Висенья Веларион

       - Он должен быть моим! - кувшин и чаши со стола полетели на пол, с грохотом разбиваясь о каменную поверхность. Алая, словно кровь жидкость разлилась на серые камни, а несколько капель попали на снежно-белую шкуру медведя - подарок из Севера.        Висенья некоторое время засмотерлась, как алая жидкость впитывается шкурами и остаётся бурым пятном. А затем она перевела взгляд на мать. Злой взгляд своих васильковых глаз. Глаза Арренов - не Таргариенов. Глаза, которым Рейнира никогда не умела отказывать. Как и Визерис.        - Он мой брат. Мы с ним в твоём утробе вместе лежали. Он мой по валирийским традициям. Почему ты хочешь отобрать его у меня?        - Веларионы должны быть на нашей стороне, Висенья, - пробормотала Рейнира, не глядя на дочь. Видеть злость, ярость и боль на её юном личике было невыносимо. - Ты знаешь, что Вэймонд пытается оспорить права Люка. Мы должны поженить Бейлу и Рейну на Джейсе и Люке, чтобы они были за нас. Они сомневаются...        - Так пусть подавятся своими сомнениями! Скорми их Сиракс! Почему какой-то ублюдок должен иметь права говорить что-то против тебя? Почему ты позволяешь? - ещё больше взбесилась Висенья.        - Одним драконьим пламенем дело не решить! - вскрикнула Рейнира, не выдерживая уже истерики дочери. - Даже Эйгон пошел на уступки, когда завоёвывал семь королевств.        - И поэтому ты продаешь моего брата Бейле? Ты разделяешь нас, потому что тебе ссыкотно использовать то, что даёт нашему дому силу?        - Висенья!        - Слышать тебя не хочу! Знай - если отдашь Джейса Бейле, ты мне не мать!        Принцесса выбежала из своей комнаты, громко хлопнув дверью напоследок. Рейнира устало вздохнула. Вот жалела она, что не назвала дочь Эйммой. Серьёзно жалела. Может имя матери Рейниры помогло бы унять бешенный темперамент её дочери.        Тем временем принцесса выбежала из комнаты и побежала к брату. Джейса можно было легко найти - он либо тренировался, либо летал, либо учился. Для тренировок было уже поздно. И звуки драконов доносились лишь издалека. Висенья бросилась в библиотеку. И не прогадала. Джейс корпел над очередной книгой.        - Джейс!        Висенья кинулась к брату в его объятия. Тот откинулся на стуле, чтобы принцесса могла уместиться на его коленях. Принцесса впилась в его плечи острыми ногтями. Глаза её, васильковые, лихорадочно блестели, бегая по лицу брата.        - Джейс, мать хочет нас разлучить, - шмыгнула она носом, - она хочет Бейле тебя отдать! Чтобы чёртовы Веларионы поддержали её. И Люка. Но разве это справедливо?        Висенья совсем близко склонилась к брату. Чувствовала его дыхание. Её собственное - жаркое от колотящегося в груди сердца, дыхание смешалось с его.        - Она отобрать тебя у меня хочет! - прошептала она иступленно. Впивалась пальцами в плечи, а глазами взирала в его глаза, ища поддержки. Тёмные глаза брата, совсем отличные от её, потемнели ещё пуще, став чёрными-чёрными. Совсем как шкура Каннибала - того дикого дракона, которого Всиенья видела всего раз. - Ты разве допустишь это?        - Не допущу, - прошептал Джейс, впиваясь в её губы жестким поцелует. Так, как она любила. Она улыбнулась в поцелуй. Совсем широко, совсем как сумасшедшая. Она обвила руками шею брата. Её близнецовое пламя. Её близнец! Её самый родной человек. Мать родила их не для того, чтобы потом разлучить. Ни за что такого не будет.        Висенья отстранилась, приложив ладонь к губам брата. Он поцеловал её пальцы, глядя в её глаза исподлобья. Тёмные глаза брата словно разрывали её извнутри. Она улыбнулась вновь. Широко. Радостно. Страстно. Зная точно - брат не бросит. Брат любит её и будет бороться за неё. А Бейла ... Бейла пусть за Джейса выходит. Плевать Висенье на сводную сестру. Но брата она не отдаст.        - Люблю тебя, - прошептала она, склонившись к его уху. - Не отдам.        Джейс не ответил, лишь смотря в её глаза. Глаза - его тёмные, волшебные глаза говорили за него. Говорили то, что прилежный, идеальный наследник себе позволить не мог. Но Висенья уже давно научилась читать эти глаза словно открытую книгу. Лишь для неё, для его близнеца. Для половины его души.        Висенья встала с места и покинула брата, напоследок мазнув пальцами по его припухшим губам.        В Королевскую Гавань они отправились без принцессы Висеньи, которая изъявила нежелание летать в Красный замок. Встречали семью принцессы лишь стражник и кастелян. Рейнира сжала губы и терпела такое неуважение, благодаря всех богов, что её дочери здесь нет. С неё бы стало устроить истерику и поднять всю гавань, лишь бы её эго приласкали. Висенья тихой быть не умела.        Рейнира встретилась со своим отцом. Точнее с тем, что от него осталось. Принцесса была в отчаянии. Она молилась отцу, чтобы тот защитил её детей, ибо видят боги - её сил уже не хватает на это. Её сил ни на что не хватит. Даже на собственную дочь.        На следующий день Рейнира надела свои лучшие доспехи - свою красоту. Она заплела волосы на валирийский манер, она надела платье с шипами и чешуей. Вплетенные в него золотые нити поблескивали. Её украшения - серьги, ожерелье и кольца блистали на падающих сквозь витражи на окнах солнечных лучах.        Рейнира вошла в зал с гордо поднятой головой. Оглядела всех. Присмотрелась к помятому наследнику Алисенты. Гордо глянула на своего наследника - не в пример умнее, отважнее, красивей. Даже без белоснежных волос и фиолетовых глаз Джекейрис излучал всю мощь королевского рода. Рейнира возгордилась. Затем взглянула на Вэймонда и поддерживающих его десницу и королеву. Приготовилась к унижению.        Но стоило Вэймонду открыть рот, как снаружи донесся грозный вой. Все умолкли, смотря в огромные окна тронного зала. В звенящей тишине отчётливо звучали крики и вой горожан. И ещё громче - вой дракона. Неизвестный. Многим. Но не Деймону. Принц сжал зубы, неверяще смотря в окна. Присматриваясь. Не может быть.        Стены тронного зала задрожали. Два окна с правой стороны были выбиты, как и стена между ними. Придворные и королевская семья сбились в угол, с опаской смотря на дракона, который втискивал голову и шею в проём. Королевская стража встала спереди королевской семьи. Никто даже не обратил внимания на десницу, который чуть было не упал прямо на мечи - но ему повезло, и он всего лишь сильно поранился.        Из проема на людей смотрели золотистые глаза дракона - огромного. Не Вхагар, но близко. Бронзовую чешую дракона первым узнал, конечно же, Деймон. А затем и Алисента, что служила сиделкой при при предыдущем хозяине этого зверя. Королева ахнула и подалась вперед, невзирая на Коля, который пытался её удержать. На мгновение ей показалось, что с него слезет король - величественный в своей валирийской красоте, невзирая на морщины. С Золотой короной на голове. Семиконечной. Ожидала увидеть короля Джейхейриса собственной персоной, пришедшего по её душу, за то что посмела сунуться в его семью. За то, что пытается сделать своего сына королем. Но затем дракон склонился, опустил голову и крыло. И с него скатилась принцесса. Беловолосая. С васильковыми глазами. С хрупкой фигурой, но грозными видом. Её растрепанные волосы, пыльная одежда и сажа на лице делали её лихорадочно блестящие глаза в разы страшнее.        - Почему это никто не радуется? - воскликнула Висенья, весело рассмеявшись. Она закинула руки в стороны и подошла к отчиму. - Ну же, батя! Ты ведь так хотел, чтобы мы с Рейной завели драконов. Я выполнила твоё желание! Ты не рад?        Стража её беспрепятственно пустила к семье. Попробовали бы не пустить, когда на всех в общем и каждого по отдельности смотрит золотистый глаз огромного скалящегося дракона. Деймон понятия не имел, чего падчерица добивается. Но послушно положил руку на её плечо.        Тонкий свист вынимающегося меча. Мокрый "швак". Поначалу никто не успел понять, что случилось. Но когда тело Вэймонда, разрезанное ровно посередине, развалилось на две стороны, даже бравые мужчины заверещали. Все отошли как можно дальше от убитого Велариона и принцессы с парой капель крови на её белоснежном лице. Широкая улыбка не сходила с её лица, что делало зрелище ещё хуже. Деймон устало застонал. Хелейна вскрикнула и отвернулась, пряча лицо и мокрые от слёз глаза. Эймонд выпучив единственный глаз, следил за движениями племянницы с одержимым выражением на лице.        - Я хотел это сделать! - пробормотал принц.        - Ты опоздал, - весело протянула Висенья. Она глянула на Тёмную сестру в своих руках. - Меч наконец вернулся к Висенье.        - Принцесса, бросьте оружие, - Кристон Коль вышел вперед. Его меч был обнажен. висенья посомтрела на него вскинув брови.        - Ты берега попутал на меня меч направлять? - тихо спросила Висенья.        - Моя обязанность защищать королевскую семью, - упрямо нёс свой бред Коль. Рейнира подалась вперед, но Деймон удержал её за руку, сам внимательно следя за развитием событий.        - Так а что ты мух ловил ртом, засунув голову в задницу, когда будущую королеву оскорбляли? - рявкнула Висенья.        - Принцессу Рейниру ещё никто не оскорблял, и...        - Само решение вызвать её на суд, чтобы решить, получит ли мой брат своё наследство по рождению - само оскорбление. Ты - гвардия короля - первым должен был сделать изменника на голову короче. Но ты стоял и молчал. Поощряешь изменников? Или может сам изменник? Я видела, сир Коль. Я видела, как ты оскорблял моих братьев. Может ты тоже думаешь, что мы бастарды? А то дедушка обещал мне язык каждого, кто так думает и клевечет на нас. Ты отрежешь мне свой язык за свою измену, Кристон Коль? Или язык своего ученика, которого ты этому бреду учил? - острие Тёмной сестры направилось на Эйгона, и тот побледнел, бросив взгляд на мать, которая заслонила его собой.        - Вы не можете угрожать...        - Что я делаю со своей семьёй не твоё собачье дело! - рявкнула Висенья, и острие меча направилось на неё. - Ты лишь собака на поводке у короля. А после деда поводок перейдёт к моей матери, будущей королеве. Ты собака на поводке, но показываешь агрессию к своим будущим владельцам. Может у тебя бешенство? Ты знаешь, как поступают с бешенными псами, Кристон Коль?        - Я не...        - Король Визерис Таргариен! Первый его имени, король андалов, ройнаров и первых людей. Лорд Семи Королевств и защитник державы! - провозгласил один из Каргиллов, открыв ворота.        Все посмотрели на короля, который вошел в помещение и застыл, глядя на сунутую в свежевыбитый проём на стене, голову Вермитора.        - Бронзовый Гнев, - прохрипел он, застыв на месте. - Век его не видел.        - Дедушка, - Висенья кинула меч на землю и вприпрыжку бросилась к деду. Она обняла его, невзирая на его сутулость, отсутствие руки и маску на лице. - Я так рада тебя видеть, дедушка!        - Висенья! - хриплый и слабый голос короля наполнился радостью. - Родная.        - Я оседлала Вермитора, дедушка! - Висенья доверительно и нежно посмотрела на деда, хлопая своими густыми, чёрными ресницами.        - Я рад за тебя, милая. Но зачем - зачем было ломать стену в моём замке? - посмеялся Визерис, прежде чем смех превратился в кашель. Висенья взяла деда под локоть и повела к трону.        - Представляешь, дедушка, маму призвали к суду для того, чтобы решить - получит ли мой брат Люцерис своё наследство. Это разве не измена? Ты сам говорил, что возьмёшь язык любого, кто посмеет клеветать на нас. Даже если это принц. А Вэймонд даже не принц. И столько спеси. Я говорила маме скормить его Сиракс, чтобы все змеи, несущие яд на своих клыках расползлись по норкам. Но мама не захотела. Она говорит, что это жестоко.        - Твоя мама права, - Визерис остановился и с трудом взглянул на старшую дочь - держащую одну руку на своём животе, другую на предплечье мужа. - Твоя мать добрая. И разумная.        - Ладно Вэймонд, дедушка. Но какого пекла десница посмел принять жалобу? Или десница настолько отсидел свою задницу на нашем троне, что не видит очевидного оскорбления наследницы? - вся мягкость и нежность с голоса принцессы пропали, стоило её взгляду упасть на десницу. - С такими у Вермитора разговор краток.        Дракон рыкнул в сторону десницу, подавшись эмоциям всадницы. Визерис вновь засмеялся.        - Мне не нужно, чтобы мой десницы обосрал мой трон, родная, - смеялся дед под всё более бледнеющее лицо десницы, - вряд ли потом найдётся смельчак, который решит очистить мне трон. И придётся твоей матери сидеть на таком стуле.        Шепот пронесся на всему залу. Алисента ахнула от возмущения, десница побледнел до синевы. Висенья злорадно хихикнула, смотря на десницу сверху вниз.        - Кажется он скоро заляпает пол своей кровью. Пусть уберут его отсюда, - милосердно махнула свободной рукой принцесса, другой помогая деду усесться на трон. - Годы над тобой на сжалились, но на троне ты смотришься всё таким же великим, дедушка.        - Спасибо, родная.        Висенья смотрела, как десницу уводят. Королева ушла за своим отцом и мейстером. А затем вновь посмотрела на деда. Суд ждал действий короля или принцессы. И принцесса им это дала.        - Матушка решила разлучить меня с Джейсом, дедушка, - Висенья упала на колени, положив голову на колени деда. - Она говорит, что из-за слухов о нашем рождении, даже принцесса Рейнис и лорд Корлис нас не примут. Что Джейсу нужно жениться на Бейле, чтобы уполномочить свои претензии.        - Какая чушь, - ухнул дедушка, задетый до глубины души. - Джейсу не нужна никакая поддержка, чтобы быть наследником твоей матери.        - Так сделай меня счастливой, дедушка, - Висенья подняла голову, глянула на лиловый, единственный оставшийся глаз деда, - выдай меня замуж за брата моего. Джекейриса. По традициям нашим, валирийским. Сестру за брата. Как поступили твои родители и их родители до них. Прошу тебя, дедушка. Эйгона и Хелейну ты женил, согласно их традициям. Разве я много прошу? Я делила с Джейсом утробу матери, мы делим наши сердца и души. Ты разрешишь?        Висенья смотрела на деда не отвлекаясь. Смотрела в душу. Вползала словами в уши. Прямо внутрь. К его памяти. Его воспоминаниям. О хороших днях.        - Раз ты того желаешь, - пробормотал Визерис, гладя внучку по волосам. - И если Джейс не против. Моя единствнная внучка. Моя любимая Висенья.        - Спасибо, дедушка, - Висенья вскочила на ноги и поцеловала деда в щёку. - Ты сделал меня самой счастливой девушкой на свете.        - Я рад, милая, - Визерис закашлялся, - я счастлив, если счастлива ты.        Визерис совсем согнулся от кашля. Висенья довольно отошла, а Рейнира подбежала к отцу. Короля увели - с ним ушли и Рейнира с Деймоном. Висенья же, довольная, подошла к брату. Взяла его руку в свои ладони, преданно заглядывая в глаза.        - Я смогла! - прошептала она, подавшись к нему. Он подставил ей щёку, отвернув голову. Висенья нахмурилась, но Джейс огляделся по сторонам. Висенья повторила жест брата, и наткнулась на дворян и детей короля, что стояли и внимательно смотрели на них. Были ещё и принцесса Рейнис с её внучками.        - Я пойду к королю, - Джейс стиснул руку сестры и отстранил от себя. - А ты иди, оставь Вермитора в Драконьем логове.        - Как скажешь, брат, - Висенья склонила голову. Перед ним единственным. Джейс ушел, а Висенья направилась к Вермитору. - Давай выполним просьбу будущего короля и я вернусь сюда, ладно дорогой?        Вермитор ластился к её рукам нежно - совсем не подходящее поведение для того, кого называли Бронзовым Гневом. Висенья забралась на седло и ударила кнутом с наконечником из валирийской стали по толстой чешуе дракона, и тот взлетел. Только недолго они летали - Вермитор оставил Висенью в Драконьем Логове и улетел, по велению самой принцессы. Запирать своего дракона она не хотела.        - Надо же, - протянула принцесса, когда обернулась, проводив исчезающую в небе точку, что являлась её драконом глазами, и наткнулась на дядю. Одноглазого из всех. - Дядя решил полетать.        - Выходи за меня.        Висенья вскинула брови, удивленно смотря на дядю. а затем расхохоталась.        - Эта самая твоя смешная шутка, - пробормотала принцесса, вытирая выступившие на глазах от смеха слёзы. - Но больше так не делай. Не все поймут.        - Я не шучу. Твоя мать женщина, её никто на троне не примет. А Эйгону трон не нужен. Он будет рад уехать в Вольные города и никогда больше в Вестеросе не появляться. У тебя есть Вермитор, у меня Вхагар. Мы будет лучшими королём и королевой, чем Эйгон или Рейнира когда-либо смогли бы. Мы будем сильнейшими, и никто...        - Очнись, дядь, - Висенья пощёлкала пальцами у его глаз, - мы не в твоих влажных снах живём. Ты хочешь, чтобы я Джейса поменяла на тебя? Своего идеального, красивого, сексуального, горячего и почти коронованного брата на жестокого, одноглазого ублюдка вроде тебя? Вхагар не в этом, так в следующем десятилетии сдохнет. И с кем мне потом прикажешь небеса делить? Иди куда шёл, дядя, и выбрось эти свои мыли из своей бошки. Ну или, - Висенья сверкнула глазами, а рука её нашла бугор в штанах дяди, - да ты настоящий извращенец. Возбудился от своих мыслей или моих оскорблений. Ммм. Как убого. Но так и быть. Можешь дальше дрочить на меня. Разрешаю. Саму меня-то ты не получишь.        - Ты пожалеешь, что выбрала не меня. Когда твоего ублюдка убьют, а твою мать выставят посмешищем, ты сама приползешь, - прошипел Эймонд.        - Неважно. Даже если твои слова правда, я к тому моменту уже залезу в штаны к брату и мы сделаем своих ублюдков. С моими голубыми глазами и его каштановыми кудрями. сильные гены, сам понимаешь, - захихикала Висенья, удаляясь от дяди. Но стоило ей отдалиться, как улыбка стала широкой и кровавой.        Она пошла прямо к покоям брата. Выгнала оттуда Люка к малышне на некоторое время. Младший брат конечно посопел, но против сестры не пошел и послушно вышел. Висенья же усадила другого брата на кровать и села сверху, наклонившись к его уху - целуя мочку и прикусив её.        - Одноглазый просил выйти за него, - прошептала она игриво, - обещал корону. Себя в придачу. Говорил, как мы идеально друг другу подходим.        - Обломается, - пробормотал Джекейрис, откидывая голову и подставив под поцелуи свою шею. - Жаль Люк отобрал у него лишь один глаз. Мне не понравилось, как он в тронном зале раздевал тебя оставшимся.        - Я ему не достанусь, - Висенья слегка отодвинулась - лишь чтобы заглянуть брату в глаза. - Я твоя навеки, Джейс. С самого моего первого вздоха и до последнего.        - Да. Ты моя, - Джейс впился в губы сестры жарким поцелуем. Кусал её губы до крови. Питался соленой жидкостью. Зализывал рану. Смотрел в довольные глаза сестры. Черный зрачок стал намного больше, заставив голубую кайму почти исчезнуть. Руки его вцепились в платье сестры, задирая его. Он разорвал панталоны под ними, и она своей горячей, сочящейся плотью опустилась на твёрдый бугор в его штанах. Висенья ахнула, рот её раскрылся. Грудь поднималась и опускалась.        - Джейс, - прошептала она, - я хочу большего. Я пообещала Эймонду, что даже если они победят, к тому времени у нас с тобой уже будет собственный ублюдок. Ты же не откажешь сестре?        Висенья взяла руку брата и приложила его в собственному животу, заглядывая в глаза брата лихорадочно бегающим от одного его глаза к другому, взглядом.        - Вот здесь. Я буду наполнена твоим семенем. Беременная твоим ребенком. Нашим ребенком. Моим и твоим. Я буду вынашивать его, а затем рожу. Джейс, - Висенья закусила нижнюю губу и застонала от собственных фантазий.        - Будет пир сегодня вечером. Просьба короля, - прошептал Джейс, смотря на свою руку на животе сестры, - ты явишься туда, наполненная моим семенем.        - Да, - прошептала Висенья, вильнув бедрами, отчего Джейс тоже тихо застонал.        - Приподнимись.        Джейс стянул штаны до коленем и придержал член, пока Висенья опускалась на него. Другой рукой он схватил сестру за затылок и соединил их губы, чтобы впитать в себя стон сестры. Висенья ахнула, опустившись настолько, насоклько могла. Она приоткрыла глаза, смотря своим затуманенным взором на брата, который глаза не закрывал. Он следи за её выражением лица. И всё ещё смотря на неё, он вцепился в её бёдра, зафиксировав в одном положении и подался своими вверх. В восхихитительную теплоту и влажность лона принцессы.        Он двигался, задавая темп в зависимости от выражения лица сестры. Висенья любила, когда он брал её сзади, на коленях. Обнимая одной рукой её груди, а другой повернуть её голову к себе, трахая её рот своим языком. Или другой рукой придушив её слегка. Висенья любила грубо, громко и страстно. До капель пота по всему телу. Чтобы её соки и его семя смешалось, застывая к утру на внутренней стороне её бедер. Висенья любила, когда он трахал её рядом с драконом. Они останавливались на одном из безлюдных остравков, Джейс прижимал её к Вермаксу и брал сзади, намотав на кулак её тугие, белокурые косы. Обожала она, когда жесткая чешуя царапала ей грудь и живот. А от выражения её лица разум терял уже Джейс.        Но такой радости им на данный момент предоставлено не было. Поэтому Джейс быстро кончил сам, не дав сестре почувствовать оргазма. Висенья захныкала, когда он вышел из неё и выпучила глаза, когда он засунул в неё лоскуток от её панталонов.        - Вечером придёшь, выну. До этого не смей вынимать, - приказал Джейс и встав, посадил её на своё место. Ноги Висенью сейчас не держали - он уверен. Не после того, как её оставили на грани оргазма.        - Оно трёт, - захныкала принцесса в плечо брата.        - Потерпишь, - Джейс улыбнулся. Широко, страшно. Прям как его сестра. - Представь что почувствовал бы Эймонд, узнай он об этом. Но он знать не будет. Пусть дрочит на тебя дальше. Я ему сегодня дам знать, кто оседлал самого грозного дракона нашей семьи.        От грязных слов и бархатного смеха брата у Висенья по телу пробежали мурашки, и ткань намокла сильнее. Она встала и подвигалась на пробу, морщась от неприятного ощущения.        - Ты кровавый садист, который не любит людей вообще, - проворчала Висенья, дрыгая ногами и крутясь из стороны в сторону, чтобы тряпка в её лоне расположилась удобнее для неё.        - Ты сегодня разрезала человека на две части, Висенья, - Джейс приподнял левую бровь, ехидно улыбаясь и поправляя шнуровку на дуплете. Принцесса как-то не обращала внимания, что добралась до него. - Тебе ли меня осуждать?        Принцесса фыркнула, прежде чем вышла, странно покачивая бедрами. Джейс тихо посмеялся ей вслед. Но как только дверь за ней захлопнулась, улыбка сползла с его лица. Эймонд. Ублюдок одноглазый. Полез к Висенье? Его Висенье? У него лишняя жизнь есть?        На пир Джейс пришел одним из последних, что было ему несвойственно. и место оставалось одно - между Висеньей и Эйгоном. Король радовался пиру словно маленький ребенок. Он смотрел на свою семью и искренне верил, что она вновь едина. Что сучка-королева не воткнет нож в спину Рейнире. Что Деймон перестал быть ублюдком, которым был. Что Рейнира наконец стала достойной наследницей. Что Эйгон преданный брат, что Эймонд лучший мечник и искренне верующий человек в их семье. Что Хелейна совсем нормальная. Что Люк не воткнёт нож в другой глаз Эймонда, когда подвернется возможность. Что Джейс не придушит всех свои дядь, чёрт их всех дери.        Джейс улыбнулся сестре, когда её рука накрыла его. Принц посмотрел на неё. Затуманенный взгляд и пьяная улыбка, хотя она и полного бокала вина не выпила, говорили сами за себя.        - Ты ублюдок, старший брат, - прошипела Висенья с широкой улыбкой на лице, наклонившись к его уху. - Я тут подохну скоро.        Джейс услышал, как со стороны Эймонда скрипнул стул. Он улыбнулся и вытащил сестру со стола за руку. И они нос к носу столкнулись с дядей.        - Если ты не против, я бы пригласил племянницу на танец, племянник, - максимально холодно произнес Эймонд, уверенный, что при таком колчестве людей и при короле никто ему не откажет.        - Извини дядя, я хочу потанцевать с братом. Я обещала ему первый. Первый танец. Может потом и на тебя время останется, - захихикала Висенья и потащила брата к танцполу. Они танцевали - весьма весело. Висенья даже про свои неудобства на некоторое время позабыла. Но конечно же Эймонд должен был всё испортить. И начал он прямо тогда, когда короля вывели из зала. Висенья опомниться не успела, как кулак Джейса врезался в Эймонда, а Эйгон прижал голову Люка к столу. Кровь принцессы вскипела, и она вцепилась в волосы Эйгона, оттаскивая его от брата. Страший принц вскрикнул, но быстро схватил её за руку, больно сжимая. Конечно Висенья не отпустила. Она ему ещё и в горло вцепилась, впиваясь ногтями в бархатную кожу.        Но их быстро разняли и отправили по комнатам. Вскоре Джейс пришел к ней. Вытащил надоевшую тряпку из лона и передал послание матери - они вылетают обратно на Драконий Камень завтра с утра. Висенья засыпала в объятиях брата.       

***

       - Уходите!        Висенья стукнула кулаком по столу. Она ненавидела чувствовать себя беспомощной. До глубины души ненавидела. Но поделать ничего не могла. Мать сейчас рожала им очередного брата или сестру. И ребенок шел слишком рано. Каждый понимал, что даже если она справится сама, ребенок всё равно не выживет. Но мать ни в какую не хотела сдаваться.        - Принцесса, вам нужно...        - Прочь!        Висенья не выдержала. Она бросилась к брату, стискивая его руками свои уши. Она всхлипнула.        - Ненавижу-ненавижу-ненавижу! - бормотала она, качая головой из стороны в сторону. - Я их ненавижу! Ненавижу! Я ничего не могу поделать. Ничего.        Джейс убрал ладони с её уш и обнял её. Мать выбрала именно этот момент, чтобы позвать их.        - Деймон сошел с ума! - рявкнула она, собирая силы в кулак. - Собирается начать войну. Не дайте ему.        Висенья вцепилась в единственный шанс отвлечься и помчалась за братом, который пошел выполнять поручения матери. Висенья держалась за ним, пока тот пытался справиться с их отчимом. А затем, благо, отчим вывел их за пределы замка. И начал угрожать Белым плащам. Будто у них было так много людей, чтобы разбрасываться опытными воинами. Джейс стискивал челюсти, явно не одобряя методы отчима. Но им нужно было держаться единым целым перед лицом народа.        Мать, как и ожидалось, потеряла ребенка. Свою Эймму. Последнего ребенка, как она думала. Первого мертвого ребенока, как оказалось. Похороны были проведены уже к закату. Висенья жалась к брату, всхлипывая ему на плечо. Матери часто приходилось хоронить своих братьев и сестер. А вот Висенье - никогда. Было душераздирающе видеть маленький сверток, объятый пламенем костра. Висенья положила руку на свой живот. Что если ... что если она беременна уже? Что если она, как и мать, как и бабушка до матери, потеряет своего ребенка?        От ужасных мыслей её отвлек сир Эррик, появившийся с короной Визериса. Коронация прошла скомканно. Было грустно, и для радости не было ни единого повода. На троне сидел узурпатор. А они - истинная наследница и её семья, остались отделены от континента в Драконьем Камне.        Благо, у них были драконы. Больше драконов. Они лидировали в этом. И Деймон собирался воспользоваться этим. С помощью Вермитора, Кераксеса, Мелеис и Сиракс они вполне могли завоевать столицу. Им бы даже не пришлось напрягать младших драконов. Но мать - мать стояла на своём и не хотела начинать войну. И Джейс предложил компромисс - полететь на драконах с вестями, чтобы переманить лордов на свою сторону.        Джекейрис и Люцерис осбрались в путь. Сколько бы Висенья не рыпалась, не истерила, кричала, плакала или убеждала, никто не собирался выполнять её требования. Никто бы не доверил Висенья мирные переговоры. И зря. Потому что переговорам наступил конец, стоило Вхагар сожрать Люцериса и Арракса. На тело Арракса наткнулись моряки - рыболовные сети наткнулись на разорванные части тела жемчужного дракона.        Горю королевской семьи не было предела. Люк был искренним, добрым и милым парнем. Горе матери, потерявшей двоих детей в течении недели, представить невозможно. Но вполне возможно представить ярость принцессы, потерявшей брата, который рос перед её глазами. Свидетелем и последствием её горя стала Башня Староместа, что горела. Не зеленым пламенем, призывая к войне, а бронзовым.        Старомест готовился к войне, собирал войска. И как оказалось, люди в доспехах горят также хорошо, как и трава под их ногами. Тессарион, что поднялась в воздух для противостояния Вермитору, не смогла ничего сделать. Вермитор откусил её голову и разодрал крыло. Туловище кусать Вермитору Висенья не дала специально. Дейрон был ей нужен живой. На время. Пока она не открутит ему голову.        - Ты чудовище, - пробормотал Дейрон.        - Ты всегда знал это, дядя, - ответила Висенья, нависая над стоящем на коленях принцем. - Именно поэтому всегда ссался кипятком, стоило деду приказать тебе играть с нами.        - Я не виновен в смерти твоего брата.        - Да. Знаю. Но твой брат виноват. Брат за брата, Дейрон Таргариен. Я буду достаточно мила. Моя мать нашла лишь лоскутки кожи Арракса. Но я буду милосердна и не поступлю так с твоей матерью. Я отправлю ей твою голову. Будет что хоронить.        - Даже если моя старшая сестра победит, - Дейрон кинул взгляд в сторону горящей башни, которая уже не выглядела такой белой, как раньше, и обвалилась почти наполовину. - Тебе этого не простят. Будет бунт. Ты вырезала целую семью, уважаемую страной и Вестеросом.        - Семью предателей, - дополнила Висенья. - Семью гнусных узурпаторов.        - Ты забываешь одно - мы все семья. Не Хайтауэры пошли против короны, а брат против сестры.        - Больно ты умный. Мне жаль, дядя. Но ты родился в неправильной части нашей семьи. И твоя смерть настигнет тебя лишь из-за этого.        - Хелейна, - прошептал Дейрон, вскинув голову. - Пощади Хелейну. Она не будет участвовать на войне. Она слишком невинна. Пощади её.        - Я попытаюсь.        Дейрон склонил голову, готовый к смерти. Висенья собрала короткие волосы дяди в кулак и приставила к его горлу кинжал.        - Ах да, - Висенья склонилась к его уху. - Обещаю, принцессу не тронут. Но мой отчим имеет собственное чувство справедливости. Он сказал - сын за сына, когда я уходила.        Висенья развлеклась, увидев ужас в глазах дяди. Такой скорее всего был в глазах у Люка, когда пасть Вхагар приближалась к нему. Принцесса долго резала шею, чтобы отделить голову от туловища. А затем прилетела к Стонтонам, накалякала записку и наняла человека, чтобы тот отнёс голову и письмо в Гавань.        - Что ты наделала?! - рявкнула мать, как только обняла её, почувствовав её теплое тело, расспросила и получила ответы на свои вопросы.        - То, что ты боялась сделать. Показала, что будет, если идти против нас. Минус один дракон Зеленых и целая армия. Я не уничтожала их всех, так - прошлась огоньком. Но они запомнили - выходить против меня самоубийство. А их чёртова башня горит ярко, как они и планировали.        - Меня все итак уже назвали Жестокой, а ты подлила в горящий огонёк масла! Да найдётся хотя бы один адекватный человек в моём окружении?        Мать ушла злая как чёрт. И заперла Висенью в её покоях. Боги, как будто это могло её остановить. Но не прошло и четверти часа с ухода матери, как к ней заявился Деймон.        - Я слышал, дочь Отто верещала как умалишенная, когда увидела головку сынули.        - А я слышала, что мать выгнала тебя из замка, - ответила Висенья, удобно расположившись на кровати. Боги, как она скучала по этому.        - Больно у тебя длинный язык. Хотя признаю - к Старомест даже я бы не сунулся. Как то не пришло в голову. Да и зачем - ну подохнут они, но главные Хайтауэры же в столице сидят. Под крылышком Вхагар.        - Пусть погреются ещё чуть-чуть. Я не сунусь к Вхагар на их территории. Вот если бы мы воевали в другом месте - там, где нет скорпионов. И Вхагар одна ... тогда мы бы с тобой её победили.        - Я ухожу. В Харренхолл. Там соберу наши войска.        - Перед уходом отправь пиьсмецо в Штормовой предел. Пусть лучше олень сидит в своей норе. И тогда я всего лишь убью его. А если нет - его дочери не обрадуются, что пришли на этот свет.        - Иронично. Визерис всю жизнь боялся меня, называл жестоким, беспощадным. А тебя считал перерожденной Эйммой. Милой. Доброй. Невинной. И именно ты начала резать его детей, начиная с самого младшего.        - Дед вообще был слеп. Ему нужно было либо женить мою мать на Эйгоне, либо назвать его наследником.        - Ты считаешь Узурпатора правым? - прошипел Деймон, заводясь с полуоборота.        - Давай будем честны - мужчина не примет женщину на троне. Как мать будет править, когда даже её муж оспаривает каждое её слово? Её самый верный сторонник? Я не слепа, в отличии от матери и деда. Я вижу, как обстоят дела. Долина с нами лишь из-за того, что имеют свою кровь в жилах матушки. Север - ну, Джейс умеет быть убедительным, да и северяне помнят свои клятвы. Ланниистеры вот понимают как обстоят дела. Тиреллы молчат, хотя леди Тирелл - та, что регент при своём внуке, единокровная сестра бабушки Эйммы, если не ошибаюсь. Думаю, теперь Простор охотнее пойдет за нами. Подожди пару недель в Харенхолле и наведайся в самый богатый наш регион. Речные земли слабы. Застрянут между молотом и наковальней - с запада и юга Зеленые, с востока и севера мы. Есть ещё железнодорожные конечно. Кучка пиратов.        Деймон ушел, посидев ещё полчаса. А затем, к вечеру, к ней наведался Джейс. Жутко злой. Это было видно по его взгляду из под бровей и опущенной голове. Висенья подобралась, прислонившись к спинке кровати. Брат подошел медленно, будто обдумывал каждый свой шаг. А когда уже стоял над ней тёмной тенью - сдулся. Злость с его взгляда исчезла, плечи опустились, словно от усталости.        - Почему ты не подождала меня? - спросил он глухим голосом.        - Я боялась, что мать придёт в себя к тому времени и запретит мне что-либо предпринимать, - ответила Висенья честно.        - Знаешь что я почувствовал, когда получил весть о смерти брата на Севере, а прилетев сюда, узнал о твоём отсутствии? Мы с тобой разминулись на чёртов день, а мать уже была здесь и я не смог ничего предпринять! - крупные слёзы покатились из глаз принца, и Висенья ощутила довольно больной укол в сердце.        - Прости.        - Ты и Люк - вы со мной были даже тогда, когда я не осознавал себя. Я всю жизнь прожил с вами. Я думал ... я боялся, что потерял вас обоих, понимаешь, Висенья? Я надеялся, что мы найдёт утешение в объятиях друг друга, что мы это вместе переживём. Смерть нашего маленького брата. Я бы не смог ... я бы не смог жить, если бы ты тоже ушла.        Висенья вскочила с кровати и обняла брата. Так крепко, как могла. Джейс всхлипнул и прижал её к себе, уткнувшись носом ей в плечо. Они стояли и плакали, прежде чем Висенья потянула с собой брата на кровать. Они лежали на кровати, крепко прижавшись друг к другу. Осознавая существование друг друга. Что они живы, что есть друг у друга.        - Я отомстила за Люка, - пробормотала Висенья. - Зеленые не получат Тессарион и войско Хайтауэра. Я не знаю остались ли вообще Хайтауэры, но если и остались, то точно не те, что в тот момент были в башне.        - Если тебя это успокоило, я рад. Но Люка нам это не вернёт.        Висенья замолчала, не ответила. Её ответ Джейс знал сам. Люка не вернет. Но Висенью успокоит. Принцесса почувствует, что она не беспомощна. Что она может хоть что-то сделать. Пусть это накликало на её мать ужасное прозвище, пусть. Но другие будут знать, несмотря на пропаганду Зеленых - самый страшный монстр в их рядах не Рейнира, и даже не Деймон. Она - Висенья, превзойдёт и королеву-завоевательницу и её сына-узурпатора своей жестокостью.        - Зеленые не успели подготовиться к тому, что у тебя теперь Вермитор. Они рассчитывали свои действия на других наших всадников, и Вхагар больше каждого из наших. Сомнительно было, что даже объединившись наши два самых больших дракона - Кераксес и Мелеис преодолеют Вхагар. Но если в борьбу вступит Вермитор - наши шансы в разы возрастают. И они уже потеряли Тессарион. Санфайр лишь немного больше Вермакса, хотя и является более свирепым. Карты перетасованы. И теперь - когда страна узнает что произошло с Хайтауэром, многие либо перейдут на нашу сторону, либо отвернутся от нас.        Висенья не ответила. Она не хотела сейчас об этом думать. Она просто хотела лежать в объятиях брата и наслаждаться недолгой тишиной.       

***

       - Отправьте меня, Ваша Светлость.        Висенья закатила глаза. Рейнис следила за блокадой. Но на Грачиный приют напали Зеленые. Месть от Эйгона за Джейхейриса и Дейрона, как говорят. Мелковато. Мог бы пойти сжечь Харранехолл повторно - там как раз Деймон, да и дом настоящего отца четверых детей Рейниры. Или Дрифтмарк. Хотя сунуться в Дрифтмарк после того, как Аддам из Халла получил дракона и начал патрулировать, было бы глупо. Морской Туман в два раза больше Санфайра, и в столько же раз свирепее. Да и видел войну на ступенях, в отличии от дракона короля. А если сунется Вхагар - это заметят все. И на него кинутся все драконы со всадниками, которые есть на Драконьем камне. И первой помчится Висенья. И все это знают, как жаль.        Но Грачиный приют - очевидно же, что ловушка. Там точно будет Вхагар. Не в Гавани, открытая местность, рядом море. Не было лучше места для танца драконов.        Висенья молчала, когда мать выбирала того, кто полетит. Почему-то мать не осознавала, что отправляет бывшую свекровь в лапы смерти. И что это может отвернуть от них высокомерного Корлиса.        Рейнис вылетела. И через час вылетела и Висенья. Если получится - тем днём закончится война. Висенья не собиралась сидеть, сложа руки. Она летела на Грачиный приют, и села подальше от места происшествия. Вермитор почувствовал Вхагар - Она сидела среди деревьев в лесу, сливаясь с ними благодаря своему зелёному цвету чешуи. Вхагар тоже их почувствовала, но Эймонд принял это за реакцию на Мелеис и внимательно следил за алой драконицей. Вдруг на небе появился золотой дракон - самый красивый из всех, когда-либо принадлежавший их семье. Висенья улыбнулась - широко и зло. Такого шанса у них никогда не будет более. Сам король-узурпатор пожаловал.        Висенья с интересом наблюдала за битвой двух драконов. Смеялась как умалишенная, когда Санфайр раз за разом получал увечья. Это было ужасно весело.        А затем появилась старая сука со своим одноглазым всадником на спине. И тогда наступило ещё большее веселье. Висенья удивленно ахнула, когда вместо того, чтобы сжечь Мелеис, Эймонд атаковал своего брата. Висенья приготовилась. Рейнис, в своей высокомерной и самоубийственной отваге, атаковала Вхагар. Висенья не могла получить шанса лучше. Она взлетела и подошла к танцующим на небе драконам.        - Дракарис, Вермитор! - рявкнула она, когда они достигли Вхагар с её спины.        Эймонд рывком обернулся, его единственный глаз распахнулся от ужаса. Пасть Вермитора открылась, и он изрыгнул пламя. Висенья засмеялась, откинув голову. Чувство победы вскружило голову.        - Атакуй эту старую суку, Вермитор! - рявкнула она, направив дракона к голове занятой Мелеис, старой драконицы. Вермитор послушался её, вцепившись в шею Вхагар. Та взревела пуще прежнего, отпустила Мелеис и попробовала вцепиться в Вермитора, но тот находился за её спиной и был вне досягаемости. - Атакуй Вермитор! Разорви её!        Бой продолжался недолго. Вермитор разорвал её крылья острыми когтями, а шею изо рта не выпускал, впиваясь в неё зубами глубже. И вот наконец настал тот момент - когда они свалились на землю. Вхагар могла бы победить Мелеис и Санфайра, но Мелеис и Вермитора? Никогда. Вхагар пала на битве, но и Вермитор пострадал. Его левое крыло было теперь было сплошь дырявое.        Висенья огляделась вокруг - Мелеис была жива, хотя вряд ли проживёт долго. Её шея была серьёзно повреждена. Как и Рейнис, которая была серьёзно ранена ожогами. Висенья не горевала. Всё было кончено.        Войне конец.