Пролог

— Даш… Он вернулся!              Кто именно вернулся и зачем, девушка спросить не успела. В трубке телефона уже раздавались гудки, а последующие попытки дозвониться до подруги так и не увенчались успехом. Впрочем, это и не удивительно. За множество лет дружбы Даша привыкла к неясным эмоциональным порывам, которые не знала порой как трактовать даже их хозяйка.       Вздохнув, девушка прикинула в голове собственные планы на вечер. Занятий ни с кем сегодня не было, встреч тоже. Для презентации осталось доделать два слайда, а ближайший выездной банкет прошел буквально на прошлой неделе. Что ж, вечер был свободен. Как ни крути весомых причин, чтобы игнорировать поведение Насти и все же остаться дома, не наблюдалось. Потому, чертыхнувшись, девушка поспешила надеть привычные джинсы и пойти в коридор за верхней одеждой.

***

      Машины за окном проносились мимо, оставляя за собой океан грязных брызг. Девушка сидела в автобусе, сонно привалившись к окну. На улице февраль: снег ещё лежит кругом, однако уже успел потаять до состояния коричневатой каши и воды на дорогах. Ехать оставалось около двадцати минут, в беспроводных наушниках играет «Дыхание», погружая в сладкую полудрему и в то же время заставляя подпевать любимой группе. Наутилус сменяется ДДТ, когда Даша выскакивает из автобуса, желая перемахнуть через лужу сразу на лед, и кидает вслед обрывистое: «До свидания!». Буквально через минуту, найдя наконец твердую опору, сама же задаётся вопросом «Зачем она попрощалась?», однако машет рукой на подобный пустяк и идёт в сторону магазина. От него до дома подруги не более десяти минут ходьбы, потому девушка не особо заботится о том, чтобы не промочить ботинки. У Насти высушит.       На прилавке она выбирает относительно недорогое, но при том и вкусное печенье. Все же взять что-то перекусить к чаю нужно, но и лишних денег у нее, студентки второго курса, не наблюдалось. Отстояв в очереди и расплатившись, девушка неспешно идёт в сторону Настиного дома, только сейчас сообщая подруге о своем приезде смс-кой. Даша знает, что ей не откажут во встрече: они давно не общались, да и не виделись в целом до сегодняшнего звонка. В их дружбе всегда находилось место для резких пауз в общении. Ещё в школе они могли не отрываться друг от друга несколько месяцев, а с наступлением летних каникул не разговаривать и не видеться едва ли не до самой осени. Это было нормой для них и никак не нагружало, однако сейчас малому общению была причина — смерть Настиного кота.       Ёршик, так его звали, прожил с хозяйкой четырнадцать лет и умер из-за проблем с сердцем. Это не было шоком ни для кого, Ко́жухова прекрасно знала о болезни питомца, однако ничего сделать не могла. «Денег нет, но ты, Ёршик, держись». Он и держался. Почти год. Встретил с любимой хозяйкой ее двадцатилетие и Новый Год и вот, около недели назад все же покинул ее. «Посчитал, что его малышка наконец выросла» — тепло пошутила Даша тогда. Хотя кто в семье и был ребенком, можно было поспорить. Настя — человек безумно странный и отстранённый, но при том ранимый и эмоциональный. Ну, а ещё подростковый максимализм не собирался её покидать даже в двадцать.       Сама Даша по весёлому и неугомонному коту скучает, вспоминая его с теплой улыбкой. Животных она и в целом любит, но Ёршик был особенным. Он был ей, словно родной. Да и странно было бы по-другому воспринимать животное, которое ты видела едва ли не каждый день начиная лет с одиннадцати. Однако если она приняла его смерть относительно спокойно, ведь это было давно ожидаемо, то Насте было действительно плохо. Поэтому радостный, кричащий голос сегодня поистине удивил девушку после недельного затворничества подруги. А ещё в голове все крутилась мысль: «Кто же таки вернулся?»