Часть 1

      В бывшем Императорском замке устроили праздник в честь того, что Луз, Эмити, Гас, Уиллоу и Хантер, прихватив с собой Ви и Камиллу, смогли вернуться на Кипящие Острова, окончательно избавиться от Бэлоса и даже прийти к компромиссу с Коллекционером. На небольшой балкончик, подальше от громкой музыки и ярких огней, вышел Хантер. Спустя пару секунд там же возник и Флэпджек, удивлённо что-то чирикая. — Всё в порядке… — заверил парень, — я просто вышел немного подышать… — палисман сел ему на плечо. Хантер вздохнул, — один… — Флэпджек протестующе чирикнул, — не бойся, как в тот раз не будет. Я вернусь через минутку…       Вскоре палисман покинул балкон. Хантер задумался. Он уже миллион раз говорил Флэпджеку, что тогда он просто неудачно порезался и даже не думал о том, чтобы… И вообще, парень уже давно для себя решил, что будет продолжать жить. Не ради каких-то великих свершений или чего-то вроде, а просто назло Бэлосу. Впрочем, Хантер всё же не просто так вышел на балкон.

***

      Градом застучали по полу небольшие стеклянные бусины. — Чёрт! Что я наделал?! — неслышно прошептал Хантер, схватившись за голову и всё ещё сжимая в руках кусок старой лески. — Ничего страшного! — видя нарастающий ужас в глазах подростка, как можно мягче ответила Камилла, — эти бусы всё равно были очень старые. Сейчас принесу какую-нибудь коробочку и мы их соберём. Потом из этих бусин можно будет сделать что-нибудь другое…       Когда она вышла, Хантер припрятал одну бусинку в карман. Позже, ночью, он лежал и разглядывал её в темноте. Что-то внутри говорило, приказывало ему проглотить этот крохотный стеклянный шарик. Хантер колебался, но внутренний голос уверенно обещал, что после этого парню станет гораздо легче. Поддавшись уговорам, Хантер неуверенно положил бусину в рот. Она была холодная, гладкая и приятно постукивала по зубам. Пару секунд покатав шарик во рту, парень осторожно сглотнул. Спустя несколько мгновений ему и правда стало легче, стало спокойно и как будто даже немножко весело.       Через пару дней подаренные бусиной спокойствие и радость прошли, но Хантер оказался не готов так скоро расставаться с этими приятными ощущениями. Ночью он выкрал из коробочки ещё одну бусину.       За пару месяцев, что он пробыл в мире людей, Хантер проглотил более половины бусин. И сейчас, когда все снуют у портала, делая последние приготовления, парень не дотерпел до ночи и полез в заветную коробочку среди дня. — Хантер? — к несчастью, его заметила Камилла, — что ты делаешь?       Парень застыл, пытаясь как-то выкрутиться из ситуации. — А… э… я… — он почувствовал, как руки мелко задрожали, — я… Простите, я случайно её свалил, и… все бусинки… рассыпались… Я собрал… какие смог найти… я… простите… — Ничего, ничего… — успокоила его женщина, — найдутся, не волнуйся…       Хантер чувствовал себя паршиво. Он очень не хотел врать, но боялся, что Камилла рассердится. Рассердится не из-за того, что он глотает всякую гадость, а из-за того, что без спроса полез в коробочку с, на минуточку, её бусинами.

***

      Стоя на балконе, Хантер крутил в руках монетку, которую нашёл сегодня днём, на земле. Он понимал, что она вся грязная, и что мало ли кто её трогал, и кто знает, какие на ней могут быть микробы. Но его это не волновало. Не имея доступа к бусинам, ему приходилось идти на такие отчаянные меры. Хантер уже не мог остановиться, и каждые пару дней стабильно проглатывал как минимум один мелкий предмет, неважно, будь то бусина, магнитик с холодильника, ржавая гайка или даже батарейка. Он часто мучился от болей в животе, но стоило ему перестать потакать своей вредной привычке, и у него начиналась ломка, затмевающая собой любую другую боль.       Последний раз глянув на монетку, Хантер закрыл глаза и положил её в рот. Ему не понравился её металлический привкус, поэтому он поспешно её проглотил. Вдохнув носом и выдохнув через рот, он покинул балкон и тут же с кем-то столкнулся. — Ой, извините, я… Д-Дариус?! — Хантер поднял голову, тут же встретившись взглядом с главой ковена абоминаций, и вспомнил, что в двери на балкон было небольшое окошечко. Сомнений не было — Дариус всё видел, — я… к… как долго ты тут стоишь…?       В этот момент мысль спрыгнуть с балкона показалась не такой уж и плохой. Замечательной даже. Дариус молчал. Потому что понятия не имел, что сказать. В голове крутились сотни вопросов, и единственное, что он знал наверняка, это то, что вываливать их все на Хантера будет весьма и весьма плохой идеей. Глядя в испуганные глаза подростка он понял ещё кое-что — говорить и действовать ему нужно очень осторожно. — Хантер… — начал Дариус. — Пожалуйста, не говори никому об этом! — перебил его Хантер, — я… не хочу, чтобы кто-то знал… — Я не скажу… — заверил его мужчина.       Подросток чуть расслабился. Они снова замолчали. Дариус разглядывал болезненно-бледное лицо Хантера. Мальчику явно нужна помощь. — Я в порядке… — парень весь скукожился под обеспокоенным взглядом, опустив глаза, — это… ммм… — его зрачки сузились. Живот резануло болью, — не больно…       Обхватив живот руками, Хантер тихонько хныкнул. Перед глазами всё поплыло, и парень медленно провалился в темноту, где-то далеко, на краю сознания, продолжая слышать голос Дариуса, зовущий его по имени.

***

      Очнулся Хантер на больничной койке. Дверь открылась, впустив медсестру и сильный запах валерьянки. Валерьянкой в коридоре отпаивали Дариуса, узнавшего, что из живота мальчика извлекли десяток бусин, две батарейки, семь гаек разной степени ржавости, ту злосчастную монетку, пять булавок и один маленький гвоздик, чудом не нанёсший критических повреждений внутренним органам, плотно зажатый двумя магнитиками. Нервов мужчине прибавлял и тот факт, что новость о Хантере, попавшем в больницу, быстро разлетится по округе, и Дариус с ходу мог назвать штук пять имён, которые по-любому прорвутся в палату и завалят мальчика расспросами, что ему сейчас нужно меньше всего. Хантера надо было как-то спасать. Поэтому, как бы невзначай, Дариус начал расспрашивать врача про больного — чем его будут кормить, какие процедуры проводить, что ему можно, что нельзя. К счастью, доктор оказался понимающим, и, услышав, что скоро обеспечить Хантеру покой в больнице будет невозможно, протянул мужчине длиннющий список всех нюансов при уходе за пациентом.       Дариус выделил Хантеру комнату на втором этаже. Парень прекрасно осознавал, в каком положении находится, поэтому был рад покинуть больницу, пообещав хозяину дома лежать смирно и не делать никаких лишних телодвижений без его разрешения и присмотра. Сказать это было гораздо проще, чем сделать, ибо вскоре вредная привычка вновь напомнила о себе.       Ночью Хантер лежал, всеми силами удерживая себя на месте, отчаянно желая встать и отправиться на поиски какой-нибудь мелкой несъедобной вкусняшки. Он осматривал своё окружение, ища что-нибудь подходящее, но хитрый Дариус попрятал все мелкие предметы, какие смог найти. Взгляд упал на увесистый колокольчик с ручкой. Он стоял на тумбочке, придвинутой к кровати таким образом, что Хантеру нужно было лишь чуть двинуть рукой вбок, чтобы до него добраться. Дариус специально создал колокольчик побольше, чтобы Хантер при всём желании не смог его проглотить. — «Ты можешь звонить в него, когда захочешь…» — вдруг вспомнились ему слова мужчины, — «да, даже посреди ночи…»       С тоской глядя на колокольчик и уже представляя себе недовольное лицо Дариуса, Хантер позвонил. Спустя секунд пять послышались торопливые шаги. — Ты звонил? — мужчина выглядел сонным, чуть встревоженным, но не недовольным. Он подошёл и присел на краешек кровати, — не спится?       Хантер кивнул. Ему хотелось попросить Дариуса принести что-нибудь — бусинку, заколку, булавку — что угодно, хоть камешек с улицы, лишь бы заглушить зудящее под кожей желание. — Где-нибудь болит? — видя измученное лицо подростка, спросил мужчина.       Мальчик не знал, как ответить. По-настоящему болел только живот после операции, и то не сильно. И всё же Хантеру хотелось лезть на стену. Поэтому он лишь неопределённо пожал плечами. Дариус вздохнул и ненадолго покинул комнату. — Доктор посоветовал во время бессонных ночей пить вот это… — вернувшись, он держал в руке бутылочку, закрытую пробкой, с блестящим сиропом цвета лаванды внутри.       Переведя глаза на Хантера, мужчина понял, что тот его не слышит, голодным жалобным взглядом смотря на пробку. Дариус откупорил бутылку, спрятал пробку в кулаке, и мальчик вновь начал смотреть на него. Создав чайную ложечку, мужчина наполнил её сиропом и протянул Хантеру. Тот послушно открыл рот и принял лекарство. Однако, когда Дариус попытался вытащить ложку изо рта мальчика, то с удивлением понял, что парень крепко зажал её зубами и медленно пытается затянуть в себя. Повисла неловкая тишина.       Возможно, они бы ещё долго пытались найти выход из положения, но к счастью лекарство вскоре подействовало, и Хантер уснул, наконец отпустив несчастную ложку.