Глава 10. Тайна проклятия

– Что случилось? Острый слух Белль распознал в далёком голосе начальника службы безопасности беспокойство. – Ты сам слышал, – ответил лорд Спенсер. – Я лишь слышал, что Аннабелль собирается уехать. – Она не уедет, – с мрачной уверенностью произнёс хозяин замка. «Ещё как уеду», – раздражённо подумала Белль. – Кажется, она была настроена решительно, – возразил мистер Холт. «Очень решительно», – мысленно подтвердила Белль. – Она не уедет! – упрямо повторил лорд Спенсер. – Я не отпущу её! Белль послышалось, или в его голосе прозвучало отчаяние? – Почему она решила уехать, Адам? – Это неважно. Она всё равно останется. – Лантерн, ты знаешь? – спросил мистер Холт. – Хозяин вошёл к мисс в ванную без разрешения, – с готовностью ответил тот. Повисла короткая пауза и когда Аннабелль уже приготовилась услышать от мистера Холта наподобие: «И что в этом такого?», он строго спросил: – Мисс Тэйлор была одета? – Да какая разница! – вспылил лорд Спенсер. – Она меня разозлила! Я сказал ей прийти на ужин, а она не пришла!! – Ты совсем одичал тут в одиночестве, – повысив голос, сказал мистер Холт. – Так нельзя! Теперь она не будет чувствовать себя здесь в безопасности! – Я её и пальцем не тронул, – уже холодно произнёс лорд Спенсер. – Вы всего лишь вырвали из пола ванну, в которой мисс находилась, – услужливо подсказал Лантерн. – Что ты сделал?! – голос Эллиаса задрожал от гнева. – Ты должен извиниться перед Аннабелль! – решительно произнёс мистер Холт. – Извиниться? Не думаю, – голос лорда Спенсера утратил угрожающие нотки и теперь звучал пренебрежительно. – В таком случае, – голос мистера Холта прозвучал спокойно и твёрдо, – я поддержу Аннабелль в её желании уехать. – Что за нелепость! – фыркнул хозяин замка. – …Возьму Нила и Дэвида для её охраны, – невозмутимо продолжил мистер Холт. – Если хочешь её смерти, – произнёс герцог ледяным тоном, – то давай. Вампиры тут же выследят её – не пройдёт и трёх дней. «Но вампиры же уехали с острова! – подумала Белль». – Думаю, мы сможем спрятать её. Или ты извинишься перед ней, или ей будет безопаснее подальше от тебя, – твёрдо повторил Эллиас Холт. – Иначе получается, что она сменила одного монстра на другого. Раздался низкий протяжный рык и оглушительный грохот: по ощущениям рухнула стена. А затем в наступившей тишине послышался холодный и пугающе спокойный голос лорда Спенсера: – А я думал, ты правда любишь Дреа. – Она бы меня поняла, – ответил Эллиас Холт с грустью, но по-прежнему твёрдо. «Вот о ком он говорил у озера! – подумала Белль. – Что же с ней случилось? Она умерла или под проклятием?..» – Аннабелль Грейс – наш последний и единственный шанс, – сухо произнёс лорд Спенсер. – И ты это знаешь. – Знаю. Но если ты не возьмёшь себя в руки, Аннабелль уедет. Она наша сестра и последняя фейри. Я не стану ждать, когда ты навредишь ей. Аннабелль ожидала очередной вспышки ярости от хозяина замка, но её не последовало и на несколько минут наступила тишина. Когда Белль уже снова пошла в сторону своей комнаты, она услышала голос лорда Спенсера. В нём не было больше ярости, злости или насмешливости, лишь печаль: – Ты прав, Тван. Я не послушал тебя, когда ты предупреждал о ведьмах. Не послушал, когда ты просил меня не участвовать в Хёльде. Послушаю хоть теперь. Я извинюсь перед ней. Я, кажется, правда её напугал. Лучше сейчас или завтра? «Тван? – промелькнуло в голове Белль. – Что это? Прозвище?» – Сейчас, если она ещё не спит, – ответил мистер Холт. – Только не забудь постучаться. И жди за дверью, пока она не разрешит тебе войти. А если не разрешит… Лорд Спенсер рассмеялся. – Не переживай, друг. Я не настолько безнадёжен. Белль быстро зашагала к своей комнате: получится глупо, если она придёт туда позже хозяина замка. Теперь идея с отъездом ей казалась не такой удачной, как десять минут назад. Страх и злость после недавно пережитого отступили, и Белль подумала, как было бы здорово расколдовать возлюбленную Эллиаса Холта и помочь маме Сильви и Колдера. Аннабелль хотелось, чтобы все варгисы спустя столько лет наконец воссоединились со своими любимыми… К тому же, раз уж и лорд Спенсер, и мистер Холт верят, что Белль способна снять проклятие, возможно, шанс и впрямь есть. Да и чего греха таить, Аннабелль хотелось войти в легенды и узнать, вернутся ли на Элфин все ушедшие в Лэитель после того, как альфа-варгис будет освобождён от чар. Теперь осталось только узнать, в чём заключается это проклятие и как его снять. Интересно, сам лорд Спенсер знает? И ответит ли, если спросить напрямую? К счастью, в апартаментах Белль уже успели навести порядок и даже заменили ванну: вид беспорядка угнетал бы, напоминая о произошедшем. Усевшись на диванчик в гостиной, Аннабелль накинула на открытые плечи подаренную миссис Марч шаль и открыла подаренную сестрой книгу русских сказок, надеясь занять себя в ожидании визита лорда Спенсера. Однако не успела она прочитать и страницы, как в дверь постучали. Белль подняла голову от книги. – Кто там? – спросила она. – Я, – ответил лорд Спенсер. – Можно войти? «Лишь бы он не догадался, что я подслушивала», – промелькнуло в голове, и, добавив голосу холода, Белль ответила: – Если я скажу нет, вы меня всё равно не послушаете. Вы же хозяин тут, – добавила она с издёвкой. – Я хочу извиниться, – произнёс лорд Спенсер. – Я не хотел тебя напугать. Белль помолчала, раздумывая, стоит ли ей рискнуть или нет. Потом всё-таки решилась: – Хорошо. Тогда ответите на мой вопрос? – Я постараюсь. Повисла пауза. Белль встала и спустя несколько секунд ответила: – Входите. Дверь медленно открылась, впуская в комнату густую тьму. Белль невольно плотнее закуталась в шаль. – Я не обижу тебя, Аннабелль Грейс, – негромко произнёс лорд Спенсер низким глубоким голосом, пробежавшим по спине Белль лёгким ознобом. – Я сожалею, что напугал тебя, но клянусь Богом, я бы тебя не тронул. И не трону. Мысли Белль путались от одного звука его голоса, пенным прибоем рассыпающегося по её телу. Но кое-что в его словах удивило её, и она спросила: – Почему вы поклялись Богом… а не Лилит? – Лилит давно отвернулась от меня, – глухо ответил лорд Спенсер. – Она не простит мне того, что я сделал. У меня есть надежда лишь на милосердие Господне. В его голосе звучала глубокая печаль. Это завораживало и окутывало меланхолией. Белль изо всех сил старалась не поддаваться магии его голоса. – Вы позволяли ведьмам убивать фейри… – тихо проговорила она. – Они ведь ваши братья и сёстры… – Не только фейри, – тяжело уронил лорд Спенсер. – Не только? – переспросила Белль. – По моей вине погибли варгисы, единороги и… – Он осёкся, не договорив. Белль не стала настаивать. – А разве единороги не ушли… раньше? – спросила она. – Ушли, – подтвердил герцог глухо. – Но… Боюсь, я не готов говорить об этом. – Я понимаю… – ответила Белль, вновь поддаваясь обаянию его голоса, такого бархатного, пронизанного печалью, и медленно опустилась на диван в глубокой задумчивости. – Ты готова задать свой вопрос? – мягко напомнил лорд Спенсер. Белль опомнилась и незаметно под шалью ущипнула себя за руку. Это просто наваждение! Почему его голос так действует на неё? Разве дети Лилит не защищены от чар друг друга? – Да, – решительно ответила она. – Я хотела сказать… если вам нужна моя помощь, то… я могу помочь. – Это не вопрос, Аннабелль Грейс, – ласково поправил её лорд Спенсер. Белль почувствовала, как по спине у неё вновь пробежала волна мурашек от его тона (зачем он говорит с ней так?..), и снова ущипнула себя. – Вы знаете, как снять проклятие? – немного придя в себя, спросила она. Лорд Спенсер помолчал, обдумывая ответ. – Примерно представляю, – наконец произнёс он. – Вы можете мне рассказать? – Лишь о пророчестве, – ответил лорд Спенсер. – Проклятие снимет последняя фейри. Белль замерла. – Это не всё, – продолжил он. – Её имя – Аннабелль. Она удивлённо выдохнула. – Это имя прозвучало в самом пророчестве?.. – Да. – А о чём ещё там говорилось? – Это всё. Белль задумалась. – Этого мало… – расстроенно проговорила она. – Увы. Они помолчали. Потом Белль решила рискнуть и задать давно волнующий её вопрос. – Может быть… – начала она, подбирая слова, – разгадка проклятия кроется в словах самого проклятия? Что сказала Айрин Бёрд, когда… – смешавшись, Белль смолкла. – Я бы с радостью рассказал тебе, – ответил лорд Спенсер. – Но не могу. Это тоже часть проклятия. – Умно, – вырвалось у Белль. Он усмехнулся: – Да. В уме и изобретательности ей не откажешь. Аннабелль помолчала. Десятки вопросов, мучавших её с детства, пришли ей на ум, и она начала с самого главного: – Мне сложно понять, – осторожно произнесла она, – почему вы вообще с ней связались? Ведь все знают, что ведьмы служат Х’гивхате. – Она пообещала помочь мне в одном деле, – приглушённо ответил герцог. – И сдержала обещание. – Но не слишком ли дорого вам это обошлось? – вырвалось у Белль. Лорд Спенсер усмехнулся, в усмешке прозвучала горечь. – Всё могло быть иначе, если бы я притворился, что люблю её, – произнёс он глухо. – Отвергнутые женщины могут быть мстительны и жестоки. – Особенно, если они ведьмы, – согласилась Аннабелль. – В Торнфилде говорят, – вновь заходя на опасную территорию, осторожно начала она, – что Верховная прокляла вас после… – Белль невольно сглотнула от волнения, – смерти вашего общего ребёнка. Повисла тяжёлая тишина. Пауза продлилась достаточно долго, и Белль успела пожалеть, что напрасно коснулась болезненной темы. Когда лорд Спенсер заговорил, в его голосе прозвучали боль и злость: – Она принесла в жертву нашего новорождённого ребёнка. Внутри Белль всё сжалось в ледяной ком, к горлу подобрались непрошеные слёзы. – Не может быть… – проговорила она, чувствуя, как слёзы в горле ощетинились тысячи игл. – Какая мать пойдёт на такое!.. – Ведьмы не способны на материнские чувства, – ответил лорд Спенсер. – Чтобы наложить проклятие, ей было нужно больше магии. – Мне жаль, что так вышло… – проговорила Белль. – Мне тоже, – лорд Спенсер помолчал. – Я привязался к Уолтеру за те несколько недель, что нам было отмерено провести вместе. Он был такой… – его голос прервался. У Белль защемило сердце, и жгучая влага пролилась на щёки. Как всё могло сложиться, останься Уолтер в живых?.. Повисло длительное молчание. Белль невольно думала, чувствует ли её собеседник вину за смерть сына?.. И кем бы вырос сын альфы варгисов и Верховной ведьмы? Какой была бы его магия?.. Наконец лорд Спенсер нарушил тишину: – Любовь причиняет слишком много боли, – он помолчал. – В обмен на иллюзию единения ты получаешь риск быть преданным в любой миг. Игра не стоит свеч. Белль удивили его слова. – Что же тогда наполняет вашу жизнь смыслом, если не любовь? – спросила она. – Неужели вы никогда никого не любили?.. Ради чего тогда всё? – Любовь слишком эфемерна, чтобы подчинять ей свою жизнь, – возразил герцог. – Сегодня тебя любят, а завтра нет – и ты остаёшься ни с чем. – И вы предпочитаете не любить совсем? – Я предпочитаю быть уверенным в привязанности тех, кто находится рядом со мной. – Но разве не любовь даёт эту уверенность?.. – спросила Белль в недоумении. – Ты влюблялась когда-нибудь? – спросил лорд Спенсер, и его тон звучал до раздражения снисходительно. – Ты можешь обезопасить себя от разбитого сердца, потому что ты фейри. В этом твоё преимущество перед людьми. – А ваше – в том, что вы альфа варгисов? – поняла его логику Белль. – Но я не хочу никого заставлять меня любить, – нахмурилась она. – Это… – она смолкла на миг, подбирая подходящее слово, – унизительно. – В том, чтобы быть лучше других, нет ничего унизительного, – возразил лорд Спенсер. – Не думаю, что заставлять себя любить – это быть лучше других, – не согласилась Белль. – Мы априори лучше людей, – ответил лорд Спенсер с улыбкой в голосе. – Лилит сотворила нас более совершенными, наделив магией. Тебе всего лишь нужно признать это и научиться управлять тем, что дано от рождения. – Простите, ваша светлость, – возразила Аннабелль, вновь нахмурившись, – неужели вы хотите сказать будто Лилит дала нам магию, чтобы мы сделали из людей рабов? – Пожалуй, я увлёкся, позабыв: ты ещё слишком юна, чтобы перестать делить всё на чёрное и белое, – с усмешкой заметил лорд Спенсер. – Ещё скажите, вы забыли, что я особа женского пола, в голове которой не умещаются мысли сложнее выбора платья или организации званого ужина, – холодно произнесла Белль. Лорд Спенсер засмеялся. Аннабелль посмотрела на густую тьму посреди гостиной, и ей пришло в голову, что это выглядит жутковато. – Я не из тех, кто недооценивает женщин, – ответил он. – Ещё бы, – кивнула Белль. – Спасибо Айрин Бёрд за это – хоть какая-то от неё польза. Лорд Спенсер вновь рассмеялся – в этот раз куда искренней, и это польстило Белль. – Что ж, – произнесла она, – если вы не будете врываться ко мне в ванную, когда захотите, то у нас есть шанс плодотворно посотрудничать и снять проклятие, – деловито подытожила Белль. – Для этого тебе всего лишь нужно не пропускать ужины, Аннабелль Грейс, – ответил лорд Спенсер. Его голос звучал расслабленно, почти легкомысленно, и это разозлило Белль. – В таком случае прошу огласить весь список моих обязанностей, – встав с дивана, ледяным тоном сказала она. – Хочу узнать их сейчас, а не потом, когда случайно нарушу одну из них. – Только ужины, – мягко ответил лорд Спенсер. Когда он ушёл, Белль плотно закрыла дверь, подперев для верности стулом, а потом сняла алое платье, сдавливающее корсетом. Надев ночную рубашку, Белль выключила свет, забралась в постель и покрутилась, плотнее заворачиваясь в одеяло и устраиваясь удобнее. Она снова и снова мысленно возвращалась к разговору с хозяином замка, размышляя над его словами о магии и о том, что дети Лилит совершеннее людей. Может быть, так оно и есть, но разве не чем больше сила, тем выше и ответственность?..