Ах, взять тебя и трудно, и легко

Деймон, развалившись на молочной скатерти, был совершенно очарователен, Рейнира любовалась. Он элегантно оторвал виноградину от кисти и хитро улыбнулся племяннице краем рта: — Учись. Откусил от виноградины только половинку, быстро прожевал и проглотил, взглянул на остаток ягоды, повертел её в пальцах, сверкая большим серебряным кольцом. На его большом пальце осталась капелька сока. — Вы неаккуратны, дядя, — ответила Рейнира, ощущая, как во рту скапливаются слюнки, — Теперь предполагается угостить?.. Дядя ничего не ответил, только с таинственным видом быстро закинул оставшийся кусочек в рот и, пережёвывая, принялся вытирать руки платком. Выдался хороший день. Самый лучший из тех, что Рейнира с дядей летали на Драконий камень. В этот раз принцессе надоело бродить по замку и скучать, она позвала Деймона на прогулку недалеко от места, где садятся драконы, в глубине острова. Им очень повезло, что сегодня по далёким пикам не гулял ветер, здесь, на равнине, было очень уютно и тепло. Они пришли сюда пешком, расстелили скатерть, взятую из замка, разложили еду и наслаждались болтовнёй друг с другом. — Как дела с Колем? — О, ничего такого. — В самом деле? — Да, дядя. — Ты тренировалась? — Да, дядя. Молчат. — Меня обхаживает лорд Джейсон Ланнистер, обещает мне вино и свой утёс, если я уеду с ним. — Ты уедешь? — Не думаю. — Почему? Рейнира только поудобней располагается на локтях. — Зачем же мне с ним уезжать? — капризничает и уходит от ответа. Деймон быстро встаёт, роется в сумке, откуда до того была извлечена скатерть и еда, достаёт бутылку из тёмного стекла и два серебряных кубка. Плюхается на место и ставит кубки между ними, вскрывает бутылку и сосредоточенно наполняет кубки. — Пей, — кивает он. Рейнира надувает губы, но берёт кубок, и смотрит на дядю поверх него. — Хороший день. Деймон не отвечает. — У меня есть утёс, — говорит позже, — Становись моей женой. Рейнира коротко хихикает, непонимающе склоняет голову и пристально на него смотрит, пытаясь проникнуть в простой смысл этих слов. Только отпив глоток, и услышав следующее, она широко скалит зубы и прищуривает глаза, не в силах на него смотреть, слишком хочется смеяться, не подавиться бы вином. — Уезжайте со мной, принцесса, у меня есть для вас моя славная фамилия. Деймон смотрит довольный своей шуткой, и тем лучше шутка, чем серьёзней он выглядит, а выглядит он достаточно серьёзным. — Вы скучны до умопомрачения, мой лорд, — Рейнира прикладывает ладонь ко лбу и картинно отворачивает голову, как, несомненно, всегда хотела сделать Алисента с каждым из лебезящих придворных, но не могла себе позволить за благостными гримасами. — С моей силой ты будешь под защитой, — добавляет Деймон, и даже тень улыбки его лицо покидает, но довольство выражает всё его тело, как он полулежит на локте и держит ножку кубка, поставленного на скатерть. Рейнира заинтересована. — Вы меня защитите, мой лорд? Даже от дракона? — Думаю, — Деймон отставляет руку и придирчиво смотрит на ногти со всех сторон, — Это ты защитишь меня от дракона. Рейнира кусает губы от смеха. — Ваше вино, — она отпивает ещё. Деймон ласково на неё смотрит, Рейнира понимает, что не в силах повторить прошлый ход разговора с лордом Ланнистером. — Не даст мне принять взвешенное решение. Что вы думаете о том, чтобы поохотиться вместе? — А что же подумает… Капитан ваших гвардейцев? — Деймон опять ёрничает, и Рейнире это не нравится. — А что же капитан? Деймон отставляет нетронутый кубок и придвигается ближе к ней, Рейнира тоже убирает свой, выше между ними. Она тянется поставить вино, поворачиваясь со спины на бок, и когда снова невозмутимо смотрит на дядю, то видит его совсем близко, можно рассмотреть каждый волосок из его длинных белых прядей. Дядя почти ёрзает от неудобства её ответным вопросом. — Ну… — он находится, — Мне придётся его отослать, когда я буду при дворе. — А я буду… Вашим защитником от драконов, дядя? — Пожалуй, — он задумывается, — Пожалуй, ты будешь тем, кого придворные будут опасаться больше, нежели драконов. — Я согласна, — шепчет Рейнира, и они склоняются друг к другу. Следующий момент здравомыслия приходит к принцессе, когда она покрывает поцелуями шею дядюшки, аккуратно убрав волосы, а её вторая рука забирается под свободную белую рубаху и касается горячего дядюшкинового бока. Дядя что-то говорит, его губы шевелятся и издают звуки. Рейнира складывает их в слова, нежась в теплых объятиях. — Ваш отец, принцесса, этого не одобрит, до нашей церемонии. Рейнира обхватывает ртом его пальцы, что гладили её губы, и наблюдает, изменится ли дядино решение. Тот вдруг наваливается на неё, прижимает к скатерти всем весом, и она не заметила, когда её рот опустел. — Лорд Ланнистер возьмёт тебя на утёс, и ты никогда больше не увидишь королевского двора, — шепчет дядя, его волосы растрёпаны, он преподаёт ей хитрости распоряжения своим телом, — Он не позволит тебе и слова сказать твоим острым языком без разрешения. — Да, дядя. Всё так и будет. Рейнира довольно смотрит ему в глаза и тянется рукой между их телами, чтобы вернуть ладошку под его одежду, на горячий живот, скользнуть быстрыми пальчиками по ремню, а потом снова наверх, по животу и на ребра. Его кожа горячая, словно воздух на равнине совсем не остужает, а ещё она нежная, словно бархат. — Ты опять не смогла убедить Коля нарушить обеты? — Да, — отмахивается Рейнира. Принцесса вспоминает, как сир Кристон снова был вынужден остаться с ней наедине, Рейнира позвала его сопровождать её на крепостную стену, где они с Деймоном были не так давно. С Колем было всё совсем не так, на него совсем не хотелось смотреть вместо того, чтобы смотреть на залив. Когда они возвращались, Рейнира ощутила тепло внутри — они проходили мимо двери пустой комнаты, куда её звал дядя. Принцесса решила, что оставит комнату хранить только прежние воспоминания, и ещё решила, что попытается выбрать иной момент для соблазнения Сира Коля, какой-нибудь, где не будет мыслей о дядюшке. Пока момент не наступил, хотя прошло уже полтора месяца. Дядя убирает её руку подальше, и они смотрят друг на друга. Рейнира печалится, похоже дядя опять не заинтересован достаточно. Что за проклятие. Дядя прикрывает глаза и гладит её по щеке, любуется. Они затихают. Рейнира пользуется тем, что он лишь лежит на боку рядом с ней, и меняется местами, рванувшись к нему и садясь на бёдра, тянется к еде и отрывает ягоду винограда. — Вы совсем не голодны, дядя? Откусывает половинку, хватает уже потянувшегося Деймона за запястье. Дядюшке не составляет труда освободиться от всего одной ладошки племянницы, но он просто лежит и смотрит. Рейнира улыбается, пока ветерок развевает её волосы, она смотрит вниз, и считает, что имеет в этот момент всё, что только можно получить. Она решает, что всё же можно получить больше, когда тот осторожно берёт её за запястье, и съедает половинку виноградины из её рук. Его губы на мгновение нежно касаются её руки, Рейнира замирает. Потом дядюшка быстро слизывает с её пальцев каплю сока, не смотря на неё. Внутри его рта очень горячо, его мокрые губы очень нежные, словно шелк. Рейнира наклоняется к его лицу, чтобы снова поцеловать. Она гладит его щеку и перебирает волосы. Когда пальцы дяди скользят под куртку костюма, Рейнира с силой сжимает его пряди. Дядя не вырывается, он отвечает тем же и впивается в её рот. Принцесса хныкает от боли, проходит несколько болезненных мгновений, и Деймон выпускает её волосы. Принцесса отползает от него. Её глаза слезятся. Дядюшка просто смотрит в небо, раскинув руки. — Нас кто-то может увидеть, — говорит он. Рейнира мгновенно забывает о произошедшем и настораживается. — А что же если и увидят? Что они сделают? — Ничего, — дядя поворачивает к ней голову, его фиолетовые глаза прозрачные на свету, даже прищуренные от яркого неба, — Мы в своём праве. Рейнира расхохатывается, любуется дядюшкой. Ей нравится говорить с ним, нравятся их полёты на Драконий камень, нравится Деймон. Когда он рядом, она кажется себе всемогущей, что никто не сможет их остановить. Деймон тоже улыбается, когда видит, что она смеётся. Он протягивает ей руку и она её берёт. Ёрзает и садится поближе, поднимает ладонь Деймона на колени и быстро целует костяшки. Она думает о времени, когда станет королевой, и если Деймон будет рядом — ничто не сможет её остановить.