Глава 52

— Все на месте? — спросил Львиногрив, проходясь по салону. — Посмотрите на своих соседей. Все есть? — Все-е-е, — лениво пронеслось по салону. Автобус осторожно тронулся с площади, направляясь к следующему пункту их назначения — Центральному парку. Огоньку пришлось сесть с Клубком, потому что Горчица посмотрела на него так, что садиться с ней он боялся. Кажется, все из их компани были на месте. Но будто чего-то не хватало. Наверное, Горчицы под боком. — Сейчас тебе буду объяснять устройство женского мозга, — гордо начал Клубок. — Первое правило — он работает через одно место, — хмыкнул Горелый. К счастью, он сидел один, и в голову ему ничем не прилетело. Но скоро прилетит, от женской половины моих читателей. — Не могу не согласиться, — кивнул Клубок. Его тоже скоро настигнет смертная казнь. — Она, может, и не обиделась, но строит из себя обиженную, чтобы ты извинился и обратил на неё внимание. Ну или как-то так, я ещё сам до конца эту штуку не постиг. Огонёк вздохнул. Не хватало саркастичного комментария Дымка по этому поводу. Он всегда острил в этих случаях. — Слушай, а Дымок с нами? — спросил Огонёк, кажется понимая, чего, вернее, кого тут не хватало. Клубок приподнялся на стуле. — Слушай, а я его правда не вижу… Дымок! Ты здесь? Ответа не последовало. — Он же с той девочкой был! Тростинка! Дымок! — Клубок приподнялся выше, чтобы увидеть макушки друзей. — Екарный бабай… Мы, что, Дымка забыли?! Львиногрив!!! Кудрявый подозвал вожатого. — Тут это… Мы походу Дымка забыли… — виновато проговорил Клубок. — Серьёзно?! — почти взвыл Львиногрив. — Я же спрашивал! — Ну мы не заметили, — почесал затылок Огонёк. — Как можно не заметить человека?! Тем более, такого ворчуна, как Дымок… — вздохнул вожатый и ушёл к водителю. Вскоре автобус свернул на обратную дорогу. — Я не поняла, нас куда везут? Водитель решил нас похитить и расстрелять? — спросила Змейка. — Я увижу Николая Первого? И Сталина? «Его скорее увижу я», — начал думать Львиногрив, который понимал, каких люлей ему отвесят за потерю Дымка. И это будут точно не люля-кебаб. Дымок нашёлся быстро. Он спал на одной из скамеек неподалёку. Рядом сидела Тростинка, наверное, смирившаяся с этой жизнью. Дымка растолкали, Огонёк лично дал ему подзатыльник от всей души. В общем, полусонного и недовольного (как будто что-то изменилось) его затолкали в автобус. — Ты как вообще там очутился? — спросил Клубок, пока Дымок не успел отрубиться. — Да я не помню. Пока ел, заснул. Проснулся на скамейке. Рядом Тростинка сидела, а потом и вы подошли. — Как можно заснуть во время еды?! — мозг Клубка окончательно взорвался. — Не знаю. Вот так. — Тебе надо написать книгу «1001 и 1 способ заснуть», — саркастично заметил Огонёк. Дымок его, правда, не услышал. Да, именно потому что заснул. По Центральному парку все разбрелись мгновенно. Огонёк тщетно пытался найти Горчицу в толпе людей, но сделать это было невозможно, потому что в парке было нереально много народу, Клубок тащил его есть и на аттракционы, Горелый хотел, чтобы его оставили в покое, вожатые что-то от него хотели, параллельно Коготь куда-то увёл Серебрянку, и Клубок переключил своё внимание на неё, а не на еду, кажется, там мелькнула блондинистая шевелюра, а с ней рядом… Дымок?! Что с ней делает Дымок?! Огонёк мгновенно вырвался из крепкой хватки Клубка и бросился к фонтану. Да, действительно, Горчица, зрение его не обманывало. Огонёк ускорил шаг, и чуть не упал прямо в холодную воду с разбегу. -… Горчица! — запыхаясь, выдавил он. — Давай я всё объясню! Девушка взглянула на него так, что Огонёк понял — его ждёт смертная казнь. И не только от Змейки, которая была горой и автоматом за подругу, а в первую очередь от самой Горчицы. Его ждала жесточайшая казнь с пытками перед этим. — Что объяснишь? — и в голосе вновь те холодные нотки, которые были в самом начале их отношений. — То, что ты слышала… Тогда, — Огонёк вспомнил, что ему советовал Клубок. Быть честным? Ну да, тут явно не скажешь правду — отправишься на казнь. Хотя, казалось, что его в любом случае ждёт казнь, независимо от того, что он скажет. — Дело в том, что мы обсуждали мой сон. И он был весьма… странный, я не хотел тебя просто так беспокоить… и я просто не хочу, чтобы ты волновалась, ведь это может быть просто сон, который совсем не вещий и никак не поможет нашему расследованию… И прости. Я тебе изменять не собираюсь. Прости ещё раз. Дымок, пытающийся сохранять недовольное лицо, всё же слегка приподнял брови, слушая эту «исповедь». Походу, пофлиртовать сегодня не получится. — Я подумаю, — сказала Горчица и отвернулась. — Иди. СЕРЬЁЗНО?! Я подумаю На все его слова?! Между прочим, он от чистого сердца извинился! Ну и пусть думает, сколько хочет! Плевать! — Ну и что она сказала? — спросил Клубок. — Я подумаю, — передразнивая холодный тон своей подруги, сказал Огонёк. — Между прочим, я ей там всё объяснил, два раза извинился, и чуть ли не исповедь прочитал! — Поверь, это лучшее, что могло с тобой случится, — хмыкнул Клубок. — Ум женщины все же штука непостижимая, как ты её не пытайся понять. Она, может, и простила тебя, просто не хочет это признать. — К тому же, в прошлый раз, когда я извинился, мне вообще дали подзатыльник и послали, — добавил Горелый. — Поэтому с вероятностью 99,99% она тебя простила. — А если я тот самый 0,01%? — Вряд ли. Он слишком маленький. — Мы вообще на аттракционы пойдем? — возмутился Клубок. — Тут дофига всяких крутых штучек! И к тому же, я нам еды набрал, щас заедим твое горе! А потом будем искать Серебрянку, потому что я её давно не видел. — Я не пойду на это, — наотрез отказался Горелый, только увидев крутящуюся карусель. — Я сдохну в первые пару секунд! — Я тоже, — добавила Змейка, позже присоединившаяся к их компании. — Поэтому мы вдвоем идем гулять, а вы пока катайтесь. Рыжая поступила очень умно. Поняв, что Клубок будет рад их совместной прогулке, та отмазала и себя, и друга от страшной штуковины. Их обоих на ней тошнило, особенно после всей той еды, что они съели. — Мы вас подождем, а потом на колесо обозрения тогда, — решил Горелый. — Отлично, — кивнул Клубок и умотал за билетами, утащив Огонька за собой. — Спасибо, — поблагодарил Горелый, прекрасно понимая, что сам бы не отмазался от этого аттракциона. — Ты мне мороженку должен, — прилетело в ответ. — Я пока Горчицу с Дымком найду, попробую их с нами затащить. Рыжая ушла, а Горелый остался наблюдать за парком, отойдя в дальний угол. Всё-таки шумные места были не его стезёй. Здесь ему было и неуютно, и дышать тяжело. И взглядов столько… Интроверт, блин. Минут через пять вернулась Змейка, таща за руку Горчицу. Блондинка же в свою очередь тянула Дымка с максимально недовольным хлебальником. По другому назвать его лицо не получалось, это был именно хлебальник, настолько уж недовольным он был. — Ну что, наши товарищи с центрифуги ещё не вернулись? — спросила Змейка. — Товарищи? — воспрянул Дымок. В его душе проснулся Ленин. — Нет, блин, буржуазия, — съехидничала Горчица. — Так. Они скоро вернутся? Если будут задерживаться, я Огонька точно не прощу. — А ты его простила, что ли? — Нет. Ну как бы да, но нет. — ЧТО?! — Смирись, Дымок, это женская логика. — Ладно… Но мы сегодня-таки прогуляемся вечером по парку? — Я подумаю. — Дымок, спойлер тебе: это 99% нет. — Ну это еще почему нет? — Ну вот потому что. — Ну почему? — Ну какая тебе разница, почему. — О господи. — О, смотрите, наши космонавты с центрифуги вернулись! Действительно, Огонёк и Клубок, слегка пошатываясь, выходили с злосчастного аттракциона. Рыжего подташнивало очень сильно, поэтому он быстро нашёл скамейку и сел туда, пытаясь прийти в себя. В глазах чуть-чуть потемнело. Казалось, что его всё ещё мотает по кругу. — Эй, ты нормально вообще? — спросила Горчица. — Ну так, — Огонёк пожал плечами. — На колесо пойдем? — Ага. Блондинка кивнула и отошла. Простить-то она простила… Но не хочется, чтобы они вот так просто помирились. «Как все сложно», — подумала про себя Горчица. Но на колесо они всё-таки пошли вместе, держась за руки.