Часть 6

- Я думал вы умнее, - раздавшееся справа, низким, бархатным голосом, заставляет Катерину сбиться с шага и замереть. "Нет, нет, нет, только не он!"- отчаянно бьётся в голове. Пушкарёва поворачивает голову и да. Вселенная осталась глуха к её мольбам. Подпирая собой стену соседнего здания стоит Воропаев, собственной персоной. Стоит. Курит. Смотрит на Пушкарёву с некой долей ехидства и с чертовски обаятельной улыбкой на лице. - Катя! Катя! Да подожди же ты! - гремит голосом Жданова из-за угла. Катя не успевает среагировать, только мозг успевает зафиксировать картинки, словно стоп кадры. Кадр - недокуренная сигарета летит на землю. Кадр - Воропаев хватает её за руку, тянет на себя, одновременно разворачиваясь, закрывая её своим телом от окружающего мира. Кадр - Катя впечатывается спиной в стену, прижатая крепким телом Александра, если бы не его рука на её затылке, голову она себе бы разбила. Кадр - Она не успевает даже охнуть, как он накрывает её губы в поцелуе с горьким привкусом никотина. А потом мозг перестаёт что-либо соображать. И последние месяцы тщательной работы над собой, все логически обоснованные доводы говорящие в пользу дистанцирования от этого мужчины - летят к чёрту. К чёрту всё. Тело действует на автомате, руки сами забираются под полы расстёгнутого пальто, обнимая такое желанное тело за талию, прижимаясь к нему всё ближе. Сколько длится их поцелуй? Ей кажется целую вечность. Господи, оказывается вечность это так мало. Когда Воропаев внезапно отстраняется, Катя слышит свой разочарованный стон, словно со стороны. - Катерина Валерьевна, ну не здесь же. - улыбаясь, шепчет он ей. "О чём это он?"- думает она, пока он не оттаскивает её руку, фактически вцепившуюся в пряжку его ремня. Когда до неё наконец доходит, она готова провалиться под землю от стыда. Этож надо посреди улицы, едва не стянула с него штаны. Боже, как же стыдно. Катя прячет лицо у него на груди. - Кажется ваш неудавшийся кавалер наконец нас покинул. Пойдёмте. - Куда? - Отвезу вас. - ухмыляется он, показательно заправляя футболку обратно в брюки. "И когда только успела?" - мелькает в её голове. - Куда? - голова всё ещё отказывается работать. - Домой, Пушкарёва. К вам домой. Ну, теперь пошли? - указывает он в сторону стоянки, находящейся в паре сотен метров от того места, где они стоят сейчас. Пока они молча идут к машине, Пушкарёва вспоминает последние несколько месяцев. Выворачивать душу наизнанку оказалось не легко. Посмотреть на себя, свои поступки со стороны было довольно познавательно. В общем Катя начала учиться смотреть на мир более адекватно. Заново оценивая чужие слова и поступки. Частенько всё это было довольно болезненно. Особенно когда разговор заходил о родных. Но чего у Пушкарёвой не отнять, так это ослиного упрямства. Своё отношение к Воропаеву она тоже довольно долго разбирала. По-началу в голове была такая каша. Ядрёный коктейль молотова из страха, вожделения, уважения и любопытства, но страха, страха и ожидания агрессии с его стороны, было больше всего. Так что понять что-либо было просто нереально. Со временем страх отступил, сменившись любопытством. Любопытство нарастало постепенно - а какой он? И эта мысль всё чаще не давала покоя. А ещё сны. Чертово вожделение. У неё ведь отличная память. И Катя помнит, помнит как он доводил её до оргазма каждый раз той ночью. А теперь всё это вылилось в сны, после которых мама частенько будила её. - Катюш, тебе снова кошмар приснился? Ты так стонала. - а у неё между ног мокро от этих "кошмаров". А потом всё стало ещё хуже, стоило им оказаться на одной территории, как она залипала на его руках, вспоминая, как он крепко держал её за горло, четко контролируя каждый её вздох. И теперь стоило им встретиться взглядами, как начинало казаться, что она ощущает его пальцы на своей шее буквально. И каждый раз после встречи, она шла в туалетную комнату, долго всматривалась в собственное отражение, в попытках найти отпечатки его пальцев. Тех, которых там не было и быть не могло. Поэтому она решила, как говориться клин клином вышибать. И начальник находящийся в шаговой доступности, ну чем не вариант. Тем более, объект вожделения временно пропал с радаров. Так что Катя с истинно Пушкарёвским упрямством взялась за исполнение своего плана. Она чётко и ясно для себя расписала почему с Воропаевым ей ничего не светит, а значит нужно переключиться на кого-то другого. И Жданов неожиданно ставший проявлять к ней знаки внимания пришёлся как нельзя кстати. Сомнений в том, что у него это большая и чистая Катя не испытывала, но любопытство. Её неуёмное любопытство:- ну зачем? Почему? Неужели настолько не доверяет? Если да, то до чего он готов дойти? И Катя решила подыграть. Нацепила маску влюблённой дурочки, да так хорошо, что сама едва не поверила. А ещё эта игра, наконец помогла выбросить Воропаева из головы. Помогала, до сегодняшнего дня. А теперь всё снова катилось к чёрту. Воропаев надо отдать ему должное, повёл себя как джентельмен. Ни словом не обмолвившись о её выходке, довёз до дома. Сдал с рук на руки обеспокоенным родителям, выдав им удобоваримую версию её задержки и уехал, оставив Катерину в полном смятении. Он ведь её поцеловал, сам, первым. Да что ж всё так сложно? А на следующий день Колька проболтался, что знаком с Воропаевым и судя по его поведению знаком хорошо. Вот только откуда?