Глава 10 Принесла нелегкая

После обеда у седьмого курса в расписании стояла История магии с профессором Катбертом Бинсом. Вироса-де-Кута была сильно удивлена, когда преподаватель вплыл в кабинет сквозь каменную стену. Профессор Бинс был привидением, которое стало несменным учителем Истории в школе. Первая мысль девушки заключалась в том, что ей повезло узнать исторические факты из уст того, кто многие из событий прошлого видел своими глазами. А следом за мыслью вопрос - почему все однокурсники устраиваются на партах поудобнее, приступая к после обеденному сну? Ответ Вироса получила как только призрак начал свой монотонный рассказ на тему: Формирование, задачи и роль Министерства Магии. Мало того, что голос профессора был буквально потусторонним (звучал с небольшим эхом и не имел внятной интонации), так еще и преподаватель не желал делать над собой усилие, хотя бы для того, чтобы студентам было понятно когда заканчивается одно, и где начинается следующее предложение. Вироса-де-Кута стойко держалась добрую половину урока, изо всех сил стремясь разобрать речь профессора Бинса. Однако даже юную леди начало накрывать сонной волной, поэтому, чтобы окончательно не свалиться на парту следом за остальными, девушка осторожно открыла учебник, листая хрустящие страницы. На глаза попалась довольно интересная тема “Старания и Тщетные старания волшебников мира”. В этой главе в общих чертах описывалось то, как группа колдунов древности желала остановить одну из войн маглов. Маги применяли различные уловки для того, чтобы оставаться в тени, но при этом всеми силами взаимодействовали с простецами, пытаясь их вразумить. -Моя мама рассказывала, что один из наших предков участвовал в этих бесполезных попытках остановить маглов от их жажды убивать друг друга, - вдруг подала голос Паффина, заглядывая в книгу Виросы. - Когда волшебники совсем отчаялись, они начали применять непростительное заклинание подчинения воли, чтобы заставить лидеров маглов прекратить войну. -Не думаю, что тогда Империус считался непростительным проклятием, - таким же шепотом ответила Вироса-де-Кута. - Зачем магам вообще было ввязываться в такую бесполезную затею? Маглы же только и делают, что воюют друг с другом. -Разве в учебнике об этом не сказано? - удивилась леди Винтербир, на что новенькая слизеринка лишь отрицательно покачала головой, еще раз осматривая беглым взглядом текст параграфа. - Как мне объясняла мама, кто-то из магов того времени влюбился в какую-то местную маглу, что была на грани смерти. И этот волшебник применил к ней неизвестное никому заклинание и смог спасти ее, однако сам маг при этом погиб, - Паффина осуждающе покачала головой, цокая языком. - Эта группа волшебников пыталась найти ту самую маглу, чтобы разобраться в том, что произошло на самом деле. Однако, как обычно бывает у простецов, у них шла война, которая мешала поискам. Поэтому, чтобы допросить маглу, сначала пришлось остановить местный конфликт, к тому же война могла погубить единственную свидетельницу загадочной магии. -Им удалось найти эту маглу? - все время, пока Паффина говорила, Вироса, кажется, даже не дышала толком, находя ее слова очень знакомыми. -На сколько я знаю - да, - не слишком уверенно кивнула слизеринка. - И как я поняла, на самом деле тот волшебник применил к ней вовсе не заклинание спасения, а самую, что ни есть, черную магию.. -Тогда почему магла осталась жива, а сам колдун погиб? - ответ уже витал у Виросы в голове, оставалось только поймать его за хвост. -Не знаю, - Паффина скучающе пожала плечами. - Может быть проклятие сработало не так, как должно было. Но лично я думаю, что заклинание было придумано самостоятельно этим колдуном, плохо проверено, не изучено другими волшебниками.. Вот и результат.. -Спасибо за то, что поделилась со мной, - с нежной улыбкой произнесла Вироса-де-Кута, получая в ответ точно такую же от своей подруги. Значит проклятие, что спасло жизнь другого, но забрало при этом жизнь колдующего. А не то ли это заклинание, о котором она думала все лето? Загадочная руна из древней книги тут же всплыла перед глазами. Вот значит, когда появилась эта черная магия, и на кого была впервые истрачена волшебная жизнь - на маглу. Виросе очень захотелось поговорить с живым портретом сэра Ноджибла Ресечера Навелюкса, который первым помог ей разобраться с тайной найденного символа. Интересно, знает ли сэр Навелюкс эту часть истории? Про колдуна и маглу, ради которой и было придумано заклинание. Возможно, что сэр Ноджибл Навелюкс сможет рассказать Виросе еще несколько интересных подробностей о произошедшем. А знал ли об этом.. папа? Как постоянно напоминала мама, он был самым начитанным и умным человеком из всех, кого она когда-либо знала. Девушка вдруг ощутила невероятное желание взглянуть на колдографию отца. Воровато осмотревшись по сторонам, Вироса-де-Кута проверила, что никто из одноклассников не торопится просыпаться, даже Паффина, спрятавшись за книгой, незаметно зевала в ладошку. Поэтому юная ведьма, поддаваясь своему обострившемуся желанию, аккуратно вытащила из кармана длинной мантии старенькое колдо, пряча его за книгой, что левитировала перед девушкой у стола. Отец, по своему обычаю, неторопливо повернулся, складывая руки на груди, посылал Виросе легкую самодовольную ухмылку. “Папочка, мне тут открылись интересные подробности об одном древнем заклинании. Я бы так хотела с тобой этим поделиться..” - мысленно обратилась девушка к шершавой бумаге, нежно поглаживая края колдографии пальцами. К сожалению для юной ведьмы, которая за своим занятием ничего не заметила, далеко не все студенты мирно спали под звуки голоса призрачного профессора Бинса. Среди тех, кто сидел за близкой к Виросе парте, была одна гриффиндорка, что проснулась от тихого шепота слизеринок, чуть приоткрывая почти черного цвета глаза. Анджелина Джонсон не стала вслушиваться в треп двух однокурсниц, хотела было вернуться к своему теплому полуденному сну, когда краем глаза заметила, как Вироса-де-Кута, закончив разговор с подружкой, аккуратно окинула взглядом присутствующих. Джонсон резко закрыла глаза, ничем не выдавая то, что она следит за происходящим. “Так-так, что же задумала наша новенькая?” - мелькнуло в голове у Анджелины, а губы так и норовили расползтись в зловещем оскале. Гриффиндорка медленно приоткрыла один глаз, всматриваясь в то, как Дасадити, не привлекая к себе внимания, бесшумно достает что-то из кармана. “Что это там такое?” - Анджелине пришлось таки открыть и второй глаз, чтобы получше рассмотреть, на что так внимательно смотрит Вироса, - “Колдография?”. Действительно, в руках новенькой змейки была всего лишь бледная карточка с движущимся на ней человеком. Джонсон применила все свои навыки, наработанные долгими годами практики игры в квиддич (не заметил бешеный мяч - бланджер - он прилетел тебе в лоб, не уследил за квоффлом - проиграл матч; поэтому зрение у капитана гриффиндорской команды по квиддичу было идеальным), внимательно всматриваясь в человека на небольшой колдографии в руках у слизеринки. “Вот это да.. Что это за молодой человек на колдо? Неужели парень?” - Джонсон рассмотрела широкоплечую фигуру темноволосого волшебника, акцентируя внимание на том, как нежно Дасадити гладит карточку пальцами. После Истории Магии студенты потирая глаза и открыто зевая, разошлись каждый по своим делам. На седьмом курсе ученики выбирали себе дополнительные занятия, по которым готовились сдавать экзамены, что будут необходимы для будущей работы. Вироса-де-Кута поначалу хотела взять еще один урок по Защите от Темных Искусств, однако после показательного урока у профессора Амбридж, желание как-то само собой отпало. Поэтому после основных занятий юная волшебница уверенным шагом отправилась в кабинет Изучения Древних Рун к профессору Батшеде Бабблинг. Вместе с новенькой на дополнительное занятие отправились сестра и брат Винтербир. Первое занятие было всего лишь вводным уроком, на котором  профессор напоминала о значении основных рун, их двойственных смыслах, и о символике в целом. Как уже успела догадаться Вироса-де-Кута многим студентам действительно была необходима помощь в освежении памяти после двухмесячных летних каникул. Сама девушка же буквально умирала от скуки, листая учебник наперед. Однако ничего стоящего в книге она не нашла. Волшебницу удивило, что учебник был написан обычным текстом, а не руническими символами, к которым она уже давно привыкла во время домашнего обучения. Многие древние книги (особенно литература по темным искусствам) были написаны рунами, поэтому Вироса уже вполне себе бегло читала символику, понимая рукописи простеньких книг даже без словаря. Проблемы могли вызвать только самые старинные записи, в которых многие руны выглядели иначе. Ведь за многие столетия изменились даже они, теряя некоторые черты или наоборот приобретая дополнительные завитки. Таким монотонным и удручающим был весь сентябрь, который Вироса-де-Кута провела в Хогвартсе. Уроки, на которых не было для девушки ничего нового или хотя бы интересного; профессора, не все из которых действительно желали хоть чему-нибудь научить своих подопечных; однокурсники, что чувствовали единение только до, во время и немного после занятий по ЗОТИ с неприятной розовой дамой. Юная ведьма совсем бы отчаялась со скуки, если бы не несколько факторов, которые вносили хоть какое-то разнообразие. Во-первых, вечно подкалывающий Фред Уизли. Юноша не унимался, стараясь выдумать что-то новенькое на каждый день. Утром он был особенно активным, закидывая девушку странными фразами о ночных кошмарах и безлюдных коридорах замка. Второй фактор (что все таки заставлял Виросу вступать с Фредом в диалог) - Кассиус Уоррингтон. Голубоглазый слизеринец стал слишком остро реагировать на выпады Уизли в сторону своей новой подруги, норовя превратить безвредные шутки в настоящий конфликт.  И последнее, но не по значению, это сны. Вироса-де-Кута изо дня в день видела один и тот же сон, в котором она просыпалась в летнем лесу, а вдалеке среди деревьев ее ждал отец. Каждую ночь девушка подбиралась к папе все ближе, однако так и не получая возможность встать к нему лицом к лицу. В ночь на первое октября загадочный мираж закончился, когда ведьмочке оставалась буквально пара шагов для того, чтобы иметь возможность протянуть руку и дотронуться до улыбающегося родного человека. *** Красивая сова с большими зелеными глазами постучалась в окно кабинета директора во второй половине июля. Дамблдор был удивлен внезапной весточке от своей старой знакомой мисс Тенебы Навелюкс. Дама пропала сразу после блестящего окончания учебы, отправляясь в долгосрочное путешествие по миру (что сказать, чистокровные волшебники из очень древних и состоятельных родов могли себе позволить всю жизнь не работать, спокойно и бездумно тратя семейные накопления на свои желания и мечты). Спустя почти полвека Тенеба вернулась в родную страну, однако ведьма не хотела никого видеть и не собиралась возобновлять общение со старыми знакомыми. Альбус Дамблдор как-то встречался с мисс Навелюкс после ее прибытия в Англию, однако ведьма, как ему показалось, была чуть не в своем уме. Похоже, далеко не все ее путешествия были безопасными для ментального здоровья. Поняв для себя, что Тенеба вернулась на родину только для того, чтобы в беспокойном бреде доживать свой оставшийся век, Альбус оставил ведьму наедине с ее тараканами в голове, никогда более не связываясь с домом Навелюкс. И вот уж неожиданная радость - Тенеба сама решила написать директору Хогвартса с просьбой об одолжении. Как писала ведьма, ее юная крестница - Вироса-де-Кута Дасадити лишилась возможности получать домашнее образование, коим ранее занималась ее ныне покойная матушка, поэтому появилась острая необходимость устроить девушку на последний год в школу, дабы помочь ей получить документ об окончании курса волшебного обучения. Вместе с коротким письмом мисс Навелюкс приложила все необходимые документы, доказывающие, что юная мисс Дасадити закончила шесть курсов домашнего обучения и имела все нужные бумаги о сдаче ранее СОВ, а также список всех изученных ей дисциплин с оценками за все прошлые года. Вироса-де-Кута была удивительным заграничным экземпляром, буквально бриллиантом, не имеющим ни одной оценки ниже “Превосходно”. Также девушка обладала высокими показателями к темной магии и чарам; удивил и превосходный письменный ответ на задания по древним рунам. Многие взгляды юной волшебницы сводились к тому, что колдуны обладают не только силой, но и достаточными знаниями, чтобы иметь возможность влиять на историю всего человечества, а не только на отдельный вид - самих магов, а главная проблема всего волшебного мира заключалась в малом количестве ведьм и чародеев, относительно численности маглов. Альбус внимательно изучал письменные ответы девушки, отмечая в ее словах что-то очень знакомое, словно когда-то давно он уже слышал такие выражения от кого-то другого. Но в текстах молодой ведьмы не было ничего радикального или кардинально отличающегося от мнения самого директора, поэтому он так и не смог точно распознать, чьи слова он встречал в написанных речах.  Не отпуская мысль, что кого-то она ему напоминает, Дамблдор принялся изучать родословную молодой мисс Дасадити. Но и тут он не нашел всего, что было нужно старому магу. Древний род Дасадити всю свою историю находился в пределах своей страны, лишь отдельные члены семьи покидали свой дом ради исследований или приключений. Самое загадочное было в родителях Виросы. Как писала мисс Навелюкс, мать девушки погибла от расщепления во время неправильной аппарации. Во время трансгрессии ведьма зацепилась сразу за два разных места, что привело к тому, что ее тело разорвало в области плеча, а помощь не была оказана своевременно, поэтому несчастная мадам Дасадити скончалась. Что-то в этом было неправильно. Разве ведьма в возрасте, которая много лет провела, скитаясь по миру, изучая различные проклятия и древних опасных существ, могла так глупо ошибиться? И где же была ее собственная палочка, что она даже сама себе не смогла оказать первую помощь? Альбус зачмокал губами, задумчиво поглаживая длинную седую бороду. “Что-то здесь не сходится.” - размышлял Дамблдор, рассматривая полученные бумаги от хорошего знакомого из Министерства.  Однако еще более таинственным был отец мисс Дасадити. Его просто не было. Ни в одном источнике не было указано даже имени или происхождения второго родителя девушки. Словно его и не существовало никогда, будто могла Амараморта Дасадити родить дочь без мужчины. Даже если предположить, что чистокровная ведьма из древнего рода родила от простого магла, то об этом все равно должна была остаться хоть какая-нибудь запись. А здесь - абсолютная пустота. Все встало на свои места, когда молодая Вироса-де-Кута прибыла первого сентября в школу. Девушка спокойно следовала вместе с первокурсниками к преподавательскому столу, а Альбусу в этот момент казалось, что он проваливается в свои самые мрачные воспоминания. Перед глазами замелькали обрывки воспоминаний о том, как высокий бледный юноша, со впалыми щеками, темно-карими глазами и густыми вьющимися волосами входит в этот самый Зал, высоко подняв голову и держа спину идеально прямой. Первого сентября одна тысяча девяносто пятого года среди первокурсников к столу преподавателей шла точная (пусть даже в девичьем обличии) копия Тома Реддла. Девушка с идентичным бесстрастным выражением лица плыла между столами, лишь изредка переводя взгляд с одного присутствующего на другого, величественно осматривая окружающую ее обстановку. Альбус подавил желание схватиться за сердце, быстро взял себя в руки. Перед ним стояла дочь Волан-де-Морта, не было никаких сомнений в том, кто являлся отцом юной мисс Дасадити. А если говорить правильно, перед ним была никто иная как мисс Вироса-де-Кута Томас Реддл. Даже первое имя девушки было прямым намеком.. Как же он сразу не догадался. Цикута Вироса - одно из самых ядовитых растений из Англии. А это ненавистное “де” между частями имени явная дань новому имени, которое себе придумал Том. Очевидную разгадку подтвердила и шляпа, что даже не дала себя толком взять в руки, выкрикивая название факультета, на котором учился в свое время Волан-де-Морт, отправляя его дочь на Слизерин. Альбус Дамблдор задался единственной целью на все празднество первого числа - выяснить, знает ли девушка, кто ее настоящий отец. Директор был так сосредоточен, аккуратно обходя великолепные ментальные щиты новой студентки, что даже никак не отреагировал на то, что прибывшая из Министерства, Долорес Амбридж перебила его обращение к студентам. Но старания дали свой результат - Альбусу удалось понять, что молоденькая студентка Дасадити понятия не имела даже о настоящем имени своего родителя. Остается надеяться, что девушка унаследовала от отца только тягу к знаниям, без жажды применять на людях черные проклятия. “Даже хорошо, что в этом году к нам заявилась Долорес,” - подумалось директору, - “Такое посредственное обучение темным искусствам не оставит девочке ни единого шанса дальше развивать свои мрачные таланты.” Пир прошел спокойно, и все второе число сентября не приносило никаких опасных новостей, касающихся новой студентки. Пока не наступила ночь.. Хогвартс известил директора о трех нарушителях постельного режима. И если двум из них Дамблдор даже не удивился - близнецы Уизли решили начать свои забавы даже до нормального старта учебного года. То вот третий студент был настоящим открытием - никто иная, как мисс Дасадити. Альбус скрыл себя чарами, наблюдал за тем, как девушка босиком прошествовала по первому этажу, развернулась и отправилась обратно в свою спальню. “Мисс Навелюкс ничего не писала о том, что ее крестница страдает ночными вылазками.” - припоминал директор, рассматривая плотно закрытые глаза Виросы. Молодая волшебница явно двигалась под воздействием своего сна, бесцельно бродя по замку. Вот только бесцельно ли?.. Дамблдору пришлось использовать свою директорскую силу, чтобы никто (приведения, завхоз Филч и его кошка миссис Норрис, а также живые портреты) не могли помешать юной волшебнице идти туда, куда ее вело подсознание. Весь сентябрь девушка раз за разом поднималась со своей кровати, выходила из подземелий и отправлялась вверх по лестницам и коридорам. Под конец месяца Вироса-де-Кута в своих ночных шествиях добралась аж до восьмого этажа. Однако стоило волшебнице ступить на верхнюю ступеньку, ее тело замерло, будто она передумала двигаться вперед, и мисс Дасадити также плавно развернулась, отправляясь обратно в гостиную Слизерин. “Куда же ты пытаешься добраться, юная леди?” - раздумывал Дамблдор, нервно потирая сухие руки. Ему было жуть как интересно, куда ее ведет сон, а еще более интересным было, что это за сновидение такое. Вот только, как бы старый маг не старался, у него не выходило пробраться в глубины сознания девушки. Вероятность Империуса Альбус исключил сразу же, ведьмочка двигалась по собственной воле. Да и на Волшебный Сон это было не похоже, во время последнего человек, на которого наложено столь сложное заклинание, двигаться не может совсем, не то что спокойно разгуливать по территории. Директору оставалось только ждать, наблюдая за ситуацией. Помимо дочери Волан-де-Морта, был и он сам, прячущийся где-то, собирающий армию. Это волновало гораздо больше, чем его молодая наследница, которая даже и не знает, кто является ее отцом. В начале октября Альбус получил доклад от своего человека из Министерства, со списком фамилий некоторых волшебников, которые могли бы знать, где находится Темный Лорд. Дамблдор не медля отправился на собрание Ордена Феникса, оставляя школу всего на два дня с надеждой на то, что во время его отсутствия ничего критичного произойти не успеет.  Но это же Хогвартс.. *** День выдался на редкость пакостным. Вироса-де-Кута едва смогла заставить себя встать с кровати утром, а за завтраком то и дело ловила на себе задумчивые взгляды Фреда. И если к его странностям девушка уже почти привыкла, то вот к бойкой и резкой Анджелине Джонсон слизеринка все еще не прониклась пониманием. Гриффиндорская студентка буквально не могла налюбоваться своей новой однокурсницей. Раз за разом бросала в нее колкие взгляды, так и подбивая ответить жестким словцом. Затем случилось другое недоразумение - урок по Защите от Темных Искусств. Мало того, что профессор Амбридж находилась в каком-то необъяснимом прекрасном расположении духа, постоянно хихикая и улыбаясь каким-то своим мыслям, так она еще и заставила конспектировать сегодня не один, а сразу три параграфа от руки, а во время урока рандомно поднимала на ноги то одного, то другого ученика, задавая глупые вопросы по темам второго года обучения. А вот то, что случилось после занятия, до сих пор не укладывалось у Виросы в голове. Розовая дама попросила Паффину и Паффиана Винтербир остаться после занятий, чтобы о чем-то лично побеседовать с глазу на глаз. Когда слизеринцы спустились в столовую, брат и сестра (и без того похожие друг на друга) выглядели абсолютно идентично - белая как мел кожа, перепуганный бегающий туда-сюда взгляд, и редко дрожащие пересохшие губы. -Что произошло? Что она с вами сделала? - выпалил Эдриан Пьюси, опуская руки другу на плечи и слегка его покачивая. -Пока что - ничего, - прохрипел Паффиан. Вироса-де-Кута аккуратно приобняла свою подругу, помогая ей опуститься за обеденный стол, в то время как Пьюси и Уоррингтон пытались растормошить юношу. Паффина сжала подол юбки в кулаках, начиная слегка раскачиваться из стороны в сторону, словно в припадке. Ее брат выглядел не лучше, но юноша хотя бы не утратил способность говорить. -Пафф, что эта розовая ведьма вам сказала? - Эдриан заглянул другу в глаза, покрепче сжимая его плечо, слегка поворачивая молодого человека к себе лицом. -Я не могу.. - тут же замотал головой Паффиан, испуганно моргая глазами, - не могу.. ничего не могу.. Эдриан, Кассиус и Вироса-де-Кута переглянулись, считывая в глазах друг друга одинаковый испуг за друзей. Молодой представитель Винтербир был невменяем, дрожал всем телом, затравленно смотря в пол. Поэтому юная мисс Дасадити решила действовать по-другому. Девушка расправила плечи и придала лицу бесстрастное выражение. В ней забурлила чистая волшебная кровь, приказывая сохранять спокойствие и действовать согласно законам и правилам поведения одного из самых древних магических родов. Точно такой же была и ее подруга-слизеринка, которой сейчас очень нужна была помощь. Пьюси и Уоррингтон заметили, как резко преобразилась Вироса, моментально беря под контроль каждую мышцу своего лица и тела. Ладони плавно опустились на колени, а шея словно удлинилась на пару сантиметров. Голос молодой леди был под стать главе своего рода: -Мисс Винтербир, - четко произнесла Вироса-де-Кута, спокойно дожидаясь, пока подруга поднимет на нее глаза, и только после этого продолжила. - Вы знаете, кто сейчас находится рядом с вами? Это ваши близкие друзья, представители чистокровных родов - мистер Уоррингтон, мистер Пьюси и я, мисс Дасадити. Слизеринцы слегка распрямились, услышав такое официальное начало речи. Юноши пока не понимали к чему ведет их новая подруга, однако уже были готовы подписаться под каждым ее словом, лишь бы это помогло их однокурсникам. Паффина пару раз моргнула, медленно приходя в себя, начинала вслушиваться в то, что ей говорит Вироса-де-Кута. -Если вы считаете, что мы не готовы принять меры для того, чтобы оградить наших близких друзей от любого негативного воздействия - вы сильно заблуждаетесь, а также задеваете наши чувства, - продолжила юная ведьма с нажимом. - Мы не позволим никому, особенно какой-то полукровке из Министерства, каким-либо способом угрожать представителям древней чистокровной семьи. И мы готовы принять меры для того, чтобы повлиять на ситуацию и наказать виновную. Про то, что Долорес Амбридж - полукровка, да еще и к тому же дочь какого-то бедного поломойщика из отдела технического обслуживания Министерства, Вироса-де-Кута узнала из первого письма от крестной. Юная ведьма раскритиковала преподавание ЗОТИ, ярко и детально описывая мисс Навелюкс все, чем была недовольна. На это дорогая крестная выслала небольшую записку о том, что ее любимая крестница может вести себя, как ей заблагорассудиться, а если потребуется, то Тенеба с удовольствием вмешается в учебный процесс, чтобы поставить жалкую полукровку на место. Вместе с запиской, крестная прислала небольшую сводку по биографии профессора Амбридж, в котором числился маг-отец, магла-мать и младший брат-сквиб, а также небольшое описание того, кто и чем занимается на данный момент. Вироса-де-Кута тогда сильно удивилась возможностям крестной так быстро и легко найти всю подноготную министерского работника, однако не решилась вдаваться в подробности, благодаря Тенебу за такое красочное вмешательство. -Спасибо, мисс Дасадити, - наконец-то ответила Паффина, слегка кланяясь подруге, перевела взгляд на серьезных и готовых хоть сейчас писать родителям Эдриана и Кассиуса, - и вам, мистер Пьюси, мистер Уоррингтон. Вот только.. В этом нет никакого смысла. -Пожалуйста, леди Винтербир, расскажите нам подробно, что произошло? - Вироса чуть отпустила вожжи, мягко кладя ладошку на плечо подруги. -Профессор Амбридж совершенно непрозрачно намекнула нам, что за любое наше с братом неповиновение будут отвечать наши родители, - Паффина сглотнула, опуская глаза в пол. - Она имеет очень большие связи в Министерстве и готова в любой момент спустить всех своих ищеек на нашу семью. -Она знает, что в нашей семье хранятся очень древние и мощные артефакты времен шестнадцатого века, - подал голос Паффиан, помогая сестре рассказывать. - Винтербиры были одними из тех, кто пытался противостоять присоединению Шотландии к Англии несколько веков назад, поэтому к нам и так порой заявляются неприятные гости с разного рода проверками. -Они говорят, что лишь хотят узнать, что у нас все в полном порядке, а сами рыщут то, чего у нас нет, - всхлипнула юная леди. - Последнее время они все чаще пытаются поймать нас на подстрекательстве, думают, что Винтербиры все еще не отказались от желания провозгласить Шотландию независимым королевством. -Что за вздор! - фыркнул Пьюси, сжимая ладони в кулаки. - Все знают, что это история давно минувших лет, почему они продолжают лезть к вам? -Вы же знаете, что Министерство запрещает любую темную магию? - обратилась к друзьям Вироса, те вразнобой закивали. - Если правительство знает, что у вас хранятся древние темные артефакты, они просто очень хотят их изъять. -И изымут, если мы с сестрой хотя бы попробуем пойти против Долорес Амбридж, - Паффиан переглянулся с Паффиной, безмолвно о чем-то спрашивая, та лишь уверенно кивнула, позволяя ему рассказать. - Это не просто древний артефакт. Это защита рода, без которой любой, в ком течет кровь Винтербиров обречен на страшные мучения. Когда Шотландия вошла в состав Великобритании, Министерство не просто взяло с нашего рода обещание, что мы не посмеем восстать против Англии, оно укрепило это сложным магическим контрактом, который не может быть расторгнут. Артефакт служит чем-то вроде печати. Если она будет унесена из дома, все Винтербиры будут находиться под проклятием, схожим с Империусом, но только законным.. А если артефакт сломать, то весь род тут же прекратит свое существование. -А это не слишком? - Кассиус округлил голубые глаза, знатно напрягаясь, у него даже на виске проступила венка. Паффиан лишь грустно поджал губы, неопределенно пожимая плечами. -Допустим, - кивнул Эдриан, возвращаясь к первоочередной теме разговора. - Но зачем розовой даме вам угрожать? Разве вы как-то нарушали ее указания или срывали уроки? -В том то и дело, - жарко выпалила Паффина. - Ничего такого мы не делали! Она словно.. словно.. -Словно играет в долгую, - закончил за сестру слизеринец. - Сказала это все нам, чтобы в будущем мы и не подумали идти против нее. -Тогда что эта мадам задумала? Какую игру решила вести? - угрюмо спросил Пьюси, не ожидая ни от кого ответа. За столом взгромоздилась тишина. Слизеринцы беспокойно переглядывались, прекрасно осознавая, что в данной ситуации они действительно ничем не могли помочь Винтербирам. Никакое влияние на Министерство не сможет его остановить, если тем взбредет в голову помучать целую семью, обосновывая это тем, что шотландцы решили поднять восстание (за ними не заржавеет написать очередную убойную статейку в “Ежедневном Пророке”). А вечером, словно последний штрих для полной картины, пришло очень короткое письмо от мисс Навелюкс. Крестная писала, что на некоторое время ей необходимо уехать из страны, и убедительно просила не посылать к ней сову, и что она свяжется со своей любимой Виросочкой, как только сможет. “Блестяще!” - подумалось Виросе. - “Теперь я даже не могу просто написать домой и поделиться новостями!”. А ведь рассказать было о чем. Хотя о своем загадочном сне (который возникал перед ней каждую ночь) девушка так и не решилась передать Тенебе, но вот про то, что в школе организуется что-то напрямую касающееся чистокровных семей, Вироса-де-Кута очень хотела бы обсудить со взрослым человеком. Поздний вечер густел, окрашивая небо в темные тона, а прохладный ветерок залетал в щель между полом и дверью спальни. Вироса-де-Кута сидела на своей кровати, опустив лицо на ладони и думала. Очень усердно и напряженно думала о том, что ей делать дальше. В голове замешивалась густая каша, от которой раньше спасало нежное прикосновение маминой ладони. По коже пробежали мурашки, потому что легкое дуновение коснулось распущенных волос в области макушки, напоминая о том, что некому больше ласково гладить ее и успокаивать. К горлу подступил ком, а веки запекло. Юная волшебница слишком хорошо в такие моменты чувствовала ее отсутствие. Плечи предательски задрожали, а в животе закружился, заворачиваясь и затягиваясь вокруг органов металлический холодный жгут. Кровь отхлынула от пальцев, превращая их в ледышки. На деревянных ногах Вироса поднялась с кровати, пошатываясь поплелась в сторону выхода из спальни. Ей срочно нужно на свежий воздух. Скинуть напряжение. Пусть подкрадывающаяся ночь заберет все лишнее себе, не давая девушке окончательно утонуть в своих чувствах. -Леди Дасадити? - подала голос Паффина, которая уже собиралась спать. -Не волнуйся, я скоро вернусь, - быстро произнесла Вироса, скрываясь за дверью. -Отбой уже был.. - произнесла слизеринка, оставшись одна в комнате. *** Фред еле дыша стоял в одном конце коридора, наблюдая за тем, как брат впечатался в колонну, медленно обходя ее по кругу. Неугомонная кошка завхоза Филча, словно охотничья собака, преследовала их по пятам, кажется, унюхав запах сладостей, что они хотели подложить на стол профессора Амбридж. Розовая дама порядком подбешивала Уизли, поэтому близнецы приняли решение проверить на ней новые шоколадные конфетки с эффектом заморозки. Вот только шерстяной комок по имени миссис Норрис, никак не хотела давать им эту возможность. И все бы ничего, если бы кошка не начала истошно вопить, вызывая прямо к нарушителям режима злобного Филча. Но беда, как известно, не приходит одна. Мало того, что миссис Норрис заставила их с братом разделиться, так она еще и загнала Джорджа в угол, из которого тот никак не мог выбраться, и тут-то на горизонте послышались шаркающие шаги приближающегося блюстителя порядка. Филч завернул из-за угла, следуя на зов своей кошки, как на спасительный маяк, пыхтел и бубнил какие-то ругательства себе под нос. Вариант спастись оставался лишь один. Фред зыркнул на близнеца, указывая тому на лестницу, а затем показал на себя и на другой конец коридора. Джордж согласно кивнул, признавая, что их вылазка, похоже, закончится провалом, стараясь сильно не шуметь рванул по указанному направлению. Фред же, избегая возможного столкновения с Филчем, быстрым шагом отправился в другое крыло. Юноша чуть остановился, чтобы отдышаться и перевести дух, прислонился к окну, выглядывая наружу. На улице уже совсем сгустились тени, окрашивая ближайшие деревья Запретного Леса в загадочный мрачный оттенок изумрудного цвета. Со второго этажа было хорошо видно, как медленно под влиянием ветра шелестят ветки, криво и жутко изворачиваясь в разные стороны. Сколько же раз Фред пытался убедить Джорджа, что им точно нужно как-нибудь изучить Запретный Лес! Ведь там, помимо удивительных растений, находится целая толпа волшебных животных.  Близнецы грезили фамильярами - питомцами, что станут верными компаньонами и помощниками в их веселых приключениях. Жаль, что каждый раз из года в год находились дела поважнее, чем поход в манящую запретную зону. А на седьмом курсе, так и вообще, появилась самая главная задача - изжить с должности эту противную розовую даму. Вот только Филч, как чувствовал, всякий раз, стоило Уизли приблизится к кабинету ненавистного профессора, являлся, словно привидение, из-ниоткуда и разбивал все их планы в пух и прах. “Но нет же худа без добра!” - подумал Фред, замечая странное движение у самой кромки леса. Юноша присмотрелся, слегка прищуриваясь, внимательно вглядываясь в легкий туман, что медленно клубился у подножья леса. Совсем близко к полянке, что разделяла чащу от школы, бродила лисица. Но, как и свойственно всем животным из Запретного Леса, плутовка была необычной - темно бурой, со странными светлыми пятнами на шерсти. “Навевает совсем другой образ..” - хмыкнул Фред, отгоняя от себя видение с длинными темными волосами, в которых сверкали белоснежные звезды. Ведомый неясным порывом, молодой волшебник бросился на выход из замка. Ему, во что бы то ни стало, нужно было поймать это странное животное! Если удастся, то можно будет постараться и сделать из лисы фамильяра, а уж сколько новых подколов в сторону новенькой слизеринки тут же закружило в рыжей голове. Для начала он даст своему питомцу хорошее имя! Как на счет Кута-де-Вира? Смешок сорвался с губ, а в карих глазах заблестела безумная идея. Юноша даже не заметил, как стрелой вылетел из замка, бегом пересекая полянку. Лисица была занята какими-то своими лисьими думами, не обращая никакого внимания на приближающегося к ней волшебника, который вытащил волшебную палочку из кармана, направляя ее на красивое пушистое животное. *** Вироса-де-Кута заметила резкое приближающееся движение слишком поздно. Девушка бродила в своей анимагической форме у самого края Запретного Леса, не имея никакого желания лезть в его дебри. Ей всего-то было нужно сбросить пар, отойти от гнетущих мыслей о маме. Просто побыть одной. Подставить мордочку прохладному приятному ветерку, чтобы он запутался в ее густой шерсти, выдувая из головы и сердца боль и печаль. И ей даже почти удалось забыться на некоторое время, бездумно бродя вперед-назад около зловещих деревьев. Как вдруг, совсем рядом возникла тень. Вироса не сумев быстро сориентироваться, метнулась в сторону, пытаясь ускользнуть от незваного гостя. Но тут же длинные передние лапы скрутило, а задние в чем-то запутались, и девушка попросту распласталась по траве, больно шмякаясь животом. Картина перед глазами чуть качнулась, и ей пришлось несколько раз мотнуть мордочкой, чтобы привести зрение в порядок после резкого падения. Бежать! Нужно срочно бежать! Девушка ухватилась за единственную мысль, что яркими пламенными буквами горела у нее в голове. Она судорожно задергалась в разные стороны, пытаясь освободиться от волшебных пут, извиваясь, как уж на сковородке. Шерсть порядком извозилась во влажной от тумана земле, а к хвосту и морде приклеились несколько ссохшихся листьев и желтоватых травинок. Как бы Вироса не билась, заставляя свое тело двигаться, у нее не получилось сдвинуться ни на йоту, лишь сильнее пачкаясь, на радость нападавшему. -Тиши-тише, я тебя не обижу, - этот голос! Обычно она слышала его лишь с издевкой в интонации, сейчас же звучал нежно, будто юноша пытался успокоить ребенка. Фред наклонился, опускаясь на колени рядом с пойманной лисицей, заглядывая ей в глаза, совершенно не осознавая, кого он только что сбил с ног. “ТЫЫ!!” - хотела выкрикнуть ему в лицо Вироса, но из горла вылетел лишь утробный грозный рык, и девушка угрожающе клацнула зубами в опасной близости от руки юноши. Молодой волшебник ничуть не испугался, лишь резко отдернул ладонь. Одарив Виросу мягкой улыбкой: -Не бойся, маленькая, - ласково зашептал он, - я только хочу с тобой подружиться. “Да кто так дружиться-то!” - вновь протяжно зарычала девушка, посылая юноше самый испепеляющий взгляд из своего арсенала, надеясь, что Фред испугается. Но ни тут то было. Уизли еще раз широко улыбнулся, кивнул: -Вот видишь, уже завязывается диалог. “ДИАЛОГ?!!”- Вироса взвыла, выгибаясь, что было сил, стараясь цапнуть юношу острыми клыками. -Не голоси, а то сюда сбежится вся школа, - хмыкнул Фред, нагло опуская теплую ладонь на спину лисе, начиная ее успокаивающе гладить. “РУКИ СВОИ УБРАЛ! СОВСЕМ СОВЕСТИ НЕТ?!” - еще один агрессивный рыко-вопль. Но Уизли, конечно же, не понял ее возмущений, продолжая уверенно лапать своими ручищами пушистое тельце. Этого юная мисс Дасадити стерпеть уже не смогла. Девушка начала извиваться, буквально подпрыгивая на месте, отталкиваясь от земли. В ход пошел даже хвост, которым она несчастно размахивала во все стороны, силясь избавиться от мерзкого заклинания, что связало ее по ногам.  -Эй! Эй! А ну перестань! - шикнул на нее Фред, сильнее придавливая к земле широкой ладонью. “Я тебе сейчас перестану! Сейчас, только освобожусь, откушу тебе обе руки! Да как ты смеешь!?” - щелкала клыками девушка, изворачиваясь во все стороны. -Хватит, я сказал! - юноша совсем отчаялся успокоить животное словами, придавил лисичку, всем телом навалившись сверху. Длинная мордочка оказалась в опасной близости от его носа, намереваясь укусить тяжелого юношу прямо за лицо. Вот только Фред был сильнее и больше минимум раза в три, чем несчастная, распластавшаяся под ним, бурая лиса, к тому же связанная по лапам. Проблемой оставалась только пасть, из которой то и дело вырывался глухой угрожающий рык. Вироса-де-Кута сражалась, как могла. Только вот ее маленькое пушистое тельце больше не могло сопротивляться чудовищному давлению сверху. И ведь хватило наглости у этого рыжего Уизли залезть на нее, вдавливая в землю, словно она была для него мягкой подушкой. Дышать становилось все труднее. Вместо рыка уже выходило сбивчивое фырканье вперемешку с короткими поскуливаниями. И что теперь делать? Этот дурак ведь уверен, что ловит какую-то волшебную лису с необычным окрасом! Откуда он вообще здесь взялся? Вот ведь, принесла нелегкая! “ И без тебя проблем хватало!” - подумала Вироса, принимая решение, которое всеми силами пыталась избежать. Девушка обернулась обратно человеком.