Часть 1: «Хочешь увидеть его снова?»

      Тёплые, оранжевые огни фонарей мягко освещали дорожки и аттракционы, прекрасно сочетаясь с хоть и искусственной, но добротно спрограммированной ночной тьмой. Качели на причудливых механизмах раскачивались туда-сюда, другие в бешеном ритме то поднимались ввысь до самой верхушки тента, то падали с неистовой скоростью. Почти всё в пределах видимости было в движении. Это место было бы идеальным источником веселья и позитива, будь здесь хоть кто-нибудь, кроме самой Помни.       Парк развлечений пытался казаться живым, но едва ли у него получалось.       Помни сидела в одной из кабинок колеса обозрения, оперевшись спиной об её стенку и смотря на имитацию ночного неба отрешённым взглядом.       «— Моя жизнь, мои воспоминания… мои друзья… всё фальшивка…».       Сколько бы она не пыталась, она всё равно неизбежно возвращалась в те моменты. Его опустошённость, хрупкость души, видимую через те глаза-точки. Созданный, как подражание, Гаммигу являлся… личностью. Со своими переживаниями, надеждами. Стремлениями. И когда все устоявшиеся шаблоны были разом разбиты молотом неотвратимой реальности, а безысходность захлестнула жестокой волной… он по-настоящему стал живым, разумным созданием.       Он стал человеком, которому, как и любому, нужна была помощь. Таким же, как и она сама, в её первый день в цирке.       Гаммигу… стал первым, кому открылась Помни.       А затем, они вернулись в цирк. И всё вновь было разбито знакомым молотом.       Ведь в каждой игре правила должны соблюдаться. Эта история будет идти так, как захочет этот весёлый трюкач, и никак иначе.       Помни сжалась сильнее, углубляясь в угол кабинки. Колесо продолжало медленно вращаться. Если бы арлекинша выглянула, она бы увидела приятную глазу гамму тёплых тонов. Тут не было привычных цветастых кубов, объёмных фигур самых разных размеров и форм. Всё было почти что призёмлённое, как в обычном парке под вечер. Немного заброшенное, но всяко лучше стандартных локаций цирка.       По этой причине она и пришла сюда, но сейчас, её разум был растерян. Хотелось просто беспомощно расплакаться, и позабыть о своём текущем существовании.       Цифровой мир, из которого нету выхода. Где ты даже не можешь умереть. Лишь сойти с ума, и страдать дальше, только теперь в самых потаённых глубинах этого виртуального кошмара.       В месте, где нет надежды… навсегда…       — Ух ты, не думал, что кто-то сумеет найти эту комнатушку. — Послышался знакомый, в меру беззаботный голос поблизости       Помни не заметила, как её кабинка достигла начала, и к ней бесцеремонно зашли. Подняв глаза, она увидела Джекса, стоявшего напротив и оперевшегося локтями об край кабинки. На нём, как всегда, сияла довольная улыбка, пока он смотрел на её печальную мордашку сверху вниз. Её глаза были слегка влажные от подступающих слёз, и это будто только веселило непрошенного гостя.       — Я думал, только я знаю об этом месте. — Заговорил он, продолжая улыбаться, — Кейн ещё не закончил здесь, и поэтому попытался спрятать этот парк от чужих глаз. Правда, защита что он поставил такая наивная, что с ней бы ребёнок справился.       Джекс отвёл взгляд, видимо, заинтересовавшись каким-то аттракционом.       — Раз даже ты смогла сюда проникнуть, остаётся только посмеяться над его нелепыми попытками что-либо скрыть. — Его улыбка стала шире, а глаза превратились в две хитрые, дугоообразные щели.       — … Зачем ты сюда пришёл? — Спросила Помни, стараясь избегать зрительного контакта, и одной рукой вытерла глаза.       — А зачем ты сюда пришла? — Спросил Джекс в ответ, бросив быстрый взгляд на арлекиншу, — Я может просто хотел развлечься на бешеных скоростях, ощутить драйв от этих безумных машин, а тут ты как на зло, самым грубым образом мне помешала.       От такого заявления Помни изменилась в лице.       — Я помешала?! — Будучи задетой, она поднялась с пола кабинки, — Да я спокойно сидела здесь, пока ты не зашёл ко мне! Это кто ещё кому помешал?!       — Ты, конечно! — Продолжал гнать свою линию Джекс, изображая недовольство, но внутри явно ощущал кайф от разворачивающейся сцены, — Да хоть самим фактом, что ты вообще решила здесь появиться. Это место я первый нашёл, так что будь добра, не наглей.       — Ты бы даже и не догадался, что я здесь, не загляни в эту кабинку!       — Ну а я заглянул, что дальше? Может мне именно эта приглянулась?       — Ты!… ты!…       Помни распирало от злости, но поняв, что это бесполезно, она просто выдохнула.       — Ты просто невыносим… — Помни также опёрлась об край кабинки и отвела взгляд. Лицо стало бесстрастным, словно весь интерес к Джексу мгновенно сошёл на нет. Стало лень даже отвечать на его выпады.       Джекса, впрочем, это ни капли не расстроило, судя по довольному лицу с хитрым выражением.       — … Ну так ты ответишь на вопрос?       — Какой? — Лениво переспросила она.       — Зачем ты сюда пришла?       Помни с ледяными глазами взглянула на Джекса: его выражение лица не поменялось.       — Какая тебе разница? — Прозвучал ответ с лёгкой враждебностью, — Я более чем уверена, что ты попытаешься обернуть всё в очередной подкол. Нет уж, этой радости я тебе не доставлю.       Она вновь отвернулась, на миг повисла тишина.       Наверное, самым главным талантом Джекса являлось его умение раздражать всех подряд. Что не слово, то очередная грубая шутка. Эта вечная самоуверенность, надменный взгляд, саркастическая ухмылка. Могло показаться, что если вдруг ему сообщат про смерть кого-то из ребят, он максимум скажет: «Оу… ну, помянем».       Проведя в цирке совсем короткое время, ей уже не нравился этот самодовольный нарцисс.       Затем, первым заговорил Джекс, прерывая молчание:       — … Ты же о Гаммигу думала, да?       Помни дернулась, глаза заметно округлились.       — … Что ты сказал? — Переспросила она, медленно переведя взгляд на Джекса.       — Что слышала.       Молчание. На её лице появилась едва уловимая смесь из злости и удивления, а Джекс лишь с той же улыбкой опустил голову на плечо, явно довольный полученной реакцией.       Не дав ей произнести ни слова, он добавил:       — Хочешь увидеть его снова?       Ответ не нуждался в озвучивании.