовались целую вечность, прежде чем ты смогла расслабиться и перестать сжиматься натянутой струной. Именно тогда, когда ты уже решилась на необратимое, в комнату ворвался Блейд, в помутневшем взоре которого ты отчётливо различила решение убить вас обоих.