Часть 7. Нарцисса Продолжение

      Восемь дней спустя       Ещё один день, ещё одно утро, когда она смыла свой завтрак в унитаз.       Утром Гермионе пришлось заставить себя пойти на работу и переместиться в свой кабинет в Министерстве прямо из своей гостиной.       Она проснулась с жуткой тошнотой, и единственное, что осталось в желудке, это ромашковый чай и пара солёных, хрустящих плоских печенек, а она их терпеть не могла.       Что ж, день только начинается.       Но стоило Гермиона выйти из камина, как она обнаружила, что её кабинет уже был занят кем-то, которого теперь, неожиданно для себя, считала другом.       — Нарцисса! — воскликнула она, чувствуя, что вся подавленность испарилась. — Доброе утро. Извините, я опоздала.       — Не стоит извиняться, дорогая. — Элегантная блондинка встала и тепло обняла Гермиону. — Как ты себя чувствовала последнюю неделю?       — Тошнило. — Призналась Гермиона, направляясь к своему креслу. — А ещё уставала.       — Оба симптома нормальные.       — Я знаю. Так же говорит мой доктор.       — Доктор? — нахмурилась Нарцисса, на лице которой отразился ужас. — Ты хочешь сказать, что ходишь к одному из тех маглов, которые режут людей в больницах, а не к настоящему целителю из Святого Мунго?       — Они не режут людей просто так, Нарцисса, - рассмеялась Гермиона. — Я хочу делать всё по-магловски. По крайней мере, на данный момент.       Нарцисса сжала челюсти, явно не одобряя эту идею. Она не могла поверить, что за ведьмой, носившей её внуков, ухаживали врачи, которые вскрывают людей, чтобы увидеть, что с ними происходит, а не целительница, которая могла бы должным образом позаботиться о ней и двух драгоценных маленьких волшебниках внутри неё!       — Я в порядке, Нарцисса. И мои малыши тоже. Если случится что-нибудь странное, я немедленно аппарирую в Святого Мунго.       — Обещаешь?       — Я обещаю, — сказала Гермиона, не уверенная, почему она успокает Нарциссу по поводу своего выбора медицинской помощи.       — Хорошо. — Нарцисса села на стул перед столом Гермионы, её выражение неохотного согласия напомнило Гермионе выражение Драко, когда она заставляла его попробовать новую еду, а тот сопротивлялся.       — Я принесла тебе кое-что, — сказала блондинка, кладя на стол модный бумажный пакет, — для малышей.       Гермиона узнала название магазина дорогой одежды, из которого был принесён пакет.       — Тебе не нужно было, — сказала она, почти боясь прикоснуться к нему.       — Я хочу.       — Но этот магазин, Нарцисса… Я знаю, что это недешёвое место.       — Конечно, нет! — с усмешкой воскликнула Нарцисса. Как будто я могла бы купить что-нибудь дешёвое для своих внуков! Хотела она сказать об этом стоящей перед собой ведьме, но удержала язык за зубами. — Невежливо ссылаться на цену подарка, Гермиона, — она указала на сумку, — давай, открывай!       Гермиона вздохнула и притянула пакет ближе, заглядывая внутрь и доставая завернутую в индивидуальную упаковку детскую одежду.       — О, Боже мой! — воскликнула Гермиона, разворачивая первую вещь и увидев милейшее платье маленькой принцессы.       Она продолжала разворачивать их и ахала при виде каждого. Всего было десять нарядов, по пять на каждого ребёнка.       Гермиона замолчала, когда развернула последний: маленький костюмчик и галстук с крошечными мягкими туфельками, имитирующими драконью кожу. Ей захотелось плакать, когда она представила себе своего маленького светловолосого мальчика, одетого точно так же, как его чопорный отец.       — Это просто потрясающе, Нарцисса. Спасибо тебе большое.       — Все эти вещи можно магически увеличить на несколько размеров, так что какое-то время они будут впору, — улыбнулась Нарцисса.       Гермиона казалась впечатлённой.       — Я не знала, что существует одежда, предназначенная для расширения.       — Теперь знаешь, — сказала Нарцисса, заметив, как взгляд Гермионы задержался на маленьком костюме.       Неужели Нарцисса выбрала тот, который выглядел точно так же, как костюм, который обычно носил Драко? Очевидно. И Гермиона заметила это сходство, и судя по грусти в глазах ведьмы, Нарцисса с облегчением поняла, что девушка всё ещё любила её глупого сына.       У мамы Нарциссы была миссия, она собиралась заставить Драко взять под контроль свою жизнь, независимо от того, какой вред это принесёт ему или хранилищам Малфоев.       И лучше бы это случилось как можно скорее, ведь Нарцисса не собиралась сидеть и смотреть, как её внуки будут рождаться под присмотром сумасшедших магловских врачей и их скальпелей!

***

      Около полудня, пока ведьмы оживлённо болтали в кабинете Гермионы, перед дверью стоял высокий блондин и с тоской смотрел на табличку с именем Г. Дж. Грейнджер.       Стол её помощницы был пуст, очевидно, мисс Фробишер ещё не вернулась с обеденного перерыва, поэтому Драко был один и мог позволить себе предаться воспоминаниям.       Он думал о том, как однажды субботним утром ему пришлось оставить Гермиону одну в постели, чтобы поработать над документами в свободной спальне, которую они использовали в качестве кабинета…       ФЛЭШБЕК       Драко уже несколько минут работал в удобном кресле у своего большого рабочего стола, когда поднял глаза и увидел Гермиону, прислонившуюся к дверному косяку и смотрящую на него с улыбкой, на ней был шелковый халат, и он мог поспорить, что под ним она была обнажена, локоны распущены, босые ноги стояли на деревянном полу, в таком виде она выглядела великолепно.       — Иди сюда, любимая, — сказал он, отодвигая свой стул от стола, чтобы дать ей возможность сесть к нему на колени.       Она подошла к нему, но остановилась рядом с его креслом.       — Что вы делаете, мистер Малфой? — застенчиво спросила она.       Он хмыкнул, услышав, как она назвала его по фамилии.       — Работаю, мисс Грейнджер.       Она пронзительно посмотрела на него.       — И вам нужны эти сексуальные очки, чтобы читать, сэр?       Драко усмехнулся, зная, что она сходила с ума, когда он надевал очки для чтения.       Она взглянула на бумагу в его руке и внезапно замерла, вся игривость исчезла с её лица, когда она нахмурилась, глядя на то, что он подписывал, удивляясь цифрам, которые она увидела на этих транзакциях — они были огромными.       — Чёрт возьми, Драко, я бы ужаснулась, если бы подписывалась под такими большими платежами, — прошептала она. Цифры в некоторых строках таблицы документа, который он держал, превышали семьсот галлеонов, она даже не хотела смотреть на итоговую сумму ниже.       — Я привык видеть их, любимая. — Пожал он плечами.       — Это слишком много, Драко. Ни у кого не должно быть доступа к такой сумме денег. — Покачала она головой.       Он посмотрел на неё, чуть склонив голову набок.       — Значит, ты не заинтересована в том, чтобы выйти за меня замуж ради власти над моими деньгами, Грейнджер?       — Ага, если бы, — фыркнула она. — Единственная твоя сила, которая меня интересует, это та, что у тебя в штанах.       — Чёрт, любимая. — Драко бросил бумагу вместе с пером на стол и встал, прижав её к своему столу, отмечая, что она ниже его на целую голову. — Ты и этот твой грязный ротик, — простонал он, прежде чем поцеловать её, удерживая голову на месте и сжимая растрёпанные кудри на затылке.       Её руки ласкали его обнажённую грудь, пока он проникал языком ей в рот, подчиняя себе и чувственно прижимаясь своим твёрдым телом к ней, заставляя стонать и вздыхать.       Его свободная рука проскользнула вверх по её телу, развязывая шёлковый халат и обнажая, как он и предполагал, перед его глазами предстало её голое тело.       — Посмотри на себя, любимая, такая чертовски аппетитная. — Он положил руку на одну грудь, лаская её твёрдый сосок, оттягивая и щипая его. — И вся моя.       — Да, сэр, — застонала она, когда он опустил голову, чтобы пососать и облизать другую её грудь. — Да… трахни меня, Драко.       — Нет, любимая… — Отпустил он сосок и выпрямился. — Ты вела себя непослушно этим утром… пришла сюда, отвлекая меня, пока я работал.       — О, мне так жаль, сэр, — ответила она, зная, что он собирался с ней сделать, и ей это нравилось.       — Одних извинений недостаточно, мисс Грейнджер. — Он поднёс её подбородок к своему лицу, прежде чем сказать: — Вы заслужили наказание. — Он прошёлся поцелуями по её челюсти, слегка укусив изгиб шеи, не торопясь, прежде чем отдать ей приказ, зная, что предвкушение сведёт её с ума.       Он снял с неё ночной халат, позволив ему медленно соскользнуть с её рук на ковёр.       — Повернитесь, мисс Грейнджер. Предплечья и кисти на стол.       Она постаралась не выглядеть такой нетерпеливой, когда повернулась и встала в ту позу, которую он приказал.       — Такая хорошая девочка, выполняющая мои приказы, — проговорил он, касаясь изгиба её талии. — Приготовься к порке.       Она молча кивнула.       Затем он раздвинул её ноги.       — Выгни спину, любимая, дай мне увидеть свою киску.       Она повиновалась, дрожа от предвкушения.       — Такая симпатичная, — похвалил он, касаясь её задницы обеими руками и лаская складки влагалища большими пальцами, не раздвигая их, а просто нежно массируя, заставляя её извиваться.       Он ухмыльнулся, снова коснувшись её попки и увидел, что она приготовилась к первому удару.       Но у него были другие планы.       Он поднял правую руку и сильно ударил ею по её киске.       Гермиона вскрикнула от неожиданности, чувствуя, как волна удовольствия прошла от сердца к конечностям, но прикусила губу, чтобы не доставлять ему удовольствия услышать её стон.       Драко прекрасно знал её тело.       — Тебе понравилось это, любимая?       — Нет.       — Ты же знаешь, что если будешь мне отказывать и лгать, то это только продлит твоё наказание, — усмехнулся он.       Она промолчала.       Он снова коснулся её половых губ и нанёс ещё один шлепок.       На этот раз она застонала.       — Ты действительно грязная, Грейнджер. — И он снова шлёпнул её по киске, убедившись, что его большая рука попала на всю её промежность.       — Чёрт, — ахнула она, удивлённая тем, как сильно ей это нравилось.       Он оттянул её бедра назад и нанёс ещё три удара открытой ладонью между её ног.       Её ноги дрожали, она всхлипывала.       — Готов поспорить, что ты уже вся течёшь, — его голос был наполнен похотью.       Она покачала головой, но знала, что если он проверит, то обнаружит, что с неё вот-вот капнет.       — Давай проверим это, что скажешь? — спросил он, низким тембром.       И она почувствовала, как один длинный палец прошёлся по её щели, прежде чем скользнуть в неё.       — О, да, — проговорил он удовлетворённо. — Промокла насквозь за то, что её киску отшлёпали.       Гермиона почувствовала, как он приспустил свои спортивные штаны, и его длинный член коснулся её левой ягодицы. Она почти вздохнула с облегчением.       — О, так ты думаешь, что я собираюсь трахнуть тебя сейчас, Грейнджер? — спросил Драко дразнящим тоном.       Она застыла. Чёрт, её наказание ещё не закончилось.       Он просунул головку своего члена между складок её киски, войдя всего на дюйм.       — Я мог бы, да. Ты готова к тому, чтобы тебя жёстко трахнули, — казалось, он призадумался, — но, я не буду. Не прямо сейчас. — Ему пришлось сдержать собственный стон, когда её стенки сжались вокруг головки его члена, пытаясь втянуть его глубже.       Но у него был план, и он знал, что ей это понравится.       Он запустил руку в её волосы и сел обратно на свой стул, увлекая её за собой и проникая в неё, когда она полностью села к нему на колени.       — О-о-ох, ЧЁРТ! — прокричала она, пытаясь встать, но её крепко удержала рука на талии. Удовольствие от того, что он так внезапно насадил её на свой член, заставило извиваться у него на коленях, вынуждая двигаться, боль и удовольствие смешались таким восхитительным образом, что она была всего в одном хорошем шаге от взрывного оргазма.       — Перестань двигаться, Грейнджер! — приказал он напряжённым голосом, его рука сжалась в её волосах. — Это всё, на что годится лживая грязнокровка: согревать мой член, пока я заканчиваю работать.       — О, нет, — прохныкала она.       — О, да. И если я почувствую, что твоя сладкая киска трепещет вокруг меня, я поставлю тебя на колени и трахну твой рот, и не дам тебе кончить до вечера.       Она сделала несколько глубоких вдохов, заставляя себя игнорировать абсолютно сводящее с ума наслаждение между ног.       — Хорошая девочка, — похвалил он, видя, как она медленно обмякла у него на коленях, её голова покоилась на его левом плече.       — Ты понятия не имеешь, как великолепно ты сейчас выглядишь, любимая, — прошептал он ей на ухо, лаская одну грудь, его большой палец коснулся её твёрдого соска. — Полностью обнажённая на моих коленях, твоя нежная кожа вся теплая и раскрасневшаяся от желания, твоя восхитительная горячая киска вокруг моего члена, крепко сжимающая меня… умоляющая меня трахнуть тебя.       Гермиона издала стон, её глаза были закрыты, а руки вцепились в подлокотники кресла.       — Пожалуйста… — прошептала она.       — Ш-ш-ш, теперь сиди тихо. — С помощью магии он придвинул кресло ближе к столу и снова взял перо, опуская глаза на документы и возвращаясь к своим обязанностям.       Гермиона любила и ненавидела возбуждение, она знала, что Драко наслаждался тем, как контролировал её тело и желание, и она должна была признать, что ей нравилось это не меньше. Но она хотела кончить, он так хорошо заполнял её, а его рука на груди время от времени дразнила её соски.       Она открыла глаза, чтобы посмотреть на него, но пожалела об этом.       — Грёбаные очки, — вздохнула она.       — Только тебя могут возбудить очки для чтения, Грейнджер, — усмехнулся он.       — Пожалуйста, сэр…       — Мне нужно прочесть ещё два отчета, любимая.       — Ты мучаешь меня… — простонала она, пытаясь не сжимать киску, но безуспешно — ощущение такой наполненности было невозможно игнорировать.       — Используй своё стоп-слово, любимая. Если это слишком для тебя.       — Я лучше кончу, ты трахнешь мой рот и будешь драть меня до конца дня, — возмущённо усмехнулась она.       — Моя грязная девчонка, — ухмыльнулся он и прикусил мочку её уха.       Она вздохнула и снова закрыла глаза, сосредоточившись на ощущении его члена, уютно устроившегося глубоко внутри её тела.       Он подписал документ, который читал, и взял второй из трёх.       Этот был короче, и он подписал его в течение минуты.       — Почти готово, любимая. Ты так хорошо справляешься.       Она захныкала, двинув бёдрами и тут же пожалела об этом.       — О-о-ох… — простонала она.       — Не двигайся, Грейнджер, — выругался он себе под нос.       — Это твоя вина, — сказала она между вдохами. — Если бы у тебя не было такого толстого члена, я бы не была так близка к тому, чтобы кончить, чёрт возьми…       Он хмыкнул от удовольствия, слыша её слова, подписал последний отчет и медленно положил перо на стол.       — Раздвинь ноги шире, — приказал он, скользя одной рукой вниз по её телу, лаская пальцем клитор.       — Такая мокрая для меня. Сейчас я поиграю с твоим красивым клитором.       — О, да… пожалуйста! — пролепетала она.       — Вот так, Грейнджер. — Он слегка пошевелил бёдрами, заставляя её почувствовать его внутри себя. — Твоё возбуждение стекает по моим яйцам, любимая. Такая жаждущая киска.       — Да. Да, это правда. — Она кивнула, полностью потерявшись в удовольствии от того, что её наконец-то трахнут до блаженства.       — Ты так хорошо справилась, моя идеальная грязнокровная киска. — Он почувствовал, как она сжалась при этом слове, всё ещё удивляясь тому, как сильно ей нравилось это оскорбление.       Она смотрела на него полуприкрытыми глазами и приоткрытыми губами, и Драко застонал.       Опьянённая членом, вот как она выглядела.       Он не переставал двигать рукой на её клиторе.       — Потрясающе.       Она откинула голову назад, и он положил другую руку ей на шею.       — Пожалуйста… — простонала она.       — Кончи для меня сейчас, Грейнджер. — Он усилил давление на клитор. — Заставь эту киску кончить на мой член, и я вознагражу тебя своей спермой.       — Чёрт! О-о… да. Не останавливайся! Драко! — закричала она.       Его глаза закатились от удовольствия, когда член покрылся каплями её оргазма, влагалище трепетало вокруг него. Затем он встал, толкнув её лицом вперёд на свой стол и стал трахать её сзади, жёстко и быстро.       — Теперь ты получишь всё, Грейнджер! — Он прижимал её к себе и стонал, когда его бёдра яростно бились о её в погоне за собственной приближающейся кульминацией. — В тебе так… чертовски… хорошо, — он выделял каждое слово жёстким толчком. — Я собираюсь наполнить эту киску своим семенем… мою киску… оплодотворю твоё восхитительное тело, — прорычал он, когда она прижалась к нему.       — Да. Дай мне это! — требовала она.       Он внезапно остановился, продолжая удерживать свой член глубоко внутри неё.       — Нет. нет. Не останавливайся. Трахни меня! — возмущалась она.       — Чувствуешь это? — спросил он голосом, полным похоти. — Киска умоляет меня трахнуть её. Такая грязная киска грязнокровки. Скажи это, грязнокровка, дай мне это услышать. — Он вошёл ещё глубже.       — Пожалуйста, — умоляла она, её голос был мягким и нуждающимся. — Я сделаю всё, что угодно… всё, что угодно, лишь бы получить вашу сперму, сэр.       И её мольбы сделали своё дело. Через несколько толчков он излился в неё, почувствовав, как она снова кончила.       — Чёртова ведьма… кончила от того, что её наполнили спермой.       — Да, мне это нравится, — сказала она между вдохами, всё ещё дрожа от удовольствия.       Драко притянул её к себе и обнял обеими руками, медленно поворачивая к себе и впиваясь в её губы долгим сладким поцелуем.       — Я люблю тебя, Драко, — сказала она, глядя на него сияющими глазами.       — Я люблю тебя, Гермиона Грейнджер. И я женюсь на тебе, — улыбнулся он.       Она захихикала…       КОНЕЦ ФЛЭШБЭКА       — Мистер Малфой?       Драко моргнул, возвращаясь в настоящее, когда понял, что кто-то окликнул его.       — Вы в порядке, мистер Малфой? — спросила помощница Гермионы.       — Да, — сказал он, прочистив горло. — Да. Я пришёл за своей матерью.       — Конечно, вы можете войти, сэр.       — Спасибо, — кивнул Драко.       И он снова посмотрел на дверь, желая войти так же сильно, как и уйти. Его грудь тяжело вздымалась при мысли о встрече с Гермионой теперь, когда он знал, что она носит детей Уизли.       Уйдет ли когда-нибудь эта боль? Задумался он.       Может быть, после рождения детей.       Затем Драко представил, как она держит на руках и кормит грудью двух рыжеволосых малышей, и боль усилилась.       Блядь.       — Мистер Малфой? — обеспокоенным голосом спросила её помощница. — Вам нужна помощь, сэр?       — Нет, мисс Фробишер, — ответил он, прежде чем постучать в дверь.       — Войдите! — услышал он голос Гермионы из глубины комнаты.       И Драко вошёл, застав её, его мать и Пэнси Паркинсон, которые смеялись, сидя на диване в окружении пакетов с детской одеждой.       — Привет, Дрейк, — поприветствовала Пэнси, используя его ненавистное прозвище.       Драко приподнял бровь, удивлённый неспровоцированной враждебностью.       — Пэнси. — Он кивнул и посмотрел на Гермиону, которая сидела рядом с темноволосой девушкой. — Мисс Грейнджер. — поприветствовал он её, глядя на милое голубое платье, которое она держала в руках, и чувствуя, как боль в груди становится всё острее.       — Здравствуй, мистер Малфой, — ответила Гермиона со слабой улыбкой, глядя на другое платье, которое Пэнси взяла из сумки, полностью игнорируя его присутствие.       Драко стоял и смотрел на неё. С момента их разрыва прошло почти два месяца, и не было дня, чтобы он не скучал по ней. Он хотел быть тем, кто водил бы её по магазинам за детскими вещами, он хотел, чтобы его кольцо было у неё на пальце, заявляя всему миру, что она принадлежит ему.       Он взглянул на руки Гермионы, заметив, что на них не было кольца, и внутри него поднялся гнев, Уизли даже не потрудился показать миру, что женится на этой удивительной ведьме!       Что ж, сказал голос в его голове, ты даже не захотел представить её своим родителям.       Блядь. Поморщился он.       — Ты в порядке, Драко? — спросила Нарцисса.       — В последнее время ты не совершал никаких поступков, о которых стоило бы сожалеть, Дрейк? — посмотрела на него сердитым взглядом Пэнси.       Он увидел, как Гермиона посмотрела на свою подругу и покачала головой.       Итак, она рассказала Пэнси о нас. Понятно.       — Надеюсь, что нет, Пэнси, — сказала Нарцисса, глядя на него укоризненным взглядом. — Я не думаю, что смогла бы выдержать ещё больше глупостей. — Затем она встала. — Я пойду, мои дорогие.       — Спасибо за всё это, Нарцисса. — Гермиона указала на сумки.       — Не стоит, дорогая.       — Дай мне знать, когда Астория соберётся пить чай в поместье, тетя Цисси, — сказала Пэнси, взглянув на Драко. — Я бы хотела узнать её получше.       Драко сжал челюсти, понимая, что Пэнси хотела видеть его позор с первого ряда.       — Конечно, дорогая Пэнси, — сказала Нарцисса, обняв её. — Это было бы замечательно.       Затем Нарцисса повернулась к Гермионе, и Драко увидел, как его мать дотронулась до её живота, это зрелище лишило его способности слышать, что говорили после, он не мог думать ни о чём, кроме её беременного живота.       Он мечтал об этом, желал только одного — иметь семью с этой блестящей ведьмой, в шутку говоря, что не знает, чего он боялся больше: их детей или их непослушных кудрей.       А теперь она беременна детьми от другого мужчины, и его собственная мать водила её по магазинам, смеялась вместе с ней и ласкала её округлившийся живот, помогая Вселенной бросать ему в лицо всё, что он потерял.       Нет. Не потерял. Глупо сдался.       Драко смутно помнил, как Нарцисса взяла его за руку и вышла из Министерства вместе с ним.       Он хотел вернуться в свою квартиру и спать до тех пор, пока этот кошмар не закончится. Ведь это должно быть был кошмар. Слишком много позора, чтобы это казалось реальностью: предстоящая свадьба с бестолковой женщиной, растущая ответственность на работе, переход титула отца к нему с дополнительными обязанностями. И в довершение всего любовь всей его жизни ненавидела его, была беременна и помолвлена с другим мужчиной.       Когда солнечный свет упал ему на лицо, Драко наконец-то вынырнул из своих отчаянных мыслей и повернулся, чтобы взглянуть на мать.       — Почему ты заставляешь меня приходить за тобой всякий раз, когда у тебя с ней встреча?       Нарцисса ухмыльнулась. Тебе понадобилось слишком много времени, чтобы заметить это.       — Чтобы заставить тебя смотреть на удивительную ведьму, которую ты бросил.       Драко нахмурился, остановившись посреди тротуара.       — Ты специально мучаешь меня, мама?       — Да, — призналась Нарцисса. — Ты слишком долго позволял отцу контролировать свою жизнь, Драко. Если ты хочешь Гермиону, борись за неё!       — Она двинулась дальше! — воскликнул он, рассердившись. — У неё есть дети, в доказательство этому!       Нарциссе очень хотелось вразумить его, но во-первых дамы не кричат на улицах, и во-вторых её сын должен сам узнать правду. Разве нет поговорки, утверждающей, что страдания заставляют человека взрослеть?       Что ж, Нарцисса пришла к выводу, что единственным способом для Драко это выйти из своей зоны комфорта и начать бороться за то, чего он хотел — за женщину, которую он любил, а значит пройти через боль.       — Проводи меня домой, Драко, — просто проговорила она, положив руку ему на плечо и продолжив идти к месту аппарации.