Часть 5.Искупление. Заключительная

      Шейла очнулась в какой-то белой комнате, похожей на больничную палату. Она забеспокоилась, что что-то могло случится с ребёнком.              Она огляделась и увидела Николоса, который смотрел в окно, сложив руки на груди.       -Николос… - позвала она, и он резко обернулся, глядя на неё злыми незнакомыми глазами.       -Как ты посмела? – гнев сквозил в каждом его слове. – Я только простил тебя за первую ложь, а сейчас ты мне подсовываешь другую! И какую!.. Как долго ты собиралась это скрывать? Из-за этого ты так хотела уехать? Ты просто лживая тварь!       Он приближался и угрожающе сжимал кулаки.       -Я не понимаю…       -Ты беременна! – воскликнул он.       Тут в палату вошёл доктор и Николос снова отошёл к окну.       -Миссис Лексакис, рад видеть, что вы очнулись. – сказал доктор по-английски. – Рад вам сообщить, что у вас всё прекрасно. Такое иногда случается в вашем положении, но волноваться не о чем.       -Спасибо, доктор, вы можете идти, - резко сказал Николос по-гречески.       Почувствовав некоторое напряжение, врач решил как можно быстрее ретироваться.              -Я не думала, что тебя так это расстроит, - Шейла была опечалена. Николос был не рад тому, что она забеременела.       -Что? – с издёвкой спросил Николос. – Ты не думала, что меня расстроит тот факт, что ты мне изменила и забеременела от другого мужчины?       Шейла вскинула голову:       -Но я не изменяла тебе! Это твой ребёнок!       -Ты меня за дурака держишь? А я-то нюни распустил, думал, что ты будешь мне хоть благодарна, что я позволил тебе остаться с Дэни. А потом, может что-то и получится… Что ж, вынужден признать, что он – смельчак просто, раз решил наставить рога Николосу Лексакису! Кто это?       -Никто! Это твой ребёнок! – Шейла уже начинала злиться.              Николос сделал глубокий вдох, всё ещё сверля Шейлу гневным взглядом, а затем повернул голову к окну.       -Не хочешь говорить, значит. Так его защищаешь… Пришло время, наверно, рассказать тебе о моём браке…       Шейла затаила дыхание, а Николос стал рассказывать:       -Я женился рано, в двадцать три года. Все греки женятся рано. А я к тому времени уже был главой семьи Лексакис. Многие сватали за меня своих дочерей, но в итоге главный приз достался Персифоне Палиарис. Наши отцы дружили в школе и часто встречались. Так я и познакомился с ней. Она была прекрасна, как богиня. – Шейла почувствовала зависть к этой женщине. Можно было подумать, что Николос ещё любит её. – Я просто потерял голову и не слушал никого. Хотя моя матушка, весьма мудрая женщина, говорила мне, что Персефона слишком юна для замужества, так как ей едва исполнилось восемнадцать, но я не обращал на это внимание. Я знал, чего хотел, не смотря на то, что был весьма молод сам. Я хотел семью, детей…. Торжества длились долго, целую неделю. Потом проходил месяц, другой… и я стал находить тесты на беременность. Все они были отрицательные… А моя юная жена рыдала у меня на плече, коря себя за то, что не может мне родить. Каждый месяц она ждала радостную весть, а когда не получала этого, то впадала в такую депрессию, что приходилось прибегать к помощи врачей. Приступы происходили всё чаще. А когда она выходила из этой депрессии, то тащила меня в спальню. Но это было сродни аду, так как я представлял, что если за этим не последует беременности, то жена впадёт в очередное буйство и может даже навредить себе. Таблетки и алкоголь расслабляли её, но, естественно, это был не выход. Я стал бояться близости. Она прошла обследование, и оно показало, что с ней всё в порядке. Тогда она стала настаивать, чтобы проверился и я. Я хотел сохранить брак, и какие-то чувства жили во мне, поэтому согласился. – Николос глубоко вздохнул. – Я прошёл обследование. Я бесплоден. Узнав это, она напилась и села пьяная за руль. Машина вылетела с утёса. – Он повернул голову к Шейле и сказал со злостью: - Что ты на это скажешь?       -Мне так жаль…       -Я не нуждаюсь в твоей жалости! – рявкнул Николос. - Теперь ты понимаешь, что я не могу быть отцом этого ребёнка?       -Но это невозможно! – возразила Шейла. – Я же беременна! И это твой ребёнок!       -Ты изменила мне с другим! – взревел Николос, а Шейла вздрогнула.       Затем он закрыл глаза и запрокинул голову, как будто ему было очень больно. После паузы он сказал уже обманчиво спокойным голосом: - Ты не останешься в моём доме. В Лондоне на твоё имя куплена квартира, и в банк ежемесячно будет поступать сумма, достаточная для жизни. Как только ты будешь способна, ты улетишь в Англию. Как ты и говорила, Дэни тебя быстро забудет, а документы на развод я пришлю позже. Тис. (с гр. – всё)       Николос ушёл.       Шейла, ошеломлённая, сидела на кровати и смотрела в одну точку. Николос ушёл из её жизни. Слёз не было, была только горечь от осознания, что любимый человек не верит ей.       Шейла надеялась, что Дэни не сильно долго будет плакать о ней. Вокруг же столько любящих его людей, они смогут успокоить его. Но сама она будет очень сильно скучать.       Пришло время подумать и о себе самой, тем более сейчас она уже не одна, и ей нужно взять себя в руки. Сначала ей нужно достать паспорт, а потом уже она будет решать, что делать дальше.       На следующий день её выписали с целым списком рекомендаций и ворохом рецептов на витамины для беременных.       Её никто не встречал, так как она сказала персоналу, что сама сообщит мужу о том, когда её забирать.       Она позвонила на виллу. К счастью к телефону подошла Катарина. Шейла спросила, кто дома.       -Мать господина и Дэни ещё гостят у её сестры, а хозяин на работе. Я пришлю за вами машину.       -Спасибо, Катарина, - от души поблагодарила девушка.       На вилле она сразу же пошла в комнату искать паспорт. К счастью, он лежал там, где она его и оставила: в её сумочке, которой она пользовалась в Лондоне.       Шейла нашла свои старые поношенные вещи и одела их.       -Катарина, пусть кто-нибудь отвезёт меня в город. Я хочу пройтись по магазинам, - попросила она, не сказав, что ему нужно в аэропорт. Она решила не звонить с телефона виллы, помня о том, что он прослушивается.       Когда она выходила из машины, то сказала шофёру, чтобы он уезжал, а она доберётся на такси обратно. Шофёр сначала сопротивлялся, но Шейла его убедила. Она не хотела, чтобы Николос знал, когда она уезжает. По сути, это же не побег, он ведь сам приказал ей покинуть виллу, а заодно и его жизнь.              В аэропорту она позвонила Лайзе.       -Привет, подруга, - сразу ответила та на звонок. – Куда ты пропала?       -Привет. Я тебе всё расскажу. Мне неловко у тебя спрашивать это, но я прошу у тебя одолжить мне денег на билет, - робко попросила Шейла. -Что за вопрос! Конечно! – с готовностью сказала Лайза, и Шейла чуть было не заплакала от облегчения.       Шейла двигалась на автомате как робот с чётко намеченной целью. В Лондоне в аэропорту её встретила Лайза, и они отправились к ней. Шейла была ей очень благодарна, тем более ей некуда было больше податься.       -Ты выглядишь как смерть. – поцокала языком подруга. – Что там с тобой в Греции случилось?       Шейла была так тронута заботой подруги, что рассказала ей свою историю.       -…А теперь я вообще не представляю, что мне делать, - закончила она. – И что самое главное: я беременна.       -Так-так, прекрасный принц оказался лягушкой, - резюмировала Лайза. – А я-то радовалась за тебя, что ты наконец вытащила счастливый билет. А папочке ты не хочешь рассказать радостную новость?       -Он считает, что я ему изменила, и сказал уйти из его дома. Он даже слышать ничего не хочет, да и я не стану ему навязываться. Он не любит меня, и женился, только чтобы я была матерью для Дэни и чтобы он смог усыновить его. – сказала Шейла.       -Подумай ещё раз. Возможно, тут скрывается какая-то тайна… - предложила Лайза.       -Он ясно дал понять, что больше не хочет меня видеть, - упрямо возразила Шейла.

***

      Шейла осталась у Лайзы, которая настояла на этом. Прошло пару дней, и Шейла решила отправиться к директору школы, в которой она работала, чтобы спросить насчёт вакансии.              Миссис Рутикомб покачала головой, и сказала, что вакансии уже все заняты.       -Когда ты ушла, к нам как раз пришёл человек на это место, - развела руками женщина. - Но если что-нибудь появится, я тебе сразу же скажу. Ты – хороший работник, Шейла, я была бы рада взять тебя на работу.              Шейла сникла, но ответила:       -Спасибо вам.              Но она не могла жить у Лайзы вечно, ведь у той была своя жизнь. Из Греции никаких новостей не было, хотя неосознанно Шейла ждала чего-то, но понимала, что это глупо.       Однажды позвонила миссис Рутикомб и рассказала Шейле о вакансии:       -Это за городом. Примерно в часе езды. Нужна учительница начальных классов, так как предыдущая была уже в возрасте и больше не могла работать. И там даже предоставляется жильё.       Шейла не могла поверить своей удаче. Она поблагодарила Лайзу за всё, пообещала отдать все деньги в ближайшее время, но твёрдо настояла на том, что больше у неё она жить не может.       С одним чемоданом и разбитым сердцем Шейла отправлялась в свою новую жизнь.

***

      Прошло четыре месяца.

      Осень в Англии была в этом году была поистине прекрасна. Дождей почти не было, а солнце ещё немного грело. Скоро наступит зима, а летом Шейла станет мамой.              Она прошла обследование у местного врача, который оказался отличным специалистом, и он шокировал её тем, что у неё двойня. Это одновременно и порадовало, и испугало молодую маму. С одним ребёнком тяжело, а тут двое…       На новом месте работы дела у неё шли очень хорошо. Директор местной школы был очень рад, что нашёл замену так быстро, а детишки сразу полюбили новую учительницу.              В каждом из них она видела Дэни и дарила им свою нерастраченную любовь, и дети это чувствовали.       Домик, который ей предоставили, был хоть и мал, но очарователен. К нему прилегал небольшой сад, в котором Шейла с удовольствием возилась.       Иногда она созванивалась с Лайзой, которая ей рассказала, что звонила миссис Вайтвумерс и сообщила, что на адрес квартиры, которую арендовала Шейла пришёл пакет с документами из Греции, и Лайза сказала ей переслать его на её адрес.       Но так как старушка гостила у родственников последние три с небольшим месяца, и приехала только неделю назад, соответственно пакет и был послан на адрес Лайзы только недавно.       Шейла попросила подругу вскрыть его.       -Что там? – с замиранием сердца спросила Шейла.              -Там документы на квартиру и данные счёта… - стала перечислять Лайза, а затем присвистнула. – Не такая уж он и лягушка! Эта квартира стоит как минимум пару миллионов фунтов и столько же лежит на счёте на твоё имя.       -Ничего больше? – спросила Шейла. Она ждала документов о разводе.       -Ммм… Больше ничего…       Шейла подумала, что возможно для оформления таких документов требуется больше времени, и скорее всего они придут позже.       -Ясно… - сказала Шейла.       -Что тебе ясно? У тебя теперь есть квартира и много денег, тебе необязательно ютиться в том сарае, - не унималась Лайза. – Тем более, скоро дети родятся.       -Я не хочу ничего у него брать, - упрямо сказала Шейла. В ней говорила обида на Николоса, который так просто вычеркнул её из своей жизни. – Если ещё что-то придёт, то позвони мне.       По вечерам Шейла сидела в саду и пила чай, пока погода ещё позволяла и предавалась воспоминаниям. Как там Дэни? Забыл ли он её уже?.. Скорее всего…       А Николос… Ищет новую жену? Он говорил, что Епифания может вполне ею стать. Да, она как нельзя лучше подходит для этого. Образованная воспитанная, выросшая в их среде, она была бы идеальной женой для него.       А Шейле ничего больше не остаётся, кроме как вспоминать. Хотя есть кое-что, о чём ей приятно думать… Она погладила себя по уже округлившемуся животу и мечтательно закрыла глаза. Скоро родятся её дети, и она будет любить их сильно-сильно.              -Шейла…       Этот голос она бы узнала из тысячи. Она так тоскует по Николосу, что ей уже кажется, будто она слышит его голос?

***

      Николас не мог сдвинуться с места. Он так долго искал Шейлу, что сначала подумал, что это всё ему кажется. Она сидела в саду и поглаживала рукой свой уже довольно большой живот.              Глаза её были закрыты. И в этот момент она показалась ему красивее, чем когда бы то ни было.       Он боялся, хотя страх не был ему свойственен. Боялся подойти к ней. Она будет зла на него, и он заслужил это. Возможно, даже прогонит его.       Но не подойти он не мог. Сколько бы гневных слов она ему не сказала, он выслушает их все и будет просить прощения, стоя на коленях.       Он был таким дураком, и ничто не могло его оправдать. Если бы он подумал получше, а не принимал решения сгоряча, то сейчас бы не стоял здесь после месяцев ада в поисках её. Он думал, что умрёт, если не найдёт её.       Когда он вернулся на виллу, ему сказали, что его жена уехала за покупками в город. Николос сразу насторожился: Шейла не была сторонницей длинных походов по магазинам.       Когда шофёр вернулся один, Николос уже откровенно паниковал и нервничал. Она ушла от него.       Но, дурак, ты же сам её выгнал!       Но когда этот факт стал свершившимся, Николос понял, что ошибался.       Он ошибался во всём. Проходили дни, а гнев сменился на тоску. Он тосковал по женщине, которая его так жестоко обманула. Он говорил себе, что он просто тюфяк, раз готов даже простить её за это. Он злился на себя и обзывал себя последними словами, но всё равно желал одного…       Лишь бы она вернулась... Он сгорал от ревности, представляя, что она пришла к тому мужчине и сейчас с ним.       Николос стал напиваться. Работать он был уже неспособен.       Деметрия забила тревогу, но сын не обращал ни на кого внимания. На вопрос, куда делась его жена, он в первый раз в жизни накричал на мать.       Николос не мог поверить, до конца, что Шейла ему изменила. Но потом в один из моментов просветления, он подумал, что она не могла этого сделать. Он изучал камеры, спрашивал у прислуги. Всё говорило о том, что она этого не делала.       И он чувствовал это сердцем. Она была искренне напугана и удивлена, когда он стал обвинять её в измене.       Но тогда как она забеременела?       Николос стал искать бумаги десятилетней давности, но мало что нашёл. Все обследования проходили по задумке его бывшей жены. Она выбирала докторов и клиники.       Когда случилась та история, он не сильно вникал, и был просто убит фактом своего бесплодия.       А вдруг Шейла не врёт?       Николос позвонил своему знакомому доктору и спросил:       -Григорио, возможно ли восстановление после диагностированного мужского бесплодия?       -Николос, почему ты спрашиваешь?       -Мне нужно знать. Может ли мужчина стать отцом после того, как ему было диагностировано бесплодие?       -Восстановление нет. Скорее диагноз мог быть ошибочным. – ответил Григорио.       -Я понял тебя. Мне нужно пройти обследование в твоей клинике на этот предмет и как можно скорее.       -Конечно, Николос, приезжай хоть завтра.       -Договорились.       Когда Николос получил результаты, то не мог поверить своим глазам.       -Так вот, что я тебе скажу, Николос, ты здоров как бык-осеменитель. – сказал Григорио и похлопал друга по плечу. – Теперь ты доволен?       - Но как?.. Я – полный дурак. Просто идиот, - бормотал Николос, читая медицинское заключение. – Шейла беременна, а я её выгнал…       -Значит, кому-то было выгодно, чтобы ты считал, что бесплоден, - пожал плечами Григорио.       -Я даже знаю кому… - сказал Николос и гнев стал заполнять его.       Персефоны уже нет, но её родители всё ещё живут в Афинах. На похоронах они обвиняли Николоса в том, что он не смог сберечь их дочь, а тот стоял с опущенной головой.       После смерти Персефоны, они почти не общались.       Николос отправился в Афины. Там Палиарисы были весьма удивлены ранним визитом Николоса Лексакиса.       Николос говорил резко и чётко, и отец Персефоны признался:       -Я хотел тебе рассказать, Николос, но моя дочь так тебя любила, так боялась потерять, что взяла с меня обещание молчать. Прошло уже достаточно времени, и я могу тебе всё рассказать. Она в детстве болела лейкемией. Недуг мы победили, но остались последствия – наша дочка никогда не смогла бы иметь детей. – говорил старик. – Я считал, что в таком тебя нельзя обманывать, но счастье моей девочки было для меня важнее. Прости нас.       Николос хмуро слушал отца своей бывшей жены.       -Наша жизнь превратилась в ад. Она была зациклена на этом так, что я нанимал врачей, чтобы выводить её из депрессий и запоев, - сказал он, а миссис Палиарис заплакала. – А теперь из-за этой лжи, я очень сильно обидел любимую женщину, которая от меня беременна… Как вы могли? Вы испортили не только жизнь дочери, потакая её капризу, но и мою. Я до последнего поддерживал и переживал за Персефону, я верил ей…       Палиарисы молчали…       А Николос вышел за дверь. И что теперь? Ему нужно найти Шейлу и просить её простить его. Сколько бы на это у него не ушло времени, он будет молить её о прощении. Хоть всю жизнь он будет это делать, пока она не простит его.       Его люди искали его жену, но нигде не могли найти. В квартире, которую она снимала её не было, так же как и в новой. Со счёта деньги никого не снимал. Проходили недели, которые складывались в месяцы. Николос не находил себе места. Шейла где-то там и беременна…       Затем его люди сказали, что пакет с документами на квартиру и счёт в банке, который был отправлен на адрес съёмной квартиры, был получен только через четыре месяца, так как хозяйка была в отъезде.       Далее оно было послано на адрес некоей Лайзы Лейкер. Из отчёта он узнал эту девушку, он видел её вместе с Шейлой около школы. По-видимому, это её подруга, и она могла знать, где его жена.              Время шло, и вместе с ним росло отчаяние Николоса. Наблюдения за домом Лайзы результатов не дали. Используя свои связи, он добился информации о телефонных звонках Лайзы. Все данные были проверены, и вот один адрес оказался верным.       Теперь он стоит перед ней, и не может сдвинуться с места. Он выдохнул с облегчением, видя, что Шейла жива и здорова. Потом Николос перевёл взгляд на её округлившийся живот.       -Шейла, - снова позвал он.       Девушка повернула голову на голос, и вскочила со стула.       -Николос! Что ты тут делаешь?       -Я пришёл к тебе, чтобы просить вернуться, - просто сказал он.       Шейла подняла подбородок:       -Вернуться? Зачем тебе изменщица и чужой ребёнок? – в голосе её были обида и злость.       -Шейла, это мой ребёнок. Я его отец, - мягко сказал Николос. – Я был полным идиотом. Теперь я знаю это. Прости меня, прошу.       -Ты сказал мне уйти, и я ушла, - сказала Шейла. – А теперь я прошу уйти тебя. Мои дети – не твоя забота.       -Дети? – не понял Николос.       Шейла замешкалась, но потом дерзко сказала:       -У меня двойня, но это не твои проблемы.       -У нас двойня? – ошарашено спросил Николос и затем улыбнулся. – Двое. Я безумно счастлив, любовь моя.       От этой улыбки сердце Шейлы встрепенулось и пустилось вскачь. Она так по нему скучала! Николос сделал шаг к Шейле, но она отступила и выставила вперёд руку.       -Не подходи ко мне!       -Не могу, любимая. Мне нужно до тебя дотронуться, иначе я сойду с ума, - проговорил Николос.       Девушка продолжала пятиться и споткнулась. Николос молниеносно среагировал и подхватил её.       -Отпусти меня! – стала сопротивляться Шейла. Но голос её был не уверенный, а скорее жалобный. Он назвал её «любимая», и всё внутри неё трепетало в кольце его сильных рук.              -Шейла, я знаю, что обидел тебя, что не верил тебе, я раскаиваюсь, ты просто не представляешь как сильно. – говорил Николос, бережно обнимая жену. – Я буду корить себя за это всю жизнь. Мне следовало верить тебе с самого начала, но моим единственным оправданием может служить то, что я потерял голову от любви и ревности. Я прошу, дай мне шанс. Вернись ко мне. Я никогда больше не сделаю тебе больно.       -А теперь ты мне веришь? – насмешливо протянула Шейла, упираясь руками в грудь Николоса.       -Верю. Если скажешь, что сахар чёрный, а солнце встаёт на закате поверю, - бормотал Николос. – Я люблю тебя, Шейла. Очень сильно. Ты беременна от меня, у нас будут дети. Дэни скучает по тебе…       -Как он? – голос Шейлы дрогнул.       -Скучает по своей матери – по тебе, - сказал Николос. – Без тебя скучает и плачет.       На глазах у Шейлы навернулись слёзы:       -О…И я по нему очень скучаю… Я хочу увидеть его…       -Поедем в Грецию, любимая. Там все тебя ждут. Я всё равно не отступлюсь от тебя и своих детей. Ты знаешь меня. – просил Николос. – Прости меня. Из-за лжи моей бывшей жены и её родителей, я сделал тебе больно, и никогда себя не прощу.       -Какой лжи?       -Персефона в детстве болела лейкемией, и из-за этого осталась бесплодной, но от меня скрыли этот факт. Думая, что я брошу её, они обманули меня и подсунули липовое заключение. Я тогда был разбит и очень сильно переживал, поэтому не перепроверял ничего. А следовало бы… Я столько лет был уверен, что не могу иметь детей… Когда мне сказали, что ты беременна, я был уверен, что это не мой ребёнок. Это просто не могло быть! Ещё горше мне было от того, что какой-то полноценный мужчина смог стать отцом ребёнка моей любимой женщины… Я знаю, что вёл себя как негодяй. Шейла, прости меня.       Шейла молчала. Она понимала, почему Николос ей не поверил, но всё равно была обижена на него. Шейла колебалась. Она уже простила Николоса. Его самого обманули, вынудили считать себя неполноценным, и он очень страдал от этого.              -Я разозлился. В больнице я наговорил тебе всякого, но я почти обезумел от ревности. А потом… Шейла, я просто не мог работать, есть, жить, когда ты ушла… Я думал, что смогу это пережить, но не смог. Сначала я гнал от себя эти мысли, говоря себе, что изменнице нет места рядом со мной, но потом, я начал тосковать. Так тосковать, что хотел, чтобы ты вернулась.       -Даже, если думал, что я беременна от другого?       -Даже так. Я готов был признать ребёнка своим, лишь бы ты была рядом. А ты упрямо говорила, что он мой. Ты была так искренна в этом, что я подумал, что что-то не так и стал искать правду. Я сердцем чувствовал, что женщина, которую я полюбил с первого взгляда, не врёт мне.       -С первого взгляда? – удивлённо спросила Шейла.       -Да, а как может быть иначе, ведь ты так красива. Ты была так нежна и добра, так честна в своих чувствах и порывах, что я влюблялся в тебя сильнее и сильнее с каждым днём. – говорил Николос, обнимая Шейлу. – Я и решил жениться на тебе только потому, что не хотел от себя отпускать.       -Ты сказал, что неженатый мужчина не может усыновить ребёнка.       -Это было бы трудно, но возможно, - сказал Николос. – Но правда в том, что я хотел хотя бы таким образом удержать тебя. И вообще я был готов на всё, лишь бы ты осталась со мной. Вот такой я эгоист. Я был груб, я знаю, но я просто потерял голову от любви. Когда ты оказалась девственницей, я был настолько счастлив, что скоро забыл о том, что ты мне солгала, что ты мать Дэни. Я вёл себя после свадьбы ужасно, знаю. Не за это я тебя наказывал, а за то, что ты хотела уйти от меня. Я просто отчаялся, думая, что ты ничего ко мне не испытываешь. Да даже, если это и так… - Николос замолчал, а глаза его были настолько грустные, что Шейла почти сдалась. - …я постараюсь сделать всё, чтобы ты меня полюбила. Ты беременна от меня, мы женаты, у нас уже есть Дэни… Я люблю тебя… Прошу, дай мне шанс…       Николос опустил голову на плечо Шейле, и она почувствовала влагу на коже. Он плачет?       Её сильный и невозмутимый Николос плачет перед ней, не стесняясь этого.       -Николос, давай зайдём в дом. Холодает. – сказала Шейла, но они не шелохнулись. – Николос?       Мужчина глубоко вздохнул и отпустил Шейлу. Они вошли в дом. Николос остался стоять и огляделся.       -Здесь мило и уютно. – только и сказал он.       -Этот домик выделяют работникам школы. Мне очень повезло, - ответила Шейла. – Иногда течёт крыша, но это пустяки. Чаю?       -Течёт крыша? – в ужасе переспросил Николос. – Моя беременная жена жила здесь?       -Николос, ты сам мне сказал уйти…       -Но я купил тебе квартиру в Лондоне и деньги на счёт положил.       -Ты думаешь, что я воспользовалась бы этим после всего? – негодующе спросила Шейла.       -Нет… - Николос опустил взгляд. – Конечно, нет…       -Я бы увиделась с Дэни, - произнесла она после паузы.       -Конечно, любимая, - с готовностью откликнулся Николос. – Мой самолёт ждёт в аэропорту, и завтра же ты увидишь Дэни. Пусть это будет только ради него, я готов принять это.       Шейла промолчала. Не только ради Дэни… Она была вынуждена признать, что тосковала по Николосу. Его неожиданные признания помогли ей понять его.              Она сама была неуверенна и вела себя глупо и необдуманно. Под влиянием обострённых чувств человек ведёт себя порой так, что потом очень жалеет об этом.       Щедрое пожертвование школе помогло директору отпустить Шейлу в неочередной отпуск без возражений, и уже на следующий день к вечеру они прилетели в Афины.       Николос был очень заботлив и нежен с Шейлой. Он не мог отпустить её ни на минуту, но между ними присутствовала некоторая неловкость, и больше они не заговаривали. Когда они сели в машину, она откинулась на сиденье и закрыла глаза.       Мать Николоса была в полном восторге, когда увидела Шейлу, но ещё больше она обрадовалась, когда узнала, что будет двойня.       Когда же вынесли Дэни, Шейла не удержалась и заплакала. Малыш узнал её и, когда очутился на её руках, ухватился крепко за её шею, боясь, что она снова уйдёт.       Только когда он уснул, его смогли унести.       Когда Шейла сидела на веранде и смотрела на знакомый вид, пришёл Николос.       -Можно я посижу с тобой? – спросил он.       -Это твой дом, - пожала плечами Шейла.       -Да, но твоё настроение для меня превыше всего. Если ты не хочешь видеть меня, я уйду.       -Нет, садись, конечно. Как прошёл день?       -Скучал по тебе, - ответил Николос и улыбнулся, а сердце Шейлы пропустило удар. – Янис сказал, что готов расцеловать тебя за то, что ты вернулась ко мне. Так как я не работал долгое время, то в компании творилось абы что. Пару сделок на миллионы долларов я благополучно прошляпил…       -Это моя вина? – подняла бровь Шейла.       -Нет, любимая. Твоя вина лишь в том, что ты красива, как ангел, - ответил Николос и присел на корточки к Шейле. – Можно? – спросил он и указал на её живот.       Шейла смотрела на мужа во все глаза и лишь коротко кивнула. Она наблюдала, как Николос с таким благоговением положил ладонь на её живот, что чуть не расплакалась. А когда один из детей внутри шевельнулся под его рукой, его лицо как будто осветилось светом.       -Николос, - позвала она.       -Да, любовь моя, - отозвался тот и с мягкой улыбкой поднял глаза на Шейлу.       -Помнишь, ты сказал, что готов сделать всё, чтобы я тебя полюбила?       Он немного погрустнел, но ответил:       -Да, помню. Я не отказываюсь от своих слов, и готов ждать столько, сколько потребуется, милая. Хоть всю жизнь… Сколько бы мне не осталось жить. Одно твоё слово, и я всё сделаю. – он взял её руки и стал их целовать.       -Не нужно…       Николос поднял глаза и посмотрел на Шейлу таким горестным взглядом, а она продолжила, взяв его лицо двумя руками: - Не нужно ждать. Я и так тебя люблю… Уже очень давно.       Шейла поцеловала Николоса в губы, отчего тот на миг замер, потом он стал страстно целовать Шейлу, и его губы становились всё более настойчивыми.       -Шейла…Я так счастлив! Спасибо, любимая! – говорил Николос возбуждённо. - Я… - он дышал неровно и тяжело. – Прости меня, но я вынужден уйти. Прости… Я не хочу тебе навредить… Но я просто не могу больше…       -Николос, беременность не болезнь, - мягко сказала Шейла и притянула к себе голову Николоса, чтобы поцеловать его.       -Шейла… - только и смог сказать Николос. Он поднял Шейлу на руки и понёс в спальню.       Он был очень осторожен и нежен, доставляя удовольствие своей жене.       Каждый из них справедливо считал, что заключил самую выгодную сделку в своей жизни.

Конец