Глава 9. Соблазнить!

Как оказалось, мокрый и голый Деймон сбежал не только из ванной комнаты, но и из спальни, притом неизвестно куда. Можно было, конечно, попробовать его разыскать, расспросить слуг, но Рейнире хватило и их взаимодействия в ванне, так что она решила не преследовать своего мужа, а воспользоваться его полотенцами и кроватью. И ведь чудесно выспалась на ней, в отличие от предыдущей ночи, когда обиженно ждала его возвращения!        Утром Рейнира заглянула в свою комнату за свежей одеждой и по небрежно брошенному там полотенцу поняла, что Деймон выбрал для сна именно её. Надо же, как у них совпали намерения.        Впрочем, за завтраком он выглядел как человек, у которого удались и ночь, и жизнь, и всё на свете, а при её приветствии многозначительно ухмыльнулся.        — Последний денёк у тебя, дорогая, — заявил он.        — Денёк — да, а за ним ещё и ночка.        Он нахмурился.        — Что?        — «Три дня и три ночи», — так я сказала тебе. Дни были названы первыми, так что отсчёт начался с утра позавчера и закончится утром завтра.        Рейнира торжествующе улыбнулась и задрала нос.        — Ты хитришь, — недовольно заявил Деймон.        — А ты поклялся. Ты же не сдашься, когда почти доказал, что способен своё слово сдержать?        На это он промолчал, засопел и продолжил есть уже не с таким аппетитом. Рейнира же, напротив, в отличном настроении принялась подтягивать к себе всё самое вкусное, отпила немного ароматного чая. Затем ей на глаза попался мейстер Герардис, но только к их столу он почему-то не пошёл.        — Мейстер Герардис? — позвала она.        Уже хотевший скрыться из виду мейстер остановился и развернулся почти у выхода.        — Принцесса.        — Для меня никаких писем не пришло?        — Нет, принцесса. Сегодня ни для кого из вас писем не было.        — Понятно.        Мейстер поклонился и ушёл.        — Неужели мой отец оставил попытки вызвать нас обратно? Так быстро сдался?        — Или сменил тактику и плывёт за тобой сюда, — предположил Деймон.        — Думаешь?        — Скоро увидим.        Он доел и встал с явным намерением уйти неизвестно куда и насколько, так что Рейнира торопливо предложила:        — Я собиралась полетать на драконе. Составишь мне компанию? Мы могли бы заглянуть в ту таверну на берегу, где нам подали сырные горячие пирожки.        Деймон на мгновение задумался и пожал плечами.        — Можно.        Хмуриться при этом он перестал и вышел из зала в хорошем настроении. Рейнире это понравилось, и она приналегла на еду сама, поскольку до таверны надо было лететь не меньше нескольких часов, а потом ещё неизвестно сколько ждать, когда им вынесут ту самую ароматную выпечку, что пять лет назад покорила её неравнодушное к сладостям сердечко.        И да, стоило подумать о том, как всё-таки заставить Деймона заплатить за всё, а не только за пирожки…        ***        День пролетел быстро и совершенно чудесно!        Сиракс чрезвычайно обрадовалась возможности размять крылья, да ещё и в паре с Караксесом, который распевал для неё что-то мелодичное и весёлое на своём драконьем. Лёгкий ветерок делал полёт над водой приятной прогулкой под солнцем.        Когда позади осталось несколько мелких островков и случайных кораблей, Деймон, хитро — как он думал — сверкая глазами, невзначай предложил:        — Может, устроим новую гонку, Рейнира?        — Решил поквитаться со мной за прошлую неудачу? — не купилась на это она.        — Не было никакой неудачи.        — Она была! Ты сам много раз говорил мне, что последняя часть гонки — самая важная и показательная, она определяет всё, а всю последнюю часть пути в прошлый раз впереди летели мы с Сиракс!        — Вы вырвались вперёд обманом.        — Мы вырвались, потому что моя Золотая леди летела быстрее твоего Караксеса. И первенство она ему уже не уступила, так что прошлую гонку выиграли мы.        На мгновение ей захотелось показать ему язык, но она удержалась, а вот Сиракс издала что-то похожее на высокомерный драконий смешок.        Деймон посмотрел в сторону её морды с выражением лица: «Да что эта мелкая негодяйка себе позволяет?!» — отчего Рейнира испытала двойное удовольствие, дразня своего заносчивого дядюшку. В конце концов, пусть привыкает, что она — не какая-то из его прежних девиц-шлюх, которые были у него в подчинении. Нет-нет-нет! Она принцесса, наследница Железного трона и его будущая королева. Ему придётся научиться подчиняться ей и слушаться её. Сможет он это, конечно, не сразу, но она всё же начала его готовить к роли своего консорта вовремя.        Тут Сиракс крикнула что-то одобрительное, полностью соглашаясь и с её мыслями, и с её словами. Умница золотая!        — Зря, — в итоге ответил Деймон, поняв, что переспорить её не удастся. — Что стоит победа, одержанная только один раз?        — Многое. И потом, я собираюсь победить тебя ещё не единожды, когда Сиракс подрастёт ещё. И когда у тебя не будет этого коварного настроения непременно поквитаться со мной.        — Ты заподозрила меня в такой низости?! — почти убедительно состроил возмущённое лицо Деймон.        — Кого как не тебя? — широко развела руками Рейнира.        — Тьфу! — отозвался на это Деймон, поняв, что и пристыдить её у него не вышло.        Рейнира вновь блаженно подставила лицо солнышку, чувствуя себя победительницей разговора. А то ишь чего удумал! Устроить гонку, поиздеваться над ней и её Сиракс, насмехаться над ними всю дорогу до таверны, пока Караксес будет мотать перед носом Сиракс своим раздвоенным хвостом, а потом ещё и заниматься этим весь обратный путь — знает она его! Летел бы и повторял потом: «Ты только не расстраивайся, племянница, у вас ещё всё впереди! Вы однажды сможете и что-то пристойное изобразить. Ну не плачь, не плачь, что проиграла… Ути-путички…» Нет уж! Никаких ути-путичек! Пусть продолжает жить и просыпаться, и садиться на своего Караксеса, каждый раз думая о том, что их двоих, его знаменитого боевого дракона Кровавого змея, сделала одна пигалица на маленькой драконице!        Да! Пусть он как можно дольше с этим живёт!        Недовольное сопение Деймона, несомненно думавшего именно об этой оказии всю оставшуюся дорогу, стало для Рейниры самой приятной музыкой на свете, весьма скрасившей полёт.        А потом и в таверне всё сложилось совсем неплохо. До здешних мест уже дошли вести об их с Деймоном свадьбе, так что хозяева очень обрадовались тому, что сами принц и принцесса Таргариены почтили их заведение. Перепугались, правда, и затряслись, когда Рейнира заговорила о пирожках — с ужасом признались, что на этой неделе готовить их не планировали. Но когда их заверили, что почётные гости готовы и подождать, причём даже пару часов, что требовались именно на эту выпечку, дядюшка Джо и тётушка Элла расплылись в подобострастии, тут же взялись за выпечку и вынесли пока гостям свежезапечённого кабана.        Деймон оставил на блюде мяса в пределах человеческих возможностей поедания и велел отдать остальное Караксесу — давнему обожателю запечённой свининки, а уж тот великодушно поделился своим подношением с Сиракс.        В общем, обратно Рейнира и Деймон вылетели уже сильно после полудня, отъевшись, как бочки, с мешком свежайших сырных пирожков, которые, увы, в них с Деймоном не влезли, и на до крайности довольных драконах. Поскольку лететь пришлось не меньше трёх часов, к концу этого путешествия Рейнира вернула себе возможность нормально дышать, а костюм для полётов перестал ощущаться так тесно в районе живота.        — Довольна? — уточнил Деймон, сняв её с Сиракс на землю на Драконьем камне.        — Да, отлично полетали, дядя. Надо чаще это делать! Пусть наши люди не забывают, кто однажды будет ими управлять.        — Пускай, пускай, — добродушно согласился он и отправился к драконоблюстителям о чем-то беседовать. Рейнира ждать его не стала.        Солнце вскоре зашло, и над Драконьим камнем в небе зажглись маленькие звёздочки. Рейнира уже и приняла ванну, и поела ещё пирожков, и почитала любимую хронику, но сон не шёл, да и чем дольше она сидела на диване одна в своей комнате, тем сильнее лезли в голову мысли о том, что Деймон там где-то наслаждается вечером и своей долей пирожков, и явно же считает себя победителем, без потерь пережившим её трёхдневное наказание. Никаких особых неудобств! Легко сдержанная клятва не прикасаться к ней!        Да он же щуриться и насмешливо улыбаться в её сторону будет уже завтра совершенно невыносимо!        Нет-нет-нет! Так дело оставлять нельзя, надо всё-таки заставить его хоть как-то побороться с собой! А то ещё чего недоброго вновь возьмётся за старое в Королевской гавани, полезет к шлюхам, зная, что за это ему ничего особенного от жены не будет…        А вот и будет!        Окончательно набравшись решимости и знатно распалив себе душу мстительными устремлениями, Рейнира нацепила мягкие кожаные туфельки, одёрнула длинную сорочку и, выйдя из своей спальни, потопала прямиком к спальне Деймона, куда, после коротких сомнений, вошла даже без стука. В конце концов, жена она этому типу или как?        Тип в расслабленной позе лежал на кровати, имел на себе лишь исподние штаны — судя по торчащей из-под одеяла и обтянутой чёрной материей коленке, над чем-то размышлял и подозрительно нахмурился при её появлении.        — Я подумала: зачем мне ждать, пока нагреется моя постель, если мой муж свою уже наверняка нагрел? — бодро заявила Рейнира, быстро прошла от двери до кровати и забралась под одеяло с более свободной стороны.        Деймон уставился на неё так, будто она была ядовитой змеёй, которая заползла к нему под бок и ещё и заговорила. Он даже застыл, пока она вытаскивала из-под его головы вторую подушку, затем взбила её и устроилась поудобнее на правом боку, чтобы ничего из поведения дяди не упустить.        — Мне, кстати, ещё вчера понравилась эта твоя постель, — сообщила Рейнира, теперь с большим интересом разглядывая обнажённый торс, причудливые шрамы, покрывающие всю правую часть груди, плечо и шею.        Кажется, она даже чуть подалась вперёд — настолько любопытно было, и услышала, как Деймон недовольно скрипнул зубами, пусть даже он всё ещё молчал. Рейнира прекрасно видела его напряжение по мышцам шеи, слышала недовольное сопение, которое лишь усилилось, когда она подняла руку и принялась медленно оглаживать все линии шрамов кончиками пальцев, завороженная и их неровностью, и самой возможностью творить такое с Деймоном.        Он, кстати, наконец отмер и низким голосом произнёс:        — А ты продолжаешь рисковать.        — Я продолжаю брать от твоей клятвы всё. У меня всё-таки последняя ночь.        Она пододвинулась под одеялом ещё ближе, так что теперь прижалась бедром и грудью к тёплому боку, отчего Деймон шумно сглотнул. Ей стало всерьёз любопытно: сколько же он продержится, прежде чем сбежит? Нет, она не сомневалась, что он в итоге попытается, но как скоро-то? Ей даже почти этого хотелось, потому что она ещё в полёте придумала, что в этом случае сказать.        А пока — провоцировать и провоцировать! Испытывать мужскую выдержку так долго, как только получится, зная, что бегство сделает трусом уже его.        Вот ведь забавно: он назвал трусихой её, когда она не стала разглядывать его голым после их первой брачной ночи в Красном замке, а теперь у неё есть шанс сделать трусом его. Хе-хе!        Рейнира широко улыбнулась и посмотрела угрюмому Деймону в лицо.        — Помнится, ты назвал меня трусихой, дядя. В Красном замке, когда я не стала любоваться тобой целиком. Так разденься сейчас. Хочу это сделать.        — В темноте ты мало что увидишь.        — Я зажгу свечу, — сообщила Рейнира и пошла этим заниматься, решив воспользоваться для большого огарка в подсвечнике пламенем от камина.        Пока она возвращалась, Деймон всё-таки это сделал — скинул ещё и штаны и теперь гордо разлёгся на две-трети постели поверх одеяла, да ещё и демонстративно забрал обратно вторую подушку, чтобы подложить себе под голову и спину и смотреть свысока.        Что, рассчитывал, что теперь сбежит она? Ага, сейчас!        Рейнира только фыркнула, сменила курс — сходила сначала к шкафу за ещё одной подушкой себе и небрежно кинула её на постель, а затем уселась на кровать сама и плотоядно окинула взглядом своего голого мужчину с головы до ног.        — Прекрасно! — протянула она и облизнулась.        Деймон слегка закашлялся.        Можно было б ещё потереть руки, но это не позволял делать маленький подсвечник, и Рейнира решила сперва использовать его. Она приподнялась и села на колени и принялась неторопливо разглядывать всё тело своего крайне удивлённого происходящим супруга сверху вниз. Быстро чмокнула его в сжатые губы, Потыкала пальцами в его твёрдые мышцы рук и поводила по ним — Деймон лежал, сцепив пальцы у себя за затылком и расставив локти в стороны, так что это делать было удобно.        — Очень-очень хорошо, — протянула Рейнира, поглаживая самые крупные мышцы чуть ниже плеча.        Она даже попыталась обхватить одну, но длины её пальцев хватило только на половину.        — Я рада, что мой дядя настолько сильный, что сможет меня защитить, — весело сказала она.        — Он сможет, — подтвердил Деймон и вроде бы даже не угрюмо.        Всё-таки восхищение собой он очень ценил и обожал быть самым-самым. Что ж, Рейнире было нетрудно немножечко ему польстить, тем более, когда она видела веский повод.        Наигравшись с руками, она перешла груди, но теперь уделяя внимание не шрамам, а мышцам и возможности беспрепятственно их гладить в разные стороны. Задержав ладонь над сердцем, она с удовлетворением обнаружила, что оно всё же частит! Невозмутимость давалась Деймону с усилиями, и это очень грело.        — Ха! — Рейнира торжествующе посмотрела Деймону в лицо.        — Не отвлекайся, — проворчал он.        Она чуть поерзала, чтобы развернуться на коленях и начать разглядывать пресс — его попыталась продавить не только пальцами, но и всей ладонью, но мышцы не поддались, тут всё было крепко, а затем всё-таки дошла и до члена, отлично понимая, что вот сейчас Деймон наблюдает за ней пристальнее всего, и ей категорически нельзя смущаться и краснеть!        Точно нет! Он уже раз над ней за это посмеялся, хватит с него!        ...Вот только что ж он вблизи кажется таким большим-то, а? Рейнира даже посмотрела на свою ладонь, и он вон точно по длине был не меньше, а может и чуть больше. И ещё широкий, приподнятый, лежал у Деймона на левом бедре...        Как вот это всё вообще можно в неё засунуть?!        — Что-то не так, мой дракон? — на удивление даже не издевательским, а участливым голосом спросил Деймон.        Она перевела взгляд на него и позволила себе маленькую слабость:        — Как?!        Лицо Деймона смягчилось.        — Медленно, никуда не торопясь и только после того, как я очень хорошо подготовлю тебя. Всё растягивается и всё всегда помещается, Рейнира, если не спешить.        — Точно подготовишь? — торопливо уточнила она.        — Да, — твёрдо ответил Деймон. — Как бы ни был я на тебя зол, я не забуду, что это твой первый раз. Я заставлю тебя заплатить по-другому.        — Тогда ладно, — она испытала облегчение и, чтобы компенсировать пережитое волнение и вернуть себе главную роль, скомандовала: — Тогда переворачивайся, дядя. Тут я уже всё увидела. Он ухмыльнулся и со всем изяществом так и сделал, выставив ко взгляду Рейниры сильную рельефную спину и аппетитную задницу. Она даже торопливо пристроила подсвечник на прикроватный столик, чтобы обрести полную свободу рук, и дала им волю.        И как же восхитительно оказалось ими водить, гладить, мять, сжимать, тискать, лапать всё, что было перед глазами! В ладони просилось буквально всё! Рейнира облизывалась и наслаждалась ощущениями: всё такое упругое, приятное и даже охающее, когда она особенно увлекалась…        — Дорвалась, — кажется, буркнул в подушку Деймон.        Вроде бы он это сделал и даже пытался как-то тяжко, укоризненно и снисходительно вздыхать не один раз, но Рейниру это совершенно не останавливало: она возвращала себе душевное равновесие и хороший настрой. И лишь куда позже стала замечать, как странно её взрослый мужчина ведёт себя в нижней части тела, словно ему… неудобно лежать плашмя. Как он пытается чуть приподняться в бёдрах, изогнуться… Но всё-таки молча.        Что, решил упорно не подавать виду, что действия неумелой и неопытной племянницы его так сильно возбудили? Возомнил себе, что всё скроет? Ха!        Рейнира остановилась, полюбовалась делом рук своих — блестящей и порозовевшей кожей, дождалась, когда Деймон недоверчиво повернёт голову в её сторону и спросит:        — Что, наигралась?        — Ага! — радостно подтвердила она. — Мне так понравилось! Только вот что-то жарко тут стало, — добавила она и скинула сорочку, под которую после ванны не надела ничего. Деймон бросил на неё лишь один взгляд и глухо взвыл в подушку, а потом сорвался с кровати и всё-таки как был — босиком и голым — рванул к выходу.        — Ты не сбежишь от меня ещё раз, дядя! — громко бросила ему вслед Рейнира. — Или я соглашусь аннулировать наш брак.        Он замер уже у двери.        — Это невозможно.        — Я скажу отцу, что мы разыграли спектакль с валирийской свадьбой. Что её не было, мы только порезали ладони. Отец поверит, он захочет поверить мне.        Деймон остался стоять с напряжённой спиной, явно соображая, как поступить, и оценивая серьёзность её слов. Но Рейнира действительно была серьёзна. Ей порядком надоело то, что Деймон себе позволял, как он верил в то, что может решить бегством от всех, в том числе и от неё, любые проблемы.        Нет, с другими людьми пусть поступает, как его душе угодно.        Но только не с ней!        — Пожалуйста, вернись в нашу постель, — выдержав паузу, добавила она.        Деймон чуть повернул голову влево и проговорил:        — Я не могу отвечать за себя, когда ты выглядишь так.        — А если я разрешу тебе меня коснуться? Коснуться, но не трахать. Давай сегодня я попробую привыкнуть только к твоим рукам.        — А к губам? — тут же заинтересованно развернулся он.        — Только к рукам, дядя, — подняла вверх указательный палец Рейнира, не желая уступать слишком много сразу.        Он это обдумал и кивнул.        — Ладно.        И деловитой походкой вернулся к их кровати, уселся на неё.        — Ложись.        Рейнира так и сделала, заинтересованно наблюдая за тем, как он накидывает обоим на ноги одеяло, раскладывает подушки… А затем он лёг полубоком рядом и, предвкушающе улыбнувшись, принялся водить горячей правой рукой по её телу, начиная от щёк, линии челюсти, шеи и плеч, и дальше по груди, совершенно никуда не торопясь. Теперь уже она осознала, что мог чувствовать Деймон совсем недавно, когда она изучала его тело, — то, что к нему проявляют искренний интерес и им наслаждаются! Явно и совершенно.        Когда он скользнул рукой ниже и попытался провернуть ту же штуку, что он делал сразу после их скандального бегства из столицы, она невольно напряглась, крепко сжала бёдра, и Деймон тут же остановился и укоризненно зацокал языком.        — Тебе же уже это понравилось, мой дракон. Ты так очаровательно покраснела тогда на Сиракс…        — Я не краснела! — возмутилась Рейнира, на миг потеряв контроль над телом, и Деймон тут же этим воспользовался, скользнув пальцами между её расслабившихся ног и потёр пальцами там.        Она снова сжалась, теперь уже от остроты ощущений, с досады пнула пяткой кровать и увидела, что вредный дядюшка тихо смеётся. Даже несмотря на то, что она зажала его пальцы, — смеётся! Р-р-р!        — Ты!        — Я, — с готовностью подтвердил он. — И если ты освободишь мне руку и подумаешь о себе, а не обо мне, ты узнаешь, насколько хорошо может быть твоему телу.        — Я знаю, насколько хорошо бывает моему телу от руки, — скептически возразила Рейнира. — У меня самой их целых две, — она их даже продемонстрировала.        — Спорим, что не настолько, как от моей? — хитро прищурился он.        — Спорим! — не раздумывая, согласилась Рейнира.        — Отлично, тогда больше мне не мешай. А лучше закрой глаза.        Рейнира скептически понаблюдала за тем, как Деймон уселся возле её бёдер, отогнул её правую ногу к себе и поднырнул рукой под неё, а второй рукой залез сверху, так что теперь свести колени она больше не могла и ощутила себя очень раскрытой. А Деймон, фактически обняв её ногу и прижав к себе, ещё и уставился на неё с таким восторгом и предвкушением, что она напомнила:        — Только руками, Деймон!        — Я помню. Остальное оставим на завтра, — урчащим голосом отозвался он и взялся ласкать её пальцами.        Выглядел он при этом настолько самодовольно, что Рейнира всё-таки закрыла глаза, чтобы не видеть его торжество, и сосредоточилась на ощущениях, тем более что они действительно были приятными. Порочный дядя оказался человеком творческим и гладил её по-разному: и вверх-вниз, и вправо-влево, и кругами, и короткими движениями, и длинными, и одним пальцем, и двумя, и всей пятернёй…        — Дорвался, — пробурчала уже она и услышала смешок, а за ним — почувствовала ещё и длинный палец, который как-то чересчур легко скользнул ей внутрь и стал гладить уже там.        Она даже приоткрыла глаза: оказалось, Деймон пустил в ход и вторую руку, продолжая гладить пальцами первой сверху. Почему-то от этого сильно загорелись щёки и потянуло поднять бёдра вверх, а ещё вцепиться в одеяло. Кажется, пальцев внутри неё стало уже два, и они скользили и наглаживали её так приятно и сладко, что она проскулила:        — Сильнее!        — Конечно, мой дракон, — согласился Деймон, надавил внутри чуть сильнее, отчего Рейнира вскрикнула и сжала одеяло ещё крепче.        Удовольствие накатывало и ширилось, когда Деймон стал трахать её пальцами ритмично и быстро, прибавляя и прибавляя темп. Рейнира металась по постели, ловила ртом воздух и задерживала дыхание, чтобы не пропустить… ещё немного… уже совсем рядом и…        Она закричала и выгнулась, переживая небывало острые ощущения и сокращения всех мышц, а потом обессиленно рухнула на постель.        Чтобы отдышаться, потребовалось время. Мелкие искорки перед глазами отступили не сразу, но затем за ними проявилось до крайности счастливое лицо её супруга.        — Ты! — она ткнула в него подрагивающим пальцем.        — Я, — охотно согласился Деймон. — Завтра ты сначала сделаешь вот так же, а потом засовывай в меня, что угодно.        — Как скажешь, дорогая, — широко улыбнулся он, потом чмокнул её в коленку и, чуть ли не насвистывая, улёгся рядом.        Да нет, он и правда насвистывал! Или, как минимум, что музыкальное мурлыкал себе под нос.        Рейнира ощутила прилив свирепости и, чтобы хоть немного сбить спесь с этого рукастого типа, не придумала ничего лучше, кроме как схватить его за всё ещё стоящий член. В конце концов, она больше уже ничего не стеснялась!        Деймон на это удивился и поднял брови, а потом бодро велел:        — Сожми сильнее, дорогая. И подвигай немного рукой вверх-вниз.        Бросать дело на полпути было глупо, поэтому она сделала всё так, как было велено, привыкая к новому для себя делу, и добилась-таки того, что дядюшка очень скоро шумно выдохнул и залил её руку своим семенем. А потом нащупал какую-то тряпку и вручил ей, чтобы вытереться. Она так и сделала.        — Легче, дядя? — уточнила Рейнира, с любопытством разглядывая, как порозовело и его лицо.        — Муж, — поправил Деймон. — И да, легче. Давай спать.        Он решительно погасил свечу, затем укрыл их обоих одеялом и притянул её к себе в объятия. Рейнира с удовольствием в них устроилась.        Последнее, о чём она подумала, прежде чем уснуть: Деймон, конечно, держался стойко, но всё же она его сегодня достала, пробила его броню и довела даже до бегства, так что победа за ней!        И её дядя-муж оказался очень благодарным, награждая свою победительницу.