часть 10 «саспенс»

      Это все походило на сюжет гребанного триллера. Какой-то отличный режиссер снимал фильм, строя свое творение на настоящих переживаниях. Варвара в нем была одновременно главной героиней и единственным зрителем, испытывающим состояние тревожного ожидания и беспокойства.       Вот уже неделю от Ракитина не было никаких известий. Ни звонка, ни сообщения, что с ним все в порядке, что он жив. Гордеева плохо помнит, как судорожно, неаккуратно припарковала машину возле больницы, перегородив несколько другим автомобилям путь. Она не может вспомнить, в какой момент парень перестал отзываться. Варвара никак не припоминает, как кричала в холле, что он умирает.       Но она помнит, как рыдала, когда приехал его друг, Мирча, кажется. В памяти намертво отложились воспоминания, как ехала в чужой машине, до боли кусая нижнюю губу, понимая, что это долгожданный конец. Это всё? Свобода пришла, но Варе легче не стало. Всё осталось также. Солнце светило ярко, птицы пели по-прежнему звонко, но легче не стало. Стало только хуже.       Гордеева и подумать не могла, что будет надеяться увидеть его сообщение, когда включает телефон. Так сильно хотела избавиться от навязчивого парня, как не заметила, что стала частью его помешанного мира. И теперь, когда все стало на свои места, Варя по-прежнему не чувствовала свободы. Ракитин так крепко засел в голове, что думать о ком-то другом было неправильным. — Варь, ты не виновата, что так вышло. Он заслужил этого. — Гриша шептал, с трепетом в сердце ощущая, как дрожит тело подруги. — Как ты можешь так говорить? — девушка злостно дергается, хмуро глядя заплаканными глазами на встревоженного парня. Он примолк, легонько прикусывая язык. Тяжело подобрать слова, когда не понимаешь, что творится внутри этой дамы. Ляхов искренне не понимает, почему она плачет. Сильно испугалась или боится за этого урода? Второй вариант колко режет где-то глубоко внутри. Такого не может быть, Гордеева так сильно настрадалась за последний месяц, что смерть этого уебка звучит, как подарок свыше. — Никто не заслуживает смерти. — Даже такие, как он? — «Тем более, как он» — слова, чуть не вырвались из уст девушки, но она сдержалась, понимая, как абсурдно это звучит. Ракитин сделал мало хорошего, только уничтожал всё светлое в ее мире, затмевая ясное небо темными тучами. Парень делал больно ей морально, избил Гришу, а она сейчас сидит и жалеет его, оправдывает, приравнивает к обычным людям. Обычные люди так не поступают. Этого добивался Ракитин, что даже после своей смерти, она будет страдать, только уже по нему? Всю боль, что он причинил, все слезы, что она выплакала, весь ужас, что он говорил и делал, невозможно было оправдать. — Варь, ты только недавно молилась, чтобы он от тебя отъебался. Что изменилось?       Что изменилось? Ракитин не изменился, даже в последний момент, он делал больно. Не извинялся, не просил прощения, не пытался объясниться. Действовал так, как делал до этого. Получается, изменилась она? Варвара трясет головой. Такого не может быть. Она ненавидит его так сильно, что нет сил кричать. Почему же тогда больно? И эту боль девушка причиняет сама себе, когда раз за разом вспоминает голубые глаза. Такие чистые, невинные, светящиеся от чувств, переполнявшие его в то мгновение. И Варя не могла знать, что это было. Возможно, он вспоминал о семье, о родном доме и близких, или в голове проносились самые счастливые моменты. Гордеева не знала, и честно, знать не хотела. — С чего ты взяла, что он вообще умер? Ты себя накрутила, теперь мучаешься. — девушка уже думала об этом, но почему то, отказывалась верить в очевидное. Если бы Ракитин умер, то ей бы обязательно сказали? Но никто не писал, и Артем ничего не говорил, значит это не так? — Ты прав. — почему-то думать о том, что он умер, было легче. Казалось, настрадавшись сейчас, станет легче потом. Через тучи скорби и душевной боли пробирался лучик надежды, и Варвара верила, где-то в глубине себя, что все наладится. Мир вокруг расцветет прежними красками, в воздухе почувствуется запах жизни, и Гордеева сможет снова задышать полной грудью. Варвара за пару месяцев забыла, какого это ощущать жизнь  так ярко, без бессонных ночей, слез и без него. — Я себя накрутила, все, наверное, хорошо. — и комната погрузилась в тишину, такую привычную, что девушка не испытывала от нее неловкость, что не скажешь о Грише. Парень сидел, кусая щеку изнутри, тщательно перебирая слова в голове, строя их в предложения, потом меняя, и так по кругу. Нужных слов не находилось, а Варвара, казалось, они и не нужны.        Сквозь неплотно закрытые шторы пробивался одинокий луч закатного солнца. А что если?… Варвара резко подскочила, за пару шагов преодолевая расстояние от кровати до окна. В голове неприятно потемнело и поплыло, ноги слегка стали ватными, но Варя одним движением распахнула шторы, впуская свет в комнату.        На детской площадке резвились дети, их мамочки же заняли все лавочки, активно сплетнячая между собой, они даже не обращали внимание на своих чад. Неподалеку разместилась компания подростков. Ребята задорно смеялись, совсем не замечая, какими недовольными взглядами их окидывала одна из мамочек. Варя быстро потеряла к этой картине интерес. Ее взгляд наконец-то зацепился за парковку, и она жадно, будто бы надеялась кого-то увидеть, рассматривала каждую машину. Но той самой не было.  — Варь, ты чего? — раздался слева голос. Гордеева даже не дернулась, когда Гриша встал рядом. Слишком близко. До появления Ракитина в ее жизни, Варвара никогда не обращала внимание на излишнюю тактильность друга, но сейчас  это напрягало. Отрицательно помахав головой, девушка слегка шагнула в сторону, с забавой представляя, какую картину мог бы лицезреть Егор. Чтобы он сделал, увидев, как Гриша, ничего не подозревая, кладет руку ей на плечо, вкладывая в этот жест максимальную поддержку, ведь нужных слов не находит? Возможно бы начал звонить, угрожать в трубку. Или поднялся, тарабаня в дверь, придавая каждому ударю большую силу. Варвара знала одно - любой из исходов не дал бы ничего хорошего. Только слезы, обиду и чувство униженности. — Мы с Ангелиной по по-прежнему пытаемся найти информацию, пока результаты маленькие, но все же лучше, чем ничего.  — Гриш! — скинув с плеча мужскую руку, Варя отошла, ложась на кровать. — Хватит искать того, чего нет. Егор и Артем партнеры по бизнесу. Мой брат никак не может быть связан с «криминальной деятельностью». Это даже звучит смешно. — и она улыбается, но на душе нихуя не смешно. — Я тебя прощу, не лезь туда, куда не стоит. — Варя цепляется глазами за поникшего парня, взглядом умоляя прекратить это дело, потому что внутри что-то неприятно скребло. Оно вырезало на легких острым когтем слово «опасность». И Варвара чувствовала, чем больше Ляхов лезет в чужие дела, тем глубже становится его могила. Гордеева ясно осознает — им придется лечь вместе.        Варя готова молить богов, чтобы Ляхов потерял интерес к ней. Чтобы отстал, забыл ее номер, лишь бы сохранить его жизнь в безопасности. Гриша же уверен, что, если погибать — так руку об руку. Его душит ощущение бездействия. Будто ответ был перед глазами, но как не напрягая их, Ляхов не видел его. Это чувство не давало покоя. Егор Ракитин с ног до головы покрыт тайнами, разгадав которые, Гриша мог бы получить самое главное — свободу Вари.  Его Варвары.        Кулаки сжимались до белых костяшек, так сильно Ляхову хотелось въебать Ракитину. От одной мысли, что этот уебок сдох, как подстреленная псина, на душе становилось  так сладко, будто медом помазали. Но разгоняя эти идеальные розовые облака, Гриша ясно понимал - такие, как Ракитин, не умирают легко.        Он вернется. И эта мысль, как грузик, подвешенный к сердцу, тянула здравый разум прочь из головы, занимая главное место в черепной коробке. Вернетсявернетсявернется — Уйди, пожалуйста, мне хочется побыть одной. — Варя хочет послать его матом, да что там говорить, она бы покрыла парня с ног до головы оскорблениями, лишь бы он ушел и не возвращался, не помогал, ведь Гордеева поможет себя сама. Но Ляхов, будто чувствуя все желания подруги, подходит и делает наоборот. Этот сукин сын дает ей чувство быть нужной. Для него.        Варвара искренне не хочет этого. Она знает, что это зыбучие пески, выбраться из которых нереально. Это чувство засасывает с головой, легкие переполняются, разрываются, и в итоге все ведет к одному. Варе проще одной, не чувствуя страх за кого-то. Но сейчас, когда ее голова на его плече, все колкие слова улетучиваются. Гордеева прикрывает глаза, с треском в сердце понимая, лишь бы это закончилось быстрее, и это не про теплые объятия Гриши.        «Я же сильная?» — Варя упирается, первая вырываясь из рук парня, ощущая, что, если Ляхов сейчас не покинет этот дом сейчас же, то она не сможет и дня прожить без этого чувства нужности. «Я сильная».        Уходя, Гриша ощущал, как внутри выкорчевались все чувства.        Смотря, как уходит Ляхов, Варя понимала — она соврала.

***

— Брат, я все понимаю, но впутывать мою сестру, это последнее, что бы хотелось сейчас сделать, — в трубке слышится рванный смешок, — я уверен, есть другие пути решения, но… Она обычная девочка, я не хочу окунать ее в это дерьмо!  — Поэтому ты пальцем об палец не ударил, когда узнал, что Ракитин на нее глаз положил? Или он чем-то лучше нас? Может украл меньше или убил?   — Я все понимаю, но это лишнее. Варвара не виновата.  — Мне поебать, или ты забыл о нашем договоре? — Артем кивает сам себе, молча соглашаясь, — Вези ее сюда.  — Нет! Я не повезу ее в твой блядушник.  — Как скажешь. Тогда сестренку привезут без твоего ведома, и не факт, что по дороге с ней ничего плохого не случится. — Депо сжимает зубы до скрипа, выкидывая сигарету куда-то за перила балкона.  — Понял, скоро будем.        Артем первый сбросил вызов, мечтая выкинуть телефон следом за сигаретой. Только, какая разница? Все равно ничего не поможет. Шатохин устал. В последнее время жизнь пиздила со всех сторон, а он не успевал уворачиваться. Курьеров стали ловить чаще, несколько лабораторий накрылось, и все проблемы, как снежный ком, накатывались на голову парня. Еще и группировка Тейпа вышла из состава. «Ах, точно, это же я его выгнал». Этот необдуманный поступок, вызванный сильным порывом агрессии, нанес очень большой удар по ЯнгРаше. Состав потерял большое количество участников: химиков, толковых кураторов, да и просто умных парней, которые делали свою работу на благо группировке. С уходом Ракитина образовались огромные дыры, и как бы Шатохин не крутился, какие бы меры не предпринимал, у него не выходило заткнуть их. За пару лет сотрудничества они вдвоем смогли построить империю, которая сейчас рушилась на глазах. Еще и Сименс со своим желанием отомстить за брата… Шатохина все заебало, он уже и не помнит, когда нормально высыпался, не строя пути решения проблем в голове. Руки заметно опускались, но выбора не было. Артема эта дыра засосала давно, и даже разрушив все, он не смог бы выбраться. Оставалось только заделывать дыры, забив хуй на свои собственные раны на душе.       Осторожно прикрыв балконную дверь, Артем вышел на кухню. На улице стояла глубокая ночь, а он еще ни разу не прилег отдохнуть. Сегодня еще один день, когда ему предстоит разгребать это дерьмо, усугубляющиеся с каждым часом. Только теперь ему предстоит втянуть того человека, который и близко не должен стоять с его миром, полным опасности и грязи. Шатохину погано на душе, но он ничего не мог сделать. Что-то кричало внутри, так отчаянно и жалко, что Артем старался, предупреждал сестру не встречаться с Тейпом, но этого было мало. Зависнув на проблемах ЯнгРаши, Депо проебал момент, когда Варвара подобралась настолько близко к их миру. Ей остался шаг, и этой ночью Шатохин поможет сделать его.        Время 3:17. Артем, одетый в простые джинсы и худи, вышел из своей комнаты. Шатохин аккуратно ступал, не представляя, что их ждет дальше. Как продвинутся дела? Стоит ли рисковать так, если ничего не выйдет?        Депо приоткрыл дверь, заглядывая в глубину комнаты сестры. Лунный свет, проходящий через незашторенные окна, аккуратно, словно легкая простынка, ложился на спящее тело Варвары. Темные волосы, спутавшись, лежали на подушке, когда сама девушка, обняв одной рукой и ногой какую-то большую игрушку, спокойно спала, никак не подозревая, что должно произойти. Артем присел на край кровати, не сводя взгляда со спящей сестры.        Варю было жалко. За нее было обидно. Девушка не виновата в том, что в нее влюбился монстр. Теперь ей придется стать оружием против этого монстра, и им было не важно, хочет она этого или нет. Ракитина погубит только то, что ему дорого. И сейчас, смотря на расслабленное лицо сестры, Депо не может себе представить, как она будет им помогать. Для парня Варвара всегда останется плаксивой мелочью, которая и двух слов связать не может, когда обида душит. Сейчас же Варе прийдется умело играть, притворяться, рисковать, но это же на благо?  — Варь, — Депо аккуратно трясет за плечо сестру, — Варя! — девушка резко распахивает глаза, моментально принимая сидячее положение. Ее взгляд был сонным и недоуменным. Шатохин никогда еще не будил Варвару по среди ночи, а это значит - что-то произошло. И от этого «что-то» неприятно заныло в груди, в предчувствии чего-то плохого.  — Ты чего? — голос хрипит, в горле пересохло после сна. Гордеева прокашливается, не сводя взгляда с брата. Артем выглядел напряженным.  — Собирайся, нам нужно кое-куда съездить. — парень поднялся с кровати, — Без вопросов, Варя. — почувствовав недоумение сестры, парень старался покинуть комнату быстрее.        Девушка мотнула головой, ощущая, как сон моментально улетучился после этих слов. Куда он хочет ее отвезти? Зачем? Множество вопросов рождалось в голове, и ни на один Варя не могла найти ответ. Артем вел себя очень странно, и это до жути пугало. Что могло произойти? Все вопросы крутились возле одного человека.        Почувствовав некое воодушевление, Варвара подскочила с кровати, быстро натягивая на ноги какие-то спортивные штаны. Взяла из шкафа первую попавшуюся футболку, забивая на то, что мятая.  — Ты готова? — Артем осторожно приоткрыл дверь, не заглядывая. Гордеева, схватив сумочку с пола, вышла в коридор, встречаясь взглядами с Шатохиным. Лицо шатена было нечитаемым. Варя решила начать допрос на улице, лишь бы не разбудить родителей. Внутри что-то отчаянно просило развернуться, закрыться в комнате и никуда не ехать. Но, она же с братом? Артем не даст ее в обиду, хотя сам являлся главным обидчиком. «Он бухой играл на тебя в карты!» — Варя резко останавливается, поджимая губы.  — Артем, куда мы едем? — Депо раздраженно выдыхает, всовывая ногу в кроссовок.  — Я же сказал, без вопросов.  — Я никуда не поеду. — Гордеева уже развернулась, чтобы вернуться в свою комнату, как пальцы, обхватившие запястье девушки, не дали ступить дальше.  — Варя.  — Говори, куда ты хочешь меня отвезти? Я тебе не доверяю. — Варвара грубо выдергивает руку, ощущая небольшую боль от хватки Шатохина.   — Кое-кто хочет с тобой поговорить. Это ненадолго, я потом привезу тебя обратно домой. Хорошо? — девушка тяжело сглотнула. Внутри все перевернулось. Неужели он про Ракитина? Волнение поднялось в груди, но Варя послушала брата и пошла за ним. Молча села в его машину, больше не задавая никаких вопросов. Они мчались по мало знакомым дворам, чтобы выехать на улицу, которая ночью проживала особую жизнь. Днем она не отличалась от других  улиц, но вот ночью становилась особенной. Именно здесь находилось скопление разных клубов, баров и других мест. Варвара заметно напряглась, не ожидала, что брат привезет ее именно сюда. Со всех сторон горели яркие вывески. Повсюду ходили люди: одни приезжали, заряженный на классную ночь, другие уезжали одни или с какой-нибудь пьяненькой девчулей. Варвара здесь не бывала, предпочитая проверенные места, но об этих клубах была наслышана.   — Выходим, — Артем припарковался не стараясь. Первый вышел из машины, сразу подходя к охранникам и что-то спрашивая. Варвара, зажав сумку под плечом, вышла, ощущая освежающий ночной ветерок.        Гордеева чувствовала себя затравленной. В спортивках, помятой футболке и без макияжа она совсем не вписывалась в атмосферу ночного клуба, где каждая девушка была шикарна. Рядом прошлись такие нимфы, на каблуках и веселые, отчего Варвара пожелала опять сесть в машину и уехать спать дальше.  — Варя, — шатен, договорив, жестом подозвал к себе. Музыка доносилась из здания, и только подойдя ближе, Варя обратила внимание на вывеску «INSOMNIA». «Оригинально» — девушка слегка поежилась, списывая это на порыв ветерка, чем на сдающие нервы. — Слушай внимательно, — Шатохин наклонился ближе, — не груби, не задавай лишних вопросов, отвечай только по делу. Усекла? — Варвара скинула напуганный глаза на брата. Все догадки, что он привез ее на встречу с Ракитиным, с треском сломались. Стало по-настоящему страшно.  — Кто хочет со мной поговорить? Артем! — парень уже не слушал, заталкивая сестру в двери клуба. Вокруг кружились люди, и Варвара то и дело, пыталась успеть обойти их. Они прошли мимо заполненного танцпола. Музыка грохотала на всю. Варя надеялась, что Шатохин ничего не говорит ей в спину, потому что она бы не услышала.    Красивые девочки-стриптизерши кружились на своих шестах, то и дело протягивая взгляды своими изгибами тела и плавными танцами. Артем схватил сестру за руку, утягивая на второй этаж, туда, где располагались приватные комнаты. Мимо Гордеевой пробежала полуголая девица, направляясь в сторону дверей, куда ее тащил Шатохин.  — Все помнишь, что я тебе говорил? — они остановились, Варя несмело кивнула, не зная, что находится по ту сторону двери. Кто ее будет ждать там?Артем еще раз окинул ее нечитаем взглядом, понимая, что тронь сестру пальцем - она заплачет от страха.  Лишь бы все прошло хорошо.  — Не подведи. — Шатохин толкнул дверь, заходя в помещение первым. Варвара не понимала, она ли это пошла следом, все действия были на автомате.        Это была небольшая комната, с огромными панорамными окнами, выходящими на танцпол. У стены стоял большой диван, п-образной формы. Услышав, как открылась дверь, сидящие на этом диване, с интересом повернули головы, словно стая волков, жадно рассматривая хрупкую фигуру Варвары.  Стараясь не смотреть в ответ на присутствующих, Гордеева рассмотрела пилон, на котором кружилась девушка, танцуя в одних стрингах. Варе стало совсем не по себе.  — О, приехали! — музыка здесь играла тише, чем в другой части клуба, поэтому девушка без труда расслышала возглас парня, который, скинув с себя голову какой-то подружки, поднялся, с раскрытыми руками направляясь к ним. В комнате было темно, только свет с танцпола да и неоновой ленты, что тянулась по всему периметру, давали хоть какое-то освещение. Но Вари большего и не нужно было, она узнала сразу. Блондинистые волосы, завязанные сзади в растрепанную гульку, назальная улыбка и пьяный взгляд. Этот был тот самый незнакомец на улице, из за которого так разозлился Ракитин. «Не к добру это» - кричало все внутри, но Варя лишь испуганно оглядывала знакомое лицо. — Депоха! — пожимая руку, блондин не сводил взгляда с девушки, улыбаясь так, будто они лучшие друзья. — Варя, давно не виделись! — Сименс в наглую приобнял растерянную Гордееву за плечи. Артем нахмурился, не совсем понимая, когда Голубин мог встретиться с сестрой, но промолчал, решая оставить этот вопрос на потом.  — Так, подвинули свои жирные жопы, дайте гостям сесть, — блондин, все еще приобнимая девушку за плечо, пошагал к дивану. Варе хотелось испариться. В нее, словно тысяча осколков, впились оценивающие взгляды. Одна из сидящих дам хихикнула, без стеснений рассмотрев Гордееву с головы до ног, начиная что-то задорно шептать подружке на ухо. Варвара приземлилась на свободное место, радуясь, что Артем сел рядом. Сейчас она нуждалась в нем, как в ником другом.  — Ну что, как дела, Варь, рассказывай. — блондин сел напротив, перед этим взяв со стола стакан с виски. Девушка повела плечом, не зная куда деть руки. Сцепив их в замок, она подняла голову, стараясь улыбнуться. Мысленно девушка и представлять не хотела, как это выглядело со стороны. Морально ее уже унизили взглядами и тем, что с ее появлением за столом никто не разговаривал. Всем было интересно, кто она, что из себя представляет и зачем, такому как Сименс, понадобилась такая неудачница в помятой футболке.  — Все хорошо. — Варя не знала, услышал ли ее ответ блондин, но по его улыбке и кивку, она поняла - услышали все.  — Точно? Выглядишь напряженной. — на его слова дамы сбоку хихикнули, но Варя, проигнорировав насмехающиеся взгляды, откинулась на спинку дивана, заставляя себя расслабиться.  — Точно.  — Давай-ка я тебя угощу, а то неприлично, ты моя гостья. — Сименс улыбнулся, наливая в пустой стакан двойную порцию виски, прекрасно зная, что для такой, слабой на вид, девушки будет много.   — Не стоит, — Варя даже вздрогнула от ледяного тона Депо.  — Тебе и не предлагаю. — блондин по-ребячески показал парню язык, протягивая стакан девушке. Варвара приняла, но отпивать не спешила. — Ну-ну, смелей, так разговор пройдет приятней. — Гордеева не представляла, что там за разговор, но знала точно - приятным он точно не станет. Она вскинула взгляд влево, наблюдая за реакцией Артема, но тот уступил, сидя с привычной равнодушной миной на лице. Выдохнув, Варя выпила лишь половину, морщась от крепости напитка.  — Сименс, спаивать малолеток нехорошо. Ты же завязал с этим. — «Сименс. Так Ракитин обращался к нему в тот вечер», — Варвара видела, как по лицу блондина расползлась довольная улыбка. То ли слова друга его насмешили, то ли Варя. Ей было уже наплевать. Этот парень напрягал своей наигранной дружелюбностью, ведь Гордеева понимала, что за овечей шкурой прятался самый настоящий волк. Сименса выдавал взгляд: хищный, внимательный. Он не упускал ни одной детали, непрерывно следя за каждым движением девушки, анализируя и ища слабости через  поведение.  — Вижу, тебе полегчало. — заговорил Голубин, когда девушка поставила пустой стакан обратно на стол. Варя не любила настолько крепкий алкоголь, еще и пить на пустой желудок. Но, если судить с другой стороны, ей и вправду стало легче.  — Прекрасно. Артемка, съеби по-братски, — Варя под столом схватила брата за руку. Этот жест был необдуманный, вызванный гремучей смесью эмоций, девушка поняла это через пару секунд, когда шатен вырвал руку, уступая свое место блондину. — Хочется лучше узнать тебя, Варенька. — ослепленная резкой обидой, Варя слышала блондина на фоне. Артем столько раз не оправдывал ее ожиданий как брат, это было не впервой, но почему же до сих пор колит?       Блондин заигрывал, специально и наигранно, тупо улыбался, болтая обо всем подряд. Варвара чувствовала горькую фальш в его словах, но старательно делала вид, что заинтересована в диалоге. Взгляд то и дело метался вбок, туда, где сидел Артем. Ему, кажется, было вообще фиолетово на то, как Сименс раз за разом закидывал руку на плечо Гордеевой, слегка прижимал к себе, гладил по спине, а потом снова отпускал. Шатохин залипал в телефоне, даже щебечущие под ухом девушки не вызывали в нем никакого интереса.  — Что у вас с Ракитиным? — договорив очередную идиотскую историю о студенческих годах, Голубин понял, что нет смысла больше прощупывать почву. Блондину самому было не в кайф сюсюкаться с сестрой Депо, строя из себя заботливого парнишку, которой так сильно заинтересован в ней. Варвара, успевшая привыкнуть к словесному потоку Сименса, слегка вздрогнула.  Вот и оно. То, зачем ее позвали сюда.  — Ничего. — девушка пожала плечами. Голубин ухмыльнулся, зная, что лжет.  — Ну-ну, он тебя оберегает, как зеницу ока. Поэтому, не думаю, что между вами «ничего». — притягивая к себе слегка податливое тело Гордеевой, Сименс сладко шептал куда-то у макушку, маскируя этим всю злость, что пробуждалась внутри.  — Правда, между нами ничего нет. — Варвара не могла видеть, как Голубин закатил глаза. Зато Шатохин, почувствовав, что Сименс наконец-то приступил к тому, для чего они здесь, отложил телефон в сторону.  — Он же тебя достал, да? Взялся из ниоткуда, пользуется тобой, как хочет, даже не задумываясь о том, что у тебя тоже есть чувства. Так ведь? — Голубин был умен, знал, куда давить, и это было успешно. Варя примолкла, не понимая, откуда блондин знал все это. Говорил наугад? Или так хорошо знал Ракитина? А может Гордеева не первая жертва этих «игр»? — Ты изменилась с прошлой встречи. Это он на тебя так влияет? — в груди что-то сжалось, девушка повела плечом, собираясь выбраться из хватки Голубина, но тот не дал, хищно глядя в глаза Шатохина напротив. Слегка кивнув ему, парень продолжил тихо промывать Варе мозги:  — Можешь не отвечать. Ракитин совсем не меняется, уже стольких разбил… — небрежно брошенные слова так сильно режут где-то в груди, что Варя застыла. Она так и подозревала, но легче не становилось. Егор просто играется, для него это лучшее времяпровождение - разбивать чью-то жизнь, сводить с ума этим «горячо-холодно». Варвара это прекрасно понимала. Она же думала столько раз, но слыша это из чужих уст намного больнее. — Мы с Артемом хотим помочь тебе, а ты поможешь нам. Взаимопомощь. — Гордеева смотрит на брата, не ожидая, что сразу же наткнется на его взгляд. — Если мы договоримся, то Ракитин отстанет от тебя навсегда. — Варвара удивлено вскинула голову, представляя, куда это «навсегда» может уйти Ракитин. Еще и прошлая встреча больно отзывалась в сердце. Неужели они хотят убить Егора? — Не-не-не, — словно читая мысли девушки, парень слегка засмеялся, — мы не собираемся его убивать. Его нужно наказать законом. Ракитин сделал слишком много дерьма всем, а такое не прощается.  — Что вы хотите? — Варя боялась услышать что-то страшное, невыполнимое.  — Так сразу? Нам нужно твое согласие. — Сименс замолчал, давая обдумать свое предложение. Как бы ей не было плохо, Варвара чувствовала, что не вывезет так дальше. Она не желает Егору смерти, но и дальше жить, когда он становится ее тенью - не может. Девушка столько раз умоляла, плакала, просила оставить ее в покое. Тейп действовал только так, как ему было выгодно, тогда почему она должна думать сейчас о нем?  Настало время думать о себе. — Я согласна.