[Не бывает «Беззвездных»]

Что за банальность в этих строках? Я видел это — список содержаний, Тех самых, от которых в чувствах много Не крылатых эмоций и фальшивых терзаний. Или наоборот, перевернем планету — И увидим нагую истину, что кроется в стихах, Ее кто-то скрывает? Она весьма доступна свету, Но люди смотрят сверху, когда она в низах. Я говорил о невежестве когда-то, Говорил о всемирной печали, Говорил, что ныне общество чревато, Что мы воистину состоим из хрустали. Я повторюсь, мы — не фарфор все же Не камень, не любой другой предмет. Мы состоим из звёзд, и нам всем можно Прятаться во тьме и излучать свет.

[Балет?]

А потом я стоял и видел, как он падал, Как глаза его наполнялись болью, Кто-то вдруг спросил: «Какого жить адом?» Он не обернулся, но прошептал: «Неплохо». Его руки изящно, как художник с кистью, рисовали Линии по сцене, или буквы, только он ведь знает, Он старался, падал, как всегда вставая Танцевал до боли, кто его спасает? Музыка? Ритмы? Станки? Иллюзии, происходящие на сцене? Кто его спасает? В нем слишком много пустоты, Я видел это, и он был не уверен Что правда сможет танцевать без боли, И сможет так, что Лебедем прославят, В славе дело? Слава — это море, А он в балетном океане здесь живет лишь утопая С каждым днем все больше, с каждым часом Он слабеет, он заглушает боль же болью Но балетная боль — стала счастьем разом, А он когда-то смело станет Лебедем на море.

[Печальное послевкусие душевного спокойствия]

Пустыня — в ней нет пустоты, Пустота — в ней нет пыли, Окно — в нем нет теплоты, Тепло — в нем есть дыры. Слова — в них нет смысла, Мечта — в ней нет правды, Огонь слишком быстрый, А мы слишком слабы. Коты — в них нет жизни, Письмо — в нем нет даты, Мы навсегда здесь зависли Ведь нам здесь не рады. Пенал — в нем нет ручек, Дожди — в них нет соли, Театр нам скучен Ведь нет нашей роли. Любовь — в ней нет чувства, Печаль — в ней нет сказок, Кино нам не нужно Ведь в нем нет тех красок. Смерть слишком бы́стра, Жизнь коротка, В нас ведь нет смысла, - Мы идем в никуда.