Глава 9. Поиски выхода.

Миша отобрал у Кати перстень с янтарём. И долго его рассматривал и грустно констатировал: — Понесём к ювелиру, что делать? Прямо сейчас. Думаю, до обеда они точно работают, хоть сегодня и суббота. Уставшая Катя непонимающе посмотрела на брата. Потом пробормотала: — Зачем? — Не знаю. Просто хочу вернуть перстень с камнем в прежнее состояние. На всякий случай. Вдруг придётся ещё раз им воспользоваться? — Как? — голос девочки дрогнул. — Меня спрашиваешь?! Катя поникла. Миша застегнул куртку и угрюмо спросил: — Слушай, у тебя есть кто-нибудь из знакомых кто интересуется, и увлекается магией? — ?? — Я имею в виду: может, у кого-то есть соответствующая литература? Нам же нужно знать, что о янтаре пишут. Мало ли, может быть, что-нибудь да и пригодится… Катя смотрела по-прежнему изумлённо. Миша неохотно буркнул: — Сам знаю, что звучит глупо. И в колдовство я не верю. И не хочу верить, это важнее. Но… — И он неуверенно предположил: — Может, дело не в магии? Просто мы не всё знаем о… камнях и их свойствах? — Миша запутался и уже раздражённо выпалил: — Короче, телевизор два века назад показался бы вообще чёрным колдовством! Сама прикинь — в небольшом ящике заперты люди, целые толпы, города, страны… А жидкокристаллические мониторы?! Они вообще плоские. — Тут Миша разозлился и крикнул: — Чёрт! Лучше ответь на мой вопрос, это проще! У нас совсем нет времени! Катя озадаченно нахмурилась и долго молчала. Потом неуверенно сказала: — У Наташки спрошу. — Лемешевой? — Ага. У неё мать всё такое покупает, Наташка жаловалась. — Почему — жаловалась? — Миша открыл дверь. — Скажешь — «почему»! — удивилась Катя. — Знаешь, сколько подобная макулатура стоит? Вся семья плачет. А Наташкиной матери хоть бы хны, тащит в дом книжку за книжкой. — Ладно, звони, — согласился Миша. — Вдруг повезёт. А я помчался. Времени, правда, нет. * * * Однако Лемешева с Катей говорить не захотела. Сама она о магии ничего не знала, и знать не желала. Наташа искренне считала янтарь, который был в перстне лишь полудрагоценным камнем и ничем больше. И тут же похвасталась, какой классный кулон ей на днях подарили. С янтарной-подвеской, ярко-оранжевой, с пузырьками воздуха внутри. К счастью, мать к телефону Наташа пригласить не отказалась. Мол, пусть она и объясняет, используют ли янтарь какие-нибудь идиоты-экстрасенсы. А если — да, то, как именно. Катя в жизни себя так по-дурацки не чувствовала! Она едва ли не заикаясь, разговаривала с Наташиной матерью. Естественно, о пропаже младшей сестры Катя и словом не обмолвилась. Просто сказала, что ей нужны сведения о янтаре. Срочно! Особенно, об одном. И детально описала Дианин перстень с камнем. Кате повезло: Лемешева-старшая оказалась нелюбопытной. Лишних вопросов смущённой Кате она задавать не стала и обещала перезвонить. Сказав: ничего о янтаре не помнит, и не сталкивалась с ним, ей нужно время покопаться в книгах. Взволнованная разговором Катя полчаса крутилась у телефона, не в силах отойти. Но быстрого звонка не дождалась и нехотя поплелась в Дианину комнату. Просто чтобы занять себя чем-то. Пусть — уборкой. Детская и сейчас выглядела сомнительно. Отсутствие дивана, настенных часов, покорёженный дверной косяк… Ясное дело, мама с папой сразу поймут, что — в доме случилось что-то неладное. А тут ещё и Дианы нет. Особенно Катю смущал старый, обитый светло-бежевым вельветом диван. Продавленный и скрипучий. А точнее то, что его теперь не было. Ведь Катя совершенно не представляла, как объяснить родителям его исчезновение. Она озабоченно нахмурилась: Дианин диван настолько древний, что даже версия о его продаже для погашения мифических долгов звучит неправдоподобно. На него вряд ли кто польстился бы. Как подозревала Катя, он и переезда бы не выдержал. Развалился бы ещё в машине. А то и в лифте. Что остаётся? Кража? Катя фыркнула: притом, что остальные вещи на месте? Да кто в такое поверит? Разве только… Она едва удержалась от радостного вопля: а что, эта идея может сыграть! * * * Катя встретила брата победным криком: — Придумала! Миша вздрогнул и уронил шарф. Потом схватился за косяк и выдохнул: — Что?! Ему вдруг показалось — она нашла способ, как вернуть младшую сестру домой. Лишь выпив кофе и успокоившись Миша неохотно согласился с Катей: отдать старый диван мифическим погорельцам — это мысль. И неплохая. Тем более, родители всё равно собирались покупать в Дианину комнату мягкий уголок. Они тысячу раз об этом говорили! — Когда увезли, мы не знаем, — инструктировала брата осторожная Катя. — А то прицепятся, не дай Бог, к соседям. — Она немного подумала. — Скажем: выставили, мол, его на площадку, и всего делов. А пока гуляли, диван и вывезли. Мишу Катина предосторожность забавляла. Он считал её излишней. Но спорить с сестрой не собирался. Только фыркнул насмешливо: — Соседи! Мама их и не знает толком. Пойдёт она расспрашивать, как же… — Скажем — сюрприз приготовили, — не слушая, упорно продолжала наставлять его Катя. — Чтобы папе самому с этой рухлядью не возиться. Мол, у него ж радикулит, ему тяжести таскать никак нельзя… Неожиданно зазвонил телефон. Катя запнулась на полуслове, побледнела и испуганно прошептала: — Лемешева! — Ну что же ты? — раздражённо прикрикнул Миша. — Поднимай трубку. И не гони лошадей. Дай ей самой говорить, поняла? Не перебивай. — И побежал к параллельному аппарату. * * * Катя с Мишей напрасно волновались. Долгожданный телефонный разговор практически ничего не дал. Миша грустно вздохнул: видимо, этим утром везение ограничилось отреставрированным янтарём в перстне с великолепно отполированной плоскостью. И часами с кукушкой, отданными в срочную починку. Да, ещё Катькиной идеей насчёт дивана. Она действительно неплохая. Наташина мать ничего интересного не сообщила. Сказала: что в её книгах, кроме ссылки на какой-то древний, едва ли не средневековой талмуд, ни словечка о янтаре нет. Правда, она дала Кате адрес и номер телефона своего знакомого. И даже пообещала позвонить лично и договориться о встрече. Но… Мише с Катей мало верилось, что это поможет. Вряд ли какой-нибудь мужик всерьёз интересуется магией, это как-то больше подходит женщинам. И всё-таки, когда Наташина мать перезвонила и сообщила, что их ждут уже через час, ребята оживились. Оба считали: сидеть дома и бездействовать намного хуже. Судьба младшей сестры пугала. Так же, как и предстоящие объяснения с родителями по поводу Дианы. — Ну, Диана, — прошипела старшая сестра, дрожащими руками застёгивая молнии на сапогах, — вернись только — убью! — Я помогу, — коротко поддержал её брат.