[Не со мной]

Готов умереть серебряной ночью, По обеим щекам стекают слезы Такие горячие, облитые горечью Нам с вами не по пути, мои прелестные грёзы. Спустя года я обдумал миллион причин, Не нашел ни одной, чтоб сказала О чем ты думаешь в ночи, И сколько чувств ты потеряла. Я не верю, (не молчи) Ни единому сказанию, Лицемерие? уйди. Мне противны все касания. Я готов умереть серебряной ночью Нести на руках твои очи, И облить свое сердце горючей болью Только пиши среди ночи. Только отвечай на звонки, я прошу Ты в сети, ты не спишь, ты в объятиях Не в моих, не со мной, я кричу И кажется тону в своих реалиях.

[Душевный]

я украл твое сердце. мы в бездне? мы про́кляты своей же Дездемоной, мы про́кляты и прокля́ты. мы лауреаты на премии «отчаяние. боль. опустошение». мы звёзды, но погибшие. мы планеты не выжившие. мертвые, покалеченные, своенравные и пустые. переполненные сажей и живущие в пепельницах. так скажем, остатки сигарет на перекрестках. окурки, кинутые вслед неразделённой любви. мы подоконники, мы отваливаемся под сонеты Шекспира с соседнего окна. мы сваливается с окон каждый понедельник, каждый вторник и четверг. тонем в собственной крови в ванной в среду и кажется в пятницу. тонем и не спасаемся, но кричим и рвем глотку безмолвными криками. своими немыми прошениями и презрениями под строчкой «количество суицида с каждым днём растет». какой счёт? мы теряемся в банковских картах. теряем наличные деньги. погибаем, по дням по неделям. мечтаем чтоб сбила машина, чтобы приснилось все, не проснулись. чтобы новые звёзды убили или в космосе начали жить и любить, но любить в нашем случае — падать.

[Задыхаюсь]

Мои запястья крошатся в запчасти Я вырываю сердце из останков боли, Я не болен, но погиб отчасти Я не сломлен, но покинут морем. Кости раздробляются в моменты, Руки погружаются в бинты, Я не слышал вечные сирены Я был против быть одним из них. Дышу через минуту (задыхаюсь) Через мгновение, вечность, запертую смерть, Я счастлив, честно, (честно, я теряюсь…) «Я в порядке, честно» — мне бы умереть.

[Пять минут]

На моих глазах небо темнело, А фонари обретали в свете жизнь, На моих глазах совершенно чистое небо блестело От маленьких звезд и пожаров в душе, лишь убить Оставалось свои чувства и покалеченный разум, Без записки, без чисел, без даты и любимых людей, Оставалось смотреть на летний город без красок И думать о том, каким же настанет конец этих «правильных» дней. Оставалось смотреть на луну, запивая эмоции горьким какао, Оставалось любить лишь в душе и молчать на взаимные чувства, Оставалось разбить зеркала и осколком убить все «не знаю», Оставалось прожить пять минут, пять минут на своем этаже.