Часть 1

Часть 1. Колдунья Аза. Стояла на дворе погожая солнечная пора начала октября, когда уже нет той удушливой летней жары и еще не льет, вполне комфортно на улице даже в полдень, одним словом золотая осень. На заплеванном тротуаре возле бара сидела молодая цыганка. На руках она держала спеленатого младенца, который мирно спал, посасывая во сне свою сосочку. На удивление цыганка была молодой и очень красивой. Младенец был завернут в удивительно чистый белоснежный конверт, который был старательно сложен из мягкого ватного атласного розового одеяла в белоснежном атласном пододеяльнике и умело перевязанный крест-накрест широкой розовой атласной лентой с вывязанным спереди из ее концов красивым бантом. Было немного за полдень, когда из бара я вышел слегка пошатываясь, приняв на грудь всего грамм 250 коньячка, но было такое ощущение, что я влил в себя целых пол-литра, а может и больше. Не знаю почему я так сильно окосел ведь 0,25 была для меня обычная джентельменская доза для прочистки мозгов. При этом я мог сесть за руль и спокойно поехать себе, куда желает моя расхристанная душа, по делам или еще «придать на грудь», правда тогда придется машину точно оставить на стоянке. Не знаю почему, но я не сразу заметил цыганку, сидевшую недалеко от бара и как-то умудрился зацепиться за ее ноги. Делая кульбит похожий на причудливый акробатический трюк, я все же не смог удержать равновесия, но и не упал мордой лица об асфальт. Почти удачно приземлился на руки, но ушиб себе ногу, разумеется, не считая пострадавшей штанины брюк, которая теперь красовалась дыркой на самом видном месте. Я матерился и проклинал все цыганское племя. Не знаю, что я еще тогда говорил, но последними моими словами было: плодятся как собаки цыганские морды, сидят везде сволочи со своими байстрюками, невозможно пройти нормальному человеку! А дальше я не смог сказать и слова, молодая черноглазая цыганка вдруг разрыдалась, а младенец, который был у нее на руках проснулся и громко завопил. И только теперь я заметил, насколько красива молодая цыганка, ей было лет 16 или 18 не больше. У нее были большие черные бездонные глаза из которых катились крупные слезинки. У цыганки был маленькие аккуратный носик и пухлые губки, мягкие черты лица и вообще она была похожа на какую-то индийскую принцессу. Ребенок вовсе не был смуглым, а имел светлую кожу и ярко голубые глаза. Я еще что-то хотел сказать, но тут же появилась в длинной широкой цветастой юбке и закутанная в длинный платок пожилая цыганка. Она шикнула на меня и забрала на руки младенца. Другая лет тридцати сорока, возраст трудно было определить, вполне даже очень симпатичная цыганка, в куче блестящих шуршащих длинных цветастых юбок и с кучей шалей и платков на голове преградила мне путь. Две значительно младше цыганки, очень похожие на нее тоже в куче длинных юбок и платков подскочили ко мне с боков. Они что-то лепетали на своем языке, а ни черта не мог разобрать. Наконец та что нагло стала передо мною, посмотрела мне с укором в глаза и совершенно четко почти без акцента немного хриплым голосом сказала по-русски: — Ты очень обидел мою младшую дочку, но еще больше ребенка, который был у нее на руках. За это молодой и красивый ответишь сполна. А еще ты ответишь за то зло, что совершил раньше вольно или невольно перед моим родом… Ты ведь сам байстрюк, ты вырос без отца. Твоей первой женщиной была женщина, которая была старше за тебя чуть ли не вдвое. У тебя совсем недавно была молодая женщина, очень красивая… Она тебя обманула и сбежала с другим… Сейчас ты полностью один, поэтому и пьешь…. — Черт возьми и откуда ты это знаешь? Что у меня это на лице написано? — Это у тебя на судьбе написано…. Я ведь гадалка, моя мать была гадалкой и, моя бабушка тоже была гадалкой. Позолоти мне ручку, и я расскажу тебе все твое будущее. — Еще чего… может дать тебе ключ от квартиры, где деньги лежат? Ты цыганская женщина, хрен знаешь, что будет даже через час! Прочь с дороги! — Ну как же не знать! Знаю, знаю… не только что через час и потом всю твою судьбинушку… молодой и красивый. Если тебе интересно, то через час тебя ждет казенный дом, а потом через год ты умрешь…. — Вот значит, как…. Глупая женщина, и как ты себе это представляешь? — Сам ты глупец, это же видно по твоей судьбе! Мне даже не нужна твоя ладонь чтобы видеть это. Ты станешь убийцей, не специально… случайно принесешь горе в чужую семью…. А потом тебя ждет казенный дом и дальняя дорога. Но там ты долго не пробудешь и выйдешь из того мрачного места за большие деньги. А потом ты умрешь и все…. Просто сделают тебе в голове пару лишних дырок …. Родители той бедной девочки, которая по твоей вине умрет, имеют большое влияние и связи. — Какая бурная фантазия, тебе бы романы писать, а не морочить людям головы…. И вообще, что ты хочешь от меня женщина? Денег я тебе не дам, их попросту у меня нет с собой…. — Ну же молодой и красивый не кажись глупее, чем ты на самом деле есть. Все очень просто. Тебе просто не нужно сейчас садится за руль и линия твоей судьбы пойдет ровно…. Вот и все…. В правом кармане пиджака у тебя есть 1010 рублей. 1000 дай мне за добрый совет, а за 10 купи себе билетик на трамвай и езжай дамой, будет тебе счастье, но не долго…. «Ну на счет казенного дома и дырки в голове она допустим придумала, но откуда у нее другие подробности? Догадалась что ли? — думал я. Что удивительно в правом кармане у меня действительно нашлось две пятьсот рублёвки и монетка в 10 рублей. — Ну же не жмись… дай денежку тетушке за совет, и я тебе расскажу твою дальше судьбу. — На, черт с тобой… У меня больше и ни хрена нету — сказал я и небрежно сунул две пятьсот рублёвки в протянутую руку цыганки. Та быстро спрятала их в складках своей безразмерной цветастой юбки. — Ну, и…? — Что ну… молодой и красивый? — Ну, ты же обещала мне рассказать мою дальнейшую судьбу. — Ах, судьбу молодой, и красивый! А тут и нечего рассказывать, ты все равно умрешь, убьют тебя бандиты следующей весной, как только снег слезет с земли! — Вот как. И с чем это связано? — С твоей деятельностью…. — И что мне теперь делать, цыганская женщина. — Дурочек прятаться, просто сбежать у тебя не получиться, тебя все равно найдут и линия твоей судьбы сразу прервется, но сначала у тебя заберут все что у тебя есть….Но я тебе могу помочь спрятаться. Я тебя так спрячу, что тебя уже никто и никогда не найдет как бы не старался. Даже если тот, кто тебя будет искать будет рядом возле тебя и даже ты его будешь видеть ясно как меня сейчас, он все равно не сможет тебя найти. — Интересно как ты это сделаешь цыганская женщина? Ты что сделаешь меня невидимым? — Увидишь молодой и красивый. А еще будет лучше, если ты пойдешь со мной прямо сейчас, если хочешь, чтобы я тебя надежно спрятала. Кроме того, мы здесь не далеко торгуем я дам тебе примерить новые брюки, твои совсем пришли в негодность, а еще у меня есть красивые золотые вещи на продажу. «Хоть я этих цыган ни разу не видел раньше, но зато они не раз могли меня видеть здесь, я ведь часто зависал в этом баре и приходил сюда со своей девушкой пока она была еще у меня. Может даже эта цыганка видела, как Борис мне давал сдачу, а я ее механически сунул в карман. Вот и весь секрет цыганской прозорливости» — подумалось мне. — Эй, молодой и красивый посмотри, что у нас для тебя есть. Это тебе очень хорошо подойдет к лицу и в тот же миг женщина быстро набросила мне что-то на голову, которое сверкнув, скользнуло ниже и тут же словно змея обвилось вокруг моей шеи кольцами. Женщина достала из широких складок пышной юбки небольшое зеркальце и поднесла мне к лицу. «Нравится?» -спросила она. К своему большому удивлению я увидел, что мою шею теперь тремя ярусами обвивает женское ожерелье из крупных розовых жемчужин, точнее это была скорее всего искусная подделка из какого-то пластика или стекла имитирующего жемчуг. Я завис, таращась в зеркальце и какое-то время соображал, что же это такое есть, но коснуться своей шеи мне не дали руками. Мои руки тут же были перехвачены и две другие цыганки, стоявшие у меня с боков быстро, застегнули мне на руки браслеты из того же бутафорского розового жемчуга, затем на пальцы начали быстро нанизывать кольца, которые полностью выглядели как золотые в чем я очень сомневался. Обычно цыгане стараются снять ювелирные украшения с шеи и рук, а тут совсем наоборот неожиданный аттракцион щедрости, видимо они в такой наглый способ хотят впарить мне всю эту бижутерию. — Зачем это? Что это? — Это просто подарки — сказала очень туманно цыганка, которая попыталась тут же поймать мой взгляд и, когда ей удалось это сделать, мне вдруг почему-то стало очень страшно. Ее глаза словно ледяные сверкающие стеклянные шарики цепко впились в меня и казалось смотрели мне в самую глубину моей души. Этот остекленевший неподвижный взгляд цыганки казалось, словно приоткрывал врата в мой разум, а затем я почувствовал, как что-то чужое коснулось мягкой кисточкой моего сознания. Мой разум сразу начал затягиваться белым густым туманом. Я пытался ему сопротивляется, но у меня совершенно ничего не получалось, туман становился все гуще и гуще. Вскоре меня цыганки взяли под локотки, и повели куда-то в сторону сквера. Я совершенно не сопротивлялся и послушно ступал вместе с ними, словно меня зачаровали. Точнее я пытался противится этому, но у меня из этого совершенно ничего не получалось. Я не верил во всякие там цыганские колдовства, в их проклятия и вообще в гипноз, но то, что они со мною сделали не укладывалось в разум заядлого материалиста и скептика. По-другому как назвать, что на меня цыганка напустила туману и полностью загипнотизировали и нельзя было. Я никогда не был под гипнозом, но то состояние, в которое меня погрузили и в котором я сейчас находился, было очень необычное состояние …. Я все видел, слышал, чувствовал и понимал, но мое тело совершенно не слушалось меня, оно теперь подчинялось полностью приказам из вне. Мало того, все мое тело до последней частички наполнилось какай-то удивительной лёгкостью, смешанной со сладкой эйфорией. Оно словно жило отдельно от моего разума и, я чувствовал, что ему очень нравится подчиняться чужой воли. Как это могло быть, я не мог понять. Я попробовал закричать, но стоило мне сделать усилие, как мои губы тут же плотно сжались и слиплись, словно их намазали густым клеем, я лишь смог тихонько замычать. После того мне действительно стало страшно…. — Не бойся мой маленький, все будет хорошо. Успокойся молодой и красивый, не пытайся кричать, это у тебя все равно не получится, просто расслабься и просто подчиняйся — сказала тихо цыганка, которая шла рядом со мною. Когда мы прошли мимо рядов высоких автобусов и оказались в тенистом парке я уже понял, что снова свободен. Странно оцепенение полностью исчезло, и я могу снова владеть своим телом, а губы больше не слипаются, словно их заклеили. -Что? Что… что ты со мною сделала, цыганская женщина? — спросил я. — Ничего особенного… всего лишь немного цыганского колдовства. — Ты меня загипнотизировала цыганская женщина? — О, это состояние нечто больше, чем обычный гипноз, который обычно применяется для разных забавных фокусов. Если быть до конца честной с тобой, то это было подобие транса, и ты молодой и красивый оказался под моим влиянием сразу, как только заговорил со мною, а когда посмотрел мне в глаза, ты уже был полностью мой…. — В это трудно поверить, но, кажется, я уже начинаю понимать…. — Ну и славненько что ты такой понятливый. И вообще перестань меня называть цыганская женщина это по крайней мере грубо и невежливо. Зови меня просто Аза, а это мои дочери Зита и Гита. — Надо же, как в индийском кино — хмыкнул я. — Зря ты иронизируешь. Это между прочим очень красивые традиционные цыганские имена, как и твое очень красивое Натан… так кажется, тебя по-настоящему зовут, хоть и ты представляешься везде как Иван и просишь, чтобы тебя знакомые и друзья всегда называли именно Иван, а не Натан…. — Откуда ты Аза знаешь мое имя? — Я же тебе говорила, я профессиональная гадалка, как ты профессиональный нотариус и еще почти сложившийся удачливый риелтор. А еще тебе приходится иногда, как и мне обманывать людей чтобы хорошо заработать… Но давай пока не будем об этом…. Я посмотрел на Азу и ее лицо показалось мне очень знакомым, но где я его видел, так и не мог вспомнить как не старался. Затем я внимательно посмотрел на свои запястья, которые обвивали три ряда шариков розового цвета с перламутровым отливом и поразился насколько сильно они напоминают настоящий жемчуг, но больше всего меня удивило, что эти странные браслеты оказались совершенно цельными и, на них не было даже намека на застежки. Как цыганки умудрились насадить мне на руки эти игрушки я, так и не смог понять. Я попробовал эти браслеты стянуть с рук и у меня совершенно ничего не получилось. Потом попробовал снова и снова, но тщетно браслеты даже и на сантиметр не сдвинулись с руки. Цыганка стояла рядом и улыбалась. Видимо она знала какую-то маленькую хитрость, чтобы их открыть. Тогда я рассердился и попытался порвать браслет ведь все эти так называемые жемчужины должны быть нанизаны на какую-то нить, но при попытке поддеть одну из жемчужин браслеты только еще плотнее стянулись вокруг моих рук, словно разделенные половинки наручников. Мало того, как мне показалось, эти жемчужины не нанизаны на нить, а держатся друг друга каким-то хитрым способом. Я решил оставить эти безуспешные попытки и попытался снять кольца с пальцев, но оказалось с ними все куда сложнее. Они сидели на пальцах, словно влитые и не сдвинулись даже на миллиметр ни на одном пальце. Я же хорошо помнил, что кольца легко скользили по моим пальцам и были свободными, а теперь они словно уменьшились в размерах и стали тесно прилегающими. Как это могло быть, я тоже не мог понять. В этом тоже была какая-то особая цыганская хитрость похожая на колдовство. Моя рука тут же легка на жемчужное ожерелье, обвившее мою шею. — Даже и не думай… ты только себе сделаешь очень больно… -сказала серьезно цыганка. — Зачем вы на меня все это нацепили? Я эти побрякушки не буду покупать. — Я же тебе сказала Натан, это подарки, покупать ничего не нужно…. Ты их получил безвозмездно, то есть даром…. — Даром говоришь…. А зачем мне эти цацки Аза? — Чтобы носить их. — Я же не цыганская баба и не буду носить эту сверкающую мишуру! — Это еще как посмотреть… Хочешь ты этого или нет но это теперь останется при тебе. - Прошу тебя сними по-хорошему! — Даже если и будет по-плохому, я не смогу это сделать. Теперь все это принадлежит тебе. Оно теперь часть тебя. Ты с ним скоро станешь единым целым, когда древнее цыганское колдовство заключения и подчинения будет полностью сплетено. Эти вещи, которые ты получил, теперь всего лишь амулеты и они полностью вплетены в это колдовство. Я не могу его остановить, смогу только лишь продолжать это колдовство и когда оно будет полностью готово, ты будешь полностью принадлежать моей семье, словно вещь. Но снять все это с тебя, я по-прежнему не смогу. Лишь когда свершится второе колдовство все это слезет с тебя само, словно старая кожа со змеи, но поверь мне, это уже для тебя не будет иметь совершенно никакого значения — почти зашептала загадочным голосом цыганка. Я снова пристальнее посмотрел на браслеты из жемчуга и на кольца, а затем поднес их к глазам и начал внимательно их изучать, а потом вдруг понял, что все эти вещи выглядят действительно как настоящие, а еще, судя по нанесенным каким-то рунам на кольцах еще и очень древние. — Можешь не сомневаться все настоящее, иначе колдовство заключения не начнет работать. Это древняя реликвия, которая принадлежит моей семье. Мы редко используем ее в колдовстве, но твой случай Натан особый…. — Аза, если все настоящее, а ты не боишься, что я с этим смогу просто сбежать. — Ну, сбежишь ты, а что дальше? Ты все равно не сможешь это продать и воспользоваться вырученными деньгами, поскольку не сможешь снять с себя эти вещи. Будет не просто больно, а очень больно. Но самое страшное произойдет, когда кое-кто из влиятельных людей, которые занимаются скупкой краденного антиквариата прознает, что ты владеешь этой реликвией, тогда линия твоей судьбы быстро прервётся. Поэтому я не буду тебе объяснять, что подобное не стоит даже питаться светить в разных антикварных и ювелирных мастерских. Что менты, что бандюки, они не будут с тобой особо церемонится и, аккуратно тебе отрубят пальчики на каждой руке, чтобы только не поцарапать эти кольца. Тоже самое касается браслетов и жемчужного ожерелья…. Не думаю, что тебе живому кто-то будет отрубать ладони и пальцы, все намного проще снять с трупа…. Ты же Натан не хочешь, чтобы тебя изрубили в куски и выбросили в реку? В гробу ведь нет карманов. — Да уж, умеешь ты Аза утешить и объяснить. — Ну если так, тогда будем считать, что ты все понял, поэтому просто будь послушным и хорошим малышом. Ты Натан, главное не бойся, когда оба колдовства полностью свершатся, я буду заботится о тебе, и ты уже ни в чем не будешь нуждаться, пока будешь искупать свою вину…. — Какую вину? Аза что за бред ты несешь? Я тебя не понимаю. — Молодой и красивый, ты придурок или прикидываешься таким? Когда придет время, ты все вспомнишь и поймешь. А еще ты поймешь, что я с тобой поступаю человечно — сказала серьезно цыганка. — Но я ничего не понимаю, что все это значит! — Тебе и не нужно ничего понимать…. Я все сделаю сама, красиво и чисто… Я тебя забираю с собой. Что же тут непонятного? Все происходящее можешь смело считать похищением. Ты ведь Иван или точнее Натан, любишь приключения на свою упругую задницу? Считай, что тебе сегодня в этом отношении крупно повезло, ТЕБЯ СКОРО ПОХИТЯТ ЦЫГАНИ…. Я, между прочим, не шучу…. Но сначала я должна тебя подготовить и окончательно заколдовать чтобы древнее цыганское колдовство заключения начало работать и затем начало тебя медленно готовить к следующему колдовству, которое станет для тебя последним. Когда придет время древнее цыганское колдовство должно тебя полностью изменять, чтобы ты стал таким, каким и должен стать, беспомощным и маленьким, полностью зависимым от женщины. Таким тебя точно уже никто и никогда не сможет найти, как бы не старался. Но сначала ты послужишь моей семье, маленьким ты станешь потом, когда будешь полностью готов и мы проведем над тобой ритуал перехода, а зависимым и покорным очень даже скоро. Чтобы ты хотел сказать напоследок, прежде чем твои уста умолкнут. — Отсоси у меня! — воскликнул я и попытался увильнуть в сторону, но обнаружил вдруг, что цыганок в длинных юбках стало намного больше. Они что-то галдели на своем тарабарском языке и начали меня обступать.