Глава XVI: ⛧ Новое лицо ✞︎

Сомнительное счастье — быть запертым в теле,

В попытках реализовать все идеи.

И каждый из нас уже Бог, но тот мир,

Что храним в голове, не создать за семь дней.

И когда-нибудь я стану сильнее,

Но не в данной Вселенной, не в данное время…

Deep-ex-sense — I

      Дип фурией мчался по мостовой, молясь, что ноги его приведут в Ад. Он терпел, он страдал, и он устал. Не в физическом смысле, а в моральном. Почему быть добрым порядочным вампиром так сложно? Да уж, действительно, почему же?.. Может, не надо было творить черти что, будучи человеком при власти?       Он резко остановился, влетев грудью в ограждение. Взгляд уперся в спокойную реку, что разделяла город на две части.       — Я потерян и сбит с толку, и разрываюсь между любовью к Васе и ненавистью к себе. Боже, что мне делать? Мне некому высказаться, не с кем поговорить. Меня рвет на части, но мне стыдно признаться об этом кому-нибудь, кроме тебя, Ордо, — Дип протянул руку чуть выше горизонта, робко прося искупления или совета у своего создателя. Темное, затянутое облаками небо смотрело на него, и только фонари горели на мосту, а дальше стояла непроглядная тьма. Может, там и были огни домов, но взор Дипа застилала его собственная мгла и беспомощность. Каждым своим шагом он прокладывал дорогу к добру, но его путь был вымощен неоправданной и ненужной терпимостью ко всему, нытьем и болью. Его настолько угнетало это состояние двухсотлетнего слабака, что он хотел располосовать себе морду, выцарапать глаза и заткнуть свой рот, чтобы снова и снова не оступаться.       — Должен же быть выход, разве нет?! — его слова подхватил ветер, и то ли от него, то ли от слишком ожившего сердца в уголках глаз скопилась влага. — Зачем давать мне второй шанс, заведомо зная, что я его так глупо просру?! Знай, Ордо, все идет совсем не по твоему гладкому сценарию! Сделай уже что-нибудь с Хаосом, иначе весь мир скоро слетит с катушек! Если не мир, то я — точно!       «Сделай что-нибудь с хаосом», — отдалось в голове. И Дип понял этот знак.       Пока не спокоен его ум — неспокойно и все остальное. Он сам строит свой жизненный сценарий, и если у него не получилось вернуть любимую и его веру в него, то тогда он плохо старался. Недостаточно. Спустя рукава. Нужно за Васю другим глотки рвать, а не свое горло — горестными воплями и восклицаниями. Какой стыд — вести себя так древнему существу. Не позорище ли? Нужно действовать быстро: собрать оставшихся людей из прошлого и провести ритуал. После снятия проклятия Вася уже по-другому будет на него смотреть, это точно.       Только знать бы, что это за ритуал.       Дип сжал протянутую ладонь к своему Богу в кулак, зажав в нем всю решимость.       — Любовь делает нас слабее. Несчастная — наверняка. Я больше не позволю сердцу управлять моими логикой и поступками. Я хочу Васю — я ее получу. Но для этого нужно перестать играть в жертву. Я вампир, черт возьми! Я так боялся, что во мне пробудятся отрицательные стороны характера, что совсем превратился в тряпье. Я разберусь с неприятностями на моем пути. Это же смешно — бояться свою бывшую, у которой я украл книгу, чтобы найти Васю. Прикончу ее разом, а Асперу преподам урок за то, что выдал меня. Стоило только передать бразды правления разуму, а не сердцу, так сразу стало ясно, что у меня все схвачено. Главное — не заиграться и попасться в ловушку ума. Я знаю, архиепископ Дип, что кусочек тебя все еще сидит в моем черепе, но ты боишься показываться сейчас, потому что я тебе не поддамся. Но что, если я снова перейду рамки дозволенного? Тогда сансара запустится заново…       Вдруг размышления Дипа перебил дурманящий, аппетитный запах. Он повернулся. По тротуару шла человеческая фигура. С каждым ее приближающимся шагом он все больше утверждался в том, что так безумно пахнуть может только Василиса. Он втянул носом воздух, забивая свои легкие этим ароматом, который настолько вскружил ему голову, что Дип отчетливо почувствовал голод, из-за которого он и вышел из дома. Сейчас он настиг его с большей силой. Вампирская дурь выбила из него все здравые мысли и вопросы: например, почему Василиса оказалась в этом же месте, что и он, и куда она направлялась.       Васина фигура была в нескольких шагах от него. Дип выжидал. Оставалась пара мгновений до того, как он набросится и вцепится ей в шею.       Видимо, бразды правления все-таки были отданы не логике, а инстинктам. Его безумно тянуло к Васе, а он все пытался держаться в рамках приличия, хоть те и весьма подводили.       Она шла в толстовке, накинув капюшон на голову. Спереди торчал провод от наушников, значит, она ничего не слышала и не видела, так как смотрела в телефон.       «Все идешь куда-то. Но каждый раз попадаешь ко мне в руки», — то ли мысленно, то ли шепотом произнес Дип перед тем, как сбить неожиданно обозначившуюся жертву.       Он ударил ее спиной об ограждение. Девичья голова откинулась назад, и наушники отсоединились от телефона и с высоты плюхнулись в реку. Раздался вскрик от страха и болезненный стон. Дип прижал ее теснее, чувствуя, как нечто приятное растекалось по его телу от чужого ужаса. Он схватил ее за волосы, оттянул, чтобы оголить шею.       — Васенька, никуда ты больше не сбежишь. Я сожру тебя… если я вырву твое сердце, то ты полюбишь меня? У тебя не останется выбора, ведь я заберу то, чем ты чувствуешь. А твоя кровь, я уверен, насытит меня на целый век. Больше ты ничего не сможешь мне дать, ведь я ненасытен. Мне никогда не утолить внутренний голод. А мои потребности продолжают расти…       Ровно в тот момент, когда Дип лязгнул зубами и вцепился ей в горло, он почувствовал, как в нос ударил другой запах, совершенно не похожий на Васин. Он был отталкивающим, неприятным, отвратительным. Это была не Вася. Это были зрительные и обонятельные галлюцинации, ибо образ Василисы растаял, и перед ним предстала случайная девушка, совершенно на нее не похожая. Дип испугался всего, что произошло. Он сам до конца не осознавал, чем все это было вызвано.       Он хотел было дать деру, но разбушевавшийся голод не ушел, а продолжал нарастать.       «Что ж, если надкусил — придется доедать. Ее жизнь все равно обречена, а я из-за голода и эмоций совсем с ума сошел», — подумал Дип с человеческим сочувствием. И разделался с ней в два счета, загородив собой от редких проезжающих машин.       Он испил кровь до остатка, а когда тело превратилось в трухлявую мумию, то раскрошил, растоптал и выкинул остатки в реку. Часть осталась лежать грязной пылью на дороге. Отличное избавление от улик даровал некий фермент в слюне вампира, который моментально разрушал обескровленное тело, но достаточное его количество накапливалось только с возрастом вампира. Это вещество быстро рассасывалось, поэтому медэкспертиза вычислить его не могла. Вещи погибшей он тоже без особых размышлений бросил за ограждение.       Когда голод отступил, Дип пришел в себя и осознал случившееся в полной мере. Ему померещилась Вася, и он искренне хотел ее погубить.       — И как я могу действовать, полагаясь на совесть, внутренний свет, если моя оболочка — это тьма? Боже… мне и правда не стоит приближаться к ней, пока я не разберусь с тем, что сидит внутри меня. Ох… надеюсь, не придется ли разгребать последствия прошлой жизни еще лет двести?       Дип перешел по мосту на левый берег, продолжая свой бессмысленный путь. Увидел бар «Приятели-металлисты» и что-то потянуло его зайти туда, хотя сейчас он ни в чем не нуждался, только в ответах на свои вопросы. Он чувствовал, как они зудели у него под кожей, неимоверно бесили и раздражали, вызывая неприятные ощущения. Ему было совершенно некомфортно пребывать в своем теле, будто на оголенные нервы он натянул чужую шкуру.

⛧ ⛧ ⛧

      Когда Дип прикончил несколько шотов (алкоголь на вампиров тоже оказывал влияние, но неблагоприятных последствий было значительно меньше), пустым взглядом обвел скучных, пьяных людей, наткнувшись на пару заинтересованных глаз. Через несколько стульев, слева от него сидел мужчина, с рыжими лохмами на голове и пышными усами. Дипа даже почему-то передернуло от этого незнакомца. Тот смотрел так, будто знал его и вот-вот хотел подойти поздороваться. Холодок прошелся по спине. Мужчина поднялся со своего места и направился прямо к Дипу, с намерением сесть рядом и о чем-то поговорить. И когда он оказался максимально близко, Дип понял, кого он напоминал. Аура, взгляд, поведение, внешность очень походили на черты Марка из их Анаркии.       — Здоро́во, — тот протянул руку, и Дип быстро ее пожал, кивая в ответ на приветствие.       «Я не мог ошибиться. Мое чутье привело меня сюда. Неужели он помнит меня?»       — Сумасшедший денек у меня выдался. Раскритиковали мое стихотворение на встрече писателей, девушка из меня веревки вьет… Вот, пришел расслабиться. Знаете, люблю такую музыку, даже сам бы хотел создать музыкальную группу, — мужчина замолчал, покачивая головой в ритм. — Извините, увидел в вас того, кто может понять меня. К вам тоже сегодня судьба повернулась задом?       Дип усмехнулся, отставив от себя пустую стопку. Попросив бармена повторить, ответил:       — Знаете, а вы хорошо замечаете детали. Только ко мне судьба передом и не поворачивалась, — еще один смешок, почти истерический. — Поверьте, из-за критики людей переживать не стоит. Если это не близкие люди вам говорят. А девушка… хах, я здесь явно не эксперт. В прошлом я был намного сквернее по характеру, поэтому не могу ничего требовать от своей… дамы сердца. Кажется, я бы все ей простил. Даже если она воткнет мне кол в сердце.       Мужчина задвигал усами, пряча в них то ли смех, то ли удивление.       — Какие у вас метафоры интересные. Ладно, нож в сердце, но кол! Вы, случайно, не поэт?       — Нет, — отрезал Дип. — Я обычный преподаватель кафедры русского языка, так что отчасти вы правы, есть за мной грешок такой — говорить по-дурацки. Знаете, ужасная работа — слишком много думать и делать этим жизнь себе гораздо сложнее. Как правило, я не такой коммуникабельный, просто мысли сейчас вперемешку. Период в жизни тяжелый. А, кстати, я — Анатолий.       — Толя, — кивнул мужчина. — Мы же не в официальной обстановке все-таки. А я Марк.       Дипа передернуло во второй раз. Он посмотрел собеседнику в карие глаза, пытаясь понять, а понимает ли тот, что происходит.       — Да ну? — Дип одним махом плеснул в себя новую порцию алкоголя и выдохнул. — Знаете, вы напоминаете мне одного знакомого…       — Все может быть, — улыбнулся Марк. — Кстати, о знакомых. Одна моя подруга собирает что-то вроде светского раута, и просит меня приглашать туда интересных людей. Уже поздно, у меня, к сожалению, нет много времени поболтать, но я уже вижу, что вы интересная персона, так что держите. Если захотите отвлечься от своих проблем — приходите.       Марк протянул бело-голубую бумагу, и на его лице застыла какая-то странная эмоция, когда Дип начал читать:

«В ваших руках приглашение на бал V. Будем ждать именно вас ХХ.ХХ в 21:00. Адрес: Крестная 13Б.

С уважением, мисс К.»

      — Такое ощущение, что меня зовут в какую-то секту, — скептично ответил Дип.       — Нет, все весьма цивилизованно. Но, как говорится, доверяйте, но проверяйте. А я пойду, а то мне завтра на работу, вставать хоть и не с утра… В общем, до свидания!       Марк торопливо поднялся и исчез в танцующей толпе. Дип машинально поднес приглашение и вдохнул. Бумага пахла до боли знакомыми духами.       «Канима. Ну, кто бы еще меня стал приглашать на какую-то чушь? Нашла и завербовала Марка, значит?.. Бесишься, что не ты главная героиня книги? Что ж, я, конечно, приду на твой детский утренник и узнаю, что ты задумала, а затем вычеркну из жизни, когда пойму, что ничего ценного ты из себя больше не представляешь. Осталось найти только Аббу. Но наверняка ты и его нашла — всю работу за меня сделала, какая ты молодец!.. Но на что ты надеешься? Хочешь меня убить или чтобы я был с тобой? В любом случае, твоя мотивация смешна, а то, что Аспер так легко сдал меня тебе, еще смешнее. Но ничего. Я обыграю и Хаоса, и всех его посыльных».

***

      Василиса продолжала жить и ходить на пары. Мирослава, когда вернулась от Вани и Андрея, как-то притихла и стала еще более загадочной. Хоть Вася и знала ее тайну, Мира не торопилась раскрывать подробности ее разговора с Ваней. Она лишь нехотя ответила, что посвятила его в «клуб книголюбов» (сказано с иронией), и он в курсе всего происходящего. Теперь в список, кто знал об этом, входили: Дип, Вася, Мира, Дима, Слава. Ваня Евстигнеев, Ваня Светло, Андрей. Оставались: Абба, Марк и Алиса. Правда, Алиса была под вопросом, ибо Дипу она никоим образом не противостояла, но зато была дамой аж двух сердец.       Мирослава снова отстранилась от Васи, в вузе они общались только по учебе. Василиса не задавала ей лишних вопросов, понимая, что подруга была загружена чем-то другим. И подозрения ложились или на Славу, или на Ваню, либо на обоих. Поэтому Вася, не желая приближаться ни к Диме, ни к Дипу, снова осталась одна, наедине с собой.       Дипа замещал другой преподаватель. А когда от студентов посыпались вопросы по поводу пропажи Анатолия Семеновича, то им ответили, что тот взял больничный. Вася, услышав это, заволновалась, что с ним что-то случилось. Она даже написала ему, но сообщение почему-то осталось непрочитанным, а на звонок не решилась. Честно говоря, Вася почувствовала облегчение, когда тот исчез, ибо весь этот спутанный клубок прошлого давил ей на плечи. Она не знала, что от нее требовалось, а другие не объясняли, только совершали импульсивные поступки. Интуиция подсказывала ей, что доверять кому-то на сто процентов нельзя, потому что все были со своей херней в голове.       Вася смогла отвлечься от мистического прошлого и переключиться на реальную жизнь, так как ей позвонила бабушка, сообщив, что приедет к ней из деревни в город, чтобы проведать ее и обследоваться в клинике. Василиса обрадовалась этой новости, предложила ей поселиться в общежитии (она хотела договориться с администрацией, чтобы ей выделили свободную комнату).       Встреча с бабушкой прошла очень тепло. Баба Надя согласилась пожить в общежитии эти пять дней, ей предоставили комнату на этаж выше. Вася проводила с ней свободное от учебы время, съездила за компанию в больницу, чтобы бабушка не потерялась в городе.       Баба Надя нажарила пирожков на кухне и накормила не только Васю, но и голодных студентов, что ошивались неподалеку, почуяв манящий запах жареного. В последний вечер до отъезда бабушка и внучка сидели в комнате, пили свежесваренный кофе и разговаривали. Баба Надя в который раз рассказывала истории о том, как в молодости ее пытались добиться ухажеры:       — … представляешь, до самой станции за мной пешком шел! А обратно, когда провожал, мы шли мимо железнодорожных путей, там кусты еще такие высокие росли. Так он толкнул меня туда и хотел было поцеловать, а я ка-а-ак укусила его за подбородок! Ох, ты бы слышала, как он визжал и говорил, что я с ума сошла. А другому я туфлей зарядила по голове. Такой каблук тяжелый был, формы трапеции, так я сняла с ноги и н-н-а-а-а ему! Вот такая у тебя бабушка боевая была. А потом встретила твоего деда, такой вредный был, царство ему небесное…       Вася, улыбаясь, слушала. Потом баба Надя спросила:       — А ты, внучечка, не нашла жениха? А то я давно спросить хотела, думала, сама расскажешь.       — Нет, — холодно отрезала Вася. — Сейчас женихи не те пошли. Хотя… когда они были «те»? Не думаю, что кому-то можно довериться. Те, кто проявлял ко мне внимание, были очень странными…       — Зато у тебя подруга хорошая есть. Мне так понравилась Мирочка, хорошо, что ты ее на летние каникулы в гости к нам пригласила. А она как поживает?       — Нормально, занята только. А если ты про ее жениха спрашиваешь, то там тоже все сложно… Мира сама по характеру вредная и где-то перегибает палку, так что…       — Ничего, на каждую пластинку найдется свой ценитель. Вижу, ты переживаешь о чем-то? Грустная какая-то.       Вася пожала плечами.       — Не знаю, вроде нет. Просто устала немного от учебы.       — Ничего, скоро Новый Год, ты хоть приезжай ко мне на праздник. И родители тоже должны приехать. Все работают, работают, а тебя совсем забросили, может, тебе и грустно поэтому?.. мне порой бывает одиноко, хорошо, что сейчас есть телевизоры и телефоны, так хоть можно с внешним миром связаться.       Вася кивала, минимально поддерживая диалог. У самой на сердце стало тяжело после того, как бабушка отметила ее грусть. Внутри была беспричинная паника, будто вот-вот что-то произойдет. И это ощущение было с ней все чаще и чаще.       На следующий день в одиннадцать часов утра Вася проводила бабушку на автовокзал. Когда они вышли с метро, промоутер вручил ей какое-то объявление. Она машинально смяла бумажку и сунула в карман пальто. Только вернувшись в общежитие, Василиса вытащила телефон и случайно выронила бумажный комок. Развернув его напоследок перед тем, как выкинуть, Вася прочитала содержание и внутри все похолодело.

«Василиса! В ваших руках приглашение на бал V. Будем ждать именно вас ХХ.ХХ в 19:00.

С уважением, мисс К.»

      Тут она вспомнила, что промоутер, отдав ей эту бумагу, сразу скрылся в неизвестном направлении. Значит, кто-то намеренно следил за ней. Кому она нужна?       — Бал V — это бал вампиров? Интересно… И что за мисс К. такая? — Вася зависла с бумажкой в руках около мусорки.       Дверь распахнулась и в комнату вошла Мирослава.       — О, привет. Где была?       — Да в магазин ходила, — Мира поставила на пол пакет с продуктами.       — Зачем?       — Тебе поесть что-то купила. А то пирожки твоей бабушки кто-то сожрал.       — Это она всех угощала. Спасибо. А сама почему не зашла поздороваться?       — Да не знаю, что-то голова другим была забита, — пожала плечами Мира.       — Понятно. У тебя все нормально? А то опять начала пропадать.       — Нормально. Разберусь.       — Не хочешь мне говорить, потому что я не такая, как ты?       — Нет, с чего бы? Вась, я не хочу тебя грузить еще своей херней. Тем более, это касается отношений, так скажем.       — Ну, я догадалась… А ты не знаешь, куда Дип делся?       — Ты уже спрашивала. Нет. Я за ним не слежу. Наверное, решил дать тебе воздуха и залечь на дно.       — Какой он тактичный стал, в отличие от…       — А у тебя там что? — Мира указала на смятое приглашение.       — А? Да так, мусор, — Вася порвала бумагу и выбросила.       «Раз Мира скрывает от меня свою жизнь, то я тоже буду. Нужно узнать, кто на меня вышел и кому я вообще понадобилась. Возьму с собой серебряный нож. В этот раз я сама позабочусь о себе, и меня никакому Дипу не нужно будет вытаскивать из задницы, даю честное слово».       Дату и время она запомнила.

✞︎ ⛧ ✞︎

      Мирослава вытащила пачку «Уинстона», после того, как потратила около часа на то, чтобы посвятить Ваню в происходящий пиздец. Они скурили ее на пару, при этом молча и смотря в разные стороны, чтобы не пересекаться взглядами.       — Почему я? — спросил Ваня, стряхнув с сигареты пепел. — Вы вампиры, наверное, это круче и проще, чем делить тело с демоном, который даже не мой. И как он ко мне прицепился?.. Бред какой-то.       — Может, ты самый уязвимый из всех нас?       Ваня фыркнул и от небольшой обидки закусил губу.       — Я? Дима гораздо больше похож на «уязвимого». Бегает за Васей, как в жопу ужаленный, бухтит, ничего толком не делает. Да, раньше он убивал вампиров, а как мы здесь оказались, то нифига не делает. Митро, кажется, забил на нас, видимо, мы совсем в его глазах дебилы, и охотники по факту дебилы, а не какие-то крутые челы.       — Конечно, — улыбнулась Мира. — Ваша роль в этой жизни нужна была только для того, чтобы усложнить наше сближение. Имею в виду, всех нас. Так что на роль охотников можно забить. Лично для нас они никакой угрозы не представляют, тут Аспер за ними следит. А на вас он внимание не обращал, потому что вы ничего из себя не представляете. Все это знают, и Митро в том числе.       — Эх, все-таки мои догадки верны. Всю свою жизнь я занимаюсь какой-то херней. А НЕ херней заниматься не могу, так как я не в полной мере отвечаю за себя. Вечно веду себя как тормоз, и меня это бесит. Будто заразился от Димы и превратился в тупоголового барана.       — Неправда. Мне кажется, ты сам такой по натуре. Раньше был бравым рыцарем, любящим веселье и выпивку, а сейчас ты в ловушке, пусть не дракона, но демона. И кто-то должен тебя спасти. Сам ты не справишься, но зато у тебя есть мы.       — Да, и каждый в чем-то ебанутый, — покачал головой Ваня, затягиваясь последней сигаретой. — Про Диму я уже сказал, теперь про Дипа. Я плохо его знаю, но по его прошлому можно сделать вывод, что он самый-самый мудак.       — Ну нет, он полная противоположность себе из прошлого. Это при условии, если из него ничего не вылезет. Будем надеяться, что какой-нибудь архиепископ Дип не покажется наружу, — хмыкнула Мирослава.       — Допустим. Но раз ты говоришь, что он не может устаканить отношения с Васей, значит, она чувствует в нем что-то плохое. Кстати, о Васе. По твоим рассказам и цитатам из «Анаркии» я не заметил, чтобы Василиса как-то бы изменилась. Она вообще странная… напуганная как будто всегда.       — Да, мы все такие, исходя из того, в каком мы положении. А Вася в прошлой жизни вообще из другого мира, так что не мудрено. Я уже всех, кто связан общим прошлым, воспринимаю как родственников. Каких-то как близких, каких-то как очень дальних и не очень приятных, но все же родственников. Даже от Димы мы откреститься не можем, пока мы все не спасемся от нашей ноши.       — Мда-а, — Ваня растоптал бычок и усмехнулся. — Если бы эта «Анаркия» была художественной литературой, то я после прочтения сразу бы поинтересовался, что курил автор.       — Вообще-то, это я написала книгу. О нас заботилась. И ничего не курила.       — Вижу, ты реально заботливая. Печешься обо всех. Вот тебя бы я не стал нарекать долбанутой. Если честно, ты меня сразу заинтересовала… Блин, а ведь еще спалился перед тобой тогда перед общагой, а ты свое кольцо обронила. Специально?       — Не буду отвечать на вопрос, пусть будет интрига. А насчет «долбанутой» ты не торопись, слишком мало знаешь меня в этой жизни. Может, твое мнение еще поменяется, — Мира загадочно улыбнулась, потом засмеялась. — Осталось найти твою Алису. Будем надеяться, что в этой жизни она не проститутка.       — Эй, а мне обязательно быть с ней в этой жизни? — нахмурился Ваня. — Тогда у меня было мало мозгов. Сейчас не хочется связываться с кем попало.       — А если она красивая и в твоем вкусе?       — Она уже не в моем вкусе.       — Почему?       — Потому что передо мной уже стоит «мой вкус», — хмыкнул Ваня, неоднозначно посмотрев на Миру. Потом он что-то вспомнил и его взгляд поменялся. — Так… ты же и сейчас со Славой встречаешься?       Мирослава заторможено мотнула головой.       — Нет, я его бросила. Сложные у нас отношения были. Знаешь, мы живем в такой ереси, что даже разбираться и копаться не хочется. Ни в себе, ни в людях. Я устала, хочется, чтобы все было «просто». Когда-то оно наступит, если мы, конечно, поймем, как это сделать.       — Понимаю. Я на деле тоже простой, пусть и закрытый. Оговорка, я был бы простым, если бы не эта херота внутри, которая может пробудиться в любой момент.       Мира задумалась, потерев свою щеку.       — Вот думаю: сделать ли мне простой шаг? Или он усложнит все еще больше? Просто давно хотела кое-что проверить… — Мира осторожно посмотрела на Ваню из-под длинных ресниц.       — Мне кажется, своими размышлениями ты уже все усложняешь. Но если ты хочешь убить меня, то я буду только рад.       Мирослава рассмеялась.       — В смысле? Это шутка? Бывший охотник, у которого было ноль реакции на то, что я призналась, что вампир, чуть ли не предлагает себя убить?       — Не предлагаю, а даю разрешение. И да, возможно, это постирония. Я сам не понял.       — Ясно. Но не думаю, что нам можно убивать кого-то из тех, кто связан с «Анаркией». Не даром же большинство из нас вампиры.       Ваня пожал плечами.       — Кажется, мы ушли вообще не туда.       — Да, и все усложнили еще лишней порцией разговора.       — Так что ты хотела сделать?       — Уже не хочу.       — Тогда это сделаю я, — Ваня уверенно, пусть и во взгляде таилась робость, подошел к Мире, приобняв, поцеловал в губы. Мирослава довольно простонала, прижавшись к нему. Спустя несколько секунд он отстранился. — Все нормально? Просто не знаю, насколько можно распускать руки, я же шастал по лесу и весь в грязи… Не самое приятное впечатление будет, если я продолжу тебя целовать.       — Да плевать. А как еще приручить дикого зверя? — пошутила Мира и прижалась к Ване, чувствуя его тепло. — Потом пойдем и помоем тебя в бане. И займемся там тем, что либо усложнит, либо упростит нам жизнь.       Мирослава впилась в его губы, толкнув к стволу дерева. Он тут же вспыхнул, забыв о своих переживаниях за внешний вид, ответил взаимностью, стискивая Миру в руках, прижимая к себе еще ближе. Она шумно втянула носом воздух, почувствовав его возбуждение.       Они долго целовались в лесу, обезумев от желания, чуть не начали раздеваться, но Ваня остановился, пусть и с трудом.       — Надо все-таки в баню, — заключил он, со смущением глядя на Миру. Он не верил тому, что происходило.       — Блин, ее еще топить, — со вздохом сказала Мирослава.       — Все будет. Главное, чтобы Андрей потом впустил меня в дом. А то придется спать в бане.       — Тоже нормально. Не переживай, я поговорю с ним. Придумаем что-нибудь. На цепь тебя посадим, если что.       Ваня хмыкнул, обвил Миру за плечи, и они пошли к дому.       Андрей впустил их, но сказал, что с Ваней кто-то должен остаться на ночь, чтобы присмотреть. Несмотря на выдвижение своей кандидатуры Светло, который не спал и ждал, пока они вернутся домой, остановились на Мире. Ваня Светло же больше бесил Евстигнеева, чем действовал успокаивающе. А вот с Мирой они уже знали, чем можно заняться вместе.

⛧ ✞︎ ⛧

      Дима был без понятия, что делать. Он одновременно винил себя за настойчивость и за недостаточную уверенность. Он будто хотел усидеть на двух стульях: не сильно давить, но и не отступать. Верная стратегия была все еще не найдена. Он не хотел ждать, заслуживать доверие, в его голове жила идея, что ему нужно как можно быстрее быть с Васей. Во-первых, Дима ее любил, пусть сумбурно и неумело, но любил. Да, возможно, эгоистично. А Дип вообще что попало творил в прошлой жизни, и что теперь, тому можно, а ему нельзя? Во-вторых, Дима хотел победить Дипа сначала в этом плане, а потом в физическом. К нему тоже тянуло, но противоположным чувством — ненавистью. Дима думал о том, что проще всего его будет убить тогда, когда он станет смертным человеком, а значит, нужно будет дождаться снятия проклятия ритуалом.       Знать бы еще, что это за ритуал такой.       Чтобы отвлечься и подумать о том, что делать дальше, Дима решил съездить проведать Ваню. Пока он шел до метро, его посетила мысль купить машину. Последнюю он разбил, когда охотился за вампиром два года назад. После этого он решил, что будет лучше выслеживать и догонять на своих двоих или заказывать такси, чем бить в дурацкой погоне автомобили. Тем более, это не «Форсаж» с перестрелками на машинах, а тайное выслеживание и нападение из-за угла в большинстве случаев.       Теперь, когда работа больше не сдерживала его, Диме захотелось иметь свою машину. Он начал мысленно подбирать варианты, идя до метро. Но неожиданно его окликнули:       — Молодой человек!       Дима обернулся и увидел девушку в темных очках с голубыми волосами до поясницы. Он удивленно приподнял брови и спросил:       — Что такое?       — У меня нет времени долго с вами беседовать, но здесь все написано. Я знаю, кто вы и что вам поможет в сердечных делах. А еще я тоже хочу насолить Дипу. Так что приглашаю вас это осуществить. Держите, — она сделала несколько шагов к нему на высоких каблуках и протянула сложенный вчетверо листок.       Дима рассеянно его взял, и когда та ретировалась, развернул:

«Дмитрий! В ваших руках приглашение на бал V. Будем ждать именно вас ХХ.ХХ в 18:00. Адрес: Крестная 13Б.

С уважением, мисс К.»